Соседушка

СОСЕДУШКА
В полуденный, довольно жаркий денек, вдоль по аллее в тихом парке мимо реки прогуливались двое молодых людей. Худощавый франтик, которого все звали Серж, одетый «в тренде», с взлахмоченной челкой и трехдневной щетиной, томил девицу, свою спутницу, сладким взглядом и поминутными почмокиваниями то в плечико открытое, то в ушко, а то и в шейку угождал. Девица в коротеньком сарафанчике – юбочка в разлет, длинными белокурыми волосами, распущенными небрежно и в больших, на пол лица, солнечных очках – заметно нервничала. Явно не замечая сладеньких глаз смазливого Сержа,  и дергаясь ежеминутно от его потискиваний и причмокиваний, она все озиралась по сторонам и была похожа на пугливую мышь, что оказалась, случайным будто, образом, на открытой арене цирка и отчаянно пыталась убежать в укрытие. Лена с трудом отдавала себе отчет, зачем же она все - таки, пустилась в подобную авантюру, уже в который раз! Время для прогулки было выбрано намеренно, в этот жаркий вялый час, людей почти не наблюдалось, но все – же,  некоторые разместили свои тела то тут то там, кто на скамейке, кто на лужайке – делал вид, что читает умную книжку «под классику», но на самом же деле, опершись щекой на руку отдавался сладкой дремоте, что была неизбежна под солнечную топку и водочки стопку.
Впрочем, той белокурой куколке было не до спокойствия, царившего в тихом парке. Ей все казалось, что вокруг кругом зрительские ложи, а она с франтиком Сержом – главные на сцене, и все ждут от них фонтана порочной страсти. Леночка, все озиралась, да отпихивала страстного  мачо  прямо по губам да в грудь. Впрочем, ему - то было нипочем, напротив, - раззадоривало еще больше. Леночкино дерганое состояние,  с течением длинных минут, будто нарочно, стало притягивать неудобную ситуацию и ненужное внимание. А внимание,  у Зинаиды Андреевны с соседнего подъезда, было крайне повышенным,   и отличалось своей неутомимостью,  это отлично знала Лена.  Ее Тоффик, милый Тоффик, страдал диареей с самого утра, кто-то из благодушных соседей угостил псинку какой-то дрянью! Это заставило заботливую Зинаиду Андреевну в четвертый раз выползти с бедняжкой на прогулку в собачью зону тихого парка у дома № 5. Такого поворота событий, Леночка не ожидала,  и не прикидывала. Предатель Тоффик, буквально нагадил на ее планы  тайно повидаться со смазливым Сержем, которого она повстречала в минувшую пятницу, где - то в более или менее приличном баре на районе. И все было -  бы куда ни шло, если бы на пальчике у Лены не блестело колечко трехлетней давности. Колечко, молоденькую Лену томило, будто ее силком заставили выйти замуж за Володю. И фантазируя на тему яркости чувств, она отчаянно искала источник страсти и свежести отношений.
Леночка первая заметила Зинаиду Андреевну еще издалека. Остановившись как вкопанная, она звучно вдохнула воздух и перестала дышать. Зинаида Андреевна, метрах в тридцати от нее и мачо, озабоченно поглаживала пузо,  нагло раскинувшему к верху лапы,  мопсу абрикосового окраса. Соседушку пока  мало волновало происходящее вокруг. Леночке же, показалось другое. Ей привиделось, будто, Зинаида Андреевна, присев к проклятому Тоффику, исподлобья наблюдала за любовными похождениями неверной Леночки и злорадно готовила ее разоблачение перед всем честным народом.
С минуту постояв в замешательстве, Лену охватила такая ужасная тревога и в душе у нее началась такая несусветная возня, что ее стало просто тошнить от Сержа, который совсем еще недавно рисовался ей горячим привлекательным тореро, разве что быка не хватало для пущей убедительности. Сердце бедной Леночки отбивало чечетку, щеки  пламенели от ужаса, который предвещал ее разоблачение очень бдительной и справедливой Зинаидой Андреевной. Охваченная паникой, Лена ничего интереснее не придумала на ту секунду, кроме как развернуться в противоположную сторону и немедленно удалиться, на ходу придумывая историю, которая могла бы «все объяснить» давно не привлекательному, облысевшему, вспыльчивому и к тому же ревнивому Володе.
Засеменив ножками, Лена все быстрее удалялась с «места преступления». Какой-то малолетний проказник пнул свой резиновый мяч как раз под резвые ножки Леночки, а тут еще и мачо - Серж, кинулся, после полминуты раздумий, догонять убегающую Лену. Запутавшись с мячом на тропинке, Лена чуть было не упала и распсиховалась еще больше. В сердцах отшвырнув мяч ногой в изящной босоножке, она порвала лямку и взвыла от бешенства. Мяч звонко шлепнулся прямо о щеку Сержа. Он тоже выругался в сердцах! Малыш заплакал! В тихом парке, таким образом, началась несусветная суматоха. Ну как тут было устоять Тоффику, который  уже давно поправился, но притворялся больным, используя свою хозяйку для максимального удовлетворения своих собачьих радостей. Подскочив в воздухе, Тоффик молнией ринулся за метающимся мячом между Леной и ее франтиком. Отчаянно залаяв, Тоффик кинулся под ноги парню, что вызвало ужас в его глазах и родило дикий вопль. Кто знал, что мачо Серж не может справиться не только с быком, но и со сплющенным псом  плюшевой внешности. Впрочем, Тоффику, его внешние физические данные, не мешали подскочить в воздух как тот самый резиновый мячик, и в ответ на неприличный вопль франтика вцепиться мордой в его левую ягодицу, благо ростом он не вышел, так что операция удалась на славу! С криками завертевшись на месте с болтающейся собакой на попе, Ленкин спутник впал в истерию. Неведомо откуда, стала сбегаться целая куча народу и, держась за животы, показывая пальцами, лицезреть происходящее.  Обезумевшая Зинаида Андреевна, пыхтя, бежала «спасать» любимца, бранясь, на чем свет стоит! Лена в этот момент, еще не замечая надвигающуюся опасность, и будучи девушкой мягкосердечной, испугалась за… соседского пса. Подбежав к Сержу,  она  пыталась оторвать, вцепившегося мертвой хваткой, Тоффика. Тот не сдавался, издавая злобный рык.  Зинаида Андреевна тут как раз подоспела. Она растолкала хохочущих зевак своими полными и сильными руками и ее взору предстала ужасная картина: ее соседка Леночка, вертихвостка, как ее называла за глаза, Зинаида Андреевна, отдирала двумя руками ее бедного Тоффика от чьей - то попы, ранее ей не встречающейся! Вытаращив глаза, полные гнева, на всю эту безобразную ситуацию, Зинаида Андреевна сначала опешила на несколько секунд, а затем разошлась громким басом:
- Ах!... Ах ты дрянца с пыльцой такая! Безсоромна ты народная! Да что ж ты делаешь, а? Да я ж тебя, свербигузка ты, убью!
Признавая за собой слабость,  хорошенько побраниться, Зинаида Андреевна выдумала научиться  использовать старорусские бранные слова. Тем более, что старорусский язык крепко богат этой «прелестью». Сделала она это, с тем намерением, чтобы не всякий понимал, чем его обозвали. Мало ли что значат эти слова, поди и докажи на месте. Не всякий сможет. И это стало особенностью Зинаида Андреевны, и ее коньком, так сказать.
-Тоффик, сыночек мой, иди к мамочке! Отпусти ты задницу этого ерпыля божевольного!
Толпа просто умирала со смеху! Люди сбежались неизвестно откуда. Словно все они сидели в засаде и ждали светопреставления посреди бела дня. И вот дождавшись, оставили свои укрытия, чтобы насладится уличной потасовкой.
Пока Зинаида Андреевна трясясь от негодования, тщательно осматривала скулящего и облизывающегося разбойника, а мачо, повизгивая от боли и крутясь волчком осматривал свой зад с чуть надорванной  штаниной, Лена, не долго думая, решила ретироваться. Двигаясь медленно, она отступала шаг за шагом. Люди вокруг визжали,  выкрикивали что-то колкое франтику Сержу, кто-то сочувствовал собаке и ее хозяйке, хотя совершенно не ясно было, почему. Ведь Тоффик остался с измученной челюстью по своей собственной инициативе! Мама мальчишки, который пнул мяч в Лену, бранилась хоть и тише Зинаиды Андреевной, но нисколько не меньше.
Лена, пятясь назад, уже вот – вот протиснулась через толпу зевак. Ей показалось, настал подходящий момент сбежать с места происшествия, без каких-либо разбирательств, а значит серьезных последствий. Но Лена не успела, ей не повезло. Зинаида Андреевна, прижимая к себе комок Тоффикова тела, подняла глаза, и взгляд ее начал метать молнии поочередно, то на Ленку, то на франтика. Глаза бдительной соседушки крепко удерживали  Лену на месте, и тогда она сквозь зубы с чувством произнесла:
- Да что же это за…?! Да что же это творится посреди бела дня? Да за что ж все эти наказанья? Что ж он плохого тебе сделал? – Зинаида Андреевна, вкладывала в череду этих вопросов, свой, определенный, эмоциональный смысл.
Лена сконфузилась, и промямлила:
- Я… Я не… Он сам начал!- выкрикнула она. Леночка тоже вкладывала в этот невнятный ответ свой, определенный смысл.
Зинаида Андреевна побагровела и вытаращилась на Лену еще больше от такой неожиданной наглости.
-Сам начал? Чтооо? Я зна…- Зинаида Андреевна, не успела докричать, как ее, неожиданно громко и крайне истерически, начала перекрикивать Леночка:
- Мне мой Володичка ничего плохого не сделал! Я только его люблю! Да послушайте же!!! Его только! А этот ко мне сам прицепился как репей на юбку, увидел и поплелся за мной. Все лезет и лезет целоваться, а я ему говорю: да не лезь ты, я замужем! А он еще и обжиматься стал. И это посреди дня, в людном месте! Вот какой наглец!
Ополоумев от Ленкиного вранья, Серж, в два счета пришел в себя. Перестав вертеться, он уставился на Ленку глазами гневными и дикими как у быка. Мало того, думал он, что на него напала плюшевая собака, так теперь еще Ленка, продолжает позорить его мужское достоинство небылицами, желая выйти из этой ситуации, сухой, как с гуся вода.
Он быстро повертев головой по сторонам, обнаружил того самого мальчонку, который своим мячом внес весомую лепту в эту заварушку. Сделав два шага к нему, он наклонился и бессовестно вырвал мяч из его рук. Мальчишка даже заплакать не смог от такой неожиданной наглости франтика. Мамаша заголосила. Серж прицелился в спину Лены и со всей силы залепил мячом,  попав по Ленкиной попе. Она подскочила на месте, оборвав свою тираду на полуслове.
- Лгунья! – прокричал мачо Серж, тыча в нее указательным пальцем вытянутой руки. – Ты страшная лгунья и неверная жена! Вертихвостка! Вот ты кто!– Он громко проговаривал каждое слово, желая подчеркнуть перед всей толпой и этой большой крикливой женщиной, всю некрасивость Лениного поведения.
Лена развернулась к Сержу и покрасневшая с гневным выражением лица, знаками показывала, что ему не поздоровится, если он немедленно не перестанет. Но Серж и не думал заканчивать, он только начал:
- В прошлую пятницу я пришел в бар с дамой. А там была она, - Серж продолжал тычить в Ленку пальцем, - нахрюкалась в стельку! Беззастенчиво вмешавшись в наш, с Лизаветой танец, она бросилась мне на шею, пообещав много сладких встреч! Так как Лизавета слишком долго оставалась недотрогой, что крайне меня огорчало, я не стал долго препираться с этой пьяной, но очень сексуальной женщиной. За что получил жестокую пощечину от Лизаветы! Ради этой гадюки, я понес тогда, и продолжаю нести жертвы сейчас. А она еще и врет! Слышите меня, сердитая женщина? И вы все, слышите меня? – он с достоинством окинул взглядом хохочущую толпу.
На лице Зинаида Андреевны  плавно стало вырисовываться такое невыразимое удивление, какое может быть у человека, ежели, он застанет корову за катанием на коньках и выделывающую «тройной тулуп» на льду.
Лена продолжала гримасничать и жестикулировать перед Сержем, то умоляя его прекратить, то угрожая нечеловеческой расправой, попутно плетя соседушке историю, которая хоть как-то могла оправдать Ленкины похождения.
Зинаида Андреевна отпустила дергающегося Тоффика на траву и, упершись руками в колени стала… хохотать. Она сотрясалась теперь от накатывающих на нее волн смеха. Позабыв о собаке, она искренне гоготала, то и дело, поглядывая на Лену и отмахиваясь руками, словно умоляла ее пощадить и не смешить. Серж и Лена замолчали и недоуменно смотрели то друг на друга, то на Зинаиду Андреевну. Она, покрасневшая,  все еще смеялась, посвистывая на каждом выдохе. Наконец, она смогла вымолвить несколько слов:
- Какая ж… - снова смех, - какая ж ты дуурраа, Ленка! Я ж думала, ты моего пса накормила дрянью, от того и наши беды. Мой Тоффик, ходит по нужде, уже в четвертый раз! Да я ж так замучилась с ним! А тут еще и ты, и этот ерпыль с его задницей, кто он таков не знаю. – Она все еще задыхалась, приходя в себя после приступов смеха. – Да кто ж знал, что ты тут хвостом виляешь, пока твой Володька, мордофиля этакий, на работе вкалывает. Ой, Ленка! Ёнда ты эдакая, так еще пустоголовая! Нельзя, понимаешь, нельзя плести интриги, когда в голове одна извилина. Что Володьке врать то будешь?!
Зинаида Андреевна, в последний раз хохотнув, махнув рукой на Лену, ее франтика и всю толпу, развернулась и, присвистнув Тоффика, не спеша отправилась домой.
Леночка стояла опешившая. Серж теперь, присоединившись к толпе зрителей, хохотал пуще Зинаиды Андреевны. Леночка, с самого начала желая скрыть от чьего либо глаза, ее тайное свидание с Сержем, теперь стояла посреди парка в толпе людей, которые только что, узнали все подробности ее личной жизни. А главное, она сама все выложила Зинаиде Андреевне, страшной блюстительнице порядка, дотошно справедливой и жутко ворчливой соседушке. Она смотрела вслед удалявшейся Зинаиде Андреевной,  ей уже виделись картины, где она рассказывает всему их дому и в том числе Володе, о том, какая Лена глупая и неверная жена. Досада на саму себя и отчаяние взяли вверх над Леной. Она опустилась на скамейку и разрыдалась. Люди стали расходится. Серж, нисколько не жалея Ленку, но жалея о несостоявшемся свидании, бросил на прощание:
- Ну ты звони, если что…
Ленка подскочила и залепила ему пощечину. Серж отскочил и ухватился за щеку, выкрикнув уже уходя:
-Все вы бабы дурры!
Лена еще немного порыдала и затем, встав, поковыляла с разорванной босоножкой домой к маме.
Вечером, так и не поняв где Ленка, Володька, ее муж, стал отчаянно названивать ей на телефон. После пятнадцатого вызова, Лена решилась взять трубку. Молча прослушав Володькину ревнивую брань по поводу ее отсутствия, Леночка тихо прошептала:
- Я подаю на развод.
 Этими словами она заставила Володю замолчать надолго. Леночка, подождав пять секунд, положила затем трубку. А Володя, еще долго потом сидел, молча, от удивления не слыша даже длинного писка в телефоне.
Зинаида Андреевна, обнимаясь с Тоффиком у себя дома на кресле, пила тем временем чай, и смотрела телевикторину. Она не стала рассказывать никому о происшествии в парке, пожалев Ленку за ее несусветную глупость, полагая, что этим она и так на всю жизнь наказана.
За окном стоял теплый июльский вечер. Ветер шевелил листву.  Где-то вдали от дома, молодежь пела песни под гитару. А у цветущих кустов розмарина, какой-то пылкий юноша делал предложение своей возлюбленной. Только бы подумав, только бы серьезно, только бы любя, она ему ответила, волшебные любви слова! Берегите Любовь!