7-4 Король Франциск I

7-4. Король Франциск I

Новый король Франциск I (1515–1547) обладал качествами, которые обеспечили ему огромную популярность среди французов. Он был истинным французом – впечатлительным, храбрым, славолюбивым, блестящим рыцарем и неисправимым ловеласом. Больше из тщеславия, любви к блеску и следования моде, чем по глубокому внутреннему влечению, Франциск стал покровительствовать искусству и науке, расцветшей в Италии эпохи Возрождения. Он перенёс их на французскую почву, за что и был прославлен художниками и учёными. Характер короля-рыцаря и небывалый блеск, которым он окружил свой двор, сделали последний средоточием французского дворянства, что, безусловно, усиливало королевскую власть. Беспрестанные войны продолжали давать занятие дворянству и поглощать его силы. Для поддержания придворного великолепия нужны были огромные деньги, и Франциск начал массово продавать государственные должности, включая судейские места. Доход от этой продажи достигал 400 000 франков ежегодно.

Франциск принял титул герцога Миланского и лично возглавил армию, которую Людовик XII перед смертью подготовил для вторжения в Италию. Противники Франции (император Максимилиан, новый герцог Миланский Массимилиано Сфорца, Фердинанд Католик и правивший во Флоренции Лоренцо Медичи) наняли швейцарцев, чтобы преградить французам путь. Венеция же выступила на стороне Франции. Франциск, преодолев трудные горные проходы, вторгся в Италию и в сентябре 1515 года в кровопролитном сражении при Мариньяно (недалеко от Милана) наголову разбил швейцарцев. Это было первое поражение, которое потерпели считавшиеся непобедимыми швейцарские наёмники. Миланский герцог Сфорца не только сдал столицу, но и отказался от всех прав на герцогство в пользу французского короля.

Папа Лев X из дома Медичи, знаменитый покровитель искусств, опасаясь усиления испанцев в Италии, ещё ранее вёл переговоры с Францией. После победы при Мариньяно он заключил с Франциском формальный союз. В 1516 году в Болонье состоялась встреча короля и папы, где был заключён знаменитый Болонский конкордат. Этот договор урегулировал отношения французской короны с Римом. Ранее во Франции действовала так называемая Прагматическая санкция (1438), основанная на решениях Базельского собора. Она ограничивала власть папы и утверждала выборность епископов и аббатов капитулами, что составляло основу свободы Галликанской церкви. Конкордат 1516 года отменял выборность. Король получал право назначать архиепископов, епископов и аббатов (во Франции тогда было 10 архиепископств, 83 епископства и более 500 аббатств), а папа утверждал их в сане. Таким образом, французское духовенство было поставлено в прямую зависимость от короля, что ещё более укрепило королевскую власть.

Франция явно брала верх в Италии, но у Франциска I вскоре появился могущественный соперник. В начале 1516 года умер Фердинанд Католик, и Испания перешла к его внуку Карлу, который уже владел Нидерландами по линии своей бабки Марии Бургундской. В 1519 году умер император Максимилиан, и встал вопрос о его преемнике. Трое сильнейших государей Европы добивались императорской короны: Франциск I, Карл Испанский и Генрих VIII Английский. Императорский титул в то время не утратил своего средневекового ореола. Римские предания о единой всемирной империи, о едином императоре как главе христианских государей были освящены церковью. Богословы утверждали, что Римская империя – последняя из четырёх монархий, предсказанных пророком Даниилом, и с её падением наступит конец света. Несмотря на то, что гуманисты (как Эразм Роттердамский) уже высмеивали эти идеи, титул сохранял привлекательность, давая возможность влиять на дела Германии и Италии. После огромных финансовых затрат и интриг императором был избран Карл V.

Соперничество между Францией и Испанией резко обострилось. Много говорят о стремлении Карла V и Габсбургов к «всемирной монархии». Однако реальных средств для её утверждения у них не было. Главным препятствием было существование могущественной Франции, к которой обращались за поддержкой все менее значительные державы, опасавшиеся Габсбургов. Проницательные венецианские послы отмечали: «У короля испанского много владений, но они разбросаны на огромном расстоянии; у короля французского одно сплошное и послушное государство. Одиннадцать провинций Франции – это крепкие члены единого тела». Венецианцы считали Францию сильнейшей державой Европы, способной к завоеваниям, и полагали, что без соперничества с Карлом V она быстро пошла бы к гегемонии. В середине XVI века французы уже открыто говорили о Рейне как о естественной границе Галлии.

Воинственность французов отмечалась всеми. Один венецианский посол писал: «Во Франции не уважают знатных людей, которые не любят войны». В своих мемуарах французский военачальник Монлюк заявлял: «Благородное и великодушное сердце может прилепиться только к войне. Не следует возобновлять крестовых походов, лучше воевать соседей, требовать Милан и Неаполь». Таким образом, Итальянские войны были следствием не только королевских амбиций, но и национального стремления французского дворянства к славе и добыче. Французы считали, что Карл V сдержал их завоевательный порыв; сам же Карл V видел в Франциске главное препятствие своим планам. По существу, они сдержали друг друга, сохранив политическое равновесие в Европе. В этом и заключается исторический смысл их многолетней борьбы.

Открытая война возобновилась в Италии в 1521 году. Императорские войска отвоевали Милан у французов. К военной неудаче добавилась измена: коннетабль Франции, могущественный герцог Карл Бурбон, оскорблённый решением суда по его имущественным спорам с королевским домом, перешёл на сторону Карла V и Генриха VIII. В 1524 году Бурбон во главе императорской армии вторгся в Ломбардию и вытеснил французов. В этом отступлении погиб легендарный рыцарь Пьер де Баяр, «рыцарь без страха и упрёка», чья память заслуживает особого почитания. В эпоху, когда война велась с невероятной жестокостью, когда все средства считались дозволенными (даже предложение отравить папу, сделанное Баяру и с ужасом отвергнутое им), когда французы славились своим развратом в Италии, Баяр оставался образцом благородства, бескорыстия и уважения к мирным жителям.

После изгнания французов из Италии армия Бурбона осадила Марсель, но была вынуждена отступить. Франциск собрал новое войско, вновь вторгся в Италию, занял Милан и осадил Павию. В феврале 1525 года под стенами Павии императорские войска нанесли французам сокрушительное поражение. Сам король Франциск попал в плен.

Однако это несчастье не привело к краху Франции. Пока король находился в мадридском плену (1525–1526), страной управляла его мать, Луиза Савойская. Италия, изнемогавшая под игом императорских войск, искала союза с Францией. Папа Климент VII (Медичи) и Венеция вступили в переговоры с Луизой, Англия также склонялась к поддержке Франции. Тяжело больной Франциск, опасаясь умереть в плену, пошёл на подписание унизительного Мадридского договора (1526), по которому отказывался от притязаний на Италию и уступал Бургундию. Однако, вернувшись во Францию, он немедленно заявил, что договор подписан под принуждением и не имеет силы. Созванные им нотабли (выборные от сословий) поддержали короля, заявив, что он не имеет права отчуждать провинции государства. Война возобновилась.

Папа Климент VII, ставший союзником Франции, дорого заплатил за это. Императорская армия в Италии, состоявшая из разноплемённого сброда, не получала жалованья и неоднократно бунтовала. Чтобы дать ей добычу, коннетабль Бурбон повёл войска на Рим. 6 мая 1527 года город был взят штурмом. При начале приступа Бурбон был убит, что окончательно разъярило солдат и уничтожило последние остатки дисциплины. Начался знаменитый грабёж Рима («Sacco di Roma»), сопровождавшийся невиданными зверствами, поруганием святынь и массовыми убийствами. Папа укрылся в замке Святого Ангела и был вынужден капитулировать, заплатив огромный выкуп и уступив несколько городов. Карл V, находившийся в Испании, лицемерно надел траур и сделал вид, что крайне огорчён случившимся, но не преминул воспользоваться плодами победы.

Последующие годы войны между Франциском I и Карлом V (возобновлявшиеся в 1536–1538 и 1542–1544 гг.) не принесли решительного перевеса ни одной из сторон. Франциск так и не смог утвердиться в Милане, который остался за Испанией. Однако и попытки Карла вторгнуться во Францию оканчивались неудачей. Французы удержали за собой Савойю и Пьемонт, а также некоторые крепости в Миланском герцогстве. В борьбе с более могущественным противником Франциск I активно искал союзников везде, где только мог. Он поддерживал протестантских князей в Германии против императора, несмотря на то, что сам преследовал протестантов во Франции. Более того, французская дипломатия пошла на беспрецедентный шаг – союз с мусульманской Турцией против единоверного императора. Первая мысль об этом принадлежала Луизе Савойской, видевшей в султане единственную силу, способную отвлечь Карла V от пленного сына. Впоследствии Франциск официально заключил союз с султаном Сулейманом Великолепным, что вызвало возмущение в Европе, но было продиктовано, по его словам, тем, что «королевство Франция как бы в осаде со стороны Испании, Фландрии, Италии и Англии».

Правление Франциска I знаменито не только войнами, но и расцветом культуры. Король покровительствовал учёным и художникам. Ещё Людовик XII пригласил во Францию знаменитого греческого учёного Иоанна Ласкариса. При Франциске, по совету его образованного епископа Гийома Бюде, были учреждены новые кафедры (позже ставшие основой Коллеж де Франс) – греческого и древнееврейского языков, латинского красноречия, математики, медицины. В Париже работал великий анатом Андрей Везалий. Собирались библиотеки и коллекции древностей. Наряду с этим развивалась и национальная литература. Величайшим её памятником эпохи стал сатирический роман Франсуа Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль» – остроумная, грубоватая и беспощадная насмешка над всеми сторонами средневекового общества и церкви. Роман имел огромный успех, выдержал десятки изданий и до сих пор остаётся шедевром французской литературы.

Последние годы правления Франциска были омрачены интригами при дворе между двумя его фаворитками – пожилой Дианой де Пуатье (герцогиней де Валантинуа) и молодой герцогиней д'Этамп. Это соперничество знаменательно как показатель того, что все интересы сосредоточились вокруг двора, а самостоятельное политическое значение других сил (аристократии, парламентов) сошло на нет.