Метр с пилоткой. Часть пятая

Предупреждение. ГОМОСЕКСУАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ.
Читать только после исполнения ВОСЕМНАДЦАТИ ЛЕТ.



* * *




ЧАСТЬ ПЯТАЯ «ЧТО БЫЛО, ТО БЫЛО…»

Надо же, проспали десять часов! Ах, как время летит, вот и последний денёк наступил из тех, что отведено было увольнительной солдату. Эту ночь он уже будет в казарме, а у меня останутся воспоминания о сладостных минутах, да сожаление, что столько времени проспали, как сурки. С другой стороны, это, наверное, хорошо, что служивый сладко дрых, как ДОМА. Вот и радуйся!

Ну, хотя бы утро надо провести с толком. Жуть, как трахаться хочется. Эй, соня ты где? Спит, как младенец, даже во сне причмокивает. Что ж, пусть его пробуждение будет кайфовым. Куда ты спрятал русскую трёхдюймовую пушечку, подобную той, которая в годы Первой мировой войны была самой лучшей среди воюющих сторон. Ага, вот она как задрала дуло вверх. Да тут не три, а все семь дюймов! Вот я тебя сейчас язычком по верху, а теперь всю во влажный тёплый ротик зачехлю. Эх, маловат, видимо, футлярчик, ничего, напряжёмся и засунем до самого лафета. Ну, вот и вошло, кто бы сомневался, что у меня, да не получится. Так, задышал совсем по-другому, а дальше ещё интереснее будет. Теперь установим дулом в тунельчик бруствера, так чтобы другой кто не воспользовался таким секретным оружием. Ух, ты, как глазки резко открыл. А ручонками, зачем так сильно обхватил, не пытайся натянуть поглубже. Дальше просто некуда. Вот – вот, просыпайся окончательно, пора делать секс – разминку. Как там, в рэп - пародии на армейскую зарядку:
«Нынче ты мужик – физрук,
Хоть пока ещё и «дух».
Начинаем: — Раз, два, три!
Вот, руками здесь потри.
Поласкай ты нежно тело,
Засвербило, захотело!
Многое должны успеть
Х*Й бы ротиком согреть.
Подогни в коленях ноги,
Жопкой шевели немного.
Так мы сексом занимались:
Опускались, поднимались.
И тянули членом ввысь,
Попку яйцами, коснись!
А потом так приседали,
В норку хером как толкали.
Нынче Васенька е*ёт,
Долбится наш молоток!
В этом деле он мастак
Где-то научился так!
Раз – два – три – четыре – пять.
Нас не надо подгонять,
Ты елду сильней вгоняй,
Крупом, мышцей дожимай
Раз – два – три! Дыши ровней!
И е*и, е*и быстрей!»
Я скакал верхом и улыбался в такт озвученной стихотворной шутки. Итак, подъём тяжести выполнен на «отлично»! Теперь кувырок на спину, и ножки на плечи, попробуем отжимания от попки. Вах, как старается отличник сексуальной тренировки, аж пот на лбу выступил. Давай, дорогой! Любое удовольствие это, прежде всего, труд. Что уже и финиш? Как славно разливается тёпленькое, почти горяченькое, внутри. Теперь упражнение на акробатику. Не вынимая член, и обхватив колени, складываем парнишку пополам и заталкиваем в его ротик свою булаву. Да, как она горяча, надо бы её остудить во влажном месте. Вот так хорошо! Язычком давай, губками, ух, благодать. Теперь только маковку, а то не удержу и выскочит дубина из попки. Так, молодец! Давай пошустрей. А – а – а, как славно отстрелялись. Нет, не выпускай, полижи ещё, так кайфово. Жаль, что не каждое утро такая разминка. Глядишь, месяц упражнений и можно в цирке выступать.

Что, Васёк – трубочёк, готов к водным процедурам? Так быстро в ванную и за стол. Пьём кофе с бутербродами и в темпе, что я зря мясо мариновал для шашлыков. Да и сумка ещё с пятницы для пикника собрана. Вперёд! Программа отдыха обязана быть выполнена на сто процентов, или ты не солдат? Идём на отдых и принятие водных процедур!

У меня недалёко от дома два водоёма. Пруд, он поближе, но там народу – тьма! Озеро подальше, в лесу, рядом расположена ещё одна воинская часть. Она какая-то особо секретная. Там не только забор, но и двойная колючка и даже ров между ними. Зато на озерце почти никого не бывает. Лень всем шлёпать по жаре пять километра, когда есть место для купания поближе. А мы ведь не только купаться, загорать, и есть шашлыки будем. Надеюсь, что и ещё кое-чем заняться сможем. А почему надо отказываться, когда рядом шагает бравый, даже пусть по гражданке одетый, солдатик. А в шортах, знаете, что он прячет? Свой «метр с таким большим набалдашником». Грех это, в конце концов, не воспользоваться ситуацией. Гей я или не гей!

Здорово мы употели пока дошли. Вот и раскрылась водная гладь лесного озерка, окаймлённого со всех сторон, ивами со свисающими к воде ветками. Обошли его и остановились на крохотной поляночке, спрятанной от всех глаз зарослями кустарника. Пусть и нет тут пологого входа в воду, за то сразу ух, и глубина по шею, да и редко кто заходит купаться на эту сторону. Не раздумывая, оставили поклажу и, скинув всё, нагими ухнули, нырком уходя под воду. Поплескались, поиграли в салки, догоняя друг друга. Ах, как приятно коснувшись, ухватиться пятернёй за черенок и пожать его, как будто здороваясь. Домяли до того, что превратились они в торчком стоящие красные бакены, чётко обозначавшие фарватер тел – лодок на водной глади. Вот и хорошо, вот и ладно. Выбравшись, расстелили покрывало, вытерлись полотенцами, улеглись в любимую позу «валетиком» и с радостным урчанием припали к волшебным палочкам, чтобы вновь испытать феерию сказки. Как же это приятно под солнышком в тени кустиков, обдуваемых ласковым ветерком ублажать одноглазых монстров до полного телесного удовлетворения. Как сладко млеет внутри от засасывания головок, от ласкового теребления яичек, как бы уговаривая: «Цветочек – лепесточек, дай росы глоточек!» Долго упрашивать и не пришлось.

Как то интересно мы с Васей друг на друга влияем. Оба, как только начинаем заниматься сексом впадаем в такое возбуждение, что совсем не получается «многочасового боя гигантов». Нас так распирает, что внутри рождается неуправляемая волна, которая несёт к берегу с нарастающей силой, пока не выбрасывает наши сперматозоиды в ждущие и жаждущие части тела. И такой накал страсти даже приятен, хоть и остаётся сожаление, что маловато как-то по времени и уж быстро всё получилось.

Вот ведь особенность организма Василька. Мне после спуска надо долго набирать силу, чтобы вновь поднять ракету наизготовку, а у него она и не думает опадать. Что ж, развернём тело и встанем на коленки так, чтобы было не только удобно сосать, но и видеть довольную мордашку любимого мною мальчика. Работаю, стараюсь под фон урчания и слов одобрения ладненького мужичка, да оглаживания волос на моей голове. Нравится мне этот процесс, балдею не только от ощущения наполненности рта, не только от слизывания так обильно выделявшегося сока, но и от упругости хера, который, то немного мягчеет, то вновь становится каменно - несгибаем. Ту надо не только умение: где и как нажать, что поласкать, как глубоко принять, насколько часто чередовать лизания, заглатывания, щекотания. Нет, тут надо огромное желание! Не только самому получить удовольствие, но и по максимуму завести другого. Да так, чтобы он зашёлся в своём запале. Растворился в кайфе и метко расстрелял невидимые глазу мишени внутри моего рта. Вот и второй салют, а за ним целый каскад. Честно! Не вру. Да ещё и с каждым выстрелом такой ор спускающего. Как он при этом, отбрасывая голову назад, содрогается от страсти всем маленьким телом. Славно!

Душеньку отвели. Теперь надо дрова собирать, костёр разводить, шашлыки жарить, стол накрывать. Не забыть, в сетке поставить в воду две бутылочки грузинского вина и ещё кое-что завёрнутое для секретности в бумагу, пусть охлаждаются. Как приятны эти хлопоты. А подымешь голову, видишь, как при ходьбе, у моего визави переваливается такой плотно наполненный початок между ног и, вообще, мир в сказочном свете. Ух, какой запах от мяса, аж слюнки текут. Вот и готово! Раскладываю на скатерть овощи, хлеб, рюмочки - стаканчик одноразовые, пластмассовые. Достаём вино. Пировать, так пировать! Я люблю наблюдать за тем, как дорогой для тебя человек ест. Мне от кампании за столом только приятно. А Вася это делает с такой аккуратностью и огромным уважением к пище. Понимает, что она результат непростого труда многих людей. Он ведь крестьянский сын и знает, что булки хлеба не на деревьях растут. А ещё у него завидный аппетит. И меня заводит сие так, что за ушами трещать начинает от поглощения еды. Ах, как сытно поели. Теперь можно и покемарить на солнышке.

Так и сделали. Забытье навалилось на обоих и перешло в дремоту. Очнулись от громких голосов. Сквозь листву на том берегу, где на маленьком пляже купаются все пришедшие, прыгали и резвились три парня, а двое в солдатской форме стояли и раздевались. Как не хотелось, но пришлось свою наготу прикрывать хотя бы полотенцами. Скоро мы привыкли к шумным соседям. И, не обращая внимания, вновь занялись приготовлением очередной порции шашлыков. Когда всё было готово, удивились разом наступившей тишине. Выглянув, и никого не узрев, расслабились и, скинув полотенца, нырнули с берега в воду. Пересекли трижды озеро и устав вылезли на берег. Мясо так вкусно скворчало, а запах вызывал такой аппетит, что мы, как два оголодавших волчонка, набросились на него.

От начала приятной трапезы нас оторвал громкий звук сломанной сухой ветки и колыхание кустов. Оглянувшись, увидели, как из листвы вылезла голова парнишки. А вслед за ней появилось тело, держа в руках солдатскую форму. Тут было на что посмотреть. Большие плечи, накаченные мышцы спины, широкая волосатая грудь, мощные ноги. Чувствовалось сила, энергия и жизненная сила. Лицо симпатичное и доброе, в глазах любопытство, ноздри раздутые, видимо шёл на запах еды. Естественно, мой взгляд не мог остановиться на плавках, точнее на том, что они скрывали. Обтягивающая ткань подчёркивала наличие выпирающего богатства: не хилого такого банана подпёртого двумя шарами. Остановившись за пару шагов, и бросив одежду на траву, парень с улыбкой поздоровался и произнёс: «Ребята, простите, ну, это, у Вас так аппетитно пахнет, что ноги сами привели сюда». В ответ я так же улыбнулся и, получив одобрительный кивок Васи, пригласил незнакомца к импровизированному столу.

Гвардеец сел напротив, так что всё его достоинство просто вываливалось из–под ткани на общее обозрение. «Меня Славиком зовут. Я служу в части, что неподалёку отсюда. Отцы – командиры вот направили наше отделение на работы, по пути и искупались. Все пошли трудиться, а мне как «деду» уже не положено, через неделю дембель. И ВСЁ, домой поеду!» - сказал и принял стакан с хмельным напитком. Взглянув на этикетку бутылки, добавил: «Вино видимо знатное. Эх, жаль, что покрепче чего нет. Я бы с удовольствием под такой закусон остаканился!» Я, молча, потянулся к сумке и достал бутылку водки, взятой про запас, на всякий случай. Налил в свободный стакан гостю и подал. Ух, как заискрились глаза удовольствием! Выпили, произнеся короткий тост: «За Дембель!» Мясо под напором белых зубов Славы лопалось, брызгая соком. Он так аппетитно ел, да и мы от него не отставали. Мне нравилось, что у нового знакомца не было жадности и торопливости, уминая халявное угощения. Не было алкогольного блеска в глазах и суетливого потирания рук с обычной при этом присказкой: «Между первой и второй перерывчик небольшой!» Нет, он вёл себя достойно, по-мужски, неторопливо, со смаком разжёвывая мясо и хрустя огурчиками. Это радовало! Не просто случайный забулдыга, а человек, имеющий воспитание и понимание, что праздник это, а не пьянка.

Перед тем как начать жарить третью порцию шашлыков, Славка, ещё раз взглянув на нашу оголённость, снял плавки. Это было сделано естественно без всякого наигрыша, как бы подтверждение того, что он доверяет компании и хочет быть на равных. На свободу вывалился добротный оковалок, короткий, но толстый, с крупными яйцами понизу.

Ты посмотри, какой молодец, наш новый знакомый Слава. Не сидит гостем, а суетится, как и все. Помешал угли, поправил посуду, убрал лишнее со скатёрки. При это постоянно ловлю его взгляд на наших покачивающихся при ходьбе балунов, и непроизвольное облизывания губ, и мелькающие похоть и желание в глазах. Дурман от почти готового мяса таков, что опять слюны полный рот набежало, не успеваем сглатывать. Пора! Чинно расселись, налили горячительного. Нам - вина, гостю - водку. Поймав мой озабоченный взгляд, Слава заметил: «Не боись ты. Мне надо литра три, чтобы свалиться, с отрочества к этому делу привычный, да и не берёт меня алкоголь в малых количествах, так только на праздник настраивает. Тут главное, чтобы и душе хорошо и телу кайфово, чтоб себе в радость и хозяевам в удовольствие!», - и при этом так заговорчески и многозначительно подмигнул, да ещё эротически облизнул губы, выставив свой алый язычок.

Наелись так, что, кажется, ещё немного и пузо лопнет. Отвалились от скатёрки и разлеглись на покрывале: мы рядом с Васенькой в обнимку, Славик напротив. Его глаза пристально рассматривали обоих, а голова, видимо, работала в оценке тех отношений, что связывают нас. Чувствовалось, что его прямо распирают вопросы, и он пытается их как-то мысленно сформулировать, чтобы случайно не обидеть хозяев непродуманным словом. А увидев, как я отгоняю мух от полураскрывшейся розы члена Василька и, как бы случайно касаюсь его, решился. «Ребята, э – э - э, вы, типа, друганы или любовники. Вы только без обид на меня, я всё понимаю. Сам, с одноклассником, в своё время, когда письки только ещё начали топорщиться, вставать и торчать часами, прошёл весь путь от совместной дрочки до вылизывания и траханья в попку. А что, надо было как-то и с кем-то учиться, как это «факаться». Да и хотелось всё попробовать и ощутить с таким же, как ты недотёпой, чтобы никто не оборжал и не подтрунировал, когда всё будет по-взрослому. Мы даже тёлку себе такую нашли, которая балдела от того что мы её трахаем оба, но и себя при этом не забываем. И пососём, чтобы покруче стоял, да и паровозиком так классно развлекаться. Меняя друг друга с попки любовника на мохнатку любовницы. До самой армии так резвились. А потом попал в ФСБэшную часть, где всё по уставу. С одной стороны хорошо, нет никакой дедовщины, а с другой все настолько зашорены, что друг друга бояться. За всю службу не только у меня, но и у других ребят близких друзей не появилось, не то что бы как-то сойтись на предмет совместно хоть сексом заняться. Устал от общения с Дуней Кулаковой, да деваться некуда. А что делать, если часами стоит. Ребята, если можно, то давайте втроём, а? Я добрый и ласковый пацан. Дружбу ценю и понимаю. Язык умею держать за зубами, трепаться без дела не буду. Предательства не терплю. Ну, давайте вместе, мужики, так хочется, сил нет!» В подтверждении слов его кабачок окреп, поднялся, оголил головку и задёргался в томлении. Ух, ты какая лепота! Пусть нет достойной длины, всего-то где-то сантиметров семнадцать, но толщина ого – го – го. Ещё бы немного и в стакан не влезет. Чудная ты матушка ПРИРОДА в своём творчестве, надо же ТАКОЕ создать.

Мы переглянулись с Васей и поняли одно, что нельзя отталкивать протянутую руку просящего, надо хотя бы из солидарности понять и пойти на встречу желания. Ну, лихо парню! Так почему не помочь, просто снять сексуальный голод и напряжения. И пусть без большой влюблённости, и особых чувств, зато человек хороший, да ладный, и всё у него на месте. Без слов мы с Васей переместились поближе к Славке, припали ртами и начали вместе ласкать налившийся кровью такой «классный овощ». Через несколько минут Вася подлез ко мне, и засосал колом стоящую морковку. А Славка, человек сообразительный, замкнув цепь, как пиявка впился в громадину Василёчка и жадно стал насаживаться до самой глотки. Долгое отсутствие реального секса вылилось в бурное неистовство, он задал бешеный темп. Мы оба, увлекаемые его страстью, стали участниками стремительного бега на короткой дистанции. Такую скорость кто сможет долго выдержать. Спринтер финишировал первым, за минуту до этого, схватив мою руку, глубоко засунул в своё очко два пальца. Я чувствовал бугор раздувшейся предстательной железы, гладил и мял её. И, через несколько минут уже поглощал лаву спермы, которая: то короткими выстрелами, то медленным потоком изливалась из корня в рот. А ничего сиропчик, вкусненький. Я продолжал полировать неопадающий член, поскольку нельзя разрывать цепь, пока не утихнут последние сполохи обоюдной страсти. Тут энергия троих по кругу мечется, и кайф каждого возрастает в три раза. И даже услышав стоны последнего, кто взорвался лавой в рот содругу, мы ещё продолжали некоторое время вылизывать такие сладкие леденцы.

Изголодавшийся любовник, всё глубже засаживал мои пальцы, подталкивая руку. Подняв голову, тихо попросил: «Мужики, трахните меня, пожалуйста, не могу, так в попке свербит». Ну, вот опять. У меня уже опал молодец, а у этих двух жеребцов стоят их оглобли так, как будто ещё и не начинали. Придётся исходить из реального. Как хорошо, что нас двое. Дадим возможность оттянуться жаждущему по полной. Как - никак два года полноценного секса не было. Я потянул к себе Славку, встав на четвереньки, а к его задку тут же пристроился Васенька. Оба передних оттопырили корму, прогнув спины, так чтобы врата приоткрылись, и ждали гостей. Ага, Слава сдавленно ойкнул, значит, Васька засадил свой болт. Через пять – семь минут, и я почувствовал, как в мою норку стал вползать зверь. Как хорошо, что за эти дни меня кое-кто так классно растянул, а то бы, наверное, лопнул от такой толщины дрына. И так идёт в такую притирку, что, кажется, стенки дымятся. Приятная тяжесть наполняла меня. Молодой мужик верещал и постанывал, с хрипотцой выкрикивая: «Да, вот так! Земеля, засади по полной, не жалей! У-у-у, как классно!» Под силой ударов сзади, он так же толчками то входил, то выходил из попки. Возбуждение нарастало. Разве можно найти достойные слова, чтобы передать те эмоции, которые распирают тебя в эти минуты. Вот уж воистину «несказанное наслаждение»! В такие мгновения главное -  аккумулировать их в себе, а для глубокого кайфа не сдерживать желания поорать, постонать, поматериться, и выплеснув тем самым собственные страсти, подстегнуть партнёра на более активные действия.

Вот уж так долго сегодня меня точно не имели. Видимо количество выпитого, да и отсутствие перерыва были на то причиной. Мои жеребчики то набирали скорость так, что в глазах темнело, то медленно двигались, балдея и набираясь сил для очередного галопа. У меня даже руки и ноги затекли, вот бы поменять позу, но как? Ну, совсем не хочется разнимать так слаженно двигающий тандем. Славка вдруг заверещал во всё горло и в меня стали влетать одна за другой струи обжигающей жидкости. Через некоторое время уханье сзади известило, что и последний из вагончиков секс – составчика пришёл на конечную станцию. Мы свалились в одну кучу – малу, измотанные и довольные.

Тяжеловаты хлопцы, однако будут и я, напряг спину, свалил их на покрывало. Два сексуальных парня, два бравых гвардейца развалились на спинах, выставив на обозрение свои древки. Какие они у них разные, хотя оба и раздувшиеся от приятной работы. Один фигуристо – длинный с массивной головкой. Второй короткий, но толстый, так, что купол был вровень со стволом, а в целом хрен напоминал массивный карандаш. Оба лемеха измазаны спермой. Наклоняюсь к ним, слизываю остатки вакханалии с уставших стержней. Устойчивый запах пота и молофьи ударил в голову и мой член встал колом. Вены надулись, и клинок покачивался пульсируя. Недолго думая, повернул их головы к себе, и стал засаживать то одному, то другому в рот. Как по команде они быстро сгруппировались. И вот уже вдвоём: то играют язычком с яйцами, то полируют ртом купол, то заглатывают ствол целиком. Они это делают с таким желанием и старанием, что я только что размятый толстым елдаком и ещё гудящей от этого предстательной железы, начинаю изливаться. Молодцы! Ни одна капля не упала на ткань, всё было принято в жадно подставленные ротики.

А сон то оказывается в руку. Вот тебе и полянка, вот и вода, а вот и незнакомец с такой приятной игрушкой. Попробуй теперь не верить вещим видениям! Жаль, что день склоняется к вечеру. Эх, жизнь, жизнь, только растворился в неги прелестей секса, а ты уже напоминаешь, что время не стоит на месте, что реалии повседневности торопят идти и выполнять необходимое. Через пару часов мой Василёк убежит в часть, а Славка исчезнет за забором из колючей проволоки дожидаться своего дембеля. Ну, хоть тут надо воспротивиться судьбе. И я незаметно, во время сборов, сунул ему свою визитку с мобильным телефоном. Почему то совсем не хотелось, чтобы такой хороший пацан, да и человек достойный, просто исчезал по воли обязательного распорядка жизни. Пусть останется хотя бы призрачная надежда на встречу, которая обоих, хоть виртуально, будет согревать, что где-то о тебе помнят и ждут.

Дома мы только и успели: принять душ, одеть на воина солдатскую парадную форму, попить кофе. А время уже неумолимо поджимает, пора. Мы ещё пару минут целовались в засос перед дверью, и Васенька ушёл к лифту. Я стоял на балконе и махал ему рукой. Он оборачивался каждую минуту, пока не исчез за поворотом.

Мы расставались, ещё не зная, что Василёк примет по дороге РЕШЕНИЕ нести службу так, чтобы его обязательно отпустили в следующие выходные в увольнительную. Что каждый день мне будет названивать и говорить, как соскучился. Что на следующую субботу для него сюрпризом станет присутствие Славки в квартире. Что всю эту увольнительную мы никуда не выйдем за порог, а будем: есть, пить, а главное трахаться. И даже глубокой ночью, выбравшись на ближайший пруд, мы, накупавшись, прямо на берегу под листвой большой берёзы устроим такую групповуху, что водяным станет завидно. Что, забравшись в водоём, после того, будем нырять и сосать поплавки друг друга в воде.

Никто в тот момент и не ведал, что мы со Славкой уломаем и соблазним Васяточку, и отымеем его в попку. И что целку ему, по его личному выбору, сломаю я. А Славище зависнет у меня ещё на неделю перед отъездом домой. Что наши отношения с моим любимым «метром в пилотке» продлятся всю его службу. И за это время мы ни одним словом, ни поступком не обидим друг друга. Что две недели он будет в моём доме, пока не уедет к родне. И будет приезжать, так часто, как сможет, пока не женится. Что я буду у него на свадьбе. Веселиться и балагурить, быть гвоздём всего торжества, придумывая огромное количество разные приколов, шуток и конкурсов. А потом остаток ночи, когда молодых уведут на ложе первой брачной ночи, ходить вокруг околицы и выть в тишине, глотая слёзы. Что уставший и опустошённый я вернусь в сенник, и плюхнусь там, на приготовленную постель, забывшись в дрёме. И именно туда, на заре, примчится мой Василёк. И что оба будем радоваться, что сарай для хранения сена достаточно далеко расположен от дома. Поскольку остерегаются местные жители пожаров, И что благодаря этому никто не услышит и не узнает, о чём жарким шёпотом делились два мужика, когда в течение трёх часов предавались самому сладкому сексу за все годы их дружбы. Может быть оттого, что он будет нашим прощальным аккордом. Так мы решим с ним оба.

Наша дружба жива, и мы часто общаемся по веб – камере наших компьютеров, рассказывая друг другу о себе. Смахивая при этом слезу и загоняя вглубь желание, сорваться и поехать навстречу тем чувствам, которые где-то глубоко в нас тлеют и ждут своего часа. Наступит ли когда-нибудь он?

Никто из нас этого пока не знал. Всё ЭТО было впереди, а пока мы просто расстались, сохраняя в сердцах, любовь друг к другу. Пусть тебе будет всегда ХОРОШО, мой «метр в пилотке»! Ты прекрасный ЧЕЛОВЕК, а таким бог всегда даёт счастье - полное лукошко.


Рецензии
Это не "Дафнис и Хлоя". Это кучка Дафнисов!

Cyberbond   07.03.2016 12:33     Заявить о нарушении
Ну, братец, вы просто чемпион Преувеличения...
Три человека это что уже КУЧА?
Нет, уважаемый, это всего навсего кружок по интересам..
Ну, как к примеру в любом доме культуры - вышивания гладью или выпиливание лобзиком.
Больше всего страшусь того, что читатель возьмёт и обвинит, в искажении сермяжной Правды жизни простого человека, типа, "надо же найти столько извращенцев на отдельно взятом километре".
А у меня, уважаемый написано о другом о чувственном виденье мира, о мгновенно вспыхнувшей похоти к себе подобным, оттого, что молодой и у тебя в штанах столбенеет даже от тени мысли, а уж если ещё и воочию увиденное, то как удержаться, если так хочется. Тем более в самой гущи моего славного народа устойчиво ходит утверждение : "Один раз - не пидарас!"

Ещё со времён учёбы в средней школе чётко уяснил: "Фёдор Иванович Тютчев вошёл в историю русской поэзии как поэт-философ и поэт-психолог". И что "в лирике этого выдающегося поэта выделяются традиционные поэтические темы: пейзажная, любовная, гражданская, философская, но в его трактовке они получают свое, неповторимое, индивидуальное звучание".
ПОЛНОСТЬЮ согласен с тем, что "поэт считает, мир и человеческая жизнь, по большому счету, трагичны и никогда не смогут достичь гармонии". Так вот именно он создал сжатую, как пружина миниатюру, вместившую в себя всю философию Бытия человеческого:
"НАМ НЕ ДАНО ПРЕДУГАДАТЬ,
КАК СЛОВО НАШЕ ОТЗОВЁТСЯ,
И НАМ СОЧУВСТВИЕ ДАЁТСЯ,
КАК НАМ ДАЁТСЯ БЛАГОДАТЬ…"

Я вообще считаю, что "стихотворение представляет собой загадку или ребус, в котором каждое слово имеет большое значение". И уверен, что тот кто разгадает может считать себя знатоком ЗАКОНОВ ЖИЗНИ.
Давай попытаемся, уважаемый читатель, понять правила движения мысли такого гения как Фёдор Иванович Тютчев...
Начнём с этого: "Чьё слово отзовется?"
Предполагаю, что "местоимение «наше» указывает на множественное число, значит, это философское раздумье касается не только автора, и даже не только его читателей, но и каждого человека, живущего в России и вообще на планете Земля". Согласен?
Теперь разберём метафору «слово отзовётся». Мне как-то чудится вопрос: отзовется где, в ком?
Вот мнение литературоведов: "Поэт использует в данном случае метафору одушевления, значит считает слово живой материей, способной влиять на людей".
Как и употребление возвышенного глагола «предугадать» усиливает магическое действие человеческого слова: оно способно влиять: как на повседневные события, так и на их судьбы в целом. Фёдор Иванович даже допускает, что "на судьбы целых поколений - в зависимости от того, какой опыт, какое назидание оставят их предки".
Для меня особенно важно - «сочувствие». Как понимать это слово?
Вот как трактуется в словарях сие: "Сочувствие – это отзывчивое отношение к переживаниям других людей, и благожелательное отношение к ним".
Мне кажется, что здесь имеется в виду и то, и другое значение. Из-за того, что мы сами можем стать виновниками чьих-то переживаний и даже страданий, нам дается дар сочувствия – дар сопереживания другим людям.
Может быть и дерзко с моей стороны утверждать, но СОЧУВСТВИЕ позволяет нам прощать друг друга: мы понимаем людей, которые делают нам плохо, и прощаем им, относимся к ним благожелательно.
А вот эти строки, вообще "финита ля комедия" - "как нам даётся благодать…" Благодать – сила, ниспосланная человеку свыше Богом. Здесь, как мне кажется, имеется, благодать: и как дар человеческого сочувствия, и как любовь Бога к человеку.

Вот и я стараюсь под влиянием многих и многих, умеющих писать настолько ярко, что мне такое не дано, разглядеть в каждом поступке человека Божественную предначертанность, что иногда поощряет нас - грешных,БЛАГОДАТЬЮ. Принять доброту человеческого общества за умение прощать, И возвеличить конкретного человека за ЛЮБОВЬ. За того, единственного, кто силой своего чувства способен сдвинуть горы...
Ну, или по крайней мере, одарить Счастьем, пусть даже на короткое время.

Спасибо вам, что находите желание и время читать мои опусы. Поверьте, это так приятно...
С уважением Владимир Семёнов.


Семенов Владимир   13.03.2016 09:15   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.