Кавалер

                "Женихи, что лошади - товар тёмный!"
                "По соломе жита не узнаешь"(русск. пог.)
         Дом отдыха на Чёрном море... Представляете? Пальмы, кипарисы, каме-
лии,  магнолии, и на горизонте - Кавказ! На фоне ледяных горных вершин -
горячие южные мужчины с огненными глазами... Увы, это уже не для меня, хотя
в своё время... Впрочем, зачем о грустном? Мы приехали отдохнуть от трудов праведных, прилежно ездим на экскурсии, пьём минеральную воду из источников, на горе "Ахун" над Сочи заказываем шашлыки и красное вино... "Видел бы нас Назарбаев, ещё бы пенсию убавил!" - шутит пенсионерка из Кокчетава с красивым именем Эля, Эльвира Ватина.
         Наши кавалеры давно на том свете, но мы не хотим смотреть на вещи
реально. По вечерам расфуфыриваемся, влезаем отёкшими ногами, привыкшими к тапочкам, в туфли на уже невысоких каблуках, и, спотыкаясь, ходим по набережной, наблюдая заход солнца и счастливые молодые лица. Мы, бывшие красотки, которым тоже есть что вспомнить...
         - О-о-о, море в Гаграх,
         О-о-о, пальмы в Гаграх,
         Кто здесь бывал, тот не забудет никогда... - напеваем мы про себя почти забытую мелодию... А на наших глазах в доме отдыха раскручивается роман. Шестидесятилетней Ирине Сергеевне из Ростова повезло: на неё "положил глаз" кавалер - семидесятилетний пенсионер из Ташкента. Семён Васильевич был когда-то большим начальником. Он  солидный, ходит с тросточкой, цену себе знает. Дома у него  всё в ажуре - выстроил детям коттеджи, купил сыновьям машины, жена, конечно, есть. Но это где-то там, далеко... А здесь - море, пальмы, луна... И прочая беллетристика...
        За Ириной Сергеевной он ухаживает красиво: покупает ей цветы, фрукты, водит в ресторан. На танцах они - самая эффектная пара, а когда идут
по набережной, кажется, всю жизнь вместе прожили! Ирина Сергеевна расцвела, помолодела. Вот что делает любовь! А когда на территорию Дома отдыха зашла торговка с настоящими оренбургскими платками, Семён Васильевич, не торгуясь, выбрал самый красивый ажурный белый платок и накинул на плечи Ирины Сергеевны: носи да помни!
       Но всему приходит конец, наступил и день прощания. Мы стояли на
перроне Сочинского вокзала и наблюдали, как Семён Васильевич провожал свою подругу. Обещал не забывать, клялся, что найдёт её в Ростове.
А, может, договорятся и встретятся на следующий год здесь же, где всё теперь наполнено воспоминаниями о сладких минутах?..
       - Сёма, не забывай! - Ирина Сергеевна в накинутом на голову подаренном платке со слезами на глазах шагнула в тамбур, потом наклонилась - последний поцелуй...
       - Поезд трогается! - напоминает проводник. Он и правда - трогается.
Семён Васильевич поднял руку для прощания, и вдруг... ка-ак цапнет 
шаль с головы Ирины Сергеевны! И пошёл по перрону к своим вещам, комкая в руке белую шаль - солидный, далеко не бедный  господин с тросточкой...
      
         Его поезд отходил через два часа.