Музыка из ниоткуда

Малыши (мои младшие братья-сестры) с громкими визгами, топами да прихлопами носились по комнатам. На кухне сидели родители со своими друзьями, кто-то кого-то сто лет не видел, как раз и раздавили — по этому поводу — бутылочку-две-пять. Шум, гам, тарарам, и сна ни в одном глазу. Хорошо ещё, успела отобрать у них хоть немного денег, так бы вообще атас был, думала я, укрываясь старой маминой шубой. Хотя крепко засыпать было опасно: вдруг драка, а за маму страшно — ей и так от отца достается немало. За маму убью.

Закрываю глаза и представляю огромную мягкую кровать, наподобие той, что видела у одной маминой приятельницы, и я на ней — в шикарном бальном платье. Скоро танцы, а я танцую лучше всех, это знает каждый, и поэтому без меня ни одни танцульки не обходятся.

Музыка приходит из ниоткуда, и я постепенно вливаюсь в нее, срастаюсь с ней и сама словно превращаюсь в музыку — необыкновенную и прекрасную, неожиданную и плавную, ласкающую слух и взгляд. Подождите... взгляд? Да-да, именно взгляд. Ведь я, как любая другая девочка, мечтаю быть самой красильной, ну, чтобы мужская половина ахала и падала в обморок от моей необыкновенной красоты.

— Женя-Саша! Где деньги?! — с трудом осознаю, где нахожусь (Саша — это мой брат, мы с ним самые старшие).
— Ну, блин! Какие деньги? — медленно открываю глаза. Ну вот, кончилась моя музыка.
— Те, которые ты у папы забрала! (ну, надо же, помнят!)
— Я истратила все до копейки...
— Что ты мне врешь! Ищи, давай!
— Отстаньте, а! Я спать хочу!
— Доча, дай хотя бы на хлеб, а мы тебе костюм купим “ADIDAS”, какой ты хотела.
— Ой, ладно вам врать-то, знаю я ваш хлеб. (А сердечко все-таки екнуло.)
— Заканчивайте уже, а! Надоели уже!

В другой раз я бы получила хороший подзатыльничек, но не в этот. Парочка тысяч в заначке реально спасают мою шкуру. Но родители с уговоров вдруг перешли на угрозы и шантаж. Да уж, желанного костюма не обрести. Досадно! Но я упертая, и кому, как не родителям, об этом знать. Затем, видимо, устав уговаривать, они решили сменить тактику и что-то уж больно вежливо ушли. Я насторожилась и вытянула шею настолько, насколько это вообще было возможно. Вроде шепчутся. О чем — не пойму, но четко слышу свое имя. Что-то они замышляют? Глянула на окно. Светает. Мороз слегка подрисовал линии на стеклах и подморозил цветы. Бедняжки. Надо бы завтра убрать их с окон.

Послышался тихий стук в дверь, и в комнату проскользнул мамин двоюродный брат. Мы с Саней переглянулись. (Уфф, начинается!)
— Женя-Саша, как ваши дела? — хитрый и в то же время виноватый взгляд.
— Нормально, — кокетливо пожала плечами. — А че?
— Да нет, ничего, просто поинтересовался. — Опять виноватый взгляд.
— Денег нет! — отрезала я. — Достали уже, спать не даете! Нам, между прочим, в школу завтра! — в моем голосе появились визгливые нотки.
— Хорошо-хорошо! — также быстро исчез, как и появился, наш доблестный дядя.

Дальше все — как в страшном кино: прибежали родители — крики, брань, слезы, взаимные оскорбления, почти что битье, но идти на попятную я даже и не думала. Мельком глянула на окна, схватила горшок с геранью и что есть силы швырнула об пол! Комья разлетелись во все стороны!
— Вся в мамашу! — вынес вердикт папа. — Истеричка и идиотка! — и вышел, наконец, из моей комнаты, хлопнув дверью изо всех сил.
— Видишь, что ты натворила! Убирай теперь, давай! — рявкнула мама и тоже ушла.

А я села на пол, прямо на сухие комья, и от злости заплакала. Слезы капали на пол и превращались в грязь. Брат обнял за плечи и молча сжимал кулаки, глядя на грязные разводы, а я все не могла успокоиться. В бешенстве подбежала к окну, подняла горшок с кактусом, схватила свернутые купюры, что спрятала под горшок, и, широко открыв дверь, хотела уже швырнуть их, но вовремя опомнилась и, запершись вновь, спрятала деньги в карманы брюк.
— Шиш вам! — прошептала громко и показала фигушку на дверь. — Ни копейки не получите!

И снова провалилась в сон, в котором наша большая и дружная семья живет в большом и светлом доме. Там мама и папа — молодые и красивые, совсем как раньше. Там в комнате нет большой кровати, как у маминой приятельницы, но зато на окнах всегда цветут цветы. И еще там живет Музыка. Добрая, нежная, прекрасная музыка, которая делает меня красивой, а мою семью — счастливой в этом нелепом мире.