Вертикальный транспорт

Я недолюбливаю лифты-автоматы. Ящик, напоминающий какой-то чудовищный гроб из пластика и металла. Еще и двери ящика раздвигаются и сдвигаются как своеобразная гильотина. Или как челюсти. Дрожа, вся эта штука ползет прямо в преисподнюю. По пути что-то лязгает, шуршит и скрежещет.
Звуки, ощущения, запахи, плюс смесь страха, мочи, перегара и парфюма в кабине. Я б еще в правила про парфюм-то дописал пунктик. Причем, сразу после запрета на курение. Вот ведь какая-то зараза облилась одеколоном с ног до головы, аж тошнит. Горло перехватывает, дышать нечем. И принюхаться не получается, запах этот проклятущий так и гуляет по кабине. Словно вот он, наодеколоненый. Рядом бродит. Иногда кабина трясется, притормаживает. Скрипит и стонет подгнившая механика. Ненавижу такие моменты. Вот как тогда.
Кабина затряслась мелкой дрожью.
- Вот зараза!
Я глянул вниз. Под ногами - замызганный донельзя пол. Даже плеваться противно, не то что стоять. Пятна жвачки, окурки. В углу то ли наблевали, то ли кто с сортиром лифт перепутал. Я почуял первый рвотный позыв и поспешно уставился на висящую косо лампу. Из-за трясучки мне показалось, что лифт двигается то быстрее, то медленнее. Ну понятно, что это субъективно. Реально ощутить различия в скорости вряд ли возможно. Как только устаканилось все, мне стало легче. Даже странные кабалистические символы граффити на стенах не казались печатями Сатаны.
Но зря расслабился: лифт снова задергался. А потом вообще заскрежетал и встал. До кучи свет плавно потух.
- Падла! - Я от души пнул дверь. - Давай, двигай, скотина железная!
Но лифт беспомощно потрескивал, не делая попыток двинуться с места. Я ткнул кнопку вызова диспетчера. Из динамика на меня обрушилась тишина. Это было совсем нехорошо. Я заорал от души:
- Эй! Есть тут кто?
Я опять двинул ногой по двери, надеясь разбудить в подъезде эхо. И с тем же эффектом, как и в прошлый раз, естественно. В душе гасла надежда, что баба Шура, вселенская склочница, натравит на хулиганов участкового. Она поступала так всегда, едва в подъезде наметится легкий намек на избыточный шум. Хулиганы не раз обещались прикопать старушку, но за последние лет десять дальше угроз дело не шло. Но, положа руку на сердце, не только антисоциальные элементы в сердцах хотели сделать тоже самое. Вот Петровича с шестого когда-то она вообще с потрохами жене сдала. Как ведь учуяла, грымза, что тот шлюху притащил? Времени ведь было - позднота. Нет, все застучала. С подробностями, словно свечку держала.
Я вытащил мобильник и разочаровано сунул его обратно. В этом проклятом гробу сеть, естественно, отсутствовала. За что несчастная дверь снова получила пинок.
- Эй! Кто-нибудь слышит меня?
На этот раз у меня все же возникло четкое ощущение, что кто-то меня услышал. Где-то вверху словно бы тихо захрустел песок. Как, бывало, под тапочками, когда идешь к мусоропроводу. Потом все снова затихло.
- Эй, кто там? Аварийку вызовите!
Внезапно жуткий скрежет разорвал тишину. Эхо испуганно метнулось по подъезду.  Мне захотелось закрыть уши и заорать от ужаса. Это был не механический звук. Впечатление было такое, словно когти драли и кромсали металл прямо у меня над головой. Даже вроде как с рычанием. Этот кто-то очень хотел добраться до ночинки. То есть, до меня. Я смотрел вверх, стараясь вжаться в угол кабины. Впервые я боялся увидеть свет. Ведь проникнет он вместе с когтями существа. Что-то звякнуло и спустя мгновение запрыгало по крыше кабины. Так мог стукнуть шарик от подшипника. Послышалось фырчание, будто бы нечто принюхивалось. Скрежет возобновился, и даже с удвоенной энергией. Но спустя пару секунд стих.
В горле у меня сильно пересохло. Орать или даже шевелиться совсем не хотелось Всматриваясь в потолок, я терпеливо ждал, что вот-вот неведомая зверюга проломит крышу, разорвет своими когтями меня на части.
Удар и грохот. Кабина вздрогнула. Я едва удержался, чтобы не вскрикнуть. Только засипел сквозь стиснутые зубы. Чутьем дичи, всем многотысячелетним опытом предков я осознавал: снаружи был охотник. Реальный и неведомый. Он искал и не находил. Его это бесило. Снова удар. И опять тот же ужасающий скрежет рвущегося металла. Еще чуть-чуть и...
Внезапно вспыхнул свет. Кабина дернулась и все уверенней заскользила к финишу. Гроб задвигался. Нет, не гроб - ловушка! Я вытер рукавом пот и старался унять наползающую волнами дрожь. Смерть была где-то рядом. Совсем в миллиметрах. Только на площадке первого этажа я выдохнул. Здесь, на заплеванном полу, я стоял уверенно. Стал возвращаться своеобычный рационализм. И тут же все эти звуки перестали казаться ужасными; просто что-то там было неисправно. Скрипит, скрежещет. Дело механиков.
Створки за моей спиной сошлись. Лифт двинулся вверх. Кто-то вызвал кабину.
На улице вовсю светило солнце. Апрельский ветер набирался тепла и ароматов, что больше походить на майский. У подъезда стояла "Скорая" без окон и носилки. Тихо шушукаясь, толпились окрестные алкаши и бабки. Это были самые верные признаки того, что кто-то из подъезда помер. Точно. Два дюжих санитара примеряли к открытому задку труповозки пластиковый мешок. Загрузив покойного, теплая компания отчалила.
- Витюха помер! - Авторитетно заявила баба Шура. - Допился болезный.
- Не от пьянки он! Не столько чавкал.
- Еще как! Душу пропил давно...!
- Молчи, карга... О покойном-то...
У подъезда нарастала перебранка. Я дошел до машины и уже не слышал криков спорящих. Шаря по карманам в поисках ключей, я подумал: ведь раньше другие лифты. С сетками и ручкой двери. Все видно и понятно. И выбраться можно было. И никто не ждал за глухими стенами.
Воспоминания о происшествии уже и не будоражили. Теперь все казалось дурным сном. Опять набросился здравый смысл: лифт все же просто машина. Бабка не вышла - так то покойника обсуждала. Да и время рабочее опять же... Все нормально.
Я снова пошарил по карманам. Ключи, блин, в другой куртке остались. Ехать? Волна липкого страха прошла по телу. Снова туда ... И неожиданно, как-то вдруг мысли выправились, страх испарился. Пришло осознание, что ничего эдакого не будет. Ведь в вверх живых едет всегда больше, чем вниз. И, скорее всего, не меня ждали там, на спуске. А кто это был вообще? Да не все ли равно? Хоть черт пришел за проданной душой к Витюхе. Как бы там ни было, спускаюсь я теперь исключительно пешком.
Чтоб не ошиблись.