9 Тридцатилетняя война 1618-1648

IX. ТРИДЦАТИЛЕТНЯЯ ВОЙНА (1618–1648)

Содержание:

Причины Тридцатилетней войны
Периоды Тридцатилетней войны
Чешский период (1618–1625)
Датский период (1625–1629)
Шведский период (1630–1635)
Франко-шведский период (1635–1648)
Вестфальский мир 1648 года
Итоги Тридцатилетней войны

---

Причины Тридцатилетней войны

Император Матвей (Матиас) (1612–1619) был таким же неспособным правителем, как и его брат Рудольф II, особенно при том напряженном положении дел в Германии, когда грозила неминуемая и жестокая борьба между протестантами и католиками. Борьба была ускорена тем, что бездетный Матвей назначил своим преемником в Австрии, Венгрии и Богемии (Чехии) двоюродного брата Фердинанда Штирийского. Твердый характер и католическая ревность Фердинанда были хорошо известны; католики и иезуиты радовались, что пришло их время, протестанты и гуситы (утраквисты) в Богемии не могли ждать для себя ничего хорошего. Богемские протестанты построили себе две церкви на монастырских землях. Возник вопрос – имеют ли они на это право? Правительство решило, что нет, и одну церковь заперли, другую разрушили. Защитники (дефензоры), назначенные протестантам «Грамотой Величества» (Rudolf;v majest;t, 1609), собрались и отправили императору Матвею в Венгрию жалобу; император ответил отказом и запретил защитникам собираться для дальнейших совещаний. Это страшно раздражило протестантов; они приписали такое решение дела императорским советникам, управлявшим Богемией в отсутствие Матвея, особенно были злы на двоих из них – Вилема Славату и Ярослава Боржиту из Мартиниц, отличавшихся католической ревностью.

В пылу раздражения гуситские депутаты (члены чешского сейма) вооружились и под предводительством графа Йиндржиха Матиаша Турна направились в Пражский Град, где заседало королевское наместничество. Войдя в залу, они начали резко говорить с наместниками и вскоре от слов перешли к делу: схватили Мартиница, Славату и секретаря Фабриция и выбросили их из окна «по старому чешскому обычаю», как выразился один из присутствующих (23 мая 1618 года). Этим поступком (Вторая пражская дефенестрация) чехи разрывали с правительством. Чины захватили правление в свои руки, изгнали иезуитов из страны и выставили войско под предводительством Турна.

---

Периоды Тридцатилетней войны

---

Чешский период (1618–1625)

Война началась в 1619 году и поначалу была удачна для восставших (инсургентов). К Турну присоединился Эрнст фон Мансфельд, удалой предводитель наемных отрядов; чины силезские, лужицкие и моравские подняли одно знамя с чехами и изгнали иезуитов; императорское войско было вынуждено очистить Богемию. Матвей умер, и его преемник, Фердинанд II, был осажден в самой Вене войсками Турна, с которыми соединились австрийские протестанты.

В этой страшной опасности стойкость нового императора спасла престол Габсбургов; Фердинанд крепко держался и продержался до тех пор, пока дурная погода, недостаток в деньгах и съестных припасах не заставили Турна снять осаду Вены.

Тилли. Граф Тилли. Художник Ван Дейк, ок. 1630

Во Франкфурте Фердинанд II был провозглашен императором, и в то же время чины Богемии, Моравии и Силезии отложились от Габсбургского дома и избрали себе королем главу Протестантской унии, курфюрста Пфальцского Фридриха V. Фридрих принял корону и поспешил в Прагу на коронацию. Характер главных соперников имел важное влияние на исход борьбы: против умного и твердого Фердинанда II стоял пустой, легкомысленный Фридрих V. Кроме императора у католиков был еще Максимилиан I Баварский, сильный личными качествами и материальными средствами; на стороне протестантов Максимилиану соответствовал курфюрст Иоганн Георг I Саксонский, но соответствие между ними ограничивалось одними материальными средствами, ибо Иоганн Георг носил не очень почетное прозвище «пивного короля»; ходила молва, будто он говорил, что звери, населявшие его леса, дороже ему подданных. Наконец, Иоганн Георг как лютеранин не хотел иметь ничего общего с кальвинистом Фридрихом V и склонился на сторону Австрии, когда Фердинанд обещал ему земли лужичан (Лужицу). К тому же у протестантов, помимо неспособных князей, не было и способных полководцев, тогда как Максимилиан Баварский принял на службу знаменитого генерала, нидерландца Иоганна Церкласа Тилли. Борьба была неравной.

Фридрих V прибыл в Прагу, но с самого начал повел свои дела неудачно. Он не поладил с чешскими вельможами, не допуская их до участия в делах правления и слушаясь только своих немцев; оттолкнул от себя и народ страстью к роскоши и забавам, а также кальвинистским иконоборчеством: из пражского собора Святого Вита были вынесены все изображения святых, картины и мощи. Между тем Фердинанд II заключил союз с Максимилианом Баварским и Испанией, привлек на свою сторону курфюрста Саксонского и привел к покорности австрийские чины.

Войска императора и Католической лиги под начальством Тилли подошли к Праге. 8 ноября 1620 года между ними и войсками Фридриха произошло сражение у Белой горы (B;l; hora); Тилли одержал решительную победу. Несмотря на это поражение, чехи еще имели средства для продолжения борьбы, но король Фридрих V полностью потерял присутствие духа и бежал из Богемии. Лишенные вождя, единства и направления движения, чехи не могли продолжать борьбу, и через несколько месяцев Богемия, Моравия и Силезия были вновь покорены Габсбургами.

Горька была судьба побежденных: 30 000 семейств (в основном дворянских и городских) вынуждены были покинуть родину; вместо них в страну хлынуло чуждое славянству и чешской истории население. В Богемии до войны насчитывалось около 30 000 населенных мест; после войны осталось только 11 000. До войны было более 4 миллионов жителей; к 1648 году осталось не более 800 000. Треть земель была конфискована и роздана сторонникам императора (в основном иностранцам). Иезуиты бросились на добычу: чтобы разорвать самую тесную связь Богемии с ее прошлым и нанести самый тяжелый удар чешской народности, они начали истреблять книги на чешском языке как еретические; один иезуит хвастался, что сжег более 60 000 томов. Понятно, какая судьба ожидала протестантизм в Богемии. В Праге поначалу оставались два лютеранских пастора, которых не смели изгнать, боясь возмущения саксонского курфюрста; но папский нунций Караффа настоял, чтобы император приказал выслать и их. «Дело идет, – говорил Караффа, – не о двух пасторах, а о свободе религии; пока их будут терпеть в Праге, ни один чех не войдет в лоно Церкви». Некоторые католики, сам король испанский пытались умерить рвение нунция, но он не обращал внимания на их представления. «Нетерпимость Австрийского дома, – говорили протестанты, – принудила чехов восстать». «Ересь, – говорил Караффа, – воспламенила бунт». Император Фердинанд II выражался еще сильнее: «Сам Бог, – говорил он, – побудил чехов к возмущению, чтобы дать мне право и средства уничтожить ересь». Император собственноручно изорвал «Грамоту Величества».

Средства к искоренению ереси были следующие: протестантам запретили заниматься каким бы то ни было ремеслом, запретили вступать в брак, составлять завещания, хоронить своих мертвецов (при этом они обязаны были платить католическому священнику за погребение); их не пускали в больницы; солдаты с саблями наголо загоняли их в костелы, а в селах крестьян загоняли туда собаками и бичами; за солдатами шли иезуиты и капуцины, и когда протестант, чтобы спастись от собаки и кнута, объявлял о своем обращении в католичество, то прежде всего должен был заявить, что это обращение совершено добровольно. Императорские войска позволяли себе ужасные жестокости в Богемии: один офицер приказал убить 15 женщин и 24 ребенка; отряд венгров сжег семь деревень, истребив все живое; солдаты отрубали руки у младенцев и прикалывали их к своим шляпам в виде трофеев.

После сражения у Белой горы три протестантских князя продолжали борьбу с Лигой: герцог Христиан Брауншвейгский, уже упомянутый Эрнст Мансфельд и маркграф Георг Фридрих Баден-Дурлахский. Но эти защитники протестантизма действовали не лучше поборников католицизма: несчастной Германии пришлось испытывать теперь то, что незадолго до того переживала Россия в Смутное время и некогда – Франция в эпоху Столетней войны (при Карле VI и Карле VII). Войска герцога Брауншвейгского и Мансфельда состояли из наемных отрядов, совершенно похожих на казацкие дружины Смутного времени или на французских арманьяков. Люди разных сословий, желавшие пожить весело за чужой счет, стекались отовсюду под знамена этих вождей; не получая жалованья, они жили грабежом и, словно звери, свирепствовали против мирного населения. Немецкие источники, описывая ужасы, которые творили солдаты Мансфельда, почти дословно повторяют известия русских летописцев о зверствах казаков.

---

Датский период (1625–1629)

Протестантские партизаны не могли устоять против Тилли, который одерживал победы повсюду, и протестантская Германия обнаружила полную неспособность к самозащите. Фердинанд II объявил Фридриха V лишенным курфюршеского достоинства, которое передал Максимилиану Баварскому. Но усиление императора и Австрийского дома должно было вызвать опасения у других держав и побудить их поддержать германских протестантов против Фердинанда II. При этом протестантские державы – Дания и Швеция – вмешались в войну, помимо политических, и из религиозных побуждений; католическая же Франция, управляемая кардиналом Римской церкви, стала поддерживать протестантов из чисто политических соображений, чтобы не допустить опасного для нее усиления Габсбургов.

Первым в войну вмешался король Дании Кристиан IV. Император Фердинанд, до сих пор зависевший от Католической лиги и побеждавший с помощью Тилли – полководца Максимилиана Баварского, – теперь выставил против датского короля собственное войско и собственного полководца. То был знаменитый Альбрехт фон Валленштейн (Вальдштейн). Валленштейн был родом чех из незнатного дворянского рода; родившись в протестантской семье, он малолетним сиротой попал в дом к дяде-католику, который обратил его в католицизм, отдал на воспитание иезуитам, а затем определил на службу к Габсбургам. Здесь он отличился в войне Фердинанда против Венеции, а затем в Богемской войне. Составив состояние благодаря выгодной женитьбе, он еще более разбогател, скупая конфискованные имения в Богемии после Белогорского сражения. Валленштейн предложил императору набрать 50-тысячную армию и содержать ее, не требуя средств из казны, при условии предоставления ему неограниченной власти над этим войском и вознаграждения из завоеванных земель. Император согласился, и Валленштейн выполнил обещание: под его знамена действительно собралось 50 000 человек, готовых идти всюду, где можно было поживиться добычей. Эта огромная армия Валленштейна довела Германию до последней степени бедствий: овладев какой-либо местностью, солдаты Валленштейна начинали с того, что обезоруживали жителей, а затем предавались систематическому грабежу, не щадя ни церквей, ни могил; разграбив все, что было на виду, они начинали пытать жителей, чтобы выведать, где спрятаны сокровища, изобретая пытки одну ужаснее другой; наконец, ими овладевал демон разрушения: без всякой пользы для себя, из одной жажды истребления они жгли дома, уничтожали посуду и земледельческие орудия; раздевали мужчин и женщин догола и натравливали на них голодных собак, которых специально держали для такой охоты.

Датская война продолжалась с 1624 по 1629 год. Кристиан IV не мог устоять против сил Валленштейна и Тилли. Гольштейн, Шлезвиг и Ютландия были опустошены; Валленштейн уже объявил датчанам, что с ними поступят как с рабами, если они не изберут Фердинанда II своим королем. Валленштейн завоевал Силезию, изгнал герцогов Мекленбургских из их владений (которые сам же и получил в лен от императора); герцог Померанский также вынужден был покинуть свои земли. Кристиан IV, чтобы сохранить свои владения, пошел на заключение мира в Любеке (1629), обязавшись не вмешиваться более в германские дела. В марте 1629 года император издал так называемый Реституционный эдикт, по которому Католической церкви возвращались все земли, захваченные протестантами после Пассауского договора (1552); кроме того, кальвинисты и все другие протестантские течения, кроме лютеран Аугсбургского исповедания, исключались из религиозного мира. Эдикт был издан в угоду Католической лиге, но вскоре та же лига, то есть ее глава Максимилиан Баварский, предъявила Фердинанду иное требование: когда император выразил пожелание, чтобы Лига для облегчения положения Франконии и Швабии вывела оттуда свои войска, Максимилиан от имени Лиги потребовал, чтобы сам император уволил Валленштейна и распустил его армию, которая своими грабежами и жестокостями стремится окончательно опустошить империю.

Валленштейн. Портрет Альбрехта фон Валленштейна

Имперские князья ненавидели Валленштейна – выскочку, который из простого дворянина и предводителя огромной разбойничьей армии сделался князем, оскорблял их своим надменным обращением и не скрывал намерения поставить имперских князей в такое же положение по отношению к императору, в каком французская знать находилась к своему королю. Максимилиан Баварский называл Валленштейна «диктатором Германии». Католическое духовенство ненавидело Валленштейна за то, что он нисколько не заботился об интересах католицизма и о его распространении в областях, занятых его войском; Валленштейн позволял себе говорить: «Уже прошло сто лет с тех пор, как Рим был в последний раз разграблен; теперь он должен быть гораздо богаче, чем во времена Карла V». Фердинанду II пришлось уступить всеобщей ненависти: он отстранил Валленштейна от командования. Валленштейн удалился в свои богемские имения, ожидая более благоприятного времени; ждать ему пришлось недолго.

---

Шведский период (1630–1635)

Портрет Густава II Адольфа

Франция, управляемая кардиналом Ришелье, не могла равнодушно взирать на усиление Габсбургского дома. Кардинал Ришелье сначала попытался противопоставить Фердинанду II самого могущественного католического князя империи, главу Лиги. Он внушал Максимилиану Баварскому, что интересы всех германских князей требуют сопротивления растущей мощи императора и что лучшее средство для сохранения германских вольностей – отнять императорскую корону у Австрийского дома; кардинал убеждал Максимилиана занять место Фердинанда II и стать императором, обещая поддержку Франции и ее союзников. Когда глава Католической лиги не поддался на уговоры, кардинал обратился к протестантскому государю, который один хотел и мог вступить в борьбу с Габсбургами. То был шведский король Густав II Адольф, сын и преемник Карла IX.

Энергичный, даровитый и прекрасно образованный Густав Адольф с самого начала своего царствования вел успешные войны с соседями, и эти войны, развивая его полководческие таланты, усилили его стремление к более значительной роли, чем та скромная роль, которую играли в Европе его предшественники. Выгодным для Швеции Столбовским миром (1617) завершил он войну с Россией и считал себя вправе заявить шведскому сенату, что опасные московиты надолго отброшены от Балтийского моря. На польском престоле сидел его двоюродный брат и смертельный враг Сигизмунд III, у которого он отвоевал Ливонию. Но Сигизмунд как ревностный католик был союзником Фердинанда II; следовательно, могущество последнего усиливало и польского короля, что грозило Швеции большой опасностью. Родственники Густава Адольфа, герцоги Мекленбургские, были лишены своих владений, и Австрия благодаря Валленштейну утверждалась на балтийском побережье. Густав Адольф понимал основные законы европейской политики и писал своему канцлеру Оксеншерне: «Все европейские войны составляют одну большую войну. Лучше перенести войну в Германию, чем потом быть вынужденным обороняться в Швеции». Наконец, религиозные убеждения повелевали шведскому королю предотвратить уничтожение протестантизма в Германии. Вот почему Густав Адольф охотно принял предложение Ришелье выступить против Австрийского дома в союзе с Францией, которая тем временем поспособствовала заключению мира между Швецией и Польшей, развязав тем самым руки Густаву Адольфу.

В июне 1630 года Густав Адольф высадился на побережье Померании и вскоре очистил эту страну от императорских войск. Религиозность и дисциплина шведского войска представляли разительный контраст с разбойничьим нравом армий Лиги и императора, поэтому население протестантской Германии встретило шведов весьма радушно. Из протестантских князей на сторону шведов встали герцоги Люнебургский, Веймарский, Лауэнбургский и ландграф Гессен-Кассельский; однако курфюрсты Бранденбургский и Саксонский весьма неохотно взирали на вторжение шведов в Германию и до последней крайности сохраняли нейтралитет, несмотря на увещевания Ришелье. Кардинал советовал всем германским князьям, как католикам, так и протестантам, воспользоваться шведской войной, объединиться и принудить императора к миру, который обеспечил бы их права; если же они сейчас разделятся – одни выступят за шведов, другие за императора – это приведет к окончательной гибели их отечества. Имея общий интерес, они должны действовать сообща против общего врага.

Против шведов выступил Тилли, который теперь командовал объединенными силами Лиги и императора. Осенью 1631 года он встретился с Густавом Адольфом под Лейпцигом, потерпел поражение при Брейтенфельде, потерял 7000 своих лучших солдат и отступил, открыв победителю дорогу на юг. Весной 1632 года произошла вторая встреча Густава Адольфа с Тилли, который укрепился у переправы через реку Лех (приток Дуная). Тилли не сумел защитить переправу, был смертельно ранен и вскоре умер. Густав Адольф занял Мюнхен, в то время как саксонские войска вступили в Богемию и овладели Прагой.

В этой крайней опасности император Фердинанд II обратился к Валленштейну. Тот долго не соглашался, но в итоге принял предложение вновь создать армию и спасти Австрию на условиях неограниченной власти и щедрого земельного вознаграждения. Как только разнеслась весть, что герцог Фридландский (титул Валленштейна) снова берется за дело, к нему со всех сторон устремились искатели наживы. Вытеснив саксонцев из Богемии, Валленштейн двинулся к границам Баварии, укрепился под Нюрнбергом, отразил штурм шведов и устремился в Саксонию, по своему обыкновению опустошая все на пути. Густав Адольф поспешил за ним, чтобы спасти Саксонию. 6 ноября 1632 года произошла битва при Лютцене: шведы одержали победу, но потеряли своего короля.

Поведение Густава Адольфа в Германии после Лейпцигской победы породило подозрения, что он намерен утвердиться в этой стране и добиться императорской короны. Так, он в некоторых местностях требовал от жителей присягать ему на верность, не возвратил Пфальц его законному курфюрсту (сыну Фридриха V), уговаривал германских князей поступить к нему на службу; он говорил, что не наемник и не может удовольствоваться одними деньгами, что протестантская Германия должна отделиться от католической под особым главой, что устройство Германской империи устарело и что империя – это ветхое здание, годное разве что для крыс и мышей, но не для человека.

Усиление шведов в Германии особенно встревожило кардинала Ришелье, который в интересах Франции вовсе не желал усиления императора, будь то католического или протестантского. Франция стремилась воспользоваться смутой в Германии для расширения своих владений и дала понять Густаву Адольфу, что намерена вернуть себе наследие франкских королей. На это шведский король ответил, что пришел в Германию не как враг или изменник, но как покровитель, и потому не может допустить, чтобы у нее отняли хотя бы одну деревню; он также воспротивился вступлению французской армии на германскую землю. Вот почему Ришелье искренне обрадовался смерти Густава Адольфа и записал в своих мемуарах, что эта кончина избавила христианский мир от многих зол. Под «христианским миром» здесь, очевидно, следует понимать Францию, которая действительно немало выиграла от гибели шведского короля, получив возможность более непосредственно вмешиваться в германские дела и отторгнуть у империи не одну лишь деревню.

После смерти Густава Адольфа управление Швецией за малолетством его единственной дочери и наследницы Кристины перешло к Государственному совету (риксроду), который решил продолжать войну в Германии, поручив ее ведение знаменитому канцлеру Акселю Оксеншерне. Сильнейшие протестантские государи Германии – курфюрсты Саксонский и Бранденбургский – уклонялись от союза со шведами. Оксеншерне удалось заключить союз в Гейльбронне (апрель 1633 года) лишь с протестантскими чинами Франконии, Швабии, Верхнего и Нижнего Рейна. Немцы не внушили Оксеншерне высокого мнения о себе. «Вместо того чтобы заниматься делами, они только пьянствуют», – говорил он одному французскому дипломату. Ришелье в своих записках замечает о немцах, что они за деньги готовы изменить самым священным обязательствам. Оксеншерна был назначен директором Гейльброннского союза; командование войсками поручили принцу Бернгарду Саксен-Веймарскому и шведскому генералу Густаву Горну; Франция оказывала финансовую помощь.

Между тем Валленштейн после битвы при Лютцене стал проявлять гораздо меньше энергии и инициативы, чем прежде. Он подолгу бездействовал в Богемии, затем двинулся в Силезию и Лужицу и после незначительных стычек заключил перемирие с противником, вступив в переговоры с курфюрстами Саксонским, Бранденбургским и Оксеншерной; эти переговоры велись без ведома венского двора и вызывали там сильные подозрения. Он освободил из плена графа Турна, непримиримого врага Габсбургов, и вместо того чтобы вытеснять шведов из Баварии, вновь засел в Богемии, которая жестоко страдала от постоя его войск. Все указывало на то, что он ищет гибели своего непримиримого врага Максимилиана Баварского и, зная о происках недоброжелателей, пытается таким образом обезопасить себя от повторного падения. Его многочисленные враги и завистники распустили слух, будто он с помощью шведов намерен стать независимым королем Богемии. Император поверил этим слухам и решил избавиться от Валленштейна.

Трое высших офицеров в армии герцога Фридландского составили заговор против своего главнокомандующего, и в начале 1634 года Валленштейн был убит в Хебе (Эгере). Так погиб знаменитейший атаман наемной армии, каких, к счастью для Европы, больше не появлялось после Тридцатилетней войны. Война, особенно в начале, носила религиозный характер, но солдаты Тилли и Валленштейна свирепствовали вовсе не из религиозного фанатизма: они истребляли одинаково и католиков, и протестантов, и своих, и чужих. Валленштейн был истинным представителем своих солдат: он был равнодушен к вере, но зато верил в звезды и усердно занимался астрологией.

После гибели Валленштейна главнокомандующим императорской армией был назначен сын императора, эрцгерцог Фердинанд (будущий император Фердинанд III). Осенью 1634 года императорские войска соединились с баварскими и наголову разбили шведов при Нёрдлингене; генерал Горн попал в плен. Курфюрст Саксонский заключил с императором сепаратный мир в Праге (1635); его примеру последовали Бранденбург и другие германские князья. В союзе со шведами остались лишь Гессен-Кассель, Баден и Вюртемберг.

---

Франко-шведский период (1635–1648)

Ослаблением шведов после Нёрдлингенского поражения воспользовалась Франция, чтобы открыто вмешаться в германские дела, восстановить равновесие между враждующими сторонами и получить за это щедрое вознаграждение. Бернгард Саксен-Веймарский после Нёрдлингена обратился к Франции за помощью; Ришелье заключил с ним договор, по которому армия Бернгарда должна была содержаться за французский счет. Оксеншерна отправился в Париж и получил обещание, что сильный французский корпус будет действовать совместно со шведами против императора. Наконец, Ришелье заключил союз с Голландией против испанцев – союзников императора.

В 1636 году военное счастье вновь улыбнулось шведам, которыми командовал генерал Юхан Банер. Бернгард Саксен-Веймарский также успешно воевал на Верхнем Рейне. Он умер в 1639 году, и его смертью воспользовались французы: они заняли Эльзас, который прежде был обещан Бернгарду, а его армию приняли к себе на службу как наемную. Французские