42. Исповедь Вещего Олега Роман Единственна

                Новелла 42. Исповедь Вещего Олега или юрFак

                Посвящаю Свете

                Не оплакивай, смертный вчерашних потерь,
                Дел сегодняшних завтрашней меркой не мерь,
                Ни былой, ни грядущей минуте не верь.
                Верь минуте текущей – будь счастлив теперь!   
                Омар Хайям

      Большой мир в маленьком мирке «PаRадайZ und PRеисподни». А жизнь в ресторане продолжалась. Певица на эстраде своим кроваво красным ртом снова начала заглатывать микрофон, как сурдинку, повествуя о «Калинке, Малинке своей!»
      Мы сидели уже почти четыре часа, и перед нами прошли яркие и сочные персонажи. Начиная от Секьюрити и кончая дядей Акопом. А Олег все никак не мог начать свое повествование о собственных проблемах, которые привели его в «PаRадайZ und PRеисподню». Я снова начал размышлять. «Вся Предыдущая жизнь Олега» - подумал я – «была подчинена простой формуле заключенной в трех простых постулатах, а именно:
   - люди должны подчиняться закону и своим руководителям;
   - человек не должен причинять вред другому человеку;
   - существование людей надо ограждать от греховных соблазнов и заниматься этим должны профессионалы.
     Поэтому жизнь Олега, как эпический детектив была посвящена раскрытию криминальных тайн, сбору информации, блестящим логическим выкладкам, многоумственному теоретизированию и построению заковыристых логических цепочек, предполагающих многочисленные гипотезы, но лишь одно верное решение. В заведении «Поганинича» Олег попал в чужую и тревожную, огромную и полную противоборств «ZP Вселенную», где ему открылся мир причудливого переплетения неожиданностей и логичности. Причем в этом огромном мире смешения племен, наречий, состояний, каждый человек - яркая индивидуальность, уникальная и неповторимая личность, которая может быть вознесена на пьедестал удачи или уничтожена по капризу рока или приказу глупца имеющего власть и силу. Где никогда не угадаешь, какая сила стоит за тем или иным событием, кто помогает или противостоит героям в их поисках истины и простого человеческого счастья. И где финалы историй всегда неожиданны и, тем не менее, любая неожиданность тщательно мотивирована и оправдана. Где причудливо переплетены свобода личности и ее зависимость от высших могущественных сил, гораздо могущественных, чем силы простого человека. И где, все же, в конечном счете, все решают сами люди с их амбициями и душевными стремлениями
     Что может извлечь образованный, мыслящий человек от общения с нелепыми хомо сапиенсами – обитателями ZP, если о мире людей он судит на основании своего жизненного опыта, обретенного в замкнутом иерархическом мирке «отдела внутренних дел»? – подумал я «про себя» об Олеге. «По его «понятиям» у простого человека нет, и не может быть никаких жизненных драм, потому что у них нет нравственной борьбы, а есть только голый меркантильный расчет, зависящий от своего «склада ума». В простой, несложной жизни драматургия борьбы за выживание проста и издалека видны ее конечные проявления, входящие в область уголовного права. Но через поиск своего места среди других людей, осмысление своего призвания, постижение жизненных истин, возможно впервые в жизни Олег начал осознавать разумом свою судьбу и смысл своей жизни. И через осмысление своего жизненного опыта полученного в ZP, в минуту мгновенного озарения, проникся судьбой других людей и стал испытывать к ним сострадание и привязанность.
     «Если оживить древнего великого мудреца Сократа» – подумал я «про себя» - «И пустить его прогуляться по улицам современного, пусть даже самого захудалого городишки, то он будет явно изумлен всем увиденным современным «наворотам» теперешней «цивилизации». А если он посмеет «пообщаться»» с любым, даже самым неграмотным, жителем «поселка», то этому «среднестатическому» гражданину, Сократ наверняка покажется человеком с умом годовалого ребенка. Таких как Олег с его «классическим философическим» образованием скоро, наверное, станут показывать по телевизору в программе «Встреча с прошлым» - как древних ацтеков или первобытных папуасов, которых, как и «Горациев и прочих древних греков» давно уже сдали в архив и они пылятся в запасниках, ветшающих от старости музеев истории. Нельзя сказать, что Олег выглядит как человек, не повидавший ничего в современной жизни – наверняка во время своей «БизнесМентовской» деятельности он виделся и общался «накоротке» с разными «интересными людьми». И наверняка «имел дело» и с «бомондом из высшего рафинированного общества» и с преступниками и с убийцами и прочими – не пренебрегавшими ничем, что «попадет под руку», нарушителями «общественного порядка» – обитателями социального дна». Скорее всего, в определенные моменты своей «службы» на благо общества, Олег храбро, с «пистолетом наголо», гонялся за «пороком» в темных закоулках, за мусорными баками в подворотнях и проходных дворах и прочих, пользующихся «дурной славой», местах. Где укрываясь от бдительности «ока закона», «околачиваются» нарушители общественного порядка для «обделывания» своих темных делишек. И где всегда, как показывают по «телеку» -  «дурно» пахнет мочой, развратом и пороком.
     Но все эти «контакты» Олега с представителями «социального дна» явно «протекали» в «стрессовой» ситуации», а именно во время погонь и перестрелок «при задержании правонарушителей». Или в обстановке «душевного» общения в «уголовке» - в КПЗ - камере предварительного заключения. Когда «бедолаги-правонарушители» уже «повязаны» и их «колят» мужественного вида «опера» с осуждающим выражением стали в глазах. А когда в КПЗ с тебя начинают «снимать показания» и ты находишься под «перекрестным допросом», то поневоле начинаешь «петь» по-другому. Когда из потенциального преступника «выбивают чистосердечное признание» с целью оформить «явку с повинной» для «облегчения собственной участи», «которую учтет судья» во время «судебного разбирательства», то все «подозреваемые» сразу же становятся «шелковыми» и готовыми к «сотрудничеству». Там они бывают «тише воды и ниже травы» и не выставляют своих явно «негативных сторон характера» перед сильным своей властью служителем Его Величества Закона. Тем более, что никто из тех, у кого «подмоченная» репутация не стремиться судиться и проводить «разборки» с руководителем «охранного агентства». Трудно «иметь дело» с окруженным целым штатом платных охранников, бывшим чемпионом по борьбе самбо, к тому же крутого делового специалиста, явно имеющего немалые денежные средства в банке и знающего уголовно-процессуальный кодекс – УПК, не «понаслышке».
     Но, как говориться: - «Ищите душу, а тело найдется!» Случайно оказавшись в PаRадайZ-е Олег с головой «окунулся» в пестрый и крикливый мир «пролетариев капитализма» - в этот мир базарных шарлатанов, людей «авангардистского искусства», политиканов, служителей сомнительных культов, попрошаек. В мир человеческих душ коротких и маленьких надежд и грошовых расчетов, желаний то младенческих, то циничных. В PаRадайZ-е с его комическими «ситуациями», игрой авантюр и ироническим любопытством все эти люди живут своей обычной «бытовой» жизнью. Жизнью по своим «понятиям», где дураки на то и существуют, чтобы «умные» их обманывали, в мире, который заранее принимают как никуда ни годный и где живут только для наслаждения – так, как будто каждый день будет их последним днем. Где считают, что человек ничтожен, и его можно раздавить как букашку, где дружба – лишь иллюзия, где справедливости на земле не существует. Где все судьи – мздоимцы и лицемеры, где все на свете – продажно, где нормальный нравственный человек – аномалия и все его презирают. Где человек предоставлен самому себе. Где возмущаться и протестовать незачем – надо устраиваться самому, как лучше. Где руководствуются «народными поговорками» – «Рубль у тебя есть - рубль ты стоишь!», «На овощи зарятся, а сало жуют!», «Молчи язык – хлеба дам!». Где стремятся над всеми посмеяться или высмеять. Где властвует главный принцип: – «Не делай добра, чтобы не отплатили злом!» Где считается, что если работаешь, чтобы жить, то для чего тогда убиваться на работе. Где человечки, не успев заработать ни копейки, уже мысленно «проворачивают» в «мозгах», куда и как потратить еще незаработанные деньги. И Олег увидел этих людей в своей повседневной жизни, неподсудной ни одной статье УПК. В этой обстановке люди совсем не гнусны – они просто смешны и забавны и, по своему, даже интересны. И этот мир повседневной суетливой жизнерадостности представителей класса приматов, отряда гоминидов, но на самом деле – баранов породы «прекос», заворожил Олега настолько, что он напрочь забыл обо всем и даже о том, что хотел исповедаться передо мной, как перед Господом Богом. «Я еще что-то помню про обезьян и баранов из биологии? М-да-а-а… Как видно ничего не проходит без следа! Да-а-а… должно быть все-таки не напрасно, в свое время, моя школьная «биологичка» вертела своим соблазнительным «де-кольтом» перед моим носом!» - несколько «озадаченный» самим собой и своими «воспоминаниями» по биологии – подумал я «про себя».
     После исповеди Матвея мне не хотелось опять слушать общие рассуждения Олега с его «притчами-анекдотами» на каждый случай жизни. Я, с некоторым беспокойством ощутил, что и сам начал «философствовать» и не хотелось снова «заморачиваться» на «морализмы». Мне уже стало ясно, что Олег очень легко переходит от индукции к дедукции - от частного к общему – к длительным рассуждениям на общие темы. Видать много «чего-всякого» накопилось у него в душе и требовало осмысления. И он все никак не мог перейти к индукции - от общего к частному – рассказать наконец о том, что с ним случилось и привело его в «PаRадайZ und PRеисподню». Я уже достаточно хорошо узнал Олега – слава Богу, не съев пуда соли, мы вместе выпили уже почти четыре бутылки «эликсира правды» - Адикиного коньяка и оба были в хорошей «кондиции». После таких «познаваний» все становятся друзьями и братьями. Сегодня я прошел хорошие «университеты» - достаточно наслушался «лекций на всяких Fаках», и история Олега не была бы для меня большим откровением.
     Я вспомнил слова, которые часто любит цитировать мой друг дядя Жора. Он говорит, что в Библии у Екклесиаста сказано – « … Во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь». Честно говоря, я уже сильно устал от всех Fаков, которыми меня «нагрузили» предыдущие рассказчики. Все увиденное и услышанное от всяких непонятных личностей, вереницей прошедших передо мной за сегодняшний вечер, вызвало не только боль в моей душе, но и во всем теле усталость и ломоту, как после тяжелых соревнований на борцовском ковре со многими сильными противниками. Я устал и от Олега с его логическими и теоретическими выкладками и философствованием. Спасаясь от урагана семейных обстоятельств, я попал в самый эпицентр грозной стихии бурных человеческих страстей.
     Мне не хотелось больше ни думать, ни сопереживать. Захотелось домой, в свое семейное гнездышко – полуторакомнатную квартиру, под мягкий бочок жены, с ее бесхитростной философией – любить детей, мужа, родных и близких. По вечерам, после трудового дня тихо посидеть у домашнего очага – телевизора и спокойно обсуждать какую-нибудь чепуху. И получать удовольствие от того, что ты жив и здоров. И в семье все родные и близкие тоже живы и здоровы. В доме тепло и сухо и имеется скромный достаток – есть что покушать и запить. А грозы и ураганы бушуют где-то далеко «в тридевятом царстве» и не затрагивают тебя. Я снова вспомнил слова дяди Жоры – «Хорошо, когда все хорошо! А если дело плохо – доложи начальнику. Пусть у Верховного голова болит!»

     Дедукция. Но вдруг Олег задумчиво посмотрел мне в глаза и затем начал говорить: «Самое большое счастье в жизни – любить и быть любимым. Это бывает крайне редко – примеры из истории можно пересчитать по пальцам. Один из таких – любовь Ромео и Джульетты – и то она сопровождалась войной кланов и  гибелью влюбленных. Чаще в жизни бывает – когда любишь ты – тебя не любят, и наоборот – любят тебя, а ты не любишь. В молодости человеку кажется, что в жизни все легко и просто – весь мир лежит у твоих ног и достаточно лишь наклониться и поднять его – тем более что радикулит в молодости никого не мучает. И, как говорится, только в старости начинаешь понимать прелесть геморроя – с ним ты забываешь о радикулите. С возрастом человек понимает, что не так все просто и разумно в этом мире – все имеет свою причину и следствие, свое начало и конец, хотя конца пока и не видно. И за урядицами и неурядицами своей беспокойной жизни человек устает и телом и душой и «созревает» для переселения на вечный покой в райские кущи. Так «протекает» земное существование человека.
     Всемирный закон гласит – энергия ниоткуда не появляется и никуда не исчезает – она только переходит из одного состояния в другое и этот круговорот не всякому смертному дано понять и осмыслить. В молодости энергии много – ума и жизненного опыта мало. В зрелости – ума и опыта прибавляется – правда не у всех – но энергии остается мало. Каждый человек стремится выговориться – рассказать ближнему о том, что у него накипело на душе и хочет обязательно быть услышанным, не обращая внимания на то, что этому ближнему возможно совсем не интересно все то, что он говорит, потому что точно такие же мысли и чувства обуревают душу слушающего. Как сказал один древний грек: -
                Чего не встретишь в жизни человеческой? Возможно все,
                Диковинный узор плетут – и ход судеб, и наши же чудачества.
     В молодости люди совершают огромное количество ошибок, думая, что жизнь бесконечна и ее всегда можно начать сначала. Однако по прошествии времени, осознав свои собственные ошибки, люди винят  в них жизненные обстоятельства, условия, окружающих людей, Божий промысел и т.д. То есть ищут простое объяснение и никогда не винят самих себя – т.е. свою собственную глупость.
     Особенно неинтересны все эти «мнения и размышления» стариков молодым людям, которые по молодости всегда куда-то спешат, вечно куда-то опаздывают и им некогда и неохота глубоко вникать в постоянное, как молодым кажется, брюзжание стариков. Хотя, неизбежно, приходит время и уже в солидном возрасте, они сами хотят передать свой опыт молодым. А тем так же некогда, да и неохота слушать – они сами хотят наступать на те же самые грабли, на которые в свое время уже наступали их родители, и которые сейчас хотят оградить свои чада от ошибок. В молодости все хотят учиться на собственных, а не на чужих ошибках. Как сказано в Экклезиасте – «И все возвращается на круги своя!». И еще сказал английский юморист Джером Клапка Джером: - «Если верить старикам, то с тех пор как существует мир он с каждым днем становиться все хуже и хуже. И все равно он прекрасен, если греться на солнышке и не бурчать когда идет дождь».
     Вспоминаю случай, произошедший со мной, когда мне было около десяти лет. На дне рождения моего папы во главе стола сидели три мои дедушки: – прямой дедушка - папин папа и два его брата – как я их называл – младшие дедушки, а также приглашенные друзья папы со своими женами. Одна «жена товарища» была очень эффектна своим декольте и  смазлива – так и стреляла по сторонам глазками. Когда женщины пошли на кухню организовать подачу «жаркого», все дедушки проводили ее глазами, и один младший дедушка сказал с грустью: - «Как быстро проходит жизнь – как один день!» Второй дедушка, тоже проводив взглядом дамочку, поправил его: - «Жизнь прошла не как один день, а как одна ночь!» - глубоко вздохнув, сказал он.

     Сё есть Человек. Третий, мой прямой дедушка, самый старший из всех троих, продолжая смотреть вслед дамочке, с грустью констатировал: - «Жизнь промелькнула, как одно мгновение!» – «Не успел я сморгнуть, а жизнь прошла, и я так и не понял – кому надо было  проводить надо мной эксперимент – призывать в этот мир на испытание жизнью? Для чего я пришел на эту землю и почему должен уходить отсюда?» И затем продолжил - «И зачем только приходит на этот свет и живет человек: - голодает и холодает, любит и страдает, работает и вертится ради куска хлеба с маслом. И вдруг однажды раз - хлопнет его «Кондратий» - и нет человека! Пропоет батюшка - Святой отец - над ним свое «тягостное»: - «Со Святыми упокой раба Божьего!», и понесут ангелы под локотки блаженную душу усопшего в райские кущи, или наоборот - потащат черти за шиворот грешную душу в чистилище-преисподнюю. А тело, «ближние родственники», сволокут на погост и закопают глубоко в землю, чтобы не восстал он из праха до Страшного Суда. И тут же, на «погосте», эти «ближние сродственники» даже немного всплакнут на свежей могилке, «опрокинув» за упокой души новопреставленного «раба божьего» пару рюмок «благословенной, миротворной и прозрачной, как слеза, жидкости с градусом». И, возможно, воздвигнут на могилке, «потом», надгробие из черного камня. Как говорится - «Жил - рубашки не было, умер - мавзолей построили!» И все - был человек, и нет человека! Все забудут его сразу же после того, как предадут тело земле. Ибо сказано - «Дело забывчиво, а тело заплывчиво!» Остается только вечный вопрос: - «Кто этот человек? Зачем пришел на этот свет? Зачем ушел? Что этим сказать хотел?» Затем дедушка, тяжело вздохнув, прочитал рубайю Омара Хайяма:
                Приход наш и уход загадочны - их цели
                Все мудрецы земли осмыслить не сумели.
                Где круга этого начало, где конец?
                Откуда мы пришли, куда уйдем отселе?
     Все за столом умолкли, внимая словам дедушки. Почувствовав, что своими речами он нагнал тоску на сотрапезников, дедушка вдруг посмотрел на моих родителей, затем на нас малышей, своих внуков, улыбнулся и с чувством прочитал другую рубайю: -
                Будь весел: - не умрет вовеки мир земной,
                И звездам не дано исчезнуть – ни одной.
                Кирпич, сработанный из тела твоего,
                В дому других людей возвысится стеной.
     До меня наконец-то дошло, откуда у Олега любовь ко всяким этим Омарам Хайямам и его «рубайям» - они видно передались ему с генами его дедушки. «Наверное, неплохо иметь такого дедушку, у которого на все случаи жизни имеются рубайи», а не розги» - подумал я.
 Но Олег продолжил «свою дюдюкцию»: - «Если верить «ученым мужам - раскопологам» - сказал он несколько лекторским тоном - «То на Земле с момента появления «homo sapienca» родилось 77 миллиардов человек и 70 миллиардов уже умерло. И все они без исключения прошли через муки и сомнения, страдания и радости, делая ошибки и, практически, никогда жизнь никому из них не давала шанс исправить свои ошибки и начать жизнь сначала. Иначе, я думаю, не был бы перенаселен ад с его девятью кругами, а в раю кроме ангелов никого нет или имеются единицы праведных душ, для пересчета которых хватило бы пальцев на одной руке. Ведь чудаков и оригиналов не сеют – они всегда произрастают сами. Этих «единиц» хватало, хватает, и еще долго будет хватать на Земле.

     Индукция. Мне уже 55 лет – из них 25 лет я женат – недавно справил серебряную свадьбу.   Материально, я неплохо обеспечен – у меня есть охранная фирма – охранное агентство с филиалами. Сам в молодости я занимался спортом - был чемпионом города и области по борьбе самбо. Все годы после окончания института я работал – создавал свое «дело», растил детей. Дочка уже замужем – у нее свои дети. И недавно сын собрался жениться – и вот это стало большой неожиданностью – заставило вспомнить то, что я думал, давно забылось в тумане далекой молодости.
     Человеческая память избирательна – оглядываясь назад, вспоминаешь только хорошее, что было в жизни. Хотя в жизни бывает много всякого такого, что не стоит и не хочется вспоминать – надо просто отбрасывать в сторону все старое, как ненужный хлам. Надо просто жить и идти вперед.
     Но иногда прошлое напоминает о себе, и ты начинаешь понимать, что если бы в молодости поступил по другому, то твоя жизнь пошла бы по другому пути. И приходит сожаление и желание вернуться в молодость и начать все сначала. Но, к сожалению, жизнь никогда не дает шанса начать все с начала – остаются только сожаления.
     Я хочу исповедоваться в том, что уже долгие годы лежало камнем у меня на сердце, но недавно всколыхнуло душу и заставило оглянуться назад в прошлое и понять, что в молодости я совершил крупную ошибку – отверг большую любовь. Эта ошибка хоть и не поломала мне жизнь, но – во всяком случае – не дала ощутить в полной мере гармонию миропорядка. Все началось с учебы в университете, где я учился на юридическом факультете – юрFаке».
     «Опять Fак» – теперь уже ЮрFак» - подумал я. Но смолчал. Олег продолжил: - «Учась в университете, я с трепетом юности влюбился в преподавательницу по истории права. Это была молодая, очень эффектная и красивая молодая женщина, недавно окончившая университет и оставленная на кафедре на преподавательскую работу. Преподавательница очень любила свой «историко-философический» предмет и с жаром рассказывала нам о Великих личностях античности – Аристотеле, Сократе, Цицероне и прочих деятелях, оставивших свой след в юриспруденции и истории.  В нее тайно были влюблены почти все мальчишки нашего курса – она пользовалась нашей влюбленностью для повышения «успешности» по ее предмету. Чтобы поразить учительницу своей эрудицией и выглядеть в ее глазах интеллектуалами все студенты углубленно изучали ее предмет. Не обошла и меня эта общая тенденция в углубленном изучении «предмета влюбленности» - увлечение античностью.
     Желая поразить предмет вожделения своими знаниями и завоевать ее душу и тело – я начал интенсивно изучать труды древних философов и для этого стал «приникать к первоисточникам» - записался в городскую библиотеку и в ее читальном зале начал читать и конспектировать труды великих «юриспрюдэнтов» древности».
     «Вот откуда все эти древние греки и их присказки на каждый случай жизни! Наверное, стоит ждать еще более «крутых» высказываний всяких древних мудрецов» - подумал я.
     Но Олег продолжил свою исповедь: - «Со временем в библиотеке у нас сложилась компания – я назвал ее «бандой» – завсегдатаев библиотеки – несколько парней и девушек, таких же «зубрил», как и я. Мы вместе изучали науки, вместе ходили в студенческую столовую. В перерыве между занятиями весело и непринужденно болтали о всякой всячине, ходили в кино, обсуждали прочитанные книги, просмотренные фильмы и другие проблемы, освещаемые в газетах и по телевидению. В общем, нормальная жизнь молодых, здоровых увлеченных жизнью и науками студентов.
     В нашей компании была Света, моя ровесница – она училась на «медицинском» – неприметная на вид, невысокая, щупленькая девушка. Ее лицо было обычным – если судить по эталонам классической красоты. Но когда она улыбалась – ее лицо освещалось какой-то невыразимо красивой улыбкой – она вся начинала светиться внутренней красотой. Света была очень начитана и могла весело и радостно делиться с окружающими своими знаниями и поддержать в разговоре любую тему. Света много знала, и это не было просто книжное знание, она пользовалась им в повседневной жизни и делала это не только профессионально, но с душой и как бы «играючи». Она была душой нашей «банды» - всегда задавала тему для обсуждения, весело и задорно рассказывала даже неприличные анекдоты, которые она знала в неимоверном количестве и имела на все случаи жизни.
     С таким же живым интересом и огоньком в глазах она слушала всю ту чепуху, которую несли мы – самовлюбленные мальчишки. С ней было всегда легко и просто – не существовало никаких проблем – одни задачи, которые нужно и можно было легко решать по мере очередности их поступления. И все это с огоньком, юмором, с живым блеском в глазах и живым обсуждением без осуждения.
     Между мной и Светой сразу же возникла внутренняя симпатия. Я делился с ней своими проблемами – она внимательно, с живым интересом, их выслушивала и давала советы и как-то опекала меня. С течением времени между нами завязалась дружба. Но дальше этого дело не шло, так как я в своем увлечении «философичкой» не замечал взглядов Светы и не придавал им значения, принимая их как само собой разумеющееся – как книги, которые читал, как мебель, которая меня окружала. Хотя нельзя сказать, что мне не импонировало, что Света всегда рядом, всегда не заменима. Со временем я начал чувствовать, что когда Светы нет рядом, у меня возникает чувство «дискомфорта». Как бы чего-то не хватало, что должно быть всегда под рукой. Чтобы выражать свое восхищение моими высказываниями и поступками.
     Я делился со Светой своими успехами с «философичкой» - своими высокими оценками по ее предмету. Света советовала мне как себя вести с ней, как одеваться, какие взгляды бросать на объект обожания, как добиться того, чтобы она посмотрела на меня заинтересованным и благосклонным взглядом. Советовала рискнуть и пригласить, как она выражалась – «преподшу» - на свидание и куда повести – в кафе или театр – если она согласиться придти на свидание. Света пестовала меня неопытного и юного, как гранильщик из бесформенного камня создает блистающий всеми гранями и огнями бесценный бриллиант. И она создала из меня настоящего мужчину - как Пигмалион свою скульптуру – Галатею, и влюбилась в меня, в свое творение.
     Но я ничего не замечал – в меня не «вдыхалась» ответная любовь. Из-за юности, незрелости ума, увлечения красивой преподавательницей и надеждами - которые «юношей питают» - что все еще впереди. И не замечал, что перед носом лежит бриллиант – неброский, но красивый, который будет всегда рядом с тобой и никогда не покинет в самую тяжелую минуту.
     Однажды Света вскользь, как бы невзначай, сообщила мне, что Дима сделал ей «предложение» и она попросила его дать ей время, чтобы подготовиться и дать ему ответ. Я долго вспоминал и, наконец, вспомнил, кто такой Дима. Это был блеклый, щупленький паренек – под стать Свете – кажется, он был даже ниже ее ростом. Он ничем не выделялся в нашей компании, никогда не умствовал, скромно и серо составлял фон – служил «блондинистым» зрителем для аплодисментов, как в «комеди-шоу», которое показывают по телевизору.
     Любовь – это цветок – за ним надо ухаживать долго и упорно, как за экзотическим растением, чтобы оно расцвело прекрасным цветом. В молодости главное в любви – это плотское увлечение – как говорят молодые – секс. Я считаю, что секс очень важная составляющая любви, но не главная. Любовью не занимаются – Любовью живут! Любовь – это ежеминутное, ежедневное познавание друг друга, слияние души и тела в одно целое до такого состояния, когда уже невозможно жить и дышать, не видя вторую свою половину.  Любовь требует огромного терпения, труда, знаний и большой душевной силы и доблести. Это состояние жизни в Любви!
     В тот момент я еще не созрел для жизни в любви. Хотя сейчас, с высоты своего возраста понимаю, что любил Свету, сам не осознавая это. А Света со всей страстностью полюбила меня и не хотела ждать. Она начала форсировать события. Наверно боялась, что меня, рослого и красивого, «охмурит» какая-нибудь «смазливая вертихвостка».
     Я понял, куда клонит Света, и сказал ей, что она вольна поступать так, как считает нужным. Если она согласна – пусть выходит замуж за Диму. А у меня сейчас «мучительная переоценка ценностей и путь становления», а также сессия на носу после трудного семестра. Света с юмором, но с грустью в глазах, сказала, что желает мне побыстрее «переоценить ценности и пройти путь становления», иначе он может сильно затянуться – до самой старости.
     И потом, посмотрев на меня долгим взглядом, вдруг сказала – «Я у тебя Единственная!» Затем повернулась и ушла. Тогда я не придал значения ее словам.
     Перед зимней сессией мы решили всей «бандой» встретить Новый год на квартире у одной девушки, родители которой уехали кататься на лыжах на зимний курорт. Мы собрали деньги, и организационный комитет закупил продукты и выпивку. Девушки приготовили закуски, мальчишки – мясо для шашлыков. Вечером мы собрались в доме – весело гремела музыка, все танцевали, пели и веселились. Я рискнул и пригласил на встречу Нового года «свою философичку» и получил отказ: – она сказала, что будет встречать Новый год в кругу семьи, с мужем.
     Я и не подозревал, что у нее есть муж. На меня как будто помои вылили или окатили ледяной водой. Все вокруг весело смеялись и поздравляли друг друга, а я сидел в углу и с горя накачивался вином. На душе было скверно – мир для меня поблек и потерял краски.  Рядом все время была Света – она не отходила от меня. Ничего не говорила, но не выпускала из виду. Она выпестовала меня и лучше меня знала все движения моей души. Я был благодарен ей за поддержку, мне необходима была живая душа, которая будет выслушивать мои нудные душевные излияния о непостоянстве мира и особенно женщин. Света односложно успокаивала меня, объясняя, что все в жизни движется и меняется и моя «мучительная переоценка ценностей и путь становления» только начинается и все образуется, все будет хорошо.
     Короче говоря, я упился собственной жалостью к себе и элементарно напился. Проснулся я от криков и взрывов петард в 12 часов ночи – оказывается, наступил Новый год! Я лежал раздетый в дальней комнате – рядом лежала Света. Она тихо посапывала носом. Я недоуменно посмотрел на нее. Она видно почувствовала мой взгляд – открыла глаза и посмотрела на меня долгим, каким-то лукавым взглядом. Я был ошеломлен и не понимал, что произошло. Но Света все хорошо понимала. Она была целеустремленной и напористой.

     Путь становления. Буквально на следующий день меня вызвали в деканат и декан, отводя в сторону глаза – видно и сам «погорел» когда-то на этом – сообщил мне, что у него была родительница одной из студенток соседнего института – дама имеющая высокий статус в администрации города и сказала, что ее дочь была обесчещена и тому есть свидетели. Поэтому я должен сделать выбор: - или как джентльмен жениться или, как минимум, вылететь из института с «волчьим билетом». Я знал, что это такое – недавно одного из наших студентов с формулировкой «за неуспешность и аморалку турнули» из института и «органы завели уголовное дело». Но все мы знали, что он отказался жениться на девушке – дочке высокопоставленных родителей.
     Я был в растерянность и не знал, что делать. С родителями я стеснялся говорить на эту тему, опытных друзей или наставника, с кем можно было посоветоваться - не было. И тут снова появилась Света с веселыми и лукавыми глазками и сказала, что ничего страшного не произошло, что регистрация брака только пустая формальность и можно потом разойтись.  Главное что у нее будет штамп в паспорте. А пока можно пожить вместе, притереться, узнать друг друга. Мама ее готова снять для нас отдельную квартиру, где мы можем спокойно пожить, не мешая никому. А оформление брака можно провести без особых торжеств, тихо и незаметно. У ее мамы есть друзья, они просто зарегистрируют наш брак быстро и без огласки. В органах власти уже предупреждены и только ждут нашего прихода. И все эти планы она выложила спокойно и разумно.
     Растерянный и ошеломленный, сопровождаемый Светой под ручку, я был отведен в ближайшее отделение районной мэрии, и там нас встретила симпатичная женщина. Она приветливо улыбнулась нам, и с интересом глядя на меня, взяла наши паспорта и затем вынесла из другой комнаты большую конторскую книгу и предложила мне расписаться в ней в четырех местах. Тоже самое сделала и Света. Затем женщина вручила нам квадратную картонку – свидетельство о браке и наши паспорта, в которых стояла печать, заверяющая запись, что я женат на гражданке Светлане В. Затем женщина, все также с интересом, глядя на меня, пожала нам руки, и мы вышли из мэрии. Действительно, ничего не произошло необыкновенного – все было буднично и незаметно. Я все еще продолжал пребывать в прострации, но Света радовалась как ребенок.
     Я медленно начинал понимать, что меня провели, и в душе начинала вскипать ярость и глухой протест. Света почувствовала мое состояние и с некоторой тревогой в глазах предложила пойти посмотреть квартиру, которую уже сняла ее мама. Там нас ждет хозяйка, чтобы показать квартиру и передать нам ключи.
     Вдруг во мне прорвалась наружу клокотавшая в душе ярость за свой страх перед родителями, деканатом и ее всесильной матерью. В тот момент во мне проснулся мужчина. Спокойно и холодно глядя в глаза Светы, я сказал, что ей был нужен штамп в паспорте и кусок бумажки – свидетельство о браке – она их получила. «Забирай их и уходи» - сказал я. Затем я повернулся и ушел. Я запомнил тот момент – Света стоящая со свидетельством о браке в руках и растерянностью в глазах. Она думала, что я «слабак» и полностью в ее руках, но поняла, что ошиблась – я оказался не той крепостью, которую можно взять с налета. У меня оказался характер и в тот момент он проявился. До этого я просто плыл по течению. А теперь понял - нельзя быть трусом и плясать под чужую дудку.
     Так мы расстались. Но Света была терпелива и напориста - не сумев взять крепость штурмом, она начала правильную осаду. Почти три месяца Света почти каждый день звонила мне и справлялась – почему я не хожу в библиотеку. Интересовалась как у меня дела, как учеба. Во мне все еще горела злость, и я не хотел ее видеть. Но постепенно злость перегорала и за повседневными заботами душа успокаивалась, и жизнь снова налаживалась. А Света была очень целеустремленной и просто так не сдавалась.
     Пару раз она встретила меня около института, пошла рядом, весело и непринужденно, как будто ничего не произошло, рассказала о случаях из институтской жизни, задорно и лукаво блестя глазками, смеялась. В моей душе начал растапливаться лед. Молодость брала свое. Света несколько раз приглашала меня к «нам» - на квартиру, которую ее мама продолжала снимать для нас, как бы не зная о том, что мы разошлись. Я несколько раз «отнекался», потом заинтересовался и пошел – было интересно, все-таки что-то новое в повседневности жизни. Квартира мне понравилась – в старом особняке две комнаты со всеми удобствами. Было чисто и уютно. Мне захотелось пожить спокойно без коммуналки – трехкомнатной квартиры, в доме родителей, где я жил с папой, мамой, братом и бабушкой – как шутил папа – с лучшей частью «приданного мамы» - тещей.
     Я рискнул и все рассказал папе – он воспринял это философски – «Тебе жить дальше, сынок» - сказал он – «Научись сам выбирать друзей и женщину, с которой будешь счастлив всю жизнь». Папа рассказал все маме и она, как все мамы встала на дыбы – защищать свое «чадо» – как это так, обидели ее сына. Но потом под влиянием папы, поразмыслив, успокоилась и сказала – «Приведи свою Свету, познакомь с невесткой, потом посмотрим».
     В назначенный день, в субботу, Света скромно, но со вкусом одетая и причесанная пришла к нам и также лукаво и скромно смогла понравиться моим родителям. Только папа как-то очень долго и  пронзительно посмотрел в глаза Свете и затем отвел взгляд. Что они успели сказать глазами друг другу, я не знаю, но Света сказала, что мой папа много повидал в жизни, и она не хотела бы иметь его в числе своих врагов.
     За совместной трапезой, на которой я сидел как на иголках, мама рассказывала Свете, как надо ухаживать за мужчинами. Как готовить обеды, которые я люблю и печь печенье. Моя Бабушка не могла нарадоваться на своего внука и вся светилась от счастья, что скоро увидит и правнуков. Мы с братом выросли на руках у бабушки, и она очень любила нас.
     На следующий день мама пришла к нам на квартиру – ей там понравилось все - и чистота и порядок. Света была очень хорошей хозяйкой – чистоплотной и хозяйственной. Все вещи лежали на своем месте, уборка производилась два раза в день, - в доме не было ни одной пылинки или соринки. Так мы начали жить и прожили почти три года. Теща снабжала нас продуктами и одеждой, мои мама и папа тоже подбрасывали деньжат. У нас со Светой были стипендии – не большие деньги, но все-таки подспорье. Что еще надо молодым студентам – живи и учись. Мне понравился спокойный, размеренный образ жизни, чистота, порядок и уют в доме. К нам приходили друзья - как мои, так и Светы. Мы слушали музыку, вели горячие споры, танцевали и «закусывали». Мечтали о будущем. Клялись в верности до «гробовой доски». В общем, все те разговоры и мечты, через которые проходят все в молодости.
     Света очень хотела ребенка. И через шесть месяцев Света забеременела и радовалась как ребенок. Беременность протекала очень тяжело, но я как все мужчины не очень вникал в эти вопросы. На четвертом месяце, ночью Свете стало плохо – открылось кровотечение – я, испуганный, вызвал скорую помощь. Когда Свету выносили на носилках, она очень горько плакала, держала меня за руку и все повторяла: - «Прости. Не уберегла!». Я, испуганный ее видом – черные круги под глазами и потухшие глаза, не придал этим словам значения. У нее произошел выкидыш – ей сделали операцию, и она почти месяц пролежала в больнице. Из больницы Света пришла бледнее смерти, все ходила по дому, тихо плакала и смотрела мне в лицо виноватыми глазами. Я не понимал, что происходит. Однажды ночью она заговорила и попросила у меня прощения. Она считала, что ее наказал Господь за грех и обман, в который она ввела меня своей женитьбой.
     После трагедии Света начала замыкаться в себе. Ей перестали нравиться шумные компании в нашем доме. Она полюбила сидеть одна у телевизора или на диване с учебниками или с интересной книжкой. Потихоньку она отвадила друзей от дома – к нам перестали приходить друзья и мы сами перестали ходить в гости. Света очень тяжело переживала и очень хотела ребенка от меня. Честно говоря, я сам не знал, чего хочу я. Но знал, что если будет ребенок, то я уже никогда не смогу оставить Свету. От отца я усвоил истину – от жены можно уйти, от детей – нет. Как потом я понял – Света хорошо знала этот мой принцип – догадалась после общения с моим отцом, и поэтому хотела привязать меня к себе ребенком.
     Прошло время, мы окончили институт – Света стала работать в родильном доме – у нее была специальность – акушер-гинеколог, я устроился на работу в полицию, в следственный отдел. Можно любить работу, но быть помешанным на ней, не стоит. Общаясь с некоторыми коллегами по работе, я начал понимать, что многие не любят сам процесс работы, а помешаны на получении должностей и сопутствующим им благам, как кабинеты, кресла, обстановка, награды звания и прочие регалии. В этой погоне за материальными благами люди часто забывают о человечности и порядочности. Я любил сам процесс работы – она давала мне сильный стимул и интерес к жизни.
     Работа у меня была адская – день и ночь приходилось «следовать» за различными преступлениями – кровь, смерть, допросы, протоколы. Это сильно выматывало – день мешался с ночью. Однообразие и повседневность вызывали стрессы, стрессы – по молодости снимались выпивкой. Для выпивки всегда находились собутыльники. Молодость и здоровье позволяли пить, и я увлекся. Через полгода работы, как только я освоился с обязанностями, и работа стала рутиной, я запил. Я пил в течение семи месяцев - каждый вечер подряд, после работы, мы шли в пивную и напивались. Появилась компания, появились и «герлсы».
     Запоздно я приходил домой пьяный. Света, поначалу, встречала с ужином и «свечами», затем стала смотреть и язвить, потом начались упреки и выяснения отношений. Через семь месяцев такой жизни я понял, что никому и ничего, своими пьянками, я не доказываю, а только напрасно растрачиваю свое здоровье и деньги. Я резко, сразу, прекратил пить.  Друзья и коллеги подшучивали и «подначивали», но я имел силу воли и мужество перебороть это наваждение. Я думаю, каждый мужчина проходит и должен пройти через этот «ступор» – главное, чтобы этот этап жизни не затягивался и человек сам должен понять и ощутить ту черту, за которую заходить нельзя.
     Но Света не смогла понять и принять этот мой этап «становления». Она считала, что я спиваюсь, и бросилась меня спасать – от друзей, от пьянок, от «герлсов». И в тот самый момент, когда я вышел из «ступора» и мне нужна была «реабилитация» - поддержка и внимание – Света «сорвалась». Я ее прекрасно понимал – ей, после случившейся трагедии с ребенком, было нелегко, ей тоже была необходима реабилитация. У нас обоих был переходный период – как я всегда шутил – «мучительная переоценка ценностей и путь  становления». В это время необходимо было спокойно сесть и взвесить, что мы наделали, оценить, где мы находимся и наметить, как дальше жить. Но молодость, гордыня, амбиции, желание доказать, что ты знаешь больше и лучше понимаешь ситуацию, сделали свое дело. Начались споры, выяснения отношений, взаимные обвинения и «хлопанье дверью».

     Мучительная переоценка ценностей. В молодости все люди нетерпеливые, как молодое вино, которое не умещается в старых «мехах» понятий и взаимотерпения. И если найдутся и помогут разумные друзья и спокойные, незаинтересованные и опытные советчики, и молодые люди смогут пережить этот период и «перебродить», как молодое вино, то жизнь потихоньку наладится, и люди долго и мирно живут счастливо. Ведь молодое вино часто кипит и разрывает мехи, в которых оно храниться, а старое вино спокойно дозревает в мехах и с каждым годом становиться все крепче и приятнее. Нужны любовь и терпение. Любовь у нас была, но терпения не хватило.
     Однажды я очень поздно пришел с работы абсолютно трезвый. Света заперла дверь и не пустила меня домой, заявив, что я пьян и пришел от женщины. «Иди туда, откуда пришел!» - заявила она через закрытую дверь. Я очень устал и хотел спать и попросил ее не глупить и впустить меня. Но у Светы, как говорят, попала шлея под хвост или моча ударила в голову – абсолютно в неподходящий момент она решила расставить точки над «i» и проучить меня.   Я, по инерции, долго ломился в дверь, но потом, в какой-то момент успокоился, молча повернулся и пошел к родителям. Мама, испуганная, открыла дверь. Я буркнул, что очень устал на работе и, будучи недалеко от дома, не захотел ехать через весь город к себе домой. Мама поверила, и молча, не задавая вопросов, постелила мне в гостиной.
Мамы всегда прекрасны. Как хорошо, что они есть на свете. Даже когда ты стар и у тебя есть мама, ты придешь к ней, уткнешься носом в ее мягкие руки и снова, как в детстве, почувствуешь тепло и уют маминых объятий. Мам надо беречь – они всегда с тобой. Даже тогда, когда их нет рядом. Ведь когда ты порежешь пальчик, то первые твои слова – «Ой мамочка!» Берегите Мам и тех Женщин, которые становятся для вас близкими и родными – как Мама.
     На следующий день, когда я вышел из дома, чтобы идти на работу, меня встретила Света. На нее было жалко смотреть – на лице смотрелись одни глаза. Искательно заглядывая мне в глаза, она семенила рядом и сбивчиво просила у меня прощения за «вчерашнее». В тот момент мне надо было просто обнять и приласкать ее. Она ждала понимания и прощения. Но я, по максимализму молодости, весь взъерошенный, не смотрел на нее. Во мне все заново всколыхнулось в душе – и обида за обман с женитьбой и вчерашнее унижение. Я подумал, что если однажды она позволила себе это, то возможно в будущем это может повториться опять в самый неподходящий момент. Я, не смотря в сторону Светы, сел в такси и, не оглядываясь, поехал на работу. Запомнил только большие и страдающие глаза Светы, смотрящие мне в след. Она переоценила себя, думая, что полностью подчинила меня себе. Я оказался крепким орешком - с характером. Мы расстались на целых тридцать пять лет.
     Не скажу, чтобы я чувствовал себя хорошо. Я привык к Свете, и к нашему дому, к чистоте и порядку, что никто не мешал спокойно и тихо сидеть вечерами у телевизора, привык к тому, что Света готова выполнять любые мои желания. Она была хорошей женой, хозяйкой, подругой и знала меня и мои привычки, но не смогла или не успела до конца понять меня. А мне мешала гордыня попросить прощения и простить самому. За гордыню часто страдают люди и потом горько расплачиваются долгими годами сожалений.
     Через полгода мне предложили более высокую должность в этом городе. Я согласился и переехал, устроился на квартиру. Жизнь на новом месте потихоньку налаживалась. Я работал целый год как каторжник – день и ночь. Завязал знакомства, «заматерел», стал хорошим профессионалом в «следовании за преступлениями». Через год появилась возможность устроиться работать в частном охранном агентстве, я не колеблясь, согласился. Меня взяли работать с более высоким «окладом жалования», намного большим, чем в полиции. Я с жаром души взялся за новую работу. Были большие успехи, новые друзья, новые обстоятельства и новые горизонты. В молодости все это очень интересно и дает стимул к жизни. Света много раз звонила, просила прощения и звала обратно начать жизнь сначала. Говорила, что мама поможет мне и устроиться и продвинуться по работе. Но я сам хотел «создать себя» и помнил, как ее мама уже однажды «помогла» мне с женитьбой. Я продолжал жить и работать в бешеном темпе, стремясь вверх по карьерной лестнице.
     Через несколько лет появилась возможность открыть свое дело. Мы с несколькими приятелями с головой окунулись в эту работу. Все было интересно, не было времени ни для выпивки, ни для женщин. Хотя женщины были – все-таки молодость брала свое. Я легко сходился с девушками, встречался и развлекался, когда было свободное время. Для «серьезных душевных» отношений в плане «построения семьи», родственники и друзья знакомили меня с «эрректоратом» - «солидными претендентками», желавшими «создать семью» и по заверениям «доморощенных свах» имеющие для этого «хорошие рекомендации и данные», и с которыми я буду, «как за каменной стеной». В основном, это были «засидевшиеся в девках» и желавшие выйти замуж дочки «хороших родителей», или женщины уже «обжегшиеся», имевшие малолетних детей и ищущие для них «нового папу». Или «бизнес-леди», со своим бизнесом не успевшие выйти замуж и желавшие «иметь мужа» для «солидных отношений». Муж, который бы восхищался их деловыми качествами, связями и могущий «респектабельно представлять их в обществе и вести хозяйство по дому» подавая кофе «в постель».
     Все они были уже сформировавшимися личностями со своими устоявшимися «обычаями и приличиями» и своим маленьким мирком, в котором новому персонажу, как в спектакле, отводилась заранее «прописанная» роль второстепенного статиста для произнесения одной единственной «реплики» не несущей никакой смысловой нагрузки и не влияющей на общее течение сюжета драмы. Мужчине в их жизни отводилась роль предмета «освежающего ландшафт или интерьер» - как новая картина на стене в кухне, или новое кресло в гостиной, или новая кофточка, вносящая в жизнь новую краску для глаз, но не меняющая общего настроя души. Эти женщины сами хотели стабильности, покоя и жизни «за мужем» как за каменной стеной. Были среди них и очень красивые и добропорядочные - с одной прекрасной женщиной я прожил несколько месяцев и даже «вел совместное хозяйство». Но ни одна из них не смогла «разбередить» и вызвать в моей «ожегшейся» душе ответного чувства. Я, сам того не осознавая, оценивал  их критериями и нормами, выработанными во время моей женитьбы на Свете.
     Не буду скрывать - было и много женщин для тела, но не для сердца и души. Но пока сердце молчит, нет необходимости, после физической близости, в обязательствах перед партнером. Для души нужно много времени и душевных сил – узнавать человека, срастаться с ним общими интересами, чувствами, душой и телом. Такого времени, какое было у нас со Светой в «банде» - в обществе любителей книг в библиотеке во время учебы в институте. Но в тот период «становления» моей жизни у меня не было, ни времени, ни желания что-либо менять.
     Через девять или десять лет Света позвонила и сказала, что собирается замуж, и подала заявление на развод. Меня это несколько озадачило – где-то в глубине души, я продолжал жить в уверенности, что она продолжает меня любить и как верная Пенелопа ждет, когда я, как Одиссей, вернусь из своего героического похода против Трои - героем и с трофеями. Но я свыкся со своим новым положением и связанный гордыней, выслал ей, заверенное у нотариуса, свое согласие на развод. После этого прошло еще несколько лет – меня никто не беспокоил.   

     Жена. Прошло больше десять лет как мы расстались со Светой, и я встретил ее – у нее было очень редкое имя – Габриэлла, Габи. Ей было тогда всего 17 лет, и она училась в последнем классе школы. Любознательность и жажда жизни так и светились в ее глазах. Мне пришлось опрашивать свидетелей по какому-то, уже не помню какому случаю, и она смешно и забавно, пародируя людей, рассказывала все, «что она могла сообщить по факту совершенного правонарушения».
     Я с первого взгляда полюбил Габи и стал за ней ухаживать. Встречал ее после школы, водил в кино, театр, в рестораны. Она с большим артистизмом все воспринимала как игру и всегда была весела, непосредственна и очень любознательна – любила читать книги – причем читала без разбору все подряд. Любила музыку. Я подсказывал ей, какие книги читать, какая музыка прекрасна. Я уже теперь сам, как когда-то Света меня, растил и пестовал Габи. Что больше всего мне нравилось в Габи – абсолютное отсутствие у нее практицизма и меркантильности. Она меня не любила – она просто не знала, что это такое. Ей, как всем девушкам, нравилось быть в центре внимания, когда тобой восхищаются, общаться с взрослыми, зрелыми людьми. Впрочем, удовольствие доставляло ей и общение со своими сверстниками. Она была, как цветок, только распускающийся и жадно тянущий свои лепестки под лучи солнца, к свету и радостям жизни. И за это, за то, что она ничего не требует и не просит у меня, я больше всего любил ее.
     Я дождался, когда ей исполниться 18 лет и попросил выйти за меня замуж. Она не поняла, что это значит. Но недавно ее две школьные подружки «выскочили» замуж, и все вокруг говорили, что девушки должны выходить замуж. Ей было интересно, что это такое. Она дала согласие. Я познакомился с родителями Габи – они не возражали и радовались счастью своей дочери. Весной сыграли свадьбу – все честь по чести. Все было торжественно – «как у людей» – оформление брака в мэрии, подвенечное платье с фатой, благословение родителей, цветы, шампанское. Подарки, хорошо накрытый стол в ресторане, тосты и здравицы, крики – «Горько!» Габи воспринимала все это как веселую игру и до конца не понимала, что произошло. Так началась наша семейная жизнь.
     Я был уже зрелым 30-летним мужчиной, с устоявшимися взглядами и привычками – Габи только что исполнилось 18 лет, и ей все было внове и интересно. Она не успела толком понять и полюбить меня. Она, как в детстве, продолжала вечерами засыпать со своей любимой куклой в обнимку. Через год у нас родилась дочь, а потом через два года – сын. И Габи сменила свою куклу на живые игрушки – наших детей. Она была прекрасной мамой и всю свою любовь перенесла на наших детей. С ними она играла, ложилась спать и просыпалась, когда они просыпались, кормила и баюкала их и это игра была продолжением ее короткого детства. Я практически не был ей нужен. Да я со своей работой и не мог уделять ей внимание и время. Она сама росла и растила наших детей. Я практически не участвовал в этом процессе – разве что только обеспечивал его материально. Она выросла и стала взрослой женщиной, так и не успев меня полюбить. Всю свою любовь и время она отдавала без остатка нашим детям. Когда я иногда усталый приходил с работы и пытался приласкаться к ней, как к маме в детстве – она вскакивала и бежала к детям, ей казалось, что они кашляют, или чихают, или во сне с них слетело одеяло и их надо накрыть, чтобы они не простудились. Дети выросли, дочка, как и Габи, после окончания школы вышла замуж и, учась в институте, нянчила уже своего ребенка. Габи, теперь уже бабушка, продолжила игру в куклы, но теперь это была уже внучка. Я понял, что мы с Габи прожили жизнь, просто выполнив долг перед природой – родили и вырастили детей.

     Дети. Когда у человека в душе зажигается любовь, его жизнь наполняется светом и смыслом. Считаю, что самое большое счастье на земле – это дети! Я очень люблю своих детей. Самое большое наслаждение в жизни я получал, когда купал их маленьких – до годовалого возраста мы с Габи купали их по вечерам каждый вечер, перед сном. Я любил готовить ванну – подогревал воду до нужной температуры, готовил мыло и мочалку. Затем раздевал крошечные, розовые тельца детей и брал на левую руку – они помещались на моей руке – от ладони до локтя. От детей пахло парным молоком и невыразимым ароматом детства. Затем медленно, как величайшую драгоценность, я опускал их в воду и смотрел на их блаженные рожицы. Лежать в теплой воде ванны было для детей наслаждением. Затем шел процесс намыливания – они забавно кряхтели от удовольствия. Самое сложное было мытье головы. Они начинали голосить в один голос – мытье головы они не любили. Но затем успокаивались снова лежа в теплой воде с уже помытой головой. Затем шел процесс обтирания мохнатым полотенцем. Все это я до сих пор помню, как будто это было совсем недавно.
     Когда дети подросли и стали ходить в детский сад, я любил забирать их оттуда. Когда они замечали меня, то, выставив вперед ручонки, бежали ко мне с криком: - «Папка пришел!» Подбежав ко мне, они терлись об меня своими спинками – заряжались уверенностью, что у них есть защита – спина и тыл, который всегда будет рядом. Я обнимал их мягкие, нежные, пахнущие свежестью тельца и огромное счастье наполняло мое сердце – я чувствовал, что я им нужен. Детям нужны любящие их, и друг друга, мать и отец. В неполноценных семьях вырастают дети лишенные тепла и ласки родителей, и которую они не получив сами, не смогут передать и своим детям.
     Я никогда не был трусом, и пока не было детей, ничего и никого не боялся – лез в любую драку, не считаясь ни с количеством, ни с силой противников и никогда не отступал от драки. Но когда появились дети, я стал – нельзя сказать, что трусом, но скорее осторожным. Я понял, что я нужен своим детям, и если со мной что-нибудь случиться, они останутся без отца и не смогут получить от жизни то, что могут дать только оба родителя. А я не смогу получить от жизни то счастье и радость, которую дают только твои дети. Дети – это огромное счастье, которое дарует Господь своим чадам. Когда смотришь в их блестящие, сверкающие жаждой жизни глазенки-фонарики – забываешь обо всем на свете! В этот момент  «нет ни печали, ни воздыхания». В глазах детей горит вечный огонь жизни. Ты повторяешься в них заново - нет смерти, а есть Вечная Жизнь, повторяющаяся из поколения в поколение, пока  растут и радуются жизни дети – эти вечные цветы жизни. Но дети вырастают и уходят своей дорогой во взрослую большую жизнь, а родители со страхом и грустью смотрят им вслед. И остаются одни. С ними остается только то, что было с ними в молодости - воспоминания.

     И снова Света. В последнее время я все чаще вспоминал Свету. Думал и представлял, какой она была бы матерью для моих детей. Она сформировалась и выросла вместе со мной, выпестовала и создала меня как человека. И самое главное, я понял – она беззаветно любила меня. И это самое большое счастье – когда тебя любят. Нужно время и ум, чтобы понять и оценить это. Нужно уметь прощать мелкие и пустые обиды, надо подниматься над ними до высот любви. Любовью не занимаются – любовью живут. Ведь любовь – это ежедневное, ежеминутное познавание друг друга. Это большой труд и счастье, которым наделил нас Господь! Если не поймешь это, то с годами - а жизнь пролетает очень быстро – ты осознаешь, мимо чего ты прошел, не захотев подумать и дать себе труд нагнуться и поднять с земли большую красивую жемчужину.
     С мечтами о будущем и любви к жизни – как с женщинами. Любовь между мужчиной и женщиной всегда начинается только как «телесное влечение плоти» - как сказала какая-то поэтесса: - «Окна выбиты любовью, крышу ветром сорвало!» И чаще всего, заканчивается, когда «ублажен «червячок» желания. Не всегда плотское влечение перерастает в духовное влечение и приводит к любви и полному слиянию в любви между душами и телами влюбленных. Когда соединяются плотское и духовное родство душ и тел обеих «объектов» любви – тогда наступает высшая гармония любви. Но, к сожалению, такое полное родство душ и тел в любви практически большая редкость в истории человечества. Именно поэтому такие примеры большой любви единичны в истории. Есть детская любовь, есть подростковая, есть студенческая, есть зрелая. В-первых трех случаях верность этой любви может привести к катастрофе, и это происходит сплошь и рядом. Чтобы стать счастливым в браке, надо уметь или остаться и не жалеть потом о содеянном или вовремя отказаться от ложной верности, уходить, бросить, предать. Лучше это сделать пораньше, когда цена ухода еще невелика, чем потом, когда хирургу по имени судьба придется делать для этого сложную и рискованную операцию. Эта правда жизни относится как к мужчинам, так и к  женщинам.
     Но бывает и наоборот. Сам поначалу не любя, но, живя с человеком любящим тебя, со временем понимаешь всю жертвенность его любви, и к тебе самому приходит любовь, когда становишься зрелым, повидавшим жизнь человеком. Правильно говорят: - «Стерпится – слюбится!» В тебе самом  вспыхивает любовь и нежность к человеку, который всегда с тобой рядом - и в радости и в горе, и который готов отдать за тебя все – и душу и жизнь! Через этот катарсис к мудрому человеку приходит мудрость любви!
     Правильно говорят в «народе»: - «Мудрая жена следит за собой, неумная – за мужем!» Мудрая жена должна понимать, и понимает природу мужа. В семейной жизни муж, впрочем, и жена, имеет право иметь свободное от семейной жизни время, чтобы тоже «последить за собой». Правда, многие мужья злоупотребляют этим временем. Но в свободное от семейной жизни муж, как в армии на самоподготовке, должен отдохнуть от тягот семьи и семейных забот – развлечься с друзьями в «карты», осмотреться, «глотнуть глоток свободы», осмыслить свое положение – осознать и оценить, где он находиться – на каких «перепутьях» и как «рулить» дальше. Ибо все мужчины по натуре павлины и любят «пушить» хвосты, стараясь понравиться своим «сереньким» самочкам.
     Мудрая жена в нужное, контролируемое время, всегда немного ослабит поводок и даст мужу возможность немного «потоптаться» на стороне. Мужчине необходимо иногда побыть «нехорошим мальчиком», чтобы он смог понять и прочувствовать, что же такое быть хорошим. И если жена следит за собой и ситуацией, и всегда желанна, муж неизбежно вернется домой к семейному очагу. Иногда – как победитель, иногда – как побитая собака. Но всегда желанный для жены и лишний раз, убедившийся в том, что эксперименты на стороне хороши, но основной закон уже давно открыт – тихая семейная гавань с установившейся легкой зыбью всегда лучше, чем волны, штормы и прочие «девятые валы» в открытом море в осеннюю погоду, у которого не всегда можно ожидать хорошей погоды. В открытом море всегда существует опасность кораблекрушения и можно очутиться на необитаемом острове без своевременного «приема горячей пищи» и вовремя постиранных «семейных бермудов». И только пройдя через бури и штормы, муж, как потрепанный штормом корабль успокаивается и начинает спокойно ржаветь на приколе у стенки в тихой гавани у «семейного очага».
     Мудрая жена – это хлеб, без которого не обходиться любое, даже самое экзотическое блюдо. Она всегда желанна и любима, если умна и непосредственна, как ангел. Если она сможет создать в семье атмосферу любви и доброжелательности, то у мужа никогда не появится даже мысли уходить надолго в бурное плавание. Зачем покидать райский остров ради непостоянства и опасностей плавания в бурном море. Правильно говорится: - «Семью создает жена и разрушает – тоже жена!» И если муж умен и способен оценить достоинства жены, обеспечивает семью и уделяет время жене и детям – в семейной жизни никогда не будет проблем. Но если муж глуп, не держит руку на пульсе семейной жизни, а только ублажает «своего червячка» за счет семьи, путает быт и бытие, эти две враждующие стихии – то семейная жизнь даже при самой большой любви превращается в ад. Это касается и женщин. Как сказала, опять же какая-то поэтесса:
           Храни Голубица, От  града – посевы,
              Девицу – от гада, Героя – от девы!
     И еще сказал Христос апостолам: - «Будьте мудры, как змии, и просты, как голуби!»
К сожалению, люди не всегда понимают это. И страсть юности и секс люди принимают за любовь, расплачиваясь за свои заблуждения годами унылой жизни в «сексе» и походами «налево», выдавая это за любовь.  И все это время мечтают о том, что вот сейчас вдруг откроется неведомая дверка и появится она – Настоящая Любовь! Так можно прожить в ожидании счастья всю жизнь и умереть, не познав настоящей любви, а это страшное несчастье для человека! Я глубоко и искренне любил Габи – она же, не успела за всю жизнь понять и полюбить меня. Света любила меня – я не понял и не принял ее любовь. Наверное, всегда лучше, когда любят тебя. И самое большое счастье – любить и быть любимым. Но, по-моему, это единичные случаи в истории Человечества. Иногда, чтобы понять это, уходит целая жизнь.

     Опять Света. И вот буквально два дня назад, ко мне на работу пришел мой сын с девушкой и попросил у меня благословения. Они с Люсей – девушку звали Люсей - любят друг друга и хотят пожениться. Они уже все решили и так как «в папу – маму» они сыграли раньше, и так как «анализ на полоски» показал, что Люся ждет ребенка через шесть месяцев, то пожениться они должны в ближайшее воскресенье. Она учится с сыном на одном курсе института, и она родом из соседнего города, в котором я родился и вырос. Я смотрел на Люсю, и какие-то смутные ассоциации копошились у меня в мозгу – она очень была похожа на Свету – те же линия носа и губ, разрез и цвет глаз, только волосы чуть темнее. Я спросил у Люси, как ее фамилия – она назвала фамилию Светы. Я замолк пораженный, как громом. Сын, по молодости, ничего не замечая, сказал, что они договорились с родителями Люси и если я не возражаю, то они в ближайшую субботу, то есть сегодня, согласны встретиться со мной и мамой, чтобы узнать друг друга и назначить день свадьбы. И сегодня днем, в самом лучшем ресторане города – в двух шагах отсюда я встретился со Светой и Димой. Оказывается, он целых десять лет ждал и дождался – все-таки женился на Свете, правда Света не взяла фамилию Димы, а осталась со своей. И у них дочь – Люся – невеста моего сына. Я понял, что Света все-таки добилась своего – не имея от меня детей, она будет нянчить и пестовать наших общих внуков.
     Я смотрел на Свету и, что-то теплое и приятное «клубилось» и «поднималось» в сердце. Я снова вспомнил нашу юность, разговоры, книги, наше уютное гнездышко в съемной квартире. И по глазам Светы я понял, что и ей не хватало всего этого за прожитые годы. Света все помнила – она ничего не забыла – глаза ее смотрели также влюблено и лукаво как тогда – в молодости, только в них стояли грусть и горечь. И я понял, что она продолжает любить меня также сильно, как и тогда на заре нашей юности. И наверно никогда не сможет перестать любить и ждать меня. Я вспомнил ее слова: - «Я у тебя Единственная!». Я понял, что она действительно была у меня Единственная. Еще я вспомнил и до меня дошел смысл слов, сказанных когда-то у нас дома за общим столом моим дедушкой – папиным папой: – «Первая жена – от черта, вторая – от людей, то есть та, что «близкие присоветуют», третья – от Бога, но только после пятой начинаешь понимать, что самая лучшая была все-таки первая». Я понял, что все эти годы мне не хватало Светы - Человека, которому можно было исповедоваться, рассказывать о своих бедах и удачах, делиться впечатлениями о прожитом и пережитом, и знать, что тебя понимают и принимают таким, какой ты есть - понимают твою душу. Как Мама любит своего ребенка только за то, что он ее плоть и кровь, так Единственная Женщина любит и понимает своего Единственного Мужчину как свою половину души. Я понял, что прошел мимо большого и чистого чувства, важного для полноты душевного счастья и не смог приобрести в жизни то, что дает большая и светлая любовь сильной духом Женщины. Я вспомнил, как какой-то поэт сказал: - «С любимыми не расставайтесь! И каждый раз навек прощайтесь, когда уходите на миг!»
     Я не помню, о чем говорили за столом в ресторане, о чем договорились. Передо мной стояла Света и ее глаза. Выйдя из ресторана, мы попрощались и разошлись. Помню глаза сына и Люси светились счастьем. Они поехали домой, а я решил пройтись пешком и завернул в первое же питейное заведение. И вот я здесь. И тут, в этой «гладиолусовой райской беседке», с камнем на душе, я понял, что не один такой на белом свете. Сколько людей на Земле - столько и миров, и каждый Человек со своим «PаRадайZ und PRеисподней» в душе, сидит в своей «цветочной беседке». Я хочу поднять рюмку и выпить за то, чтобы люди любили друг друга и с возрастом умнели, и всегда следовали велениям души и сердца, а не гордыни – этого большого греха, отнимающего у Человека Любовь и Жизнь. Пью за Счастье и Любовь!»  Олег поднял рюмку и опрокинул ее. Я, молча, последовал его примеру.
 
  Продолжение Новелла 43. Fакультет поэзии или поэтический вечер
                с Омаром Хайямом и еще другими поэтами