Общество с повышенной ответственностью. гл. 15 Вос

Глава 15. Воссоединение.
В проеме лифта я увидел черную фигуру Пастора. Да, это был именно он, только на этот раз надменную рожу перекосило от жажды крови. От жажды моей крови, что существенно. Он вошел в лифт с огромным тесаком в руках и двери захлопнулись за его спиной. Свободной рукой оборотень в рясе нажал кнопку последнего этажа.  Лифт понесся вверх, а тесак взметнулся над моей головой. Я заслонился рукой и почувствовал, как металл обжег кожу. Тварь в человеческом обличье, чья истинная личина четко проступила в тот момент, замахнулась для нового удара. Мое сознание засасывали черные бездонные глазницы, слюнявая пасть ощерилась гнилыми клыками.
Руку неприятно защекотали ручейки крови, это заставило меня опомниться. Я максимально сконцентрировался  и на лету перехватил запястье демона. Под пальцами заскользила гнилая кожа, но я только усилил захват. Демон взвыл и выронил нож. Сработало.
Продолжая держать его руку, я нанес несколько ударов в голову. Но демон вырвался и осыпал меня ответными ударами. В отличие от тех, что мы убили с Ильичом, этот был значительно сильнее. По всей видимости, Пастырь уделял внимание не только молитве.
Между нами завязалась ожесточенная борьба. Ошметки склизкой бородавчатой кожи сыпались на пасторскую одежду, от зловония разлагающейся плоти сжались бронхи. 
Но механизм лифта действовал по собственному плану: он доставил нас на заданный этаж и раскрыл двери. Мы клубком выкатились из кабины лифта. И тут как-то получилось, что демон придавил меня своей тушей к полу, а моя шея оказалась точно на пороге лифта. Да-да, на траектории, по которой движутся двери. Я во всех красках ощутил, что чувствует водитель машины, заглохнувшей на переезде, в преддверие приближающегося поезда.
Двери лифта дрогнули и начали закрываться. Я попытался сбросить с себя оборотня, но он навалился на меня словно бетонная плита. Вонючая слюна капала мне на лицо, из порезанной руки хлестала кровь, но мне было не до этого: двери лифта неминуемо приближались к моей шее, и если кто-нибудь вызовет лифт – велика вероятность остаться без головы.
Вдруг раздался хлопок. В тот же миг голова демона взорвалась, словно арбуз. Из отвратительного обрубка шеи во все стороны брызгала кровь.
Освободившимися руками я разжал двери лифта, и, наконец, скинул обезглавленную тушу Пастора.
Куски мозга и кровь залепили мои глаза.
- Черт, черт, - истерично причитал я, очищаясь от всей этой гадости. Кое-как протерев глаза, я увидел ее…Анну. Я сразу ее узнал: стройная, хорошо сложенная светловолосая девушка  с ямочками на щеках и подбородке… напряженно целящаяся в меня.
- Матвей? - спросила она чуть дрогнувшим голосом.
-Анна?
- Еще чуть-чуть и могло быть слишком поздно, - строго сказала она, опуская пистолет, - почему ты отступил от плана?
- Я…
Тут мы услышали шаги на лестнице.
- Ладно, - прошипела Анна, - потом объяснишь. Уходим.
Мы  сели в окровавленный лифт и поехали вниз. Пока ехали, Анна быстрыми, ловкими движениями вытащила ремень из моих джинсов (в другой ситуации я бы это непременно оценил) и перетянула порезанную руку, затем скинула с себя куртку защитного цвета и приказала надеть.
- А ничего, что размерчик…
- Ничего, напяливай как хочешь, а то вон весь в крови…
Лифт остановился.
Удерживая кнопку блокировки дверей одной рукой, другой  - она достала из кармана влажную салфетку и протерла мое измазанное  лицо, но я чувствовал, что оно все еще стянуто от подсыхающей крови.
- Эй, что там происходит? Есть кто в лифте? – раздалось снаружи.
- Будь послушным мальчиком, - сказала мне Анна и вдруг впилась в мои губы. Ошеломленный этим странным поступком, я все же заметил, что она отпустила кнопку блокировки.
Когда двери открылись, нетерпеливый гражданин увидел увлеченно целующуюся парочку (голова Анны закрывала мое окровавленное лицо), просто влюбленную парочку, которая, не разрывая объятий и поцелуя, вывалилась из лифта.
- Безобразие, невтерпеж что ли? А лифт чем вымазали?
Миновав потенциально бдительного жильца, мы кинулись к выходу. В идеально чистом парадном, которому больше подошло бы пафосное название «вестибюль», к нашему счастью, стоял холодильник с напитками: газировка, холодный чай, соки, минералка. Пока я искал взглядом щель для монет, Анна просто дернула дверцу, и она просто открылась. Анна схватила бутылку с водой и вылила всю мне на голову. Надо думать, кровь все-таки смылась.
Анна повела меня какими-то переулками между шарообразными домами. Я отметил, что она прекрасно вписывается в окружающую обстановку – штаны – хаки, обтягивающая майка – хаки. Прямо-таки девушка–комбат, красотка из боевика. Она шла так целеустремленно, так решительно, словно прожила в этой реальности всю жизнь, длинный хвост золотистых волос покачивался в такт бедрам.
- Как ты нашла меня?
- Еще бы не найти! Твои сигналы перекрывали все волны в радиусе пятидесяти километров.
- Сигналы? Но я не посылал никакие сигналы…
- Это тебе так кажется. Ты – сильный сенсор, но опыта у тебя…! А я сенсор так себе, посредственный. Но опыт плюс посредственность - уже мощно. Мир держится на посредственностях  - и наш, и любой другой.
Я тактично промолчал.
- И какого хрена ты действовал в одиночку?!
Я рассказал о том, что сразу вышел на демона и боялся его потерять, и хотел вычислить его сообщников.
- Ну и что, вычислил? Теперь вероятнее всего он очень скоро узнает об убийстве своего сообщника и без труда догадается, что это сделали ребята из «ОПО», и наверняка станет в сто раз осторожнее, и  апокалипсис сдвинется на более ранний срок.
Анна не смотрела на меня, она просто смотрела прямо перед собой, но я видел, как сверкают ее глаза. Она отчитывала меня, как мать отчитывает нашалившего сына, и я чувствовал себя неловко, неловко из-за того, что чуть не сорвал операцию, неловко из-за узкой куртки и из-за того, что во внутреннем кармане этой куртки лежал пистолет.
В это время мы как раз проходили мимо прозрачного здания-шара, внутри которого на полках и вешалках размещалась одежда всевозможных оттенков хаки.
Анна молча свернула в сторону этого здания, и я, как телок за буренкой, послушно последовал за ней.
- Давай, выбирай, что тебе нужно, - строго сказала она, останавливаясь в отделе мужской одежды.
- Э-э, а как же …У тебя есть чем платить?
Она бросила на меня уничтожающий взгляд.
- Не тупи, - и добавила, понизив голос, - здесь что-то вроде коммунизма.
Сначала я набрал целую тележку, - эффект «халявы» сказался, да и вещи были действительно добротными, но строгий взгляд Анны подействовал отрезвляюще и я выложил  обратно все, кроме необходимого минимума.
В примерочной я переоделся в чистую одежду, а окровавленную свернул в тугой комок и запихнул в урну.
***

 Розовый дом-шар опоясывал плакат: «Сколько ты для государства, столько государство для тебя. Нищета – удел лентяев. Если ты отвернулся от государства, государство отвернется от тебя.». В отличие от домов, которые мы видели ближе к центру города, этот и рядом стоящие имели слегка обшарпанный вид. Штукатурка местами облупилась, палисадники выглядели заброшенными, а на дорожках  потрескалась плитка. Сразу становилось понятно, что это не самый элитный район.
Мы зашли в розовый дом. Начерченная мелом надпись на лифте: «Лифт не работает», обрекла нас на пеший подъем до седьмого этажа. Анна позвонила в звонок выцветшей двери. На пороге появилась девушка с испуганными карими глазами и тут же юркнула в глубину квартиры.
- Не бойся, Грета, это тот, о ком я тебе рассказывала, - сказала Анна, уверенно проходя в прихожую. Мы оказались в узком темном помещении, еще более узкий коридор неожиданно вывел нас в комнату с закругленной стеной и сферическим потолком. Здесь и ждала нас хозяйка квартиры. Это была застенчивая молодая женщина, невысокого роста, слегка полноватая, с толстой косой, оплетающей голову, с большими карими глазами. Она испуганно взглянула на меня и вся сжалась, нервно теребя складки на платье.
- Грета, это Матвей, - представила меня Анна. Грета как-то невпопад всплеснула руками. Я не удивился бы, если бы она присела в реверансе или упала в обморок на манер чувствительных девиц прошлых столетий.
- Я принесу чай, - сказала она чуть хрипловатым голосом и быстро выскочила из комнаты.
- Не обращай внимания, - прошептала Анна, - она слегка пришибленная.
Мы сели на низкую тахту под длинным узким окном, тянущимся через всю комнату.
- Вот здесь мое, а теперь и твое пристанище. Спасибо Грете - приютила.
В этот момент в комнату вошла хозяйка, катя перед собой столик с чайником, чашками, пирогами и плюшками.
Она разлила чай в чашки и встала в сторонке, словно служанка.
- Грета, ну что ты в самом деле, садись с нами, - попросила Анна.
- Я не голодна, - пробормотала странная девушка, но все же села на стул у стены.
- Грета мне очень, помогла, - сказала Анна, обращаясь уже ко мне, - Ты даже не представляешь, куда я переместилась! На площадку для мусора, за мусорные баки.
- Хорошо, что ЗА, а не В…, - сыронизировал я.
- Да уж. На эту площадку выбрасывается мусор с АЭС, а Грета как раз и выбрасывала мусор в тот момент. Грета работает уборщицей на АЭС. Это милое создание стояло и смотрело на меня, выкатив свои прекрасные волоокие глаза. Ну я, конечно, все ей объяснила. Что отбилась от делегации (Анна пнула меня ногой под столом) потерялась, заблудилась. В общем, Грета предложила мне пожить у нее, пока не решится вопрос с переоформлением билета на самолет. Она же понимает, как трудно выехать из их страны.  Я объяснила, что ты приехал за мной и помогаешь мне с документами.
Анна  подняла одну бровь и растянула губы в насмешливой улыбке, как бы приглашая меня позабавиться над наивностью и чудовищной доверчивостью этой девушки. Но мне было не смешно. Грета почему-то вызывала во мне искреннюю симпатию.
В благодарность я работаю за Грету, - продолжала Анна, - Надеваю ее форму и платок и иду на АЭС. А Грета может спокойно ухаживать за больным сыном…
- А что с Вашим сыном? - спросил я.
Грета испуганно посмотрела на меня, но тут же опустила глаза:
- Он болен с детства. Церебральный паралич.
- Грета его прячет, - со знающим видом сообщила Анна, - прячет от государства. По местным законом, если ребенок родился больным, родители обязаны отдать его в специальное заведение для таких детей.
- Я не захотела отдавать сына, - сказала Грета с неожиданной горячностью, - как я могла его отдать?! Это же мой ребенок, моя кровинка!
- Так что же его всю жизнь прятать? – удивился я.
- Да, иначе его отберут…
- Дикость какая.
- Я думала так везде, но Анна говорит, что у вас не так.
- В этом плане да, но у нас хватает других дикостей.
Из соседней комнаты донесся нечленораздельный крик. Грета подскочила и побежала туда.
Мы с Анной остались наедине.
- Короче, у меня план такой, -  сказала она, отставляя чашку, - Я  согласна с твоим предположением – скорее всего, этот урод с АЭС работает не один. Наверняка демоны подстраховались и подключили кого-то еще на всякий пожарный. Поэтому, ты рассказываешь мне, как пройти в кабинет, в котором ты сегодня оказался, я иду туда, ставлю скрытую камеру и жучок, и мы вычисляем сообщников. После этого думаем, как их убрать.
- Ок, только вот интересно, как ты обходишь скан сетчатки или как там его…
- Ну, ты видишь чего это за райончик? Не самый благополучный, да? И товарищи здесь проживают соответствующие, оппозиционеры мягко говоря. Я тут вышла на одного чувака, просто хотела линзы заказать, чтобы глаза были карие, как у Греты. Так вот, этот парень делает специальные линзы для особых случаев – блокирующие сканирование.  Он и мне сделал парочку, когда я пообещала стырить с АЭС кой-какие инструменты.
- Ну ты даешь! – искренне восхитился я находчивости этой девушки, - а жучок, а камера?
Анна взглянула на меня снисходительно.
- В отличие от некоторых, я неплохо подготовилась еще в нашей реальности.
Мне оставалось только пожать плечами и снова почувствовать себя двоечником. Почему все женщины, встречающиеся на моем пути, пытаются командовать и демонстрировать свое превосходство. Мать, учителя, жена, а теперь вот и Анна? Может, жизнь каждый раз преподносит мне какой-то урок, и пока я не решу его, все будет повторяться снова и снова?
 Я потянулся к баночке с кофе, но девушка перехватила мою руку.
- Не советую пить здесь ничего, кроме воды. В кофе, чай, какао, молоко, соки добавляют транквилизаторы.
***
Грета постелила нам с Анной в гостиной: ей – на диване, мне  - на пол, на матрасе. Я по-джентельменски дожидался за дверью, пока Анна разденется и спрячется под одеяло. Когда я,  предварительно постучав, вошел в комнату, мне сразу бросился в глаза лазурно-голубой халат на спинке кресла. Именно его я видел во сне. Видимо, все-таки это был не сон, а почти удавшееся перемещение, а девушка в халате – несомненно, Анна.
Она проследила за моим взглядом.
- Это контрабандный товар – Грета одолжила.  Такие цвета здесь носит только элита. Грете его кто-то подарил, но она боится его надевать, вдруг соседи заметят в окно. Вот идиотизм, правда?
Анна продолжала что-то говорить, но я неотвратимо погружался в сон. Денек, сами понимаете, выдался не из легких. И когда в наконец наступившей тишине я почувствовал что-то горячее под одеялом, то даже вздрогнул от неожиданности.
- Согреешь? – с хрипотцой прошептала Анна, каким-то образом оказавшись рядом на полу. Я, конечно, очень хотел спать и совершенно не планировал завязывать близкие отношения с этой девушкой. Она безусловно, красивая, но… В конце концов, если женщина просит…


Рецензии
Полина,
не устаю поражаться и восхищаться Вашей потрясающей фантазии!
С искренним уважением,
Владимир

Владимир Врубель   08.02.2014 23:16     Заявить о нарушении
спасибо,
c дружеской симпатией,

Полина Олехнович   20.03.2014 23:08   Заявить о нарушении