7. Книга Судеб, ч. 110

Глава 125. Апостол Павел полная противоположность того, что он проповедовал.

Настоящая жизнь никому не известна, кроме Иисуса, который воскрес после смерти и смог бы что-то рассказать людям о ней. Смог бы, если бы людям было это интересно. Никто Иисуса о тамошней жизни не спрашивал, потому что все жили жизнью здешней и были озабочены решением своих земных задач. С той поры, как небо и земля разделились, небо перестало интересовать людей. Так перестает интересовать людей соседнее государство, которое своими разбойничьими набегами не давало наладить жизнь, после закрытия с ним границ. Однако жизнь у людей после закрытия  все равно не налаживалась, поскольку небо закрылось только для глаз людей, что значит, продолжало оно воздействовать на людей невидимо.
Евреи во времена Иисуса жили под пятой римлян. Жить порабощенными никакому народу не понравится, а евреям – не нравилось это больше, чем другим, потому что очень уж они горазды сами с других дань собирать. Всяких проблем в земной жизни столько, что некогда человеку думать о жизни небесной. И никому не приходит в голову, что вся эта наша земная жизнь, которой все люди живут и которая вся состоит из страданий, болезней, неприятностей, перемежающихся редкими радостями, это жизнь ненастоящая. Копируя тетю Соню юмористки Клары Новиковой, артистка в передаче «Один в один» на ТВ ходит так скособочено, что страшно на неё смотреть. Вы, может быть, думаете, что у меня ноги больные, говорит она? Нет, у меня на ногах туфли на два размера меньше. Зачем я их надеваю? Затем, что когда приду домой и сниму их, сразу стану счастливой. Точная копия нашей жизни в мире Зла, где о счастье человек мечтает, к нему стремится и поскольку препятствий на пути к счастью возникает много, очень радуется он, когда дается ему это. 
Два года апостол Павел ходил под стражей, когда начал проповедовать. Можно подумать, что Господь не мог сразу устроить ему счастливую жизнь. Мог, но не хотел, потому что радости Павел никакой не испытал бы, если бы никаких препятствий не было. А потом и сам Павел научился прикидываться, как тетя Соня, страждущим. «Ибо я наименьший из Апостолов и недостоин называться Апостолом» (I-е коринфянам, 15-9), говорит он. Лукавит Павел, как лукавил Иоанн, называя себя псом смердящим. В действительности это правда, что Иоанн Душой своей пёс смердящий, поскольку пропитана его Душа вонью плохих качеств, как пропитана выхлопная труба «КАМАЗА» очень вонючими выхлопными газами. Однако делается всё это так потому, что есть механизм Неправды, который  Правду очень ловко использует в своих интересах. Это сам Иоанн говорит правду о себе, это сам Павел говорит о себе, что он недостойный, но попробуй кто-то скажи ту же самую правду об Иоанне – тут же слетит голова со смельчака. В этой инсценировке правды я нахожу след работы механизма, который  заставляет юродивого  прикидываться простаком, нищим, неумным, по своей простоте говорящим правду. Юродствуют Иоанн и Павел, когда говорят правду о себе. И когда юродствуют они, то в них особенно заметен бес, характерная особенность которого высокоскоростное движение (бес-покойство в значении отсутствия покоя). «Волка ноги кормят» говорил мне начальник Горьковского Управления, когда наставлял на работу. Движение – это хлеб беса. Чем быстрее движение, тем больше хлеба. Под Павлом Г. накидка на кресле съезжает потому, что внутренний бес его так неистов, что секунды не в состоянии посидеть на одном месте.
Ученики Иисуса, в сравнении с Павлом, были очень спокойные люди. Чтобы они забеспокоились о деле, ради которого их определили в ученики, на них сошел, как известно, Дух Святой  на пятидесятый день после распятия Иисуса.
Цитата:

      1 При наступлении дня Пятидесятницы все они были единодушно
вместе.
      2 И внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного
ветра, и наполнил весь дом, где они находились.
      3 И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили
по одному на каждом из них.
      4 И исполнились все Духа Святаго, и начали говорить на иных
языках, как Дух давал им провещевать.
      5 В Иерусалиме же находились Иудеи, люди набожные, из всякого
народа под небом.
      6 Когда сделался этот шум, собрался народ, и пришел в смятение,
ибо каждый слышал их говорящих его наречием.
      7 И все изумлялись и дивились, говоря между собою: сии
говорящие не все ли Галилеяне?
      8 Как же мы слышим каждый собственное наречие, в котором
родились.
      9 Парфяне, и Мидяне, и Еламиты, и жители Месопотамии, Иудеи и
Каппадокии, Понта и Асии,
      10 Фригии и Памфилии, Египта и частей Ливии, прилежащих к
Киринее, и пришедшие из Рима, Иудеи и прозелиты,
      11 критяне и аравитяне, слышим их нашими языками говорящих о
великих делах Божиих?
      12 И изумлялись все и, недоумевая, говорили друг другу: что это
значит?
      13 А иные, насмехаясь, говорили: они напились сладкого вина.
      14 Петр же, став с одиннадцатью, возвысил голос свой и
возгласил им: мужи Иудейские, и все живущие в Иерусалиме! сие да
будет вам известно, и внимайте словам моим:
      15 они не пьяны, как вы думаете, ибо теперь третий час дня;
      16 но это есть предреченное пророком Иоилем:
      17 И будет в последние дни, говорит Бог, излию от Духа Моего
на всякую плоть, и будут пророчествовать сыны ваши и дочери ваши;
и юноши ваши будут видеть видения, и старцы ваши сновидениями
вразумляемы будут.
      18 И на рабов Моих и на рабынь Моих в те дни излию от Духа
Моего, и будут пророчествовать.
      19 И покажу чудеса на небе вверху и знамения на земле внизу,
кровь и огонь и курение дыма.

Дух Святой, нисходящий на апостолов, это огненный Змей, в огне которого  как раз и находится, если образно,  бес, заставляющий людей шевелиться. В каждом этот бес есть от индивидуального  Эго (рисунок 86), но в каждом этот бес есть ровно в той мере, в какой это необходимо для осуществления жизни. Ловят себе потихоньку рыбаки свою рыбу в море, и всё. Иисус им говорит, теперь ловцами людей будете. Чтобы людей ловить, шевелиться надо больше. Поэтому добавка им идет от Духа Святаго. И чудеса они начинают творить, именно благодаря этой энергии. И больше всех чудес творит тот, в ком беса (по природе его Души)  больше.
Цитата (Воропаева, «Кто такие апостолы», стр.53):
«Из всех апостолов, по христианской традиции, Павел основал наибольшее количество церквей, «олицетворяя в себе, – по выражению Ренана Э., – всепобеждающее и странствующее христианство».
Достаточно хорош и апостол Пётр, который три раза предал Иисуса, как было предсказано Иисусом, а потом стал Пётр (на пару с Павлом) основой (Пётр – это камень) католической церкви, что также предсказал Иисус. От одной только падавшей на них тени Петра люди обретали здоровье, когда их выносили на дорогу перед проходившим апостолом. У Павла больные исцелялись, когда на них клали пояса, которые он носил, или платки, какими он повязывал голову.
Всё это и еще множество всего, что творилось Творцом через апостолов и что не творилось, но говорилось, что творится, записано в апокрифических книгах.
Справка:
По определению «Церковного словаря» П. А. Алексеева (Спб., 1817), это — «сокровенные, то есть неизвестно от кого изданные книги, или что в церкви всенародно не читаны, как обыкновенно читается Св. Писание. Таковые книги суть все те, коих в Библии не имеется».
Не имеется этих книг в Библии, но они сыграли существенную роль в становлении религии. Их было гораздо больше, чем книг, которые вошли в число 66 Библии. Апокрифические или неканонические книги были и до нашей эры, некоторые из них назывались второканоническими, то есть тоже важными и нужными.
Справка:
«…в более свободной и просвещённой Александрии, где существовала богатейшая библиотека древности, при переводе ветхозаветных книг на греческий язык, 70 (или 72) еврейских толковников — переводчиков, после глубокого изучения, усердных молитв и дискуссий добавили (в греческий текст) к предыдущим 39 книгам ещё 11. Именно этот вариант — Септуагинта — стал основным для христиан, говоривших в первые века христианства преимущественно на греческом языке».
Относительно признаваемых христианских (времени нашей эры) апокрифов, с которыми знакомятся все специалисты, насчитывается еще больше. Одних апокрифических евангелиев я насчитал 14. Плюс к ним еще евангелия детства Иисуса, которые официальное христианство точно не в состоянии признать, так как правда о детстве от брата Иисуса Якова, например, явно не соответствует выдуманной правде об Иисусе апостола Павла.  Очень горазд на выдумки Павел. И как тут не вспомнить Гитлера, который говорил, что люди лучше верят большей лжи. Некоторые выдумки Павла так хороши, что переводятся на греческий, латинский, славянский языки, во многих странах люди зачитываются ими. Особенно популярной становится книга «Деяния Павла и Феклы». Прочёл я их от начала до конца.
Прочёл полностью потому, что  есть в них энергетика Павла, которая завораживает. Именно об этой энергетике, называя её волшебством, говорит жених Феклы Фамирид, от которого Фекла отвернулась, услышав в окно речи Павла. Не видит Фекла Павла в окно, только слышит, а уже так покорена им, что от окна не может оторвать дочь родная мать день, второй, третий. От хорошего жениха, с которым обручена и который в городе не последний человек, отворачивается, а к Павлу, странствующему по весям и совсем не красавца, поворачивается.
Справка:
«Апостол был приземист, плешив, кривоног, со сросшимися бровями, большеносый, но исполнен какой-то благости» (т.1, вып. 2, изд-во 9-е, составитель проф. Сиповский П., 1915, стр. 19).
Весь цикл апокрифических «деяний»  апостолов специалисты определяют как своеобразный литературный жанр романтических повествований. С романтики, вспомним, начиналась художественная литература  в России во времена Жуковского. Романтизм воспевал нечто возвышенное, чего в реальной жизни не могло быть. Просто умным чувственным людям  очень хотелось, чтобы оно было. Переплетается в «Деяниях Павла и Феклы» то, чего хочется автору, с тем, что есть. Очень хочется Павлу, странствующему по весям, женской ласки. Как без женщины, если энергия бушует внутри?! И Павел просит у Бога, чтобы послал ему женщину.  О просьбе только мельком сказано. Это я заостряю внимание на просьбе, а Павел в этих деяниях весьма подробно художественными средствами рассказывает о силе своих божественных проповедей, от которых с ума сходят такие завидные девицы, как Фекла. Фекла очарована речами Павла настолько, что жених жалуется иегимону на «волшебство» Павла, а мать требует казни для своей дочери, чтоб другим неповадно было. И дальше начинается по существу история Феклы, которая вначале идет в тюрьму к Павлу, чтобы лобызать его оковы, после чего ведется рассказ об её аресте, сожжении на костре, который тушится дождем и градом с небес. Ни звери сухопутные (медведи, львы, приученные на арене убивать людей), ни звери в воде (тюлени) не в состоянии причинить вреда раздетой почти донага девице, потому что львица вдруг бросается на её защиту или необычайно яркий свет слепит тюленей. Всё это творится на фоне проповедей во славу Господню: мол, только о прославлении Господа мечтают Павел и Фекла. И почти ни одного слова о личных отношениях Павла и Феклы.
Я это называю двойственностью, когда о сексуальных требованиях тела, согласно негласному велению Творца, человек не распространяется, восполняя недостаток на одном фронте излишками на другом. Мечтай о любви, восхваляй Господа и если будешь очень хорошо это делать, то Бог пошлет, когда невмоготу станет и попросишь его, женщину. У Эхнатона много женщин, но нет женщины для Души, и Господь посылает ему Кию. Эта Кия в разных обликах везде во всех воплощениях посылается Павлу, и везде она сразу, увидев или услышав Павла, проникается им. 
Двойственность обязательное условие творения мира Зла: без секса никак ничего не может быть, но его надо скрывать при существующем в период Инволюции порядке вещей, потому что чувства, если дать им волю, грубо пожрут любую благость.
Цитата из «Деяний Павла и Феклы»:
«И увидел он Павла шествующего, мужа низкорослого, лысого, с ногами кривыми, с осанкою достойную, с бровями сросшимися, с носом немного выступающим, полного милости; и то являлся Павел как человек, то ангела имел обличье».
Проникаются благостью Павла все встречные и поперечные, хотя как человек Павел совсем не привлекателен. Благость это энергия, которая захватывает людей. Чем больше сексуальной энергии в человеке, тем лучше он захватывает в свои сети людей. Понять это можно, если представить женщину с соблазнительными формами, от которых мужики направо и налево падают. Сексуальной называют такую женщину. Я говорю правду, что соблазнительность в человеке от сексуальной энергии в нем. Господь, а вслед за ним и Павел, говорят, что это ангельская благость, свойственная чистоте.   
  — Блаженны тела девственные, -- говорит Павел, – ибо они Богу благоугодят и не лишатся воздаяния непорочности своей; ибо слово Божие будет для них делом спасения в день Сына Божия, и обретут они упокоение во веки веков.
Вроде бы, правильно Павел говорит, что девственность, поскольку это чистота, угодна Богу, но если глубже в суть сексуального вопроса заглянуть, то выяснится, что чистые Богу Инволюции не очень угодны, поскольку чистые ни для какого дела не годятся. Годятся для дела такие нечистые, кому, как Павлу, свою потребность в славе надо удовлетворить, а за славой и женщину им обязательно подавай. Очень много (сексуальной) энергии должно быть в человеке, чтобы он носился без устали по весям и проповедовал. А чистой Душе ничего не надо: ни славы, ни секса, да и жизни самой – никуда она не пойдет, поскольку ничто ей не интересно будет.
Начинаются «Деяния…» так:
«Когда восходил Павел к Иконию, бежав из Антиохии, были сопутниками его Димас и Ермоген медник, лицемерия исполненные, и ластились к Павлу, притворяясь будто любят его. Павел же, на одну лишь благость Христову взирая, ничего дурного не сделал им, но миловал их весьма, дабы содеять для них сладкими все словеса Господни, и учение, и толкование благовестия о рождестве и воскресении Возлюбленного, и слово в слово пересказывал им дивные дела Христовы, как что ему самому открыто было».
Казалось бы, Зачем Павлу разговаривать с людьми, лицемерия исполненными? Затем, что есть у него интерес покрасоваться перед ними «сладкими словесами». Покрасовался, а дальше те же самые Димас и Ермоген свидетельствуют против него при встрече с Фамиридом:
«И сказали ему (Фамириду)  Димас и Ермоген:
— Кто он, не ведаем: а отвращает он юношей от жен и дев от мужей таковыми словесами, что-де нет вам иного воскресения, если не пребудете чистыми, соблюдая плоть свою от осквернения».
О воскресении так часто говорит Павел, что научились и его сопутники так говорить:
«И сказали Димас и Ермоген:
— Приведи его к игемону Кестилию, как совратителя народного в новое учение христиан, и тот казнит его; ты же получишь в жены Феклу свою. А мы научим тебя о воскресении, о коем тот говорит, что оно-де совершится и уже совершается в детях наших, и что мы-де воскресаем, когда познаем Бога истинного».
Идея такая у сопутников Павла, казнить Павла, чтобы самим ходить и воздействовать на народ сладкими словесами. Позавидовали они Павлу. А что такое воскресение в действительности, не ведают Димас и Ермоген, в отличие от Павла, который видел явление Христа спустя шесть лет после смерти его.
Однако, как известно, никто из апостолов после смерти своей не воскрес. Почему? Потому что не чисты были? Иисус тоже не очень чист был. Главная причина в том, что в пределах веры, которая только зарождалась тогда, не планировалось воскресения и невозможно было оно технологически. Так после отработки  первой ступени ракета еще не может вылететь в Космос: нужно, чтобы вторая и третья ступень отработали своё.  Требуется еще период взращивания ума, для чего как раз Христианство и служит своими уроками, а потом наработка сознания, которое нарабатывается аналитическими уроками логического ума.
В 1996 я этот процесс подготовки к воскресению сравнил с подготовкой зубного нерва к удалению. Раньше врачи клали мышьяк на нерв, чтобы убить его. Затем стали делать обезболивающие уколы. В противном случае, если нерв продолжает оставаться чувствительным, больной в стоматологическом кресле и ногами сучит от боли, и кричит, и слезами истекает, и руками за руку врача хватается, и сжимается весь при виде бормашинки, и из кресла выезжает. Может больной уйти домой, но не уходит, потому что умом своим понимает, не удастся удалить больной нерв, от него потом жизни не будет. Нерв это аналог чувств человека, которых в самом начале совсем не было. Трудились высшие садовники очень много, чтобы в человеке наконец чувства выросли и он стал чувствовать внешний мир. Во времена Павла такого чувствования, как сейчас, еще не было: в основном язычниками были люди. То есть шел процесс наработки чувств и параллельно создавалось Христианство для наработки логического ума.  Плюс к этому говорилось о воскресении, о котором мы по-настоящему начинаем говорить только  сейчас.
Сейчас мы имеем дело со слишком  развитыми чувствами, которые заболели так, что их надо удалять. В принципе, все пять органов чувств созданы для жизни в физическом мире, который, по плану, должен отойти и, соответственно, эти чувства будут не нужны. Потому они и заболели, что время их удаления настало.
Очищение от чувств, о чём говорится у Павла, это очищение на уровне Веры, которое частично мнимое. Это как нейтрализация нерва мышьяком: не убивается нерв, а только немного чувствительность его ослабляется.
Очищение от чувств на плане ума это как воздействие обезболивающим уколом. Новокаин сильнее мышьяка, но и укол не всегда чувства убивает. Чувства на уровне 50 %, когда человек совершает свой выбор, нейтрализуются только в том случае, если человек выбирает положительный путь.  На отрицательном Пути чувства продолжают расти по синусоиде: пока ум воздействует на них, линия синусоиды опускается вниз, потом, стоит уму чуть зазеваться, кривая синусоиды подскакивает вверх. Так и жил человек, в том числе апостол Павел, то очищаясь, когда силой ума и помощью механизма с обезболивающим уколом удавалось избавиться от чувств, то взалкивал. В  один из таких моментов Павел взалкал так, что пришлось просить Господа о женщине. И дал ему Господь женщину, потому что теперь, с женщиной, Павел будет благодарить Господа, не уставая, и еще лучше проповедовать, чем было до того, когда хоть на стенку лезь от «зубной боли».
Можно точно сказать, что функция женщины – завести мужчину в такие дебри, где смерть ждёт с косой в руках. Но таким своим служителям, как Павел,  Господь даёт не таких женщин, а параллельно подготовленных именно к служению. «Деяния Павла и Феклы» это, в основном, история Феклы, которая  побеждала с божьей помощью костры и зверей.