На распутье...

    Дела насущные


— Виталий! Виталик! И это, по-твоему, уважение? Ты меня игнорируешь? Предлагал свои услуги, а спрятался в последний угол... — поднявшись на мансардный этаж, довольно громко говорила жена.

Оторопев от неожиданного вторжения супруги, Виталий, как нашкодивший пацан, захлопнул дневник жизни и машинально спрятал его под «Тихий Дон», кстати оказавшийся под рукой. Без всякой «спортивной» разминки он сделал шпагат во времени: из весны жизни с благоухающим, цветущим садом — в осень с удивительным алым закатом.

— Сегодня ты до неузнаваемости рассеянный и невнимательный. Случилось что-то? Не захворал ли, случаем? Тебя не дозваться. Не кричать же, как в диком лесу. Пришлось подняться к «Карлсону», который живёт на крыше, а он в своих бумагах роется... Или новую книгу купил?

— Прости! Вот подвернулся и засосал, как трясина, захватывающий эпизод о первой любви...

— Даже так! Когда на досуге люди увлекаются художественной литературой — это объяснимо, понятно, благородно... Но чтобы вот так, среди бела дня, когда работы по горло, уткнуться в чтение, отгородиться от реальности книжонкой про любовь... Это уже из области фантастики. Надо полагать, тебе действительно очень интересный роман в руки попал, раз родных не слышишь? А если бы пожар? Спускайся вниз — нужна твоя помощь. Не хочу автомашину из гаража выгонять, привези, пожалуйста...

— По «толкучкам» больше не поеду...

— Дети заглянули, какие-то свёрла спрашивают... Что это за произведение? Покажи!

— Да так, детское... О взаимоотношениях юноши и девушки. Прочту — покажу…

— Ты изменил своим принципам? Тебя же всегда увлекали событийные повествования да биографии знаменитых и замечательных людей. На старости лет переключился на любовь — это ново, непривычно и смахивает на заболевание.

— Эта история с длиннющей бородой. А вот насчёт болезни, наверное, права. После праздников обязательно покажусь врачу-терапевту. Может, выпишет вместо пилюль немного свободного времени для размышлений...

— Ждём тебя в гостиной, там и поговорим.

Пришлось до лучших времён отложить захватывающие мемуары, написанные собственными ошибками почти четыре десятилетия назад.

Старший сын со своей суженой приобрели люстру — её решили прикрепить ещё в уходящем году. Приехали к отцу за дрелью и специальными бурами по железобетону. А как отказать детям? Своя же кровинушка. От чая отказались: торжество хотели непременно отметить при романтических свечах.

Вот уже и подрастающее поколение торопится семимильными шагами по жизни. Увидев автомобиль брата, на «огонёк» отчего дома завернул и средний наследник. Сыновья секретничали о предстоящей вечеринке, а Виталий, разрулив «детские проблемы» взрослых детей, всё ещё находился под впечатлением прочитанной исповеди.

Его до такой степени увлекли записи о первой серьёзной драме, что даже младшему показалась странной отрешённость родителя. Посмотрев в глаза отцу, он спросил, не болит ли у того голова. Ответа не получил. Тронул его за локоть и, слегка встряхнув, высказал своё умозаключение:

— Ты где-то в другой жизни. Спустись из заоблачных размышлений в реальность. Ты о чём думаешь?

— У него любовь на уме! — иронично заметила добрая половина.

— Скажи, дорогая, разве плохо, когда человек любит? Любовь — это радость и счастье, мотор всего чудесного на земле. Она объединяет людей. Твои глаза горят ярче солнышка, когда мальчишки с невестками воркуют. А от прекрасных отношений, как ты знаешь, внучата рождаются!

— Было бы тебе шестнадцать, могла бы ещё понять. Давно шестой десяток разменял, скоро на пенсию. Песок сыплется, а всё ещё хорохоришься, как молоденький! Остынь, успокойся, а дела сердечные оставь младшему…

— Мама? Die Liebe kennt keine Grenzen!

— И ты туда же. Это отец тебя заразил? Или у тебя кто-то...?

— Никаких «или», можешь спать спокойно. А в старики — напрасно записываешь. Любовь, а тем более первая, была и будет во все времена и у всех народов мерилом разумных чувств. Абсолютно всё превращается в рай; глаза рисуют мир яркими красками; душенька от благополучия заливается весенними трелями; вселенная и всё окружающее расцветают и обретают особенный смысл.

— Сомнений нет — ты заболел. Тебе свежий воздух не помешает. Кушай и отправляйся, пожалуйста, на дачу за продуктами.

— Ты верно подметила: мой организм требует порции кислорода. Воспользуюсь твоим советом...

Но и на природе думалось о Кристине, о первой любви и о таких наивных ошибках... Из души и памяти не вычеркнуть нежные отношения молодых людей, которые и через тридцать восемь лет заставляют сердце бешено колотиться в груди, а сознание, играя с адреналином в догонялки, поднимает шкалу давления до критического состояния.

Выполнив все поручения, Виталий во второй раз за этот день убежал к себе на чердак — неописуемая сила, как сверхмощный магнит, тянула его к почти хронологическим запискам. Уединился в рабочем кабинете и с нетерпением погрузился в переживания юности — в собственную трагедию любви в шестнадцать…


(Продолжение: http://proza.ru/2014/05/01/1351)