Бальмонт, или Солнечный зайчик

Что мы знаем о Константине Бальмонте? Кто-то вспомнит пропитанные  декадентским эротизмом строки:
«Хочу быть дерзким, хочу быть смелым,
Из сочных гроздий венки свивать
Хочу упиться роскошным телом,
Хочу одежды с тебя сорвать!»
Кто-то вспомнит его поэтический перевод бессмертной поэмы Руставели «Витязь в тигровой шкуре» («Носящий барсову шкуру» у Бальмонта). Кто- то с удовольствием процитирует  горькие уайльдовские строки из «Баллады Рэдингской тюрьмы» виртуозно окрашенные бальмонтовской рифмой, а кто-то до хрипа будет спорить, что поэтическая версия «Слова о полку Игореве» Бальмонта лучше всех остальных поэтических переводов. Любопытная деталь – перекличка двух больших поэтов на переводческой ниве. Свою версию перевода  и шедевра Руставели, и выдающегося литературного памятника Древней Руси после Константина Бальмонта сотворил Николай Заболоцкий.
Но давайте вернемся к одному из самых громких имен Серебряного века. Тем более что к этому побуждает нас новая книга в серии «ЖЗЛ». Павел Куприяновский и Наталья Молчанова – авторы книги «Бальмонт» воссоздали летопись жизни и творчества поэта, который чудом избежал смерти, выбросившись из окна. Неудачная попытка самоубийства стала его Рубиконом, за которым последовала долгая слава одного из лучших поэтов России.
Утверждать, что Бальмонт был баловнем судьбы сомнительно. В его жизни были и взлеты и падения. Возможно оттого, что он во всем был чрезмерен. В работе, в любви, в пьянстве. Возможно, здесь сказались гены его пращуров, носивших фамилию Баламут. В начале прошлого столетия выходит его самый «звездный» стихотворный сборник «Будем как солнце» надолго предопределивший творческий путь поэта. «Солнцепоклонник» Бальмонт был человеком светлым, солнечным, которому многое прощалось. И еще он был потрясающим трудоголиком. Его поэтическое наследие кроме 35 книг стихов и 20 книг прозы включает еще и более 10 тысяч печатных страниц переводов. Причем эта сторона его поэтического гения до сих пор не нашла должного отражения, хотя большинство его переводов сделаны с оригиналов, поэт блестяще владел многими европейскими языками.
Что же касается его жизни, то книга Куприяновского и Молчановой первая попытка рассказать о большом русском поэте, который умер на чужбине в разгар самой кровавой войны прошлого столетия.
Сегодня мы возвращаем домой многие несправедливо забытые имена, а порою и прах людей составивших славу и гордость русской культуры. Кто знает, может быть, и останки солнечного поэта однажды вернутся с католического кладбища во французском городке Нуази-ле-Гран в родовое гнездо в деревне Гумнищи. Ведь там его ДОМ.


Рецензии