13-5 Реставрация Стюартов

13-5 Реставрация Стюартов

Оливер Кромвель достиг власти благодаря своим личным качествам и связям с армией, которая, хотя по своим религиозно-политическим, республиканским убеждениям и воспротивилась восстановлению королевского достоинства в его лице, тем не менее поддерживала своего знаменитого вождя, чье искусство позволяло ей держаться при всеобщей народной неприязни. Новый протектор, Ричард Кромвель, был добрый и честный человек, но без силы характера, без привычки и способности к управлению. Никто не имел ничего против него лично, но никто не имел и побуждений его поддерживать, ибо из-за его слабости никто не мог на него положиться; из-за бесцветности своей натуры он никому не казался «своим». К отсутствию личных достоинств у Ричарда добавилось и отсутствие средств: у него не было денег.

Нужда в деньгах заставила нового протектора созвать парламент, который открылся в январе 1659 года. Как и при Оливере Кромвеле, немедленно началась борьба между двумя силами – армией и парламентом, которые никак не могли ужиться. Большинство народа и его представители считали армию бесполезным бременем для страны. Офицеры и солдаты, не получая от парламента удовлетворения своих требований, вновь начали собираться и обсуждать возможность роспуска парламента. Один из главных армейских вожаков, генерал Чарльз Флитвуд, или, по другим данным, Джон Ламберт (в тексте упомянут Десборо, но чаще в этой роли выступал Ламберт), объявил протектору от имени товарищей, что парламент должен быть распущен – либо им, Ричардом, как гражданской властью, либо мечом. «Выбирайте, – заявил он, – если вы решитесь на первое, то армия позаботится о том, чтобы обеспечить вам приличное содержание; если вы предпочтете последнее, то будете предоставлены своей судьбе, и никто не пожалеет о вашем падении». Испугавшись этой угрозы, Ричард лишь ускорил свое падение, ибо после роспуска парламента вся власть перешла к армии, к Военному совету, а поскольку Ричард не имел в армии никакого веса, он лишился и всякой власти.

Но и Военный совет не мог долго управлять страной, так как не нашлось человека, который, подобно старому Кромвелю, стал бы во главе его. Нужно было созвать парламент, но как это сделать? За Ричардом Кромвелем уже никто не признавал власти, а Военный совет не имел права созывать парламент. Тогда обратились к Уильяму Ленталлу, спикеру (председателю) Долгого парламента, чтобы он вновь созвал членов этого незаконно, с точки зрения армии, распущенного парламента. Долгий парламент (точнее, его «охвостье») снова собрался в количестве 160 членов. Парламент официально отстранил протектора Ричарда Кромвеля, назначив ему пенсию в 10 000 фунтов стерлингов; его брат Генри Кромвель также вынужден был оставить пост наместника Ирландии.

Борьба между парламентом и армией не замедлила вспыхнуть вновь. Явились требовать свои места в парламенте те пресвитерианские члены, которые были изгнаны армией еще в 1648 году («Прайдова чистка»). Однако армия и теперь не пустила их; в коридорах парламента произошли шум и драки. Отвергнутые депутаты вернулись в свои округа и возбуждали население против существующего порядка. Подняли голову и роялисты, почуяв раздор среди врагов и понимая, что больше нет сильной руки, способной сдерживать этот раздор. Оставшиеся в парламенте депутаты тоже не замедлили поссориться с армией: они отвергли требования военных, заявив, что считают ненужным, обременительным и опасным увеличение числа генералов.

Генерал Джон Ламберт явился в Лондон с войсками, оцепил здание парламента и не пустил туда ни одного депутата. Армия вновь захватила всю власть, провозгласила генерала Чарльза Флитвуда главнокомандующим с неограниченными полномочиями, а Ламберта – генерал-майором всей британской армии. Исполнительная власть была поручена Комитету безопасности. Казалось, времена Кромвеля возвращаются, но Флитвуд нисколько не походил на Кромвеля: у него не было ни ясной мысли, ни твердой воли. Самым способным из военачальников был Джордж Монк, командовавший войсками в Шотландии и управлявший этой страной. Монк охотно подчинялся Кромвелю, признавая его превосходство, но не желал подчиняться какому-то Флитвуду, которого считал ниже себя.

Таким образом, междоусобица среди генералов становилась неизбежной. Но чем она могла закончиться? Победит ли Монк своих соперников и займет положение Кромвеля? Однако судьба старого Оливера не могла прельстить Монка: столько первоклассных талантов, столько трудов и усилий – и цель не была достигнута; Кромвелю постоянно приходилось опираться на фанатичную часть армии и в ней же находить главное препятствие своим замыслам. Монк ясно видел, что Англия недолго уживется с военным режимом, что она неудержимо стремится к восстановлению старины, и потому решил приобрести значение, служа этому стремлению и удовлетворяя всеобщему желанию. Монк двинулся из Шотландии с армией к Лондону, чтобы освободить столицу от военного деспотизма. Титул, который он принял – «защитник старых законов и вольностей», – пробуждал радостные надежды в народе и обеспечил Монку восторженный прием повсюду. Сопротивления не было; в Лондоне царила смута: горожане ссорились с солдатами, солдаты – со своими офицерами, власть утратила всякую силу и значение.

Джордж Монк

В феврале 1660 года Монк вступил в Лондон и объявил о созыве свободного парламента. При открытии этого парламента Монк произнес речь, в которой говорил, что для Английского государства наиболее прилично республиканское устройство, а для Английской церкви – пресвитерианское. Однако одновременно он дал знать королю Карлу II, находившемуся в изгнании (в Испании, затем в Голландии), чтобы тот приблизился к Англии. Назначенный главнокомандующим всеми войсками в Англии, Шотландии и Ирландии, Монк распорядился так, что роялисты получили повсюду наибольшее влияние. Полки, отличавшиеся республиканским духом, он рассредоточил на большом расстоянии друг от друга; взял под свое начало лондонское ополчение (милицию), особенно враждебное республике; в Верхнюю палату (палату лордов) были допущены все старые лорды, заседавшие до гражданской войны. Когда всё было подготовлено, король Карл II прислал письма, адресованные обеим палатам парламента, армии, флоту и лондонскому Сити. В письмах обещалось забвение прошлых обид и полное восстановление старых прав и вольностей. Обе палаты издали декларацию о том, что, согласно основным законам Англии, правление принадлежит королю совместно с парламентом, а затем направили Карлу приглашение прибыть в Англию и принять корону, принадлежащую ему по праву рождения.

В мае 1660 года Карл II высадился на английском берегу и был встречен с восторгом. Этот восторг усиливался еще и тем, что характер нового короля поначалу как нельзя лучше соответствовал той реакции, которая наступила в Англии. Военный деспотизм и господство мрачных фанатичных сект (пуритан) всем изрядно надоели; большинство хотело вздохнуть свободно, вновь превратить Англию в «веселую Англию», как ее называли прежде. А Карл II был именно веселый, обходительный человек, производивший на первый взгляд самое приятное впечатление, душа общества, неутомимый в остроумной беседе, искусный рассказчик анекдотов. Однако при более внимательном наблюдении оказывалось, что под блестящей внешностью скрываются пустота, отсутствие каких-либо убеждений и полная неспособность к серьезному государственному делу. Он стремился лишь к удовольствиям и не желал повторять ошибок своего отца, ввязываясь в конфликты с парламентом.