Д. Брайн. Грешники, спасенные через Иисуса Христа

ГРЕШНИКИ, СПАСЕННЫЕ ЧЕРЕЗ ИИСУСА ХРИСТА
На смерть г-жи Энн Уилдман (1747)
http://www.pbministries.org/Theology/John Brine/johnbrine_sermons_10.htm

Верно и всякого принятия достойно слово, что Христос Иисус пришел в мир спасти грешников, из которых я первый
1 Тим.1.15

Апостол в предыдущих стихах выражает благодарное чувство за то, что он призван к делу служения: "и я благодарю Христа Иисуса, Господа нашего, что Он признал меня верным, определив меня в служение". Далее он говорит о Божией благодати, почтившей его такой честью, что она использовала его в деле проповеди Евангелия: "Мне, я наименьшему из всех святых, дана благодать сия; что я должен проповедовать среди язычников неисчерпаемые сокровища Христа" (Еф.3.8 KJV). Взгляд на свои дела до возрождения заставил его в высшей степени чтить эту благодать. "Прежде был хулитель и гонитель и обидчик, но помилован, потому что я поступал по неведению и в неверии. и благодать Господа нашего была ко мне обильно с верою и любовью, что во Христе Иисусе". Он не довольствуется сказать о той благодати, которой он был призван, что она изобильна, но он говорит о ней как о превосходной. Благодать чрезвычайно изобиловала к нему в принятии его как столь великого служителя и святого, из людей, совершавших преступления.
Говоря об этих его словах, я предлагаю показать:
I. Что все люди грешники.
II. Что апостол считал себя худшим или величайшим из грешников.
III. Что грешники потеряны, несчастны, беспомощны и недостойны.
IV. Что Христос Иисус пришел в мир спасти грешников, из которых я первый.
V. Что уверенность в спасении через Христа очень согласуется с нашей характеристикой как худших из грешников.
VI. Истинно и заслуживает нашего самого благодарного принятия, что Христос пришел в мир, чтобы спасти худших из грешников.
I. Все люди грешны. "Один человек согрешил, и грехом вошла смерть, и перешла во всех человеков смерть, ибо все согрешили" (Рим.5.12 KJV). Адам был нашим главой и представителем, и, следовательно, его непослушание засчитывается нам. Непослушанием одного человека "сделались многие грешными" (ст.39); в результате мы согрешили в нем и пали с ним его падением, и получили растленную природу от него. Мы "в беззаконии зачаты и рождены в грехе" (Пс.50.5). "Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух". Мы от природы плоть, противящаяся тому, что производится Духом Святым: и, следовательно, мы субъекты гнилых и плотских похотей, которые апостол называет похотями плоти и ума, "как и мы все жили прежде, в похотях плоти нашей, исполняя желания плоти и помыслов" (Еф.2.3 KJV).
Говоря о похотях плоти, Павел имеет в виду те растленные наклонности, которые свойственны нашей животной природе, а говоря о похотях ума и помыслах - наши намерения и незаконные наклонности, предметом которых является наша разумная часть. Так что вся наша природа растленна и порочна, даже та наша часть, что отличает нас от более грубых тварей, и если в нас есть истины хотя бы на дюйм, мы поймем, что нам свойственны не только грубые и жестокие, но и дьявольские вожделения, и что в нас больше греховного, чем в падших духах.  Кроме всех этих порочных вожделений, которые свойственны нашей животной природе и которым не могут быть причастны нематериальные существа, мы имеем множество отвратительных похотей, которые хуже, чем у нечистых духов. Гордость и зависть, ненависть и месть в людях таковы, что они способны грешить не только всеми теми способами, что и бесы, но и более многообразными. Поскольку наша природа столь растленна, наше поведение является преступным. У нас есть склонность к тому, что есть зло, и грех является руководящим принципом в нас. Мы опускаем наши обязанности или исполняем их ненадлежащим образом; у нас нет ни правого принципа, ни правых целей, ни влияния духовных мотивов и соображений, а, следовательно, хотя мы сотворены благими, наша природа полностью греховна. "Плотские помышления суть вражда против Бога, они закону не покоряются, да и не могут". Никакое духовное и святое желание не может само по себе возникнуть в наших неосвященных сердцах, и отсюда необходимо следует, что "живущие по плоти Богу угодить не могут". Пока Божественный принцип не внедрен в наши души, мы не можем делать ничего, угодного нашему Творцу, ибо "без веры угодить Богу невозможно" (Евр.11.6). Поэтому пока люди находятся в невозрожденном состоянии, все из действия по форме и по сути греховны. То, что запрещает закон, по сути есть зло; то, что повелевает заповедь, выявляет нашу греховную природу и, следовательно, наша вина становится очень велика, и она более неизвинительна, чем у других. Должен сказать, что у меня нет хорошего критерия, чтобы различить, какие грехи малые, а какие большие. Тем не менее некоторых можно по справедливости назвать большими грешниками, чем других, а именно тех, кто пребывает и остается в состоянии мятежа и занят удовлетворением большего разнообразия злых похотей, и больше грешит против явного знания истины и острых укоров совести, действующей от природы и просвещенной Словом Божиим. Таковы наибольшие грешники.
II. Апостол считал себя главным, или величайшим из грешников, "из которых я первый».
1. Он был добродетельным человеком до своего обращения в христианство. Он был "фарисей из фарисеев", наученный закону, строго исполнявший свои обязанности, как он их понимал, и "по праведности закона непорочен", то есть жил с чистой совестью перед Богом. Он не позволял себе ни опускать свои обязанности, ни совершать известные грехи.
2. Он был виновен в очень большом зле. Он признает это в словах: " прежде был хулитель и гонитель и обидчик". Он был полон гнева и ярости против Христа, и всех, кто был заинтересован в Нем. Он был чрезвычайно настроен против святых, и "гнал их по всем синагогам. заставляя их богохульствовать". Не удовлетворенный своим богохульством, он заставлял других делать то же самое. Он вредил им лично, их свободе и собственности. Он также заставлял других поступать вопреки своим убеждениям и совести; по крайней мере, он пытался это делать, и люди не могли отказаться, под угрозой того, что жестокий гнев и ярость на них будут усиливаться.
3. Во всем этом  он действовал не против знаний, или осуждения ума и совести. Эти его грехи были грехами неведения. То, что он сделал против Христа, он сделал "по неведению и в неверии". Он знал, что он "много сделал против имени Иисуса из Назарета" (Деян.26.9 KJV). И, следовательно, он был искренен, когда гнал Церковь. Это ясно показывает нам, что искренность, если она не осуществляется в истине и долге, не имеет никакого преимущества в душах людей. Ревность по Богу, без знания, никогда не принесет пользы, и очень вероятно, что она проявится в бешеном гневе против интересов Божественной истины, как это было у нашего апостола и у плотских евреев.
4. Но теперь он считал себя худшим из грешников. Гроций, этот великий извратитель Слова Божия, считает эту фразу преувеличением. Он считает, что апостол использует гиперболу, или что его язык был гораздо сильнее, чем природа вещей, которые он выражает. Но это только его глупость. Наш апостол хорошо понимал, чем он был до своего обращения, и рассмотрение этого сильно смиряло его душу. Таким образом он практиковал то, что он призывал делать других, а именно стремился соответствовать своему Божественному призванию.  Таким образом, он увещевает Ефесян помнить, что они были язычники по плоти (Еф.2.11). Мы не должны забывать, сколь плачевным было наше положение от природы, и каково  было наше поведение, в то время как грех имел власть над нами. Апостол не сказал: "я главный", но "я первый из грешников", ибо всякий святой в этом мире является грешником. Не о всяком грешнике может быть сказано, что он святой, но у каждого святого в этом мире есть сознание, что он грешник, что в нем идет бой между плотью и духом. Во всех верующих здесь "плоть желает противного духу, а дух противного плоти". "нет человека праведного на земле, который делал бы добро и не грешил бы". Я не бесчувственен к тому, что некоторые из них притворяются или же действительно претендуют на большое возрастание в святости и свободу от власти греха, но если они не сознают свой грех, они целиком в нем. Но я уверен, что никто не имел больших оснований считать себя святым, чем Авраам, Давид и Петр и другие хорошие люди, о которых мы читаем в Писании, за исключением таких, которые не имеют святости вообще, и вообще не знают, что это такое и в чем она состоит. Не может быть дано более полное доказательство бытия под властью греха, чем фантазии о свободе от него и от его работы в сердце. "Если говорим, что не имеем греха, обманываем самих себя, и истины Его нет в нас". Павел был выдающимся в своей святости человеком, но по милости Божией он научен был вести себя таким образом, что он мог сказать: "я ничего не знаю о себе" - то есть я могу сказать лишь, что я поступал недостойно своего положения, как служитель и как христианин, и потому он считал себя первым из грешников. Он обнаружил в себе проявления греха и святости, плоти и духа. Он узнал, к своей печали,  что грех всегда присутствовал с ним, чувствовал его действие даже в своей молитве и трудах, и что, следовательно, он не мог ни молиться без греха, ни проповедовать, ни исполнять свой христианский долг так, чтобы греховное осквернение не посещало его. Люди, наиболее выдающиеся в святости, всегда имели глубочайшее чувство своей греховности. Они не могли смотреть ни на себя, ни на грех иначе как в свете славы. И следовательно, они видели и знали грех в себе так, как не могли его видеть другие, которые не винили себя в нем. Это не потому, что они более греховны, или менее свят, чем другие, но потому, что они более знакомы с самим собой, и с тем, что такое грех, и потому они видели себя худшими из грешников. Переживание апостолом его несовершенств и грехов заставило его вздыхать и стонать, и считать себя несчастным. "Бедный я  человек, кто избавит меня от сего тела смерти?". Это наблюдение показывает нам, что такое чувство греха - не что оно есть само по себе, но что значит, что Господу было угодно произвести его в нас. Те, кто в наибольшей мере одарены небесным влиянием, кто больше других нацелены на духовность в послушании, лучше всего видят свои похоти и, следовательно, видят себя менее святыми и более мерзкими, чем другие. Кроме того, особое обострение в них чувства греха значительно увеличивает в них сознание вины, и именно поэтому они считают себя первыми и худшими из грешников.
III. Грешники потеряны, несчастны, беспомощны и недостойны.
1.  Они осуждены законом. Каждое нарушение святого закона Божия подвергает нас проклятию. "Проклят всяк, не исполняет постоянно всего, что написано в книге закона" (Гал.3.10). Это не проклятие от твари, но проклятие Самого Бога. Любая тщетная фантазия, любое неупорядоченное и чрезмерное желание, все беспорядочные движения наших растленных привязанностей подвергают нас осуждению закона, который требует идеальной чистоты сердца. И, следовательно, поскольку наши сердца несут в себе греховную примесь, постоянно оскверняющую их, мы всегда подвержены проклятию, которое закон имеет против нас. Множество беззаконий несет нам умножающееся проклятие.
2. Мы подвержены гневу и мщению Бога. Этот гнев, как и Его власть, бесконечны.   Как мы не можем сказать, что есть бесконечная сила, так мы не можем сказать, что есть бесконечный гнев, у которого нет никаких мер или ограничений. Ничто не выразит наше бедствие перед безграничным отвращением Бога. Это намного превышает охват нашей мысли и языка. Таково наше печальное положение по нашей природе. "Мы знаем, что закон, если что говорит, говорит к состоящим под законом, так что заграждаются всякие уста, и весь мир становится виновен пред Богом" (Рим.3.19). Мы заслуживаем того, чтобы подвергнуться наказанию, вечной погибели, от лица Господа и от славы могущества Его. Это включает потерю наивысших благ и самые страшные страдания и боль, какие только возможны, навсегда.
3. Мы абсолютно беспомощны и недостойны в этих наших печальных обстоятельствах. Мы не можем искупить ни одного преступления, а тем более мы не способны удовлетворить нарушенный закон и справедливость в силу наших многочисленных преступлений. Вес одного греха утопит нас глубоко в адской яме, и наше необъятное и накопленное чувство вины тянет нас вниз, в глубину непостижимых страданий. Мы немощны, и не в состоянии сделать что-либо для нашего восстановления от такого разорения. "Человек никак не искупит брата своего и не даст Богу выкупа за него; дорога цена искупления души их" (Пс.48.8-9). Сами по себе мы безвозвратно потеряны. Любой из нас "несчастен, и беден, и жалок, и слеп, и наг" (Откр.3.17). И мы не более несчастны, и не в состоянии помочь себе, чем мы не заслуживаем помощи от Того, Кто единственно может избавить нас от погибели. Вся наша природа повреждена и отвратительна, и наше поведение лишь побуждает Его на гнев. И все же благословенно Имя Его -  Он имеет в бесконечной благости и мудрости действенный замысел нашего выздоровления и счастья, чтобы мы принесли плоды. Это приводит меня к следующему.
IV. Христос Иисус пришел в мир спасти грешников, из которых я первый.
1. Прежде чем прийти в этот мир, Он существовал в другой и высшей природе, нежели та, в которой Он пришел в мир. Поэтому Он говорит евреям: "Авраам, отец ваш, рад был увидеть день Мой; и увидел и возрадовался. На это сказали Ему Иудеи: Тебе нет еще пятидесяти лет, - и Ты видел Авраама? Иисус сказал им: истинно, истинно говорю вам: прежде нежели был Авраам, Я есмь" (Иоан.8.56-58). Они были крайне недовольны этим ответом, ибо они поняли, что Он отстаивает Свое существование в другой природе, чем та, в которой Он был во время этой беседы, в природе, которой Он владеет, а именно Божественной. Имя "Я есмь" принадлежало только Богу, Который открыл Себя Моисею под этим именем, когда Он собирался вызволить отцов их из египетского рабства: "Я есть Тот, Кто я есть" (Исх.2.24). Он всегла был Богом, и следовательно,  "не почитал хищением быть равным Богу" (Фил.2.4). "В начале было слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Все было сотворено Им, и без Него ничто не начало быть, что начало быть" (Иоан.1.1-3). Он Сам поэтому должен быть несотворенным и, следовательно, Он существовал в природе, иной, чем тварная, прежде чем Он был рожден женщиной в природе бесконечно более низкой.
2. Его приход в мир означал, что Он принял нашу природу в союз с Самим Собой, в Его подчинении закону, Его послушании, уничижении, страданиях и смерти для нас.
(1). Он принял нашу природу в союз с Самим Собой. Слово, которое было в начале у Бога, и было Богом, "стало плотью, и обитало с нами" (Иоан.1.14). Это не было превращением Божественной природы в человеческую, ибо это было совершенно невозможно: то, что бесконечно, никогда не может стать конечным и ограниченным, или другим, нежели оно есть. Не было также путаницы или смешения этих бесконечно удаленных природ вместе. Они по-прежнему различны и ни одна природа не обладает теми свойствами, которые свойственны только другой*. Божественная природа не становится чем-то конечным и ограниченным, и человек не может стать бесконечным и неограниченным через этот союз; некоторые, кто обманываются или пытаются скрыть свое недоверие к Божеству нашего милостивого Спасителя, скажут, что он осуществляет Божественные совершенства на благо Церкви, и что в этом заключается смысл этих слов: «Я и Отец одно" (Иоан.10.30). Но как Христос просто как человек может осуществлять или упражнять совершенства, которыми Он не обладает? Или как может Его человеческая природа стать предметом бесконечных совершенств? Те, кто, как кажется, предполагают это, проводят абсурдные понятия, и они не могут обнаружить абсурдность таких фантазий? Я спрашиваю: разве они не чувствуют достаточно, что этого не может быть? Если это не так, они крайне непригодны к тому, чтобы определить, что истинно и что  является абсурдом. Я сомневаюсь, что они вообще способны судить здраво, но они говорят, что Христос так един с Отцом, чтобы осуществлять Свои совершенства для блага Своего народа, и таким образом пытаются скрыть от некоторых свое отрицание Его истинного Божества. Я не могу понять, почему это проходит в наше ужасное время. Но у людей есть причина радости и помощь среди беды. Слово приняло нашу природу, вошло в личный союз с ней. Это главная и великая тайна благочестия: Бог явился во плоти.  И это является основой заслуг, которые присутствуют в послушании и страданиях Христа. Со своей стороны, я никогда не буду бороться ни за достоинство и применение Его послушания закону, ни за цель и действенность Его страданий и смерти, если Его Божеству не придается надлежащее значение, а единство Его Божественной и человеческой природ, не допускается, потому что послушание и смерть простого человека, никогда не может быть спасительным для меня, и от этого ничего не получит любой другой бедный грешник в мире.
(2). Христос в этом мире подчинился закону. Закон должен быть рассмотрен в качестве просто закона или как завет. В последнем смысле, он требует послушания, чтобы обрести жизнь, и угрожает смертью в случае неповиновения. В этом смысле исполнение и жизнь, грех и смерть являются его условиями. Поскольку наш Спаситель не был естественным потомком Адама, и не входит в него, и не представлял его в завете дел, то дела Адама не имели отношения к делам Христа и Он не был включен в них в силу Своего уникального положения. И если Он  он имел право на жизнь и славу в Своей человеческой природе, в силу ее союза с Сыном Божьим, Он не мог просто подчиниться закону как завету, но в силу особого повеления Отца и со Своего добровольного согласия. Его подчинение этому завету не относилось к Нему, оно полностью относилось к другим людям, которых Он искупил и которые, в противном случае, неизбежно погибли бы под проклятием. Все эти вещи ясно выражены в следующих словах: "когда пришла полнота времени, Бог послал Сына Своего, Который родился от жены, подчинился закону, чтобы искупить подзаконных" (Гал.4.8). Поскольку положение Его человеческой природы было уникальным и своеобразным, путь Его под законом был свойствен только этой цели, касавшейся других, а не Его Самого, то есть искупления из-под закона как завета.
(3).  Наш Искупитель соблюл закон, и выполнил условия завета. Он  был чистым и святым в Его природе; Он "святой, непричастный злу и непорочный, и отделенный от грешников". В его поведении он был незапятнанным, потому что Он "не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его" (Ис.53.9). И Он является "концом закона к праведности" каждому верующему, и Отец оправдал нас в Нем, и в Его Лице мы имеем надлежащую основу к славе и "благоволение  ради Его праведности".
(4). Он вошел в крайнее унижение. Наш Спаситель был богат, но "для нашей пользы он обнищал, чтобы мы из своей бедности стали богатыми" (KJV). Он был Господь славы, и Hаследник всего, но Он всего лишился: "Лисы имеют норы, и птицы небесные имеют гнезда, а Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову". И это была часть Его проклятия за наши грехи.
(5). Благословенный Иисус был предметом наибольшего презрения, насмешек и упрека. Его считали обманщиком, пьяницей, другом мытарям и грешникам. На Его долю пришлось то, о чем сказано в пророчестве: "Упрек сокрушил сердце мое" (Пс.69.20). О удивительная снисходительность Христа, чтобы вынести такое поругание от грешников, против Себя Самого, с целью спасти их!
(6). Сюда относятся и Его страдания и смерть. Он "был обезображен, паче всякого человека, и вид Его паче сынов человеческих". Он страдал от людей, от бесов, от Самого Бога как праведного Судии, Который отомстил за грех на Нем, не за Его грех, которого у Него не было, но за грехи других, которые были вменены Ему и возложены на Него. Он страдал телесно самой мучительной болью, и Он страдал в душе: и те страдания Его души были гораздо более тяжкими, чем Его телесные страдания. "Душа Моя скорбит даже до смерти" (Мтф. 26.38). "Душа Моя теперь возмутилась; и что Я должен сказать?" (Иоан.12.27): таковы были скорбные слова страдающего Спасителя. Крайняя боль, стыд и месть - все они встретились в смерти нашего милостивого Спасителя. И вместо той радости, что предлежала Ему, Он претерпел крест, и презрел позор.
3. Спасение осуществлено именно через эти вещи. Это не было неудачными и бесплодными попытками спасти грешников, но это было реальное, полное и вечное спасение, обеспеченное через пришествие Христа в мир. Если бы Он не приобрел вечное искупление для нас, Он никогда не вступил бы в славу. Предполагать, что спасение некоторых, включенных в этот удивительный завет, не осуществиться, значит умалять славу Божией благодати, сомневаться в Божией мудрости и обвинять и осуждать Божественную справедливость в самом великом ее деле.
(1). Совершено очищение. Удаление вины греха является значительной частью спасения, и это  сделано смертью Христа. "Совершив Собою очищение грехов наших" (Евр.1.3). "В конце мира Он явился для уничтожения греха, жертвою Своею" (Евр.9.26). И, следовательно, грех не вменяется тем лицам, для которых умер Христос. "Бог во Христе примирил с Собою мир, не вменяя людям преступлений их" (2 Кор.5.19).
(2). Достигнут мир. Одной частью дела Мессии было очищение беззаконий, и Он сделал это Своими страданиями и смертью, когда Он "заключил мир кровью креста Его" (Кол.1.20). Так что и закон и справедливость удовлетворены, Бог как Праведный Судия не имеет притязаний из-за всего, что мы сделали, и нет гнева в Нем. Это не условия или слова мира, что наш Спаситель умер за нас, но это было заключением мира. Мир с Богом есть безусловное и немедленное воздействие Его смерти, и, следовательно, мы не подлежим Божественному гневу и мести. "Будучи оправданы Кровию Его, спасемся Им от гнева" (Рим.5.9). "Наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились" (Ис. 53.5). Ныне нет угрожающего наказания святым, ибо "нет ныне никакого осуждения тем, которые во Христе Иисусе", и приговор не будет вынесен им, потому что принесено полное искупление за все их грехи, ибо наказание обрушилось на их Поручителя. Его смерть является полной безопасностью их от всякого осуждения: "Кто обвиняет? Христос умер" (Рим.8.34).
(3). Вечная праведность, принесенная в послушании Христа закону как завету, не относится только к Его достоинству и славе и не могла бы возникнуть просто за счет объединения двух Его природ, и следовательно, она относится только к другим, Поручителем которых Он стал.  Его послушание по завету было соизмеримо с заповедями закона. И Он оказал это послушание согласно завету полностью ради Своего народа. Отец принимает Его послушание за Своих людей, вменяет его им, и это вменение послушания делает их праведными: "послушанием одного сделались праведными многие" (Рим.5.19). Это то, что  Мессия должен был сделать для Своего народа. Согласно Божественному обетованию и пророчеству Он должен был "покрыть преступление, сделать примирение за беззаконие, положить конец греху и принести правду вечную" (Дан.9.24 KJV). Это завершенная работа, которую повелел Ему сделать Отец, реальная и полная, дающая полное спасение всем, для кого она была совершена согласно завету  и, все они, конечно, получают усыновление. Это заставляет меня сделать следующее наблюдение.
(4). Христос имеет право требовать благодать и славу Отца, для всех тех лиц, для которых Он повиновался и умер. Это право вытекает из Его полного исполнения всего, что Он должен был сделать, согласно обетованию Отца, что Он узрит потомство долговечное и закон будет исполняться рукою Его. Условия, на котором обещаны эти преимущества, дают Ему такое право. И, следовательно, так как наш Господь точно выполнил условия, на которых эти обетования были даны по Его слову, у Него есть право требовать преимущества согласно этим обетованиям, и Он говорит: "Отец, где буду Я, там и Они", и они "увидят славу Мою, которую Ты дал Мне". Это не просто просьба, это требование. И это благодать, которой мы "призваны к участию в наследии святых во свете", и этот дар благодати необходим, чтобы сохранить нас в безопасности и довести до небесного царства славы. Он включает в себя все совершенства и все блаженство, которыми будут вечно обладать святые. Их тела будут вполне подобны славному телу Христа, как достойные сосуды для их совершенных духов, и способны взирать на славу их возвышенного Спасителя, сидящего одесную Отца. Это воля Отца, что из того, что Он дал Христу, Сын не должен потерять ничего, но все воскресить в последний день. Это обязательство нашего Спасителя - заботиться даже о телах святых, и Он не потерпит неудачу, исполняя волю Отца, в воскрешении их из мертвых в невыразимой славе. Кроме того, их тела, как и их души, являются частью Его достояния, тем, что Он купил Своей Кровью, и Он, конечно, примет особую заботу о них, и, следовательно, Он соберет разбросанные частицы их драгоценного праха и восстановит их распавшиеся тела, которые сейчас разрушаются болезнями, и сделает их бессмертными, духовными и непостижимо славными. Христос соберет их вместе и дарует им всю славу, предназначенную для них, и видение этого семени Его наполнит Его наивысшей радостью. Тогда Он представит их  Отцу, говоря: "вот, Я и дети, которых Ты Мне дал", и это будет величайшей радостью Его (Иуд.1.24). Тогда будет достигнут полностью славный замысел вечной любви и бесконечной мудрости в отношении  Личности Христа и всех Его членов, в котором Отец, Сын и Святой Дух, и церковь, и ангелы будут радоваться вечно. Это спасение не только избавление от самых глубин страданий, но это продвижение к самым большим высотам славы, которыми наша природа способна наслаждаться. Эта слава подходит к положению сыновей и есть усыновление, то есть достоинство, честь и блаженство сыновей. Это слава подходит к супружеской связи между Христом и Церковью, и, конечно, она невыразимо велика. Разумно думать, что слава святых превысит славу величайших ангелов,  потому что их отношение к Богу и Христу ближе, чем то, которым пользуются те благословенные духи. Они дети Бога в творении, но верующие Его сыновья путем усыновления, которое делает их наследниками Божиими, и сонаследниками со Христом, чего не делает творение. Кроме того, если Церковь Христова невеста, и ангелы не занимают такого положения по отношению к Нему, есть основания заключить, что ее слава превосходит ту, которую имеют ангелы, ибо она возложена на нее соответственно ее отношению к славному Посреднику. Чем ближе союз со Христом, тем больше и обильнее будет слава, вытекающая из него. Будет правильно сказать, что супруга пользуется много большей близостью к мужу, чем слуги; ангелы - слуги Христа, но Церковь есть супруга Агнца и, следовательно, будет она ближе к Нему, и сможет наслаждаться Его благими объятиями, в то время как ангелы будут держаться на почтительном и скромном расстоянии от Него. И то, что повергает нас в великое удивление и в то же время ободряет нас при всем видении нашего недостоинства, заключается в следующем.
(4). Именно грешники  являются субъектами этого великого спасения. Христос пришел, чтобы не только спасти тех, кто был потерян, но, чтобы спасти тех, кто виновен в ужасающих преступлениях, чьи преступления совершены с наиболее отягчающими обстоятельствами и которые уже давно продолжали восстание против Бога. Мытари и грешники, то есть худшие нарушители закона, являются предметами Его особого сострадания, и именно они получают прощение грехов через Его Кровь. Он никогда не откажется делать добро даже наибольшим преступникам, прилагая к ним помилование, мир, благодать и вечное спасение. "Жаждущие, берите воду жизни даром" (Откр.22.17). Самые недостойные не будут отвергнуты Христом, они наиболее желанны Ему среди тех, кто идет к Нему, будучи убежден в необходимости интереса к Нему. От них не требуется видеть за собой никаких преимуществ, но лишь чувство, что они нуждаются в Его преимуществах, и желание получить их так, как они даются, то есть "без серебра и без платы" (Ис.55.1).
Так спасение худших из грешников согласуется с изначальной, действенной и окончательной причинами спасения.
1. Это хорошо согласуется с изначальной его причиной и являет всю ее славу. Таковая есть не что иное, как свободная и богатая милость и благодать Божия, которой мы спасены. Прощение греха и искупление через Кровь Христа соответствует богатству благодати Божией. Он должен был оказать бесконечное сострадание, чтобы простить худших из грешников. Изобилующие греховность и грехи известных преступников требуют осуществления преизобилующей благодати. Что как не всепревосходящее богатство благодати Божией может поднять и лелеять надежду прощения в сердце грешника, сознающего гнусные, тяжкие и повторяющиеся преступления? Ничто, и это было основание надежды Давиди и его мольбы. "Помилуй меня, Боже, по великой милости Твоей, и по множеству щедрот Твоих изгладь беззакония мои" (Пс.50.1). Так как мы должны простить нарушителя брата, не только до семи раз , но до седмижды семидесяти раз, то несомненно Бог, чья милость огромна, распространяет помилование на величайших грешников. "Закон же пришел после, и таким образом умножилось преступление. А когда умножился грех, стала преизобиловать благодать,  дабы, как грех царствовал к смерти, так и благодать воцарилась через праведность к жизни вечной Иисусом Христом, Господом нашим" (Рим.5.20-21). Бог так же отличается от Своих творений в делах Своей милости, как и в делах Своей власти. Если бы не могли быть спасены худшие из грешников, то можно было бы подумать, что Божия благодать имеет пределы, которых она не может превысить, но у людей нет оснований принять столь унизительную для Бога мысль, если им открыта истина о Его милости в ее свободе и суверенитете.
2. Спасение худших из грешников являет всю славу непрестанности Его благого дела в Крови Христа. Бесконечная ценность Его Личности придает бесконечное достоинство Его страданиям, и следовательно, они одинаково достаточны для покрытия долга в десять тысяч талантов или в несколько пенсов. Ни  природа наших грехов, ни их число, ни их сила не могут помешать нашему прощению и спасению, так как жертва огромной стоимости была предложена Богу за их искупление. Тот, Кто есть Бог крепкий, силен, чтобы спасти, Он в состоянии спасти даже самых гнусных,  так что никакая вина не настолько велика, но смерть Сына Божия достаточна, чтобы искупить их. Кровь Иисуса Христа, Сына Его, очищает нас от всякого греха.
3. Здесь слава окончательной причины нашего спасения. (1) Относительно Бога и Его высшей цели в замысле нашего спасения ради Его славы. Его слава явлена во всех Его бесконечных совершенствах. Это Его мудрость, святость и справедливость, и истина и верность, но прежде всего здесь явлена слава Его благодати и милости. Спасение любого грешника совершается им похвалу славы благодати Своей, но спасение первого из грешников есть высшая похвала этой славы. (2). Цель спасения во Христе - это его честь в характере Искупителя. "Велика Его слава в нашем спасении" (Пс.21.5 KJV). Прощение худших и самых тяжких преступлений через Его страдания есть  полное доказательство их бесконечной заслуги и обширной действенности. Потому достойная причина нашего спасения не ниже его изначальной причины. (3). Относительно нас эта окончательная причина состоит в том, что она рождает в нас смирение через видение того, кто мы есть, и святое доверие и восхищение бесконечно богатой благодатью и милостью Божией, действующей для нас во Христе. Эти цели полностью обеспечивают спасение худших из грешников через послушание и жертву Христа. Они смиряют и уничижают нас и возвышают богатство Божественной благодати, и бесконечные заслуги нашего Милосердного Искупителя. Потому мы говорим: "не нам, Господи, не нам, но имени Твоему дай славу" (Пс.115.1). "Ему, что возлюбил и омыл нас от грехов наших в собственной крови, и соделал нас царями и священниками Богу и Отцу Своему ; слава и держава во веки веков, аминь" (Откр.1.5-6). Вот то, что привело к спасению худших из грешников согласно замыслу Премудрости Божией в дивном завете.
V. Уверенность в спасении через Христа очень согласуется с нашей характеристикой как худших из грешников.
Апостол называет себя величайшим из грешников, и тем не менее живущим верою в Сына Божия. Он не сомневался в своем интересе к Спасителю, хотя жил с глубоким чувством своего греха и греховности. Это не является чем-то необычным для тех, ко имеет ясное свидетельство своей заинтересованности в Божественной милости и считает себя достойным лишь Его гнева. Сильная вера вполне совместима с чувством своей   величайшей никчемности; потому что она основана на бесконечной милости и бесконечной заслуге, для которых никакие преграды не являются неодолимыми. Эта уверенность не является чем-то необходимым для веры. Истинная вера может быть и там, где ее нет.
2. Вера есть зависимость от одного только Христа во спасении, при убеждении в нашем несчастье.  Осуждение и чувство нашей нищеты обязательно предшествует акту веры во Христа, как Спасителя. Пока мы не чувствительны к нашему бедствию и беспомощности, мы не будем убеждены в необходимости довериться Другому, чтобы Он нам помог. Не здоровые нуждаются во враче, но больные. Это убеждение дает нам умереть для закона , и это осуществляется с помощью работы закона в сердце рукой благословенного Духа. Через закон я умер для закона: это значит, что ум грешника впечатлен и ранен масштабами его вины. Его грехи ясно проходят перед ним. И он ясно различает, что он стоит справедливо осужденным по святому закону Божьему, за свои многочисленные нарушения его. После этого он признает, что Бог может покарать его вплоть до вечной погибели, от Его присутствия, и от славы могущества Его. В этой работе закона он видит чуму своего сердца, а также  преступления его жизни. В том Божественном свете, который направлен в его душу, он обнаруживает чрезвычайную греховность греха, и изобилующую греховность сердца своего, и духовность, чистоту и строгость закона, после чего, он приходит к выводу, что это абсолютно невозможно для столь низкой твари - оправдать себя пред Богом как праведным Судией. Таким образом, он видит свое потерянное, жалкое и беспомощное состояние, и умирает для всех надежд на жизнь через свою собственную праведность и дела. Когда таким образом Святой Дух убеждает человека в его плачевном состоянии по своей природе, и его сердце переполняется , Он приводит его к Скале, которая выше, чем мы. Человек делает для себя открытие Христа, Его Крови, Его правды и полноты Его благодати. И потому бедный дрожащий грешник говорит: моих грехов много, они велики и ужасны, но Кровь Христа и Его заслуга достаточна, чтобы искупить их все.  В себе я не имею праведности и не могу ее иметь, и потому я не могу быть оправдан в глазах Бога, но праведность Христа является во всех отношениях достаточной, чтобы оправдать меня перед Богом и дать мне право на жизнь, ибо я достоин смерти. Мое сердце нечистое, и без святости я никогда не увижу Господа. Но то сокровище благодати, которое во Христе, достаточно, чтобы сделать меня святым и причастником наследия святых во свете. Кроме того, в свете этой благодати, человек различает, в какой-то мере, как Бог прославлен; Отец, Сын и Святой Дух, и все божественные совершенства, милосердие, благодать, милость, мудрость, святость, справедливость, истина и верность, в этом пути спасения, и здесь он радуется возможности приобщиться к их видению. Святое стремление души от этого взгляда на вещи - это отказаться от всех других способов избавления, которые могут быть предложены для рассмотрения, и прилепиться к одному Христу, как единственному истинному предмету его надежды, бежать к Нему в поисках убежища и цепляться за эту единственную надежду. И это и есть вера, которая действует силой Божией и свойственна субъектам Его избрания к вечному спасению, и по этой причине, она называется верой избранных Божиих. Отсюда мы видим следующее.
2. Где есть эта зависимость, есть истинный фундамент для уверенности. Люди, пережившие все это, и имеющие под этим влиянием святое стремление души ко Христу как Спасителю, имеют в себе ясное и достаточное доказательство своей заинтересованности в Нем и в Его спасении, хотя бы они не могли различить это доказательство или не были готовы допустить его, ибо одновременно они имеют в себе ревность и опасение ошибиться в вещах столь великого значения. Они строго и смиренно прибегают ко Христу, Его помилованию, миру, праведности, благодати и святости, в своем страдании и беспомощности, и это уже следствие сверхъестественной работы в нас, ибо то, что мы приходим ко Христу, вытекает из Божественного замысла. Человек не может прийти ко Христу, если Отец не привлечет его, и это небесное расположение является плодом вечной любви: "вечной любовью Я возлюбил тебя, и потому простер к тебе благоволение". Если мы связаны с человеком узами любви, значит, эта любовь взаимна.  Если мы приходим ко Христу, чтобы утвердиться в Нем и прилепиться к Нему, то это потому, что мы услышали Отца, знаем Его и научены Им. И значит,  обязательно должны быть доказательства, что мы перешли от смерти к жизни, и что мы не подвергнемся осуждению. Кроме того, Христос сказал прямо, что Он не изгонит никого, приходящего к Нему. Не будь это так, мы могли бы усомниться в Его правдивости. С почтением скажу, что если бы в последний день могла появиться хоть одна душа, которая могла бы встать и сказать Ему: я вижу свои грехи и неспособность помочь себе, и просила Тебя о спасении, и Ты не послушал и изгнал меня, и я погибаю навсегда - то Христос перестал бы быть истиной в глазах ангелов и людей. Но мы уверены, что этого не может быть и никогда не будет   И, следовательно, это благодатное действие на душу само по себе таково, что вполне и наверняка свидетельствует о заинтересованности в Его любви, заботе, нежности и сострадании, и является единственной основой уверенности в спасении через Него.
3. Вера лишь иногда поднимается до этой уверенности в спасении. Некоторые, в последнее время появившиеся между ними, и имеющие тщеславие брать себе имена реформаторов, утверждают, что уверенность - это сама сущность веры, и что нет никакой веры и святости там, где нет уверенности. И многие из них имеют большие претензии в таких заявлениях. Но спросите их: убедились ли вы в своей греховности, чувствуете ли вы муку от своей беспомощности, какое видение Христа и духовных вещей предшествовало вашему доверию? Они могут выдать вам очень глубокое непонимание этих вещей.  Спросите их, как они пришли к этой уверенности. С помощью чего она зародилась в них и что является основой этого? Обычно они не дадут вам четкого ответа. У них есть уверенность в спасении,  но они не могут сказать, как они пришли к тому, чтобы быть настолько уверенными. Спросите их, какие следствия уверенность произвела в них. Они не дадут вам ответа, который был бы удовлетворителен для христианина. Среди всего прочего это делает очевидным, что мы живем во времена, когда изобилуют всякого рода заблуждения. Я не сомневаюсь, что некоторые святые могут со всем основанием сказать с апостолом о дорогом Искупителе, что Он возлюбил их и предал Себя за них, и вместе с Церковью: "Возлюбленный мой принадлежит мне, а я Ему". Они счастливы, если это так, и если Христос положил их как печать на руку Свою и на сердце Свое.  Он никогда не забудет их и не перестанет использовать Свою власть, охраняя и защищая их. Они знают, что любовь Божия с ними, живут в этой любви и могут быть убеждены,   что ничто не отлучит их, от любви Божией, которая во Христе Иисусе. Таким образом, Святой Дух свидетельствует духам их, что они суть сыны Божии, и, слендовательно, они находятся на пути к небесам. Но так бывает не со всеми святыми, и сильная вера может быть и там, где уверенность не является.  Хотя, как я уже говорил, есть правильный фундамент для этого в душах всех тех, кто полагается только на Христа в своем спасении, чувствует свою никчемность и погибель и достоинство Христа как их Спасителя, и Его славу в их спасении. Все, кто могут положиться на Христа таким образом, могут получить некоторую степень этой уверенности, и достойную надежду на получение спасения через Него.
VI. Истинно и заслуживает нашего самого благодарного принятия, что Христос пришел в мир, чтобы спасти худших из грешников.
1. Это истинно и может быть принято с уверенностью, ибо есть обильные доказательства этой истины в разных формах.
(1).  По свидетельству ангелов. Множество из тех благословенных духов, сошедших с небес при рождении нашего Спасител, праздновали со святым восторгом благодатный замысел Его воплощения, который должен был сделать грешных людей счастливыми, в силу благоволения Бога к ним. Так явилось , множество небесного воинства , хваля Бога , и, говоря: "слава Богу в вышних , и на земле мир , и добрая воля к людям" (Лк.2.13-14).
(2). Правда этой удивительной вести полностью доказана Божественными обещаниями. Прощение грехов полно и ясно обещано Самим Богом, Который не может лгать, и не только прощение, но многое прощение. Бог говорит об этом столь ясно и достаточно, чтобы убедить нас, если мы хотим убедиться, что Его замысел состоит в осуществлении всепрощающей милости, которая выходит далеко за рамки тех ограниченных мыслей, которые мы склонны формировать и лелеять в отношении его. "Да оставит нечестивый путь свой и беззаконник - помыслы свои, и да обратится к Господу, и Он помилует его, и к Богу нашему, ибо Он многомилостив. Мои мысли - не ваши мысли, ни ваши пути - пути Мои, говорит Господь. Но как небо выше земли, так пути Мои выше путей ваших, и мысли Мои выше мыслей ваших" (Ис.55.7-9). Как бы далеко мы ни простирали наши представления о милующей благодати Божией, мы остаемся столь же далеки от нее, как земля от небес: так прямо говорит нам Тот, Кто не может и не хочет обманывать нас. И следовательно, у нас нет никаких оснований не доверять Ему в прощении и спасении худших из грешников. Его обетование достаточно надежно, потому что Он не может нарушить его, но Он подтвердил это, с Его клятвой , в непреложных вещах , в которых невозможно для Него ни солгать, ни измениться. Потому имеют твердое утешение те, кто бежит к Нему в поисках убежища в дерзновенной надежде.  Это удивительное снисхождение и милосердие!
(3). Божественные предсказания могут быть предложены в подтверждение этой истины Пророк Исаия не только описывает  очень определенным образом страдания Мессии, когда Он должен появиться, но указывает характер лиц, для которых Он должен будет страдать, и за кого Он будет ходатайствовать перед Богом: Он "за преступников сделался ходатаем" (Ис.53.12), для мятежников, для Его убийц, чьи руки в Его крови. По этому пророчеству наш Спаситель на кресте обратился к Богу: "Отец , прости им , ибо не знают, что они делают" (Лк.23.24).
(4). Многие грандиозные чудеса подтверждают эту истину. Великое спасение в Евангелии представляет собой то, что настолько превышает наше воображение, что мы лишь очень медленно осознаем это. Поэтому истина его может быть подтверждена тем, что Святой Дух во свидетельство ее совершил множество чудесных дел, "при засвидетельствовании от Бога знамениями и чудесами, и различными силами, и раздаянием Духа Святаго по Его воле" (Евр.2.4)
(5). Автор этого спасения не желает оставить нас без свидетельства об этой самой драгоценной из истин. И мы знаем, что истинно свидетельство Его, ибо Он сама истина, и, следовательно, Его свидетельства не могут быть ложными; Он есть Свидетель верный (Откр.1.5). Христос ясно и полностью сообщил нам, что величайшие долги прощены,  и что помилование и прощение распространяется на величайших грешников, и поэтому любовь излилась в сердца помилованных. Прощается большой долг, как и малый. Помилование не ограничивается просто нарушителями закона, но распространяется на величайших преступников. Господь знает все грехи, прощенные через Его Кровь. Можем ли мы тогда испытывать даже наименьшее сомнение в прощении грешников? Конечно нет; так как мы не можем сделать это, не вменив ни во что свидетельство Того, через Кого получено спасение.
 (6). Состояние и дело Христа, когда Он был здесь, дают полное доказательство, что Его пришествие состоялось для того, чтобы исполнить этот замысел. Он был соделан Наследником всего и оставался Господом славы, когда Он не обладал ничем и стал предметом презрения, упрека и позора от людей. Его подчинение и послушание завету дел, который мы нарушили, не относилось к Нему Самому; представить, что Он подпал этому завету, по Его же словам лишило бы Его Самого права на жизнь, счастье и славу, которая неотделима от Его Лица, как Бога и человека, а также подрывает всю нашу надежду на спасение. Он подчинился закону, и не только подчинился, но и пострадал от его проклятия и подвергся наказанию, которым угрожает закон за нарушение его предписаний. Это не могло быть только для Него Самого, как потому, что Он был больше, чем просто человек, так и поскольку Он был невиновен. Это противоречит справедливости - возлагать проклятие на невинных, и следовательно, то, что Он сделался проклятием, само по себе является ярким свидетельством, что Он был сделан таковым для грешников, чтобы искупить их.
(7). Возвеличивание Христа и слава Его являются самым весомым доказательством этой истины. Когда Он закончил работу нашего искупления на земле, Он вознесся на небо, и завладел этой славой, которая была по Его заслугам. И Он должен быть рассмотрен в качестве нашего Предшественника в мире горнем, и также Главы и Представителя всех, для кого Он предложил Себя в жертву Богу, а значит, Он, как сказано, "вошел не в рукотворенное святилище, по образу истинного устроенное, но в самое небо, чтобы предстать ныне за нас пред лице Божие" (Евр.9.24). Это восшествие Христа на небо и принятие Им славы, как Поручителя грешников, является неоспоримым доказательством того, что Он получил спасение для них. Для этой причине апостол Петр делает Его основой христианской веры и доверия: "верю в Бога, что воскресил Его из мертвых и дал Ему славу, чтобы вы имели веру и упование на Бога" (1 Пет.1.22 KJV). В свете этого вознесения нашего Спасителя великая слава Его сияет на Церковь. То, что Святой Дух излит на нее особым образом в своей благодати и дарах, было ясным доказательством, что Он сделал все, необходимое для спасения грешников, и что Отец высоко оценил исполнение Им Его воли в искуплении избранных Своей смертью и страданиями.  Как замечательно совпадение этих самых убедительных доказательств славной истины, что Иисус Христос пришел в мир, чтобы спасти худших из грешников! Итак, если мы не верим Ему, мы должны быть чрезвычайно виновными, потому что мы должны сделать лжецом Самого Бога, Который столь многими путями явил подтверждение этой самой драгоценной из истин. И это является примером Его бесконечной снисходительности, доброты, сострадания и нежной заботы о Своем народе. То, то души Его людей могут иметь поддержку, помощь и утешение, в некотором смысле выше всего, что подвергает их величайшему бедствию, а именно их вины и греховности.
2. Это достойно всякого принятия. Это принципы, которые раскрывают самым дивным образом славу Божию, славу Отца, Сына и Святого Духа, и славу всех Божественных совершенств и замыслов Бога. Кроме того, эта слава является основой всего духовного мира, покоя, утешения и радости, которые святые получают , в этом мире, и это является основанием их надежды на будущее блаженство и, следовательно, заслуживает самого благодарного принятия.
 (1). Некоторые не желают ничего об этом слышать. Христос распятый является камнем преткновения и камнем соблазна  для многих, кто выдвигает претензии к христианству. Тайны Его Личности, дела и Его дивного посредничества для них - непонятные и нелепые представления. Святой опыт утешения, мира и радости в вере в Него, как Евангелие представляет его, созидает любящее воображение и энтузиазм во многих, которые еще могут называться христианами. Но ни один невозрожденный человек не получает того, что от Духа Божия, и не он в состоянии понять это. Без сверхъестественного света люди знали правду о возвышенных доктринах христианского откровения, но это сильно отличается от понимания самих вещей. Истина духовных вещей имеет такие доказательства в Писании, которые подходящи и достаточны, чтобы обеспечить в согласие с ней у всех умов, которые свободны от предрассудков, и, следовательно, невозрожденные люди могут согласиться с этими истинами, и от них вполне разумно ожидать этого. Но сами вещи эти люди никогда не смогут понять, хотя бы они составляли самую умную и знающую часть человечества. Сами вещи часто " сокрыты от мудрых и разумных и открыты младенцам", то есть людям самых незначительных способностей. Самые ученые люди в мире не более способны понять небесное, чем самые ограниченные и глупые. Более того, все, что мы называем обучением, никак не подходит для возрастания наших знаний  такого рода. Рассмотрения этого достаточно, чтобы смирить гордость людских сердец в связи с их учеными достижениями. Можно быть новичком в богословских трудах ученых мужей или вообще не быть в состоянии их читать, и тем не менее убедиться, что обучение не является достаточным, чтобы охранить от взглядов на дело Божие, граничащих с маразмом и слабоумием. Люди так глупы в своих взглядах на многие из духовных вещей, что не будь у них ученой репутации, они подверглись бы справедливому презрению, ибо все, что они говорят и делают, показывает не рассудительность, а безумие. Если в нас нет никакого сверхъестественного принципа, то мы не можем ни утверждать духовные вещи, ни придерживаться их, ни находить в них даже малейшее удовольствие. "Душевный человек не не принимает того, что от Духа Божия , потому что они почитает это безумием, и не может разуметь , потому что о сем надо судить духовно". Поэтому учение и знающие не имеют преимуществ над простецами в понимании тайн Царства. И самый грубый человек может знать эти тайны, а те, кто хвалятся своими превосходными талантами, могут быть столь же слепы к ним, как летучие мыши на солнце. "И будет там большая дорога, и путь по ней назовется путем святым: нечистый не будет ходить по нему; но он будет для них одних; идущие этим путем, даже и неопытные, не заблудятся" (Ис.35.8).
 (2). Немногие принимают все это с радостью, высокой благодарностью, одобрением и восхищением. В сообщении Божественного света нашему пониманию мы становимся способны видеть наше истинное положение по природе, превосходство и славу этого пути спасения через Христа. И это благодатное действие на нас, которые дает нашему разуму духовное знание, освящает нашу волю и побуждает наши чувства с восторгом прилепиться к тем вещам, которые наши умы видят в их превосходстве и славе. Благодать, передаваемая в освящении, сообщает святой принцип нашим душам в целом, и поэтому вследствие этой работы в нас каждая наша способность начинает действовать духовным образом и направляться к духовным вещам. То, что есть свет в понимании, есть святость в воле и усмирение страстей.  Если бы это было должным образом принято во внимание, некоторые бессмысленные споры, касающиеся веры, никогда не произошли бы среди ученых мужей. Эти истины, которые для многих людей, называемых христианами, являются глупостью, для людей духовно просвещенных представляют собой самое святое.   Они обнаруживают бесконечные богатства Божественной благодати, непостижимые глубины Божественной мудрости и святости, справедливости и истины, и верности Бога, которые явлены самым славным образом на них, и, следовательно, их святые души одобряют с восхищением эти благословенные истины, которые до конца непонятны им. Осмелюсь сказать, что некоторые находят наибольшее удовлетворение в этих вещах потому, что они воздают Богу наибольшую славу, и они будут стоять на этом, пусть даже  поколение формальных и номинальных христиан считает их кем угодно из-за этой их веры и надежды на Бога и Христа.
Из этого числа была сестра, чья смерть стала поводом для этого рассуждения. Она много лет была членом этой общины. Ее характер столь соответствовал ее исповеданию, что мы можем, не боясь быть обвиненными во лжи, сказать, что она ходила в Евангелии Христовом. Если я правильно помню, девять лет назад она перенесла первый приступ болезни, которая привела ее к кончине. Это время было для нее радостью, потому что тогда она открыла для себя великую любовь Бога и уверенность в вечном спасении через Христа, при ощущении своей полной никчемности. Именно тогда она попросила проповедовать на ее будущих похоронах, и я исполняю сейчас это желание. Она никогда не теряла сладость и благоухание этих благодатных посещений, которыми она тогда наслаждалась. Она не говорила об этом часто и вообще не желала много говорить о духовных вещах. Она часто говорила, однако, что она первая из грешниц и потому у нее есть наибольший повод любоваться благодатью Божией в ее спасении. Ее душа была заполнена пониманием отличительной благодати, и она часто говорила: "Берется один из семьи, два из народа, и отводятся к Сиону". Ее последняя болезнь была долгой и тяжелой, но это было время ее наибольшего утешения. Она сказала: "Я отойду через несколько часов, и знаю теперь, что услышу не "отойдите от Меня, делающие беззаконие", но - "придите, благословенные Отца Моего". Как бы ни было больно, я не хочу думать об этом, я хочу хвалить Отца Моего. Слава Отцу, Сыну и Святому Духу, Богу Триединому!". Я должен передать и то, что она сказала мне незадолго до смерти: "Святое и сладкое учение о благодати Божией, которое Вы проповедовали, было таким утешением для моей души, что и теперь на смертном одре я готова петь! Он не нарушит Свой завет, ибо Себя отречься не может. У меня жк нет ничего своего, кроме греха, так часто я падала". Так она ликовала при мысли о близкой кончине. Я видел ее несколько раз после этого, и хотя она не была так полна торжества, она наслаждалась прочным миром и утешением, а также сказала, что она не пожелала бы вернуться на землю. "Я искуплена Христом, и Он изменит это мерзкое тело, чтобы оно стало подобным Его славному телу". Так она жила верой и энергично упражнялась в благодати. О, счастье тех благочестивых душ, возложивших все доверие на Христа, ибо  через Него они больше, чем победители над всеми своими духовными врагами. И в осуществлении веры в Него они могут одержать победу и при приближении смерти. Можем ли мы быть причастниками Божественной благодати, чтобы следовать за теми, кто через верою и долготерпением наследуют обетования?

*Брайн не отрицает перихорезис, но только передачу непередаваемых качеств. - Пер.
 Перевод (С) Inquisitor Eisenhorn