Глава 5. Теневая экспансия

На затерянной в пространстве и времени планете Гамаюка заседал штаб его Отвратительного Хрихохляка Трисклизлого. Штаб состоял из самых наислизейших отвратительных тварей соседних Галактик, которых давно прельщали богатейшие природные ресурсы планет-свалок нашей Галактики. Его Противность, сладко улыбаясь своим трехметровым глотательником, обнажил все свои четыре жевальника. Это было сигналом к началу заседания. Со всех сторон донеслись глюканья и бульканья. Все просили слова. Но его Мерзопакость громко булькнул, требуя тишины. Самые яростные глюкала были немедленно съедены, остальные замолчали. Маленькая желтоватая амеба с розовыми ложноножками призывно потерлась об одно из щупалец своего повелителя и скромно вращая своими тремя хвостами нежно пробулькала:
— Ваше Расползучество, требую немедленно вывести из зала этого инородца. Посмотрите, у него даже ложноножки розовые, а уж щупльца до чего загребущие!
Начальник штаба болотных сил не успел закончить своей лебединой песни и был проглочен своим повелителем. Все это немедленно законспектировал секретарь на тринадцати печатных машинках сразу. Иногда его щупальца перепутывались и на бумаге получались нечитаемые фразы. Впрочем, секретаря это нимало не заботило. Во-первых, этот текст, не успев родиться, сразу становился историческим и один экземпляр тут же поступал в архив. Во-вторых содержание его было засекречено, поэтому двенадцать остальных экземпляров секретарь тут же съедал. Поговаривают, правда, что он их съедал не один, а с одиннадцатью самками из гарема Его Мерзости, но нельзя же верить всяким сплетням, тем более, если их распускает двенадцатая самка из-за того, что с ней не поделились.
Его Мерзость сладко рыгнул и спросил:
— Есть желающие занять пустое место?
Желающие нашлись. Место начальника штаба болотных сил досталось большому синему двухголовому крокодилу, который сумел съесть всех своих конкурентов. Он довольно заурчал, хрипло прокашлялся и сказал:
— Ваша Противность, и все здесь присутствующие! Недавно совершенно справедливо съеденный мой коллега заготовил короткую четырехчасовую речь, в которой собирался раскрыть нам глаза на то, на что они у нас и так раскрыты.
(Хорошо, что я его съел, — подумал его Мерзость)
— Все мы прекрасно знаем, что в наших Галактиках совсем уж не осталось места, где бы мы могли метать икру, выделять слизь и откладывать яйца.
(Нет, все-таки хорошо, что я его съел, — подумал его Мерзость)
— Но вот перед нами расстилается совершенно новая Галактика! Вот где много места для удовлетворения наших непомерных потребностей. Но что же мы там видим? Одну звездочку, две звездочки, три звездочки, кое-где даже пять звездочек. Но если посмотреть вооруженным глазом...
В задних рядах раздался выстрел из базуки — кто-то попробовал посмотреть вооруженным глазом и отстрелил себе голову.
— ... то мы увидим, что эта Галактика плотно заселена странными созданиями, которые называют себя людьми. Вот чучело одного из них, — оратор протянул щупальце в направлении висящего вниз головой человека. В зале послышались крики:
— Фу! Какая мерзость!
— Я сейчас разложусь от отвращения!
— Мама, хочу кушать!
И другие. Повелитель поморщился и подумал: "Ну народ! Только о еде и думают! А все-таки хорошо, что я его съел."
Между тем крики стихли, довольные съели недовольных и стали еще более довольными, заседание продолжалось. Слово взял мокрый и скользкий многорукий многоног, возглавлявший разведку. Он только что вылез из сточной трубы и от него приятно пахло свежими выделениями. Он взобрался на возвышение, так как был очень мелких размеров. Тем не менее эта маленькая вонючая тварь наводила ужас на всех самых склизких мира сего, ибо уверенно держало их за жабры. Слова ему никто никогда не давал, он его всегда брал сам, уверенно произнося на любом собрании свое "Дайте булькнуть!"
— Эй вы, ползучки! И ты, мерзкая жаба, сидящая на троне! Мне только что стало известно, что сухие твари, обитающие в этой Галактике, разделены на две части. Одна часть называет себя Империей, а вторая — Федерацией. Они постоянно враждуют, хотя пока что делают это чисто теоретически. Вот бы их поссорить, чтобы они перебили друг друга! Тогда вся Галактика будет нашей совсем без боя.
Дружное глюканье и бульканье одобрения заглушили его последующие высказывания. Все мерзкие и скользкие твари уже предвкушали тот момент, когда покорят миллиарды новых планет и тут же, немедленно начнут метать икру, выделить слизь и откладывать яйца.
Его Мерзость нежно смотрел на вонючего разведчика и думал:
"Вот бы его съесть. Да говорят, что он ядовитый". Повелитель некрасивых тяжело вздохнул и вынужден был проглотить парочку первых попавшихся тварей. Но этого среди общей радости никто и не заметил. Так человечество, само об этом не подозревая, вступило в войну с мерзкими тварями из соседних Галактик.