3

 Солнце уже почти не выходит; всё длиннее и длиннее ночь. Город – серый поток времени; спустя день, неделю, месяц всё здесь будет по-другому: кого-то уволят, кто-то найдёт новую цель; кто-то разлюбит, кто-то впервые взойдёт по монастырским ступеням; кто-то умрёт, кто-то родится; кого-то убьют, кто-то и сам решит убить. Спустя год ты забудешь имена друзей и знакомых; через двадцать лет из памяти сотрутся и их лица. Ты никогда не узнаешь тайн, которые тебе так и не рассказали; ты будешь покинут всеми, брошен; давай, вспомни – ты ведь знаешь, как всё заканчивается, - так закончится и в этот раз. Ты никогда не узнаешь правды, не узнаешь, почему ты был оставлен; ты не понимаешь, зачем дарить надежду, если не уверен в своих чувствах и не веришь себе; когда-то ты считал таких людей низкими – сейчас они вызывают лишь жалость, щемящую тоску и потерянность. Каждый человек повторяет другого в этих качествах; ты же никогда не замечал в себе этого, - что ж, видимо, ещё не пришло время, когда ты будешь пичкать человека, которого не любишь, лживыми вопросами и ответами, грустным наблюдением за его жизнью; а сам ты будешь страдать от невозможности полюбить. И тогда тот, кто любит больше, отпустит.
 Дни однообразны, скучны, тягостны; чтение клонит в сон или в тяжёлую тоску. Прописные истины так приятны; одиночество не тяготит, когда из книги тебе тычут в лицо: «будь одиноким! Тебе никто не нужен! Человек самодостаточен в своём корне!» Да, это так, так, но кораблю, вернувшемуся из далёкого плаванья, нужен якорь; человек же сходит с ума, предоставленный лишь рефлексивной тоске и творчеству, её же выражающему в каждом изгибе, линии, букве, ноте. Уставшему кораблю нужна пристань, уставшему человеку – сочувствие. Вот и всё.
 Если вы устали – никогда не просите помощи, её нет. Любая помощь обманчива, люди покидают людей; за мнимым облегчением неминуемо приходит смерть. Всё, что вы можете извлечь из существования другого человека, не вмешиваясь в его жизнь – это ваше вдохновение. Всё, что вы можете принять от него, став частью жизни – это его дар вам.
 Не окончив своей мысли, я убежала на встречу с любимым. Холодно. Может быть, я обуза, может быть, нужно было всё прервать в корне, как он предлагал не так давно; я отказалась от этой мысли, в надежде, что если есть хоть капля любви, то она не пропадёт. Сомнения убивают всё, недосказанность, молчание, пустота – река выходит из берегов; пустословие же грешно. Сомнения могут быть побеждены одной улыбкой, означающей, что всё «продумано, выверено, проверено», - но улыбки нет, и не будет.
 Пора снова показать врачу, что я нуждаюсь в таблетках. Становится очевидно, что без банального подавления ярких проявлений эмоций я порву все взаимоотношения с людьми. Я с трудом терплю всех, кто говорит со мной, чем-то интересуется у меня, выказывает ложную заинтересованность. А таковы почти все. Это не должно означать, что нет выхода из этой ситуации; не я первая, не и последняя; к тому же когда знаешь, что есть что-то, способное немного сгладить эмоции и свести их до тоски, постоянной, но к которой привыкаешь, и апатии. Конечно, это временно, в качестве передышки; в любом случае, лёгкая апатия – это лучше, чем постоянные суицидальные мысли.
 Итак, решено – одной мне не справиться, так что придётся сходить к врачу. Главное – дотянуть до завтра; недаром говорят, что важнее всего в жизни – вовремя лечь спать.