Азбука жизни Глава 8 Часть 11 Очищение

Глава 8.11. Очищение

Я за роялем, а Ричард слушает — но с грустью.

— Ричард, ты хочешь что-то мне сказать?

— От тебя, Виктория, ничего не ускользает. Складывается впечатление, будто это нежное создание побывало в аду и теперь хочет очиститься от всей той мерзости.

— Это ты прочёл в моём исполнении?

— А ты играешь её по-разному. Всё зависит от твоего настроения. Николай очень переживает, когда ты сталкиваешься с низостью в Интернете, потом делаешь вид, что у тебя прекрасное настроение, а сама ходишь потерянная.

— Зато вы потом слышите моё, как вы говорите, «разное и прекрасное исполнение». А я в удручённом состоянии всегда ищу в музыке то прекрасное и чистое, что помогает жить. Больше ничего меня спасти не может!

— В такие моменты безупречная техника сливается с твоей душой. В этом ты находишь упоение, не замечая, как увлекаешь за собой слушателя. Вот сейчас перешла на мелодию! Ты словно сметаешь своей проникновенной игрой чью-то слабость, понимая, что в этом состоянии тебя может спасти только гениальная музыка.

— Верно! А теперь представь, что государством руководят недостойные люди. Все ветви власти — и говорить с ними бесполезно: ни словами, ни музыкой. Для них важен лишь низменный успех.

— Ты сейчас не о политике. Ты о том, что тебя ранит.

— И о том тоже. Такие особи полностью зависят от развращённости. И чем выше они поднимаются по государственной лестнице, тем ниже опускаются нравственно. У них есть возможность удовлетворять свои мерзкие потребности, и они окружают себя теми, кто обладает такими же качествами.

— Это твои наблюдения?

— И я довольно рано это поняла.

— Хочешь сказать, что человек, не получивший в детстве достойного воспитания, уже не сможет от этого освободиться?

— Это и философы утверждают.

— Не уходи от ответа. А если рядом с благородной женщиной — подобный муж, как у руля государства?

— Этот муж будет валяться в ногах самого убогого создания — точно так же, как и государственный деятель, — но при этом смеяться над благородством, красотой и гордостью жены, видя, как может её унижать. Ведь его природа не позволяет подняться с пещерного уровня. Именно на таком уровне живёт сегодня власть во всём мире. Ты видел среди них интересных личностей?

— Таких, как твои герои?

— Хотя бы!

— Нет! Иначе, Виктория, сегодня на земле был бы рай, а не то уродство, что мы наблюдаем. От этого тебе и плохо. Как, впрочем, и нам! Только мы ещё думаем, как защитить вас, милых женщин, которые радуют своим присутствием и позволяют из века в век создавать прогресс. Мы в ответе и перед детьми, и перед обществом. И должны постепенно ту часть общества, что мешает развитию, превращать из скота в людей.

— Сильно сказал!

— Но ты своим настроением вынудила. Понимаю, что мои слова для тебя не менее важны, чем гениальная музыка, в которой ты сейчас спасаешься, — и даёшь мне возможность высказать ту правду, о которой уже невозможно молчать.

Я не стала отвечать. Пальцы сами нашли нужные ноты — и в этой тишине, между ударами сердца и аккордами, вдруг стало ясно: зло не победить словами. Но его можно выжечь музыкой. Хотя бы на время. Хотя бы в этой комнате.

---