Не все тейлбеки бегут вперед

Работу признали лучшей и даже издали десятитысячным тиражом в составе рекомендованной хрестоматии для начальных школ Аризоны. До сих пор вспоминая, поднимаю себе настроение до небывалых высот. То были суетливые семидесятые годы. Это сейчас эти годы, как только не называют, а лично для меня это были именно «suetlivye». В английском языке, при всем его богатстве  и многогранности  нет точного аналога этому русскому слову. Суетливые начались с иммиграции моего семейства в штаты, за поиском свободы, а скорее   бургера с жирным куском масла. Как ни странно, но приехав без гроша и четкого плана, наше семейство не повторило  печального «пособного» прозябания первых лет, что уготовано для  подавляющего большинства эмигрантов. Мама быстро нашла состоятельных родственников, о судьбе которых мы не знали с двадцатых годов, а папа хорошую работу по специальности. Сестра через год удачно вышла замуж за бухгалтера крупной компании, а я через два года, угодил, пусть и не в самый престижный, но вполне приличный колледж, который «ничуть не хуже входящих в лигу плюща, а местами впереди… о чем говорят результаты последних побед футбольной команды…», так по крайне мере он был охарактеризован в цветной рекламной брошюрке самого колледжа.   Первое, что меня впечатлило, это отдельная большая и светлая комната в общежитии, с кухней, санузлом, человеческой мебелью,  без соседей  и тараканов.   К комнате еще прилагался общий,  на четыре комнаты, холл – гостиная с телевизором и диваном.   Черт, да мы в Ленинграде жили в более стесненных коммунально-тараканьих условиях, чем я в колледже. С учебой все обстояло наоборот. Тяжко и неуютно. Все-таки, советская школа и американская имеют  подход к образованию очень различный и потому, дабы не быть отчисленным, мне пришлось стать «русским медведем» и занять место тейлбека в футбольной команде колледжа.  Так и учился, пока диплом не получил.  Надо сказать, что игра за футбольную команду, это еще не полная гарантия того, что тебя не отчислят. Все таки, какие-то знания нужно в итоге получить, и какие-то  экзамены и работы тоже нужно сдать. Третий курс, итоговая работа по филологии, нужно написать хрестоматийный рассказ по истории США. Какая еще история США? О чем вы? Где я и где история США? Для меня вся история США, это прочитанные в детстве романы Фенимора Купера про борьбу угнетенных индейцев с белыми капиталистами колонизаторами  ( из аннотации к одному из романов) и приключения Тома Сойера и Гекльберри Финна  в произведениях Марка. О чем писать?  Сосед слева, коренной южанин из Луизианы Майкл - пишет про Гранта, сосед справа, чикагец Фред - пишет про Ли, что в общем то забавно и  символично. А про кого и про что писать мне, если с детского сада и до девятого класса я изучал беспримерную борьбу революционеров с подлыми буржуями за права рабоче-крестьянского трудового народа и про то, как этот народ  в Великой войне сломал хребет подлой гадине фашизму, а потом с  десятого класса и до последней минуты, весь мой интерес лежал в плане футбола, девчонок и рок-н-ролла? Полчаса в тщетных попытках вспомнить что-нибудь на проходную оценку. Ноль. Еще полчаса  обдумывания вариантов и листы, по прежнему - белоснежно чисты, а карандаш зверски искусан. Идея пришла внезапно, стоило только весеннему  полуденному солнцу пробиться сквозь витраж аудитории и  осветить лысую голову профессора Адамса. Кого же он мне всегда напоминал? Маленький, лысый и картавит. На листе появился заголовок рассказа: «Линкольн и печник».