Мыльная ёпера

История, которую я хочу вам поведать, произошла в одной маленькой мексиканской деревушке. Я не буду говорить в какой именно, дабы не обидеть другие, потому, что эта история могла произойти в любой из них.
Итак, слушайте!
В одной мексиканской деревушке с необыкновенным названием «S» жила одна семья. Хулио и его жена Хуанита. Они очень любили друг друга, они так крепко любили друг друга, что вскоре появился на свет маленький зловонный ребятёнок.
Они до того хотели, чтобы первенцем был мальчик, что родилась… девочка. Её назвали Дрита. Ну, недодержал Хулио, ну что же поделаешь! Но любви Хулио и Хуаниты не было предела, так что святому Януарию ничего не оставалось, как послать им второго дитя, на их счастье – пацана Чито.
Скажете, совпадение?
«Совпадения бывают только в мексиканских телесериалах», – сдержано выдохнул Хулио.
И вроде бы всё у них шло хорошо. Казалось, удача повернулась к ним не как обычно. Но как во всех мексиканских историях, должно было произойти какое-то несчастье, конечно, со счастливым, но запутанным концом. В хорошем смысле этого слова.
Какой ужас!
Скажете, совпадение?
Совпадения бывают только в мексиканских телесериалах. Так и случилось. И, главное, неожиданно.
Скажете, совпадение…
Как-то Хулио и Хуанита отправились навестить своего дядюшку Санчо на ранчо. Его так и звали – Санчо-Сранчо. И хоть путь был не близок, особенно пешком, они всё равно попёрлись. Хули им там было делать? Никто не знает. Одним словом, запрягли карету и отправились.
Темнело. Кучер гнал. Идиот. Тише едешь... Почему-то нужно было приехать на ранчо до заката. Почему, затрудняюсь ответить.

Так, здесь кульминационный момент!
И тут вдруг, так, блин, неожиданно для всех нас, колесо кареты попадает на какую - то хрень, я, честно, не разобрал какую, ну, темно было, ёшкин кот. Какого она, хрень, там лежала? Всё так неожиданно…
Карета, конечно же, по своему обыкновению, перевернулась. Колесо пополам. И всё это деревянное сооружение – с грохотом, в кювет!
Вопрос - чего гнал?
Но вы не волнуйтесь, всё так и должно было произойти.
Скажете, совпадение?
Совпадения бывают только в мексиканских телесериалах.

Солнце зашло за тучи и скрылось. Пал сумрак. «Ёхан дрохан», не иначе. Вскоре мимо крушения проезжала карета.
Скажете, совпадение…
В ней ехали Хосэс Педросэс со своей трижды вдовой женой, имя которой мне даже стыдно произносить. Они, видите ли, прогуливались перед сном. И это в три часа ночи! Идиоты… Они достойны своей фамилии.
Остановились неподалёку. И вдруг Хосэс что-то увидел в сумерках. Что – не знает, но что-то увидел. А, может, он просто решил сходить отлить, а потом говорил – я точно увидел, и…
Словом, в кювете он увидел то, что увидел. И чего я туда полезу, подумал он. Кровь, грязь, мрак и кое-что человеческое. Ну, на хрена мне это надо! Потом допросы, суды вся эта канитель.
Он уже собрался уходить, но нет! Так просто это не может кончиться. Ведь это же мексиканская история, просто так здесь ничего не кончается. Тут его слух встревожил далеко забытый, но какой-то родной до боли, раздражающий крик. Да! Это был плач ребёнка, он доносился прямо из кустов.
В этом он полностью убедился, когда увидел детскую люльку. Из неё, собственно, и доносился плач. Он уже было наклонился, чтобы поднять (живой всё ж), и тут его нюх наткнулся на какой-то знакомый запах. Пацан, определил он. Вот так всё просто, без всяких совпадений.
Младенца принёс жене. Она сразу к мальцу: уси–пуси, сюси–муси. На мужика кинула косаря, он пожался, и решили взять этот подарок судьбы. Тем более своих детей у них не было. Сколько они не молили Святого Януария.
Так шпанец обрёл новых родителей, а Пэдросэсы поступили как настоящие Пэдросэсы: забрали ребёнка и никому ничего не сказали.
Вот так всё безнаказанно остаётся в мексиканских сериалах.
А что же произошло с Хулио и Хуанитой? Вам интересно? Небось! Всё О.К.! Иначе было бы неинтересно.
Они удачно приземлились. Полет прошёл нормально. Карете, правда, труба. Жаль, хорошая была, немецкая. Встали, отряхнулись и попёрлись. Пешком. К сожалению они не нашли второго ребёнка – мальчика, надежду и опору. Да и первый куда то подзатерялся. «О боже! – кричала Хуанита, – Не может быть! Как же так?»
«О нет! – истязался Хулио, – За что?»
И всё в таком духе. В общем, распустили сопли.

Так тому и быть.
Прошло двадцать лет.
Вот как у них – бац, и двадцать лет как чихнуть. И кто бы знал, как там всё было, если б не твёрдость в закономерности в мексиканских историях.
И хоть младенцы, достигшие двадцатилетнего возраста, росли вдалеке, совершенно не зная друг о друге, судьба, как это ни странно, предвещала им встречу.
Все эти годы Чито не знал о существовании настоящих родителей. Его опекунами стали совсем чужие люди, те самые люди, с добрым сердцем и воровскими наклонностями, отзывчивой душой и странной фамилией. Какими бы родителями они там ни были, всё ж ему повезло больше, чем второму дитя – девочке. Пользы от неё, конечно, не было бы никакой. Бабы есть бабы – одни растраты, но всё ж жалко.
В ту злополучную ночь совсем рядом ошивался бродячий цирк. Он-то и приютил бедное дитя. Ну, там в массовке поиграть… Или в фокусном аттракционе «Человек-гриль».
Честно говоря, лучше б её загрызли злые волки. Раз – и никаких мучений! А тут вкалывай на свору бездарностей, кучку жалких циркачей. Артисты, мать их… И они имеют право называть себя артистами?!.. Самое большое, на что способны, это: бабы – шпагат, а мужики – жонглировать. Так что к двадцати годам Дрита в совершенстве овладела и жоглированием, и уж тем более шпагатом. «Необходимое женское упражнение».
Ну что, нужно как-то сводить их вместе, с такими-то способностями Дриты можно создать хорошую семью. Но не забывайте – они же брат и сестра: кровосмешение, дети уроды, и тому подобное.
Иногда, точнее раз в год, все съезжались в город, чтоб отпраздновать один мексиканский праздник – «День тыкилы».
И как раз тут нашим героям выпадает самый лучший шанс обрести друг друга!
Дрита и Чито, естественно, оказались на этом прославленном празднике. Чито с корешками приперся на тусовочку попить тыкилки, оттянуться по полной – ну, двадцать лет, как никак. А Дрита на шарашки – подколымить. Сесть на шпагат и пожонглировать.
После часовой программы шпагатов Дрита решила пойти пропустить стаканчик–другой или принять участие в забавном аттракционе «Гранёный реслинг».
Изрядно подожравший юноша не упустил возможность составить компанию гимнастке в таком благородном деле. Рюмку за рюмкой отправляли они в свои бездонные утробы. И что вы думаете, кто же сдал? Отвечу просто – местные гонщики тыкилы отоварились по полной, не успев повытаскивать из жгучего зелья замаринованных мух и жучков.
Словом, они встретились, пора заканчивать историю.
Как у них там, в Мексике, целый год шнуруют нам мозги, а потом за одну серию – шпок, и конец. И это, кстати, не совпадение, а тенденция мексиканских историй.
После увеселительной попойки наши алкоголестойкие герои обнаружили себя в местном вытрезвителе. Им, как потом выяснилось, припаяли несколько статей: Чито демонстрировал свой недавно обнаруженный талант (сквозное пропускание через себя и моментальное освобождение алкоголя наружу). А Дрита в безрассудно пошлом шпагате во всеуслышание жонглировала отсутствием цензуры и слюнными пузырьками, которые возникали в перерывах между непристойными сочетаниями. Но, так как Чито был маменькиным сынком, за ним под утро пришли добрые родители, размахивая толстым кошельком. Обвиняя во всем градусы терпкого зелья и слабость молодого организма. Что после ушиба правой руки в районе локтя эта часть тела теперь живёт самостоятельно и насильно использует тело мальчика в своих целях. Мальчик всё подтвердил. Полиция Мексики посчитала мальчика жертвой ситуации, подсчитала легкий финансовый ущерб, нанесенный невзначай, и отпустила бедняжку.
- Скажите, а девушка? – спросил Чито главного по решеткам, – я хотел бы её видеть, и по возможности уговорить вас отпустить её со мной.
- Там, в камере, – сказал главный по решеткам, – После вчерашнего уйма баб, и все на одну пьяную физиономию. Я предлагаю вам отблагодарить меня как-то финансово, и берите любую.
- Мама, – всплеснув вчерашнее, выстрелив перегаром Чито, – это не простая девушка!
Ну и так далее, как там обычно рассказывают. «Здесь главная деталь, – припомнил юноша, когда главный по решеткам искал среди холодцеобразных неподвижных женских тел ту самую.
У неё, дорогие мои друзья, видите ли, родинка в месте, куда без всяческого стыда забрался, чтобы убедиться в точности, главный по решеткам, и это родинка, видите ли, абсолютно такая же, какая у маменькиного сынка. Она гласила – у меня есть родной брат, его украли люди со странной фамилией, и мы встретились с ним в вытрезвителе. Ни больше ни меньше – так гласила родинка. Ну что, вы удивлены? Я и не пытался вас удивить. Пэдросэсы переглянулись, перекрестились, и поведали душещипательную историю двадцатилетней давности о крушении и т.д.
Но это не конец! Главный по решеткам вдруг взвизгнул:
- Ровно двадцать лет назад мы с моей женой Хуанитой потеряли своих детей в крушении. Это были мальчик и девочка. И родинка, – прослезился главный по.., – Эта родинка.
- О боже! – Рассопливился решетник, которого звали Хулио. Хули он тут делал никто не знает. Но это же мексиканская история. – Мои дети! Спасибо Святому Янурию!
- Папа! Кричал Чито, – мой папа.
Про Пэдросэсов тут же забыл, кто они ему теперь. Так, люди со странной фамилией.
- Папа, – кричала Дрита, – мой папа.
Вот подвезло, – думала бедная сиротка.
- Мои дети, – решетник всхлипывал, – Брат и сестра, вы теперь вместе, и я с вами, и эти люди, которые заплатили мне за вас неплохую сумму, которую, наверное, придётся отдать.
- Постойте, постойте! – кричали дети, – Это что ж получается? Родителей мы поменяли, Педросэсы освободились от сдавливающей сердца тайны, друг друга мы нашли, напились, полюбили, или наоборот? Впрочем, неважно. Всю ночь в пьяном угаре «зависели» друг от друга. И что, получается мы – брат и сестра?
Надо было звёздам сойтись так, чтобы встреча наших героев предполагала слияние их душ, но никак не тел. Отсюда мораль – по пьяни может произойти всё, что угодно.
Но знаете ли вы, как разносятся сплетни в мексиканских телесериалах? В первой серии кто-нибудь пукнет, потом полмира сидят возле своих телевизоров и нюхают. К чему я это? А, о сплетнях… Не успела история развиться, как это любят в мексиканских историях, до… Сплетня принесла жену решетника - Хуаниту.
- Хуанита! – волновался Хулио, – наши дети нашлись!
- Хорошо! – волновалась Хуанита.
- Ничего хорошего, Хуанита, они успели «позависеть» друг от друга.
- Плохо! – волновалась Хуанита.
- Всю ночь! Я волнуюсь!
- Очень плохо. Но ты больше не должен волноваться по этому поводу.
- Почему? – спросил Хулио, переставая волноваться.
- Я так волнуюсь! – не теряя волнения, продолжала Хуанита.
- Говори, волнуясь! – совсем перестал волноваться Хулио.
- Я не могу говорить от волнения.
- Говори, гадина!
- Дело в том!.. Я волнуюсь.
- Не томи! – холодно приказал Хулио.
- Хулио!
- Хули тянешь!
- Наш мальчик!..
- Что?
-Наш Чито!..
-Задушу своими же руками, – удушающее потребовал муж ответа.
- Родинка! – выдавила из своего сдавливаемого горла Хуанита.
- Какая родинка? Говори ясней, змея, что ты имеешь виду.
- Родинка! Наш мальчик! – испустила дух в надёжных, сильных, заботливых, и пытливых руках мужа Хуанита.
- Что имела в виду моя жена?
- А она уже не встанет? – спросили заинтересованно Пэдросэсы?
- Думаю, что нет.
- Плохо! Так что имела в виду ваша жена?
- Да я так и не понял. Вот за это баб и ненавижу.
- Но вы были ближе всех к ней, – продолжали Пэдросэсы. – Что-то же услышали?
- Что-то про родинку нашего мальчика, сипела как утюг, я не разобрал.
- У Чито тоже есть родимое пятно! – радостно провозгласили Пэдросэсы, – Правда, оно в таком месте… Мы никогда не решались посмотреть.
- Малыш, покажи нам, – просили все.
- Мне стыдно, – кокетничал Чито.
- Ну, давай, дружок!
- Ммм!
- Нууу!
- Ну, ради нас!
- Эх, жаль, мамка не увидит, – отважился Чито спуская пончо (мексиканская верхняя одежда) до самых щиколоток.
А что же увидели там изнемогшие в ожидании персонажи этой мексиканской истории, вы узнаете в следующих триста двадцати трёх сериях.

Продолжение следует!

P.S. Спасибо за терпение.