На распутье...

2. Случайности и самоцветы прошлого



Визуальная встреча с Кристиной породила мощную волну воспоминаний, которая ураганным штормом захлестнула Виталия. Было ли это случайностью или очередным испытанием высших сил — определить было трудно. Возможно, и то и другое. Но одно было неоспоримо ясно: эти силы подняли из недр личного и сокровенного пласт прожитой жизни, положили его перед глазами, и сердце дало сбой — застучало учащённо; на лице произошла своя химическая реакция — оно загорелось жаром, а на лбу выступили капельки пота.

Пережитое и казавшееся давно забытым не умерло — оно жило в подсознании все эти 38 лет и теперь выплеснулось наружу с такой силой, что готово было разрушить душу, не оставив камня на камне.

В душе Виталий называл это происками высшего мира и законом подлости. Именно в последний день года всплыли неотложные дела, которые, в принципе, можно было переложить на более поздний срок, но эту мышиную возню нужно было выполнить именно сейчас. Старую бумагу и газеты, пластик, остатки обёрточного материала и упаковки необходимо было отправить на пункт вторичной переработки сырья.

Народная мудрость утверждает, что перед праздником в доме следует навести идеальный порядок, а старое барахло — плохая примета в Новом году. Имело ли это высказывание твёрдое обоснование, Виталий не знал, но отслужившие свой срок вещи всё же пришлось вывезти. Это была настоятельная просьба его второй половины.

В это же время позвонили с работы: нужно было ещё в старом году «срочно подобрать кое-какие мелочи». Затем предстояло в доме перебить гвоздь, перевесить картину, убрать с глаз долой скребок для снега и… обзвонить и поздравить с наступающим Новым годом родных, близких и друзей, пожелать им голубого неба, яркого солнышка, безоблачной жизни, достатка и крепкого здоровья.
Всё, ну абсолютно всё в перечисленном списке было главным, и каждый пункт нужно было успеть выполнить.

В довершение ко всему жена, устроившая этот парад очищения, попросила сделать покупки. Срочно!

— Будь добр, сгоняй в магазин: у нас маловато соков и минеральной воды. Возьми пару ящиков. Для салатов мне нужен свежий укроп — самый лучший в турецком магазине. А в русском, у Мишки, посмотри крабов или крабовое мясо, — попросила супруга. — Ты же понимаешь, в таком затрапезном виде я не могу показаться на людях. Брошу всё — семья останется без праздничного обеда и ужина. На обратной дороге купи, пожалуйста, лампочку для духового шкафа. Перегоревшую можешь выкрутить и взять с собой — для образца. Потом…

Список заказов оказался бы ещё длиннее, если бы Виталий не остановил «аппетит» жены к наставлениям.

— Может, всё-таки сама поедешь и купишь свои «мелочи»? Ты же знаешь, «прогулки» по магазинам, другими словами — бестолковые толкучки, для меня смерти подобны. Это кинжал в сердце.

— Во-первых, это не мои личные прихоти и мелочи. Это, в первую очередь, нужно для внуков, для детей. Для всей семьи. Ты против семьи? А ты останешься дома и будешь помещение прибирать, кушать готовить? Уверена, уткнёшься в свои книжки — и трава не расти.

— А ты молодец, припёрла к стенке! Это я против семьи, детей и внуков? Как ты додумалась до такой идеи?

— Сейчас нет времени дискутировать на эту тему. Отправляйся по магазинам и постарайся ничего не забыть. Но главное — возвращайся побыстрее.

— Напиши, пожалуйста, на бумаге, что нужно… — Виталия поражала память жены, которая легко, без напряжения, раскладывала всё по полочкам и ничего не забывала в длинной цепочке покупок. По этому поводу у него было своё личное умозаключение: «Женская логика работает по другой схеме».

— Неужели так сложно запомнить пять-шесть пунктов?..

— Знаешь, если не сделаешь список, поедешь сама.

— Не заводись! Вот тебе список. И, пожалуйста, не забудь купить для девочек хороший сок. Для мамы…

— Обязательно, — уже за порогом дома сказал Виталий, только бы к этому списку не «накрутила»  ещё пять дополнительных пунктов.

Он сел в машину, включил зажигание — и голос Анны Герман напомнил о «Случайности»…

«Что за напасть такая — случайность на случайности. Будет ли сегодня этому конец?» — рассуждал Виталий, направляясь за покупками в современные супермаркеты.

Его внутренний мир находился в другом измерении, в другом времени: мысленно Виталий передвигался по улицам своей юности, по семидесятым годам.

«Как быстро пролетело время! Словно ещё вчера вместе с мальчишками удирал с занятий, ходил на танцы и в кино, выезжал на природу, строил “наполеоновские” планы, радовался успехам, огорчался неудачам, падал, вставал и шёл дальше… А вот уже и жизнь пролетела. Лет через десять — пенсия. А что потом?

Как жаль, что человеку не даётся дополнительное время за добросовестный труд, за активное участие в общественной жизни, в воспитании детей и внуков. Жизнь проходит для всех одинаково — и чудовищно быстро…»

Виталий накручивал себя, и теперь ностальгия разрывала на миллион частей не только душу, но и сознание. Сентиментальный ком подступил к горлу, кровь застучала в висках. Виталий терзал себя мыслями о безвозвратно ушедшем, об утраченном из-за бестолковых, бесполезных дел, которые не приносили ну абсолютно никакой пользы. В молодости тема времени не стоит так остро на повестке дня, как на финише жизненного пути…

В хозяйственном магазине ротозеев оказалось больше, чем товара. Виталий пытался разобраться и объяснить себе, но так и не смог понять: «Какое же удовольствие люди получают от этих толкучек? Почему таким “несметным войском” атакуют торговые предприятия в последний день уходящего года?»

Вот, к примеру, на концертах Карлоса Сантаны или Аллы Пугачёвой — там всё понятно: люди получают моральное и культурное удовлетворение. Но зачем толкаться без толку в супермаркетах? Это же пустое времяпрепровождение! Именно это пустое времяпрепровождение и раздражало его больше всего.

— Мне нужна вот такая лампочка? — Виталий обратился к знакомому сотруднику магазина, демонстрируя свою наивную беспомощность.

— Это от духового шкафа в плите? — охотно согласился помочь словоохотливый представитель торгового предприятия.

Они прошли к отделу, где температура воздуха напоминала золотые пески Болгарии в разгар сезона. Здесь на полках, стеллажах, на потолке и стенах горели, светились, мерцали и подавали сигналы тысячи лампочек всевозможных калибров и форм.

Продавец, не глядя, сунул руку в одну из ячеек и протянул упаковку Виталию.

— Есть дешевле этой, но эта лампочка лучше. Советую!

У входной двери Виталий столкнулся лицом к лицу с Александром — кузеном жены друга юности. Автоматически прозвучали формулы приветствия, как это принято во всём белом свете.

— С наступающим Новым годом! За последними покупками?

— Да вот, жена попросила купить лампочку… — Александр не успел закончить фразу, как Виталий задал встречный вопрос:

— От духовой плиты?

— А ты откуда знаешь?

— Да так, наугад сказал. Меня за тем же товаром из дома попросили.

«Ужасные случайности. Мистика, да и только», — подумал Виталий.

— Знаешь, Женька сильно заболел…

— Что-то серьёзное?

— Да. Пару недель назад скрутило спину в бараний рог, а затем — два микроинфаркта. Один за другим… Был в больнице, сказали — защемление каких-то нервов. Радости в этом мало. Где-то на севере, в клинике, делают операции или специальные уколы, которые якобы помогают.

— А сейчас он где? В больнице? Как самочувствие? — с тревогой задавал свои вопросы Виталий. — Жена на прошлой неделе разговаривала с Эрной, женой Евгения, но о плачевном положении Женьки и речи не было.

— Перед Рождеством скрутило. Сейчас уже дома. Лежит на диване и стонет…

— А может, эта болячка с работой связана?

— Да Бог его знает. Мы же какие? Будем умирать, но на работу из последних сил ползём. Вот и Женька такой же — на маленькие болячки внимания не обращал. А оно, видишь, вон куда выстрелило: сначала в спину, как предупреждение, а теперь — прямо в сердце.

Последний день уходящего года состоял из сплошных случайностей, которые преследовали Виталия на каждом шагу, нанизывая всё новые совпадения на длинную цепочку и превращая её в драгоценное ожерелье из самоцветов прошлого.

Одно обстоятельство выпадало из этого ряда — болезнь друга юности.

(Продолжение следует: http://www.proza.ru/2014/02/16/151)