ЛЧ ч 1 Фантом Гл 15 Закономерность и случайность

       Среди многих в группе, Оля и Ева сразу выбрали друг друга. Оля - жизнерадостная, светловолосая и светлоглазая, миловидная украинская девушка приехала из Донецка. Она была года на два старше Евы, год училась сначала на рабфаке при университете: отец её был рабочим на шахте, мать - медицинской сестрой; такие факультеты создавали благоприятные условия для поступления в высшие учебные заведения абитуриентов из рабочих семей. В конце учебного курса учащиеся рабфака сдавали экзамен, результаты которого и становились основой зачисления в университет.

       Серьезная Таня, наоборот, была моложе и Евы, и Ольги: ей было только восемнадцать. Поступить в университет ей удалось с первой попытки, сразу после школы: у неё был «красный диплом» о среднем образовании, поэтому она сдавала только один экзамен - по профилирующему предмету; сдала его отлично, и этого было достаточно.
       Однажды она прямо сказала Еве:
       - Ольга простушка. Ты - философ. Как ты можешь дружить с ней?
       - Жизнь ещё покажет, кто мудрее, и кто преуспеет в социуме, - ответила Ева, имея в виду коммуникабельность Ольги.
       Ольге Ева сказала:
       - Никогда не позволяй себя оскорблять. Зачем ты оправдываешься, позволяешь себя ломать эпитетами "обыкновенная, не очень умная"?! Давай отпор уничижительным сопоставлениям. Ты - сама жизнь, ты богата естеством, не амбициями.
       Ольга мило залепетала в ответ, так, как это делают юные девушки, но...отведя глаза в сторону.

       С той поры они приняли друг друга и часто бывали втроем. Ольга сняла комнату недалеко от университета, в старом доме с толстыми кирпичными стенами. Хозяйка квартиры работала вахтером в общежитии Евы, дочь хозяйки - на заводе: простая рабочая семья.
       Татьяна сняла престижную однокомнатную квартиру в новостройках, и занимала её одна. Однажды, когда они были у Ольги в гостях, она сказала:
       - Я буду специализироваться по курсу новейшей истории. А вы?
       Ева выделяла "Историю философии"; это было ясно без слов.
       - Я - по курсу истории древнего мира, наверное, - оживилась Ольга. - Летом поеду на раскопки городищ.
       - Тебя больше интересует археология или преподаватель археологии? - не удержалась Татьяна.
       Ольга вспыхнула:
       - Меня интересует древность. А Михайлов - молодой, умный и, ведь правда, красивый?
       Ничто не ново под луной, как и влюблённость некоторых девушек в своих преподавателей, а вот пристальный взгляд в эпоху мифов и культов по последствиям не всегда пресказуем.
      
       Однажды, будто мимоходом, Татьяна обмолвилась:
       - Мой парень погиб во время восхождения в горах. Мы занимались альпинизмом.
       Это придало ей дополнительный статус в стайке сокурсниц: востребованная, но серьезная. Товар не залежалый, но недоступный. Девичья же невинность, с которой не хотела расставаться Ева, уже в те времена, могла, как ни странно, стать предметом неприятия или даже ненависти у других девушек: "Ну, подожди, мы тебе ещё покажем". Нет, Ева ни о каком своём статусе среди подруг, ни о каком общественном мнении не думала: её сердце жило где-то внутри себя, это был её внутренний мир, и пространство там переливалось красками ожиданий чего-то прекрасного.

        Тот, кто впервые поразил её воображение, появился неожиданно. Он вошёл в столовую университета с друзьями. Белоснежная рубашка оттеняла ямочки в уголках его полных, сухих губ, глаза блестели, как ночь. Лениво-изящным жестом он откинул полу чёрного пиджака: показалась яркая оранжевая подкладка. Ниже края узких-узких тоже чёрных микровельветовых брюк, на чуть отставленной в сторону ноге, белоснежной полоской выглянул носок. Среди друзей его стройная фигура струилась как фонтан.
       Испокон веков чьи-то глаза когда-то встречаются: для них наступил тот самый миг - и сердце Евы упало в пропасть. Оно летало там, в восторге и смятении. Она сидела за столом, но вкуса пищи не чувствовала. Юноша смотрел на неё, будто усмехаясь;  глаза мерцали вдоль изящно уходящих вдаль нежных бровей. Вставая, он приподнял голову, откинул со лба прядь иссиня черных волос и вышел вон с друзьями.

       Ева не думала о реальных перспективах, угрозах и возможностях. Её ничто не смутило: ни его явно иностранное происхождение, ни подданство-гражданство. "Он словно фонтан, - думала девушка, и это её радовало. - Он ни на кого не похож. Он отличается от всех, даже от своих друзей, как Рама от Ханумана . Он царевич. Но царевна ли она".

       Спустя неделю они вновь встретили друг друга - в общежитии. "Кто он, откуда? У него такие изящные черты лица. О, она против него…", - дрогнуло сомнением сердце девушки.  Перед зеркалом она сомкнула руки на изящной талии, посмотрела на свои стройные сильные ноги...  но и,  не глядя туда, она знала: она маленькая, изящная как игрушка, но при этом полнокровная светловолосая и светлоглазая девушка. Она не может не нравиться… и она ещё так наивна!