2. Удар об бесконечность

Лента эскалатора была старой, растрескавшейся и грязной, как и все на этой станции.
Движущаяся лестница не понравилась Алисии. Ступени выглядели так, словно на них много лет не ступала нога человека - выщербленные, кривые, покрытые пылью. Резиновые перила оказались в коросте грязи, паутина огромными лохмотьями свисала со сводов и наверняка оглаживала бы пассажиров по головам, если бы по этой лестнице поднимались взрослые. По боками ленты тускло светили пыльные светильники, один из них раздражающе мигал и потрескивал электрической дугой, собираясь вот-вот вырубиться.
Девочка переменилась с ноги на ногу, тиская зайца и не решаясь двигаться дальше. Она боялась упасть, она боялась зацепиться за паутину, она боялась испачкать плащик, она просто боялась. Но куда бы ни вел этот мерзкий эскалатор, он двигался наверх, а наверху в любом случае было лучше, чем здесь, глубоко под землей.
- Я смогу. Я смелая. И здесь никого нет. Совсем ни-ко-го, - тихо прошептала Алисия и решительно поставила ногу на ступеньку.
Девочка чувствовала что обманывает сама себя. Что позади нее теперь кто-то был - кто-то огромный, свирепый, неслышно подкравшийся из клубящейся тьмы в противоположном конце станции, когда она отвернулась. Кто-то из тех, кто живет на глубоких безлюдных станциях метро, на которых никогда не останавливаются поезда. Поначалу он не проявлял к ней особого интереса, но теперь, когда она решила покинуть его владения, разозлился, поняв, что добыча может ускользнуть. Алисия ощущала его присутствие так явственно, словно он стоял вплотную к ней, обдавая ее своим смрадным дыханием.
Алисия оцепенела от страха, стиснув в объятиях несчастного зайца и глядя помертвевшим взором вверх, туда, куда несла ее движущаяся лента. Она не визжала от ужаса только потому, что это было абсолютно бессмысленно. Эскалатор неудержимо поднимался к выходу, страшные часы понемногу уползали за карниз с четырьмя вывалившимися в форме буквы "г" кафельными плитками, неприятно мерцающий светильник остался позади, сверху потянуло свежим воздухом, и девочка решила, что если не будет кричать и размахивать руками, привлекая внимание Того, кто за спиной, ей удастся спастись.
- Не бойся, зайка, - прошептала она, склонившись к своей игрушке. - ничего нам этот дурак не сделает...
Старый эскалатор тихо поскрипывал, увозя ее из мрачного подземелья.
Алисия не боялась. Она была уже совсем взрослая. В таком возрасте стыдно бояться волка из-под кровати, Фредди Крюгера в темной комнате и Того, Кто за спиной, который только смотрит но ничего не делает. Потому что никого из них на самом деле нет. Успокаивая игрушку, девочка понемногу успокаивалась и сама. Она повеселела настолько, что прижала зайца к себе и снова задрала голову.
До выхода было всё еще очень далеко. По-прежнему лениво колыхались над движущейся лестницей пыльные полотнища плотной паутины, ползли по сторонам грязные обшарпанные стены. С противным жужжанием знакомо мерцал впереди еще один поврежденный плафон. Медленно уползали под карниз с четырьмя вывалившимся в виде буквы "г" кафельными плитками электронные часы, на которых помаргивали зеленоватые цифры "11.56"...
Алисия замерла, чувствуя, как могильный холод начинает просачиваться в кончики пальцев, которыми она сжимала зайку. Она уже видела все это - только что, далеко внизу. Она понимала, что ничто на свете не сможет сейчас заставить злорадно ухмыляющийся во всю пасть Тот, Кто за спиной. И еще она понимала, что обернуться все равно придется - иначе нестерпимый ужас неизвестности заставит ее закричать во всю глотку, и остановится она уже не сможет.
Девочка резко развернулась. Сердце тут же тяжело бухнуло и отчаянно забилось у нее в груди, словно пойманная птица.
Нет, за спиной по-прежнему никого не было. Но позади нее медленно уползала под карниз пустынная платформа странного метро, та самая платформа, которая вроде бы уже давно осталась внизу. Алисия поднималась на эскалаторе целую минуту, однако за все это время, как оказалось, даже не сдвинулась с места.
Она снова посмотрела на верхний конец эскалатора - неразличимый с такого расстояния в полумгле, расплывчатый, недосягаемый. Глубоко вдохнула, потом еще раз, не позволяя черной панике захлестнуть сознание, как учил папа, и все-таки удержалась на самом краю истерики. Крепче прижала к себе зайца, стиснула зубы и решительно зашагала вверх, штурмуя слишком высокие для ребенка ступеньки.
Алисия брела вперед долго. Ноги, непривычные к таким нагрузкам, уже болели, в боку кололо, натруженные легкие горели синим пламенем. А выход все еще был слишком далеко, хотя наверху уже маячили очертания поручней и будки эскалаторного диспетчера. Оставалось не так много, как в начале, но все же.
Почувствовав, что не может больше сделать ни шагу,девочка опустилась на ступеньку почище и с трудом перевела дыхание. Все, мы уже почти выбрались. Не бойся, зайка. Мы с тобой уже почти...
Алисия подняла взгляд и тут же подпрыгнула как ужаленная. Она сидела спиной по направлению от ужаса глазами снова медленно уползала вниз сумрачная станция, которую она совсем недавно покинула во второй раз.
Девочка обернулась. До боли знакомые электронные часы показывали "11.58"
Вскочив на гудящие ноги и надрываясь в безумном крике, девочка изо всех сил бросилась вверх по лестнице, перепрыгивая сразу через две ступеньки и отчаянно спотыкаясь об их кривые края. Сердце колотилось как бешеное, воздух со свистом рвал горло, колени подгибались словно ватные. Алисия отчаянно летела вперед, опасаясь даже на мгновение отвести взгляд от понемногу приближающейся будки диспетчера. Она понимала что в этом единственное спасение.
Из последних сил, чуть не падая от усталости, девочка преодолела четверти эскалатора. Впереди уже отчетливо виднелись плавно загибающиеся в сторону выхода поручни и высокий потолок над ними. Кажется, в этот раз ей удалось оставить Того, Кто за спиной, с носом. Кажется, в этот раз ей все-таки удалось...

Неожиданно запнувшись о некстати подвернувшуюся под ноги ступеньку, Алисия во весь рост опрокинулась на лестницу, едва не рассадив коленки. Наверное, если бы она упала не вперед, а назад, то так бы и катилась до самой станции, ломая руки и ноги. А там бы ее уже, наверное, встретили...
-Гад!- яростно закричала девочка, рыдая от бессилия.

Она с трудом привстала со ступенек, приподняла голову над поручнями. В очередной раз уползавшая вниз станция по-прежнему была пустынной. Проклятый неисправный фонарь все так же болезненно трещал, каждую секунду угрожая лопнуть.
Электронные часы, подвешенные к карнизу, показывали без минуту полночь, и это почему-то пугало Алисию больше всего.
Все было бесполезно. Ее отсюда не выпустят.
Едва слышно подвывая от страха, девочка снова встала на гудящие ноги. Задрав голову, посмотрела на недосягаемый противоположный конец эскалатора. Утерла грязным кулачком обильно струящиеся слезы.
И вновь зашагала вверх.
Папа учил ее никогда не сдаваться. А сейчас как раз был такой момент, когда сдаваться вообще нельзя. Алисия не знала, что именно случится, если она вернется на станцию после наступления полуночи. Но в любом случае не будет ничего хорошего. По этому она должна была попробовать выбраться наверх еще раз. У нее имелась в запасе целая минута.
Пошатываясь от усталости, девочка карабкалась по ступенькам, которые, казалось, стали выше, чем раньше. Она не удивилась бы, узнав, что оно так и есть. Ей во что бы то ни стало надо вернуться к маме, потому что иначе она навсегда останется здесь - играть в страшные игры на пыльной холодной платформе с Тем, Кто за спиной.
Сузив глаза, чтобы не так болели, когда долго не моргаешь, Алисия неотрывно наблюдала за маячащим над головой выходом. Ее сбрасывают вниз, когда она отводит взгляд - значит, в этот раз она ни разу его не отведет, не присядет отдохнуть и будет очень осторожна, чтобы не споткнуться. Все просто.
Из последних сил девочка тащилась вверх. Она так сосредоточилась на пляшущем наверху пятне полумрака, что совсем не смотрела по сторонам.
А потом зацепила краем глаза знакомые назойливое мерцание испорченного светильника.
Она снова была в самом низу лестницы. Однако теперь, несмотря на то, что она продолжала упорно шагать вверх, ни часы, ни карниз, ни неисправный плафон назад не уползали. Теперь они неподвижно нависали прямо над ней.
Бросив испуганный взгляд под ноги, Алисия поняла, что эскалатор движется вниз. В какой именно момент он вдруг поменял направление, она уловить не сумела.
На остатках сил она снова бросилась вверх бегом, но окружающее по-прежнему не сдвигалось ни на миллиметр. Похоже, лента эскалатора ускорилась ровно на столько же. Это было как в дурном кошмаре, когда ты стараешься убежать от чего-то страшного, но вязнешь в пространстве, словно муха в сиропе.
Наконец обессилевшая девочка беспомощно опустилась на ступень, глядя расширившимися глазами на приближающуюся станцию, на которой понемногу начал меркнуть свет.
Часы над ее головой показывали "00.00"

Зловещая станция метро по-прежнему была пустынна и безмолвна.
За спиной перепуганной девочки все так же гудела и шелестела бесконечно уходящая ввысь лента эскалатора, по которой оказалось никак невозможно выбраться наверх. Над движущейся лестницей, как и раньше, тихо покачивались спутанные космы грязной паутины. Все было по-прежнему - кроме того, что электронные часы под эскалатором, зафиксировав полночь, остановились и теперь демонстрировали только шесть подрагивающих зеленоватых нулей.
И все же с наступлением полуночи что-то изменилось. Что-то случилось с дверями в железных стенах от пола до потолка, которые отсекали платформу от рельсов. Заинтересованная Алисия двинулась вперед по пустынному перрону, прижимая к себе игрушечного зайца. Что-то изменилось на пустынной платформе, и это могло означать, что где-то рядом находятся люди.
Она успела приблизится к первому дверному проему, прежде чем сообразила, что именно случилось. Пока она боролась с эскалатором, карабкаясь по его ступенькам, все двери на станции бесшумно раскрылись, и теперь за раздвинувшимися створками клубилась и беззвучно перемещалась слоями абсолютная тьма.
И больше ничто не преграждало чудовищным ночным монстрам из темных тоннелей дорогу на платформу.