Туннель. Глава девятая

Дом поражал размахом замысла. Крепостная стена с башенками и витой кованой щетинистой композицией по верху должна была внушить осаждающим страх. Рва вокруг укреплений не было, по всей видимости, его просто не успели выкопать. Обломав зубы об забор, агрессорам ничего не оставалось, как штурмовать ворота, но и здесь их поджидал сюрприз: стальная бронебойная плита могла выдержать прямое попадание средней силы снаряда, и войско откатывалось не солоно хлебавши.

Недострой сбагрил нам некто Станислав Станиславович, которого Валька по давней привычке называть вещи своими именами называл просто Стасик. В приснопамятные времена имя мэтра Головача гремело в среде местных нуворишей как главный колокол приходского храма. Пользуясь тем, что незапятнанные знанием искусств мозги новоявленных олигархов доверчиво откликались на всё странное, блестящее и показушное, Станислав Станиславович творил, не заботясь о содержании. Самым главным в товаре он полагал обилие ярких красок, хрома, лака и непонятного. Торговля велась по записи, километровые очереди заблаговременно обзаводились номерками. Деньги на Стасика сыпались с неба проливным дождём.

Головач не пил. Сколотив состояние, мэтр вместе с деньгами обрёл страх за сохранность своего благополучия и решил защититься от переменчивых стихий. Первым делом он выстроил крепость, отдав предпочтение фортификации, а не дизайну. Затем, выяснив, что страх от этого никуда не исчез, Станислав Станиславович придумал обратиться за защитой к водке. Такой упрощённый вариант обороны мэтру понравился гораздо больше, но и здесь обнаружились недостатки. Деньги перестали течь. Наоборот, нажитые непосильным трудом средства вдруг начали уплывать со страшной скоростью. С этой досадной неожиданностью Головач к тому моменту уже ничего поделать не мог, зелёный змий железным кольцом сжал судьбу Стасика в узкий порочный круг...

Я сидел на заднем сиденье Валькиного обширного джипа, купленного вчера на мои деньги и наблюдал за передачей имущества. Деньги были взяты в банке, причём в очень далёком банке, в Европе. Туннель на таком расстоянии работал нестабильно, поэтому пришлось попотеть, добывая длинными деревянными щипцами для белья скользкие пачки. Руку совать в Туннель я пока опасался. Натаскал я без счёта, одно знаю точно - денег было много. Угрызений совести я не испытывал, полагая всех банкиров большими прощелыгами, а все баснословные деньги неправедными. В конституцию так и записал.

Строго-настрого было сказано: меня здесь видеть не должны, но моё присутствие обязательно, поэтому сделка свершалась при свежем ветерке. Головач ёрзал ручкой, крутил головой, лупал воспалёнными глазками и было видно, что ему уже хочется скорее закончить неприятную часть и заняться приятной - на горизонте давно отсвечивали две унылые фигуры братьев по стакану. Валька был непреклонен. На капоте оформлялись бумаги, в бесконечной веренице которых мэтр расписывался не глядя. Валька руководил операцией. При процессе присутствовал нотариус, заблаговременно подкативший на своей машине. Наконец формальности были закончены. Стасика мигом сдуло, а Валька ввалился на водительское сиденье, бросил рядом папку, глухо позвякивающий мешок и подмигнул мне в зеркало:

- Тётушка будет довольна. – Документы для полной конспирации мы оформляли на Валькину дальнюю родственницу. – Куда теперь?

- Как куда? Смотреть дом, куда ещё?

Валька порылся в мешке, отыскал брелок и открыл ворота. Во дворе всё оказалось не менее качественно, чем снаружи. Вдоль крепостной стены окопалась вторая линия обороны: по внутреннему периметру стояли металлические столбики, несущие сетчатую ограду. Ничейная двухметровая зона между заборами была посыпана песком и исполосована граблями. Оба этажа здания сверху донизу рассекали стрельчатые окна, больше похожие на амбразуры зенитных орудий. Сейфовая дверь в дом открывалась другим брелком, после срабатывания автоматики необходимо было в течение минуты набрать код, что Валька и сделал, сверившись с бумажкой. Стены дома толщиной как минимум в пять кирпичей выглядели капитально. Холл встретил нас эхом шагов, было сумрачно и на удивление чисто, по всей видимости, Стасик здесь не появлялся давно, боясь испакостить зловонным дыханием последний оплот великого капитала.

Меня заинтересовала башня. Вход в шахту запирался на кодовый замок, вертикаль просматривалась насквозь, а винтовая лестница вела в круглое помещение с окнами-бойницами на четыре стороны. Я уже даже представлял, как и что у меня здесь будет стоять. Замок построили на возвышенности и за окнами в три стороны раскинулся чёрными от ветхости деревянными домами посёлок. С одной стороны стеной стоял сосновый лес. Метрах в ста расположился выезд из города на федеральную трассу. Всё было очень удобно. Окраина. Полузаброшенный посёлок. Лес. Глушь... Я открыл окно, плюнул и проследил. Высоко. Валька снизу заорал:

- Нет, ты только посмотри!

Я скатился вниз. Он дикими глазами показал мне на лестницу и прошептал заговорщицки:

- Сейчас вообще помрёшь. Там убежище по всем правилам: скважина, свет и сортир. Пошли.

Подвал строили с запасом. Заботливый архитектор не поленился с размахом освоить выделенные средства. Отделке помещений мог позавидовать средней паршивости отель. Присутствовали свет, вентиляция, вода и канализация, по стенам проходили задрапированные пластиком ниши коммуникаций, только вот до обстановки руки не дошли, комнаты гудели пустотой. Или что-то было раньше, да продали за так. Коридоры расходились вдоль пространств, далеко превышавших фундамент самого дома, страшно было представить, куда они могли завести. Здесь спокойно можно было разместить пехотный полк, может для того и строилось. Господин Головач в своё время не поскупился на оборону. У страха глаза велики.

- Тут, наверно, и подземный ход есть. В лес, - опять шёпотом сказал Валька. – Надо поискать.

- Потом, - сказал я. – Сейчас начнём обживаться. Вези мебель и всё остальное барахло. Мне срочно нужен стол и стул. И кухню обставить. Деньги остались?

- Да, - снова зашептал Валька. – Пошли наверх, тут как-то не по себе.

- Пошли. С механиком договорился?

- Договорился. Он мне сказал, что у него и программист знакомый есть как раз по таким системам.

- Отлично. Когда поедем?

- Часа через два.

За прошедшие дни пару раз звонил Васнецов. Первый раз сказал, что Зойкин служебный уазик нашёлся в глухих дворах, а второй раз брякнул просто для проверки связи, попутно намекнув, что аванс бы не помешал. Валька отвёз гонорар и привёз впечатления. Васнецов, завидев премию, вознамерился «землю носом перерыть и из-под земли достать». Главное, чтобы не переусердствовал. Служебное рвение – вещь похвальная, только вот «усердие» знаете от какого слова происходит?

Я выгрузил из джипа сумку с аккуратно уложенным зеркалом, отнёс к себе наверх и мы укатили в мастерские.

В ржавом, заваленном железом дворе нас атаковала шальная как грех шавка на трёх лапах, четвёртая от холода была приторочена у неё под брюхом. Выждав положенное время, к ней на помощь подоспел громадный драный кобель, осторожный как все самцы. Он тягуче гавкал, одаряя окрестности эхом, и держался при этом позади. По всей видимости, такая расстановка боевых порядков давала наибольшее тактическое преимущество. Валька шествовал впереди, угрожающе выставив напоказ заранее заготовленную палку как древко утерянного в боях знамени. Собаки сбоку соблюдали требуемую дистанцию и брехали на нас для острастки до тех пор, пока из калитки цеховых ворот не вышел мужик и не рявкнул им что-то по-ихнему. Звери поджали хвосты и притаились за сторожкой.

На калитке было написано «Валька - сифа». Я заржал и сказал: «Валька, не про тебя?», на что он многозначительно заметил: «Сифы у нас давно все наверху сидят или померли».

Механик Валера оказался смышлёным. Выслушав и мельком взглянув в эскизы с наспех нанесёнными размерами, он кивнул седой нечесаной гривой:

- Сделаем. Это у тебя или для спутниковой антенны или для солнечных батарей. Материал какой?

- Что-нибудь полегче... – Я представил, как мы вдвоём волочём по винтовой лестнице неудобную железяку. – Да, наверно алюминий.

- Алюминий не пойдёт. Дюраль тоже. А может и подойдет. Нагрузку большую будет нести?

Я попытался представить себе двухметровое овальное зеркало. Вес мог получиться приличным. Я посмотрел на Вальку, но тот только пожал плечами и помотал головой, откуда ему знать?

-Килограмм сто пятьдесят, - наобум ляпнул я. – Или сто.

- Ветровая нагрузка будет? – проявил осведомлённость мастер.

- Нет, эта штука будет стоять в помещении.

- Зачем? – удивился работяга. – Для чего в помещении солнечная батарея?

- А я и не говорил, что это для солнечной батареи, - и злобно зыркнул на Вальку. - Это для телескопа.

Я схватил его за локоть и потащил к выходу, шипя: «ты же мне обещал». Сто раз ему было сказано – никаких вопросов. Мужик опешил от такого антраша и догнал нас только возле ворот:

- Ладно, парни. Сказал - сделаю, значит сделаю. Только деньги на материал надо.

Я кивнул. Валька с важным видом выпростал из-за пазухи веер банкнот, небрежно отслюнил пару бумажек и вручил ослепшему от зелёного блеска мужику. Так и хотелось дать Вальке по рукам, но я сдержался. Пусть тешится, дома покараем.

© Мирошниченко Михаил. Декабрь 2013 г. http://mafn.ru


Рецензии