Родинка и шрамик

  (СОРОК ЛЕТ НАЗАД В ДЕТСКОМ САНАТОРИИ ПРОИЗОШЕЛ СЛУЧАЙ ИЗ РЯДА ВОН ВЫХОДЯЩИЙ: КТО-ТО ПОХИТИЛ ДЕТСКИЕ ВЕЩИ. И ВСЕ ЮНЫЕ ОБИТАТЕЛИ САНАТОРИЯ, СЛОВНО СГОВОРИВШИСЬ, БЕЗДОКАЗАТЕЛЬНО ОБВИНИЛИ В ВОРОВСТВЕ МАЛЕНЬКУЮ, ДОБРУЮ И БЕЗЗАЩИТНУЮ ОЛЮ, ДЕВОЧКУ С РОДИНКОЙ НА ЩЕКЕ, КОТОРАЯ НЕ ИМЕЛА К ВОРОВСТВУ НИКАКОГО ОТНОШЕНИЯ. ЕЕ НАЧАЛИ ТРАВИТЬ... ПРОШЛО МНОГО ЛЕТ И ОДИН ИЗ УЧАСТНИКОВ ЭТОЙ ТРАГЕДИИ СЛУЧАЙНО ВСТРЕТИЛ НА ПЛЯЖЕ РОСКОШНУЮ ЖЕНЩИНУ ПО ИМЕНИ ОЛЬГА С РОДИНКОЙ НА ЩЕКЕ...)   


                Прохладная женская ладонь легла на мое плечо и, прорываясь сквозь сети Морфея (обожаю сон на пляже под убаюкивающий шепот набегающих волн), я с трудом разлепил тяжелые веки и снял очки:               

- Мужчина, пожалуйста, посмотрите за вещами... Ой, простите, я Вас разбудила ...                Время остановилось... Я искал её долгих четыре десятка лет, а она нашла меня сама, случайно, обычным июльским вечером, на севастопольском городском пляже. Мистика, так не бывает, подумалось мне! Но тут же в голову пришло: "Не бывает? Да вот же та самая родинка на правой щеке. И крохотный шрамик над левой бровью. Все сходится...".
  - Конечно, посмотрю...  Не волнуйтесь... - с трудом выдавил я из себя.
  Когда она возвращалась к шезлонгу, я видел, как мужчины провожают ее жадными, неутоленными взглядами: роскошная копна волос, грациозная шея, высокая, упругая грудь, вздрагивающая в такт ее неторопливых шагов, плоский живот восемнадцатилетней девушки, осиная талия, резко переходившая в дразнящий овал пышных бедер и высокие, стройные ноги...Она была удивительно хороша!..
  - Спасибо. Еще раз извините, что побеспокоила...
  - Ну что вы! Простите, как Вас зовут?
  Она улыбнулась, показав мне свои красивые ровные зубы:
  - А вот это лишнее. Во-первых, я очень люблю своего мужа, а во-вторых, я - подполковник полиции.
  - Ого! Вы служите в полиции? Странно.  Ну ведь есть же причина, по которой леди с такой вот модельной внешностью стала полицейским? У нас в Таганроге таких красавиц в погонах, к сожалению, не найти.
  Улыбка сошла с ее лица. Она достала яблоко из пластикового пакета и пожала плечами:
  - Зачем Вам знать?... Это связано с одной старой  и малоприятной историей из моего детства, и я не имею желания ее вспоминать. Давайте Вы больше не будете меня ни о чем спрашивать. Договорились?
  И тогда я тихо спросил:
  - Вас зовут Ольга?
  Она опустила поднесенное ко рту яблоко и внимательно посмотрела мне в глаза:
  - Да. А... разве мы знакомы?
   - Ольга, назовите, пожалуйста, свою фамилию
   - Потапенко...
   - Гм... Ошибся. Извините. Ее фамилия была Соколенко. Осечка...
  - Соколенко? Чья фамилия? Это вы о ком?
  - Да так... А впрочем, послушайте мою историю. Она у меня тоже малоприятная и тоже из далекого детства.

Это случилось приблизительно сорок лет назад, в детском санатории на Черноморском побережье Кавказа. Случилось так, что в нашей младшей группе она - Оля - была единственной девочкой-славянкой. Чудный ребенок! На правой щечке у нее была красивая родинка, а над левой бровью - небольшой шрамик. Каждый день после подъема она, сама крохотуля, становилась на колени и помогала мне надевать туфельки. Каждый день! Две недели подряд! Дело в том, что в ту пору я очень сложно справлялся с завязыванием шнурков, ибо нечаянно поранил правую руку осколком стекла. И вот однажды у кого-то из детей пропали личные вещи из шкафчика. Она была единственной светловолосой и голубоглазой среди нас, она была не такой, как все и, по законам стадного инстинкта, вся наша младшая  группа немедленно ополчилась против нее: " ВОРОВКА! ВОРОВКА! ВОРОВКА!". Весь тот день, когда произошла кража, Оля провела рядом со мной и, конечно же, обливаясь слезами, она кинулась ко мне за помощью: "Скажи им! Ты ведь знаешь, что я ничего не брала!" Но я, поддавшись этому скотскому стадному инстинкту, заорал ей в лицо: "ВОРОВКА!" Она перестала плакать, но  так посмотрела на меня, что я по сей день вижу ее взгляд. На следующее утро за Олей приехал отец. Только теперь, с высоты прожитых лет, я могу поражаться выдержке и воспитанию в этой семье. Мужчина не ругался, не выяснял отношений. Я помню, как он просто тихо сказал воспитателям: " В нашей семье нет воров...". И еще я помню, как неторопливо и спокойно, под прицелом нескольких десятков любопытно-презрительных детских взглядов они собирали вещи и как молча прошли мимо нас - малолетних, обозленных хорьков. Я выбежал за ними на улицу и смотрел им вслед до тех пор, пока они, взявшись за руки, с высоко поднятыми головами, шли к воротам санатория. Оля обернулась один-единственный раз и я снова увидел тот взгляд, от которого у меня по сей день мурашки по телу. Я долгие годы пытался ее найти, но тщетно. Я не знаю, кем она стала по жизни, но если бы Вы знали, как я хочу, чтобы она приняла мое раскаяние и простила меня!                Незнакомка помолчала и, взглянув на часы, засобиралась:
- Мне пора... Дела.... А история у Вас действительно грустная...
И она ушла. Ушла молча, не оглянувшись и не попрощавшись, но мне показалось, что она украдкой пару раз смахнула слезинку. Через месяц, вечером у меня в квартире зазвонил телефон. Я снял трубку и услышал в ней незнакомый женский голос:
- Здравствуй, Руслан
- Здравствуйте. С кем имею честь?
- Это Ольга...
- Простите, какая Ольга?
- Потапенко. Помните пляж в Севастополе?
- Угу...  Как-то неожиданно..
- Руслан, Потапенко я по мужу. А моя девичья фамилия - Соколенко...
- О, Господи!  Олечка! Нам надо увидеться! Сейчас же! Скажи, куда мне приехать?! В каком городе ты живешь? Дай мне адрес!!! Погоди, а как ты меня нашла?
Она рассмеялась в трубку
- Ну, это несложно...  Я все-таки подполковник полиции! Имя твое и фамилия после той истории - в санатории - отложились у меня в голове навсегда. А про Таганрог ты мне сам сказал. Не переживай и не казни себя. Ты ведь был ребенком. Я простила тебя. И еще хочу сказать тебе спасибо. Ведь на юрфак я поступила благодаря той истории, а значит - благодаря тебе! Знаешь, уже став офицером полиции, я, вспоминая то страшное лето в детском санатории, думала, что если встречу тебя по жизни, то возьму за шиворот и буду трясти, пока ты из пиджака не вывалишься. А встретила тебя на пляже и отчетливо поняла, что ты сам столько лет мучаешься и жалко стало. И тебя, и себя... Прости, тяжело говорить, ком в горле... Не ищи меня, Руслан, просто забудь эту историю из своего далекого детства. Постарайся отпустить ситуацию. Все в порядке. Удачи тебе и счастья. Прощай! - и в трубке раздались короткие гудки...
... Она простила меня! Но вот сам себя я не мог простить.  Еле передвигая ватные ноги, я подошел к окну и, чувствуя, как сердце в груди медленно превращается в кусочек холодного камня, впился взглядом в непроницаемую темноту ночи. Хотелось выть.  Вы когда-нибудь ощущали, как останавливается время? А я ощущал. Дважды...


Рецензии
Браво, Артур!

Анисья Щекалёва   20.04.2017 10:03     Заявить о нарушении