Томочка

Если нет варежек, то руки очень быстро замерзают. Можно натянуть рукава телогрейки на руки и так ухватить веревку санок. Так теплее. Но не очень удобно. Главное, чтобы не было ветра. Потому что холодный и колючий зимний ветер задувает под телогрейку и под юбку. И лицо быстро замерзает. Но если идти быстро, то не успеваешь слишком замёрзнуть.
Томочка просыпалась каждый день очень рано, часов в 5. Ей нужно было торопиться, чтобы успеть развести всё молоко до того, как мама уйдёт на работу. Раньше она так рано не вставала, потому что в школу нужно было всего лишь к 8. И она быстро доходила до неё. Но потом когда появился ещё один братик, ей пришлось вместо школы по утрам продавать молоко. Мама считала, что и 4 классов достаточно. Главное, что Томочка умела писать и считать. А все остальные науки совсем и не нужны девочке из посёлка «Рабочее». Не было в их семье академиков, профессоров, инженеров. Была безграмотная бабушка, мама, Томочка и 5 братьев и сестёр. И никто из них никогда не мечтал всю жизнь заниматься тем, чтобы читать книжки или писать какие-нибудь умные вещи. Они все просто хотели есть. И есть каждый день. Хорошо, если была картошка с маслом. Но обычно просто хлеб и молоко, которое не продали. А молоко нужно было обязательно продать, чтобы купить хлеба. А чтобы его всё продать, нужно пройти через весь посёлок, через трамвайные пути, через железную дорогу, через ещё одну дорогу, потом через площадь. И там, в красивых домах, жили красивые люди, которые открывали двери, впускали Томочку внутрь своих красивых квартир. А там было тепло и пахло булочками или кашей, или даже мясом. От всех этих запахов у Томочки кружилась голова и сводило желудок. Ей хотелось остаться тут, пусть даже не проходить дальше, а сидеть здесь в передней, на стульчике. Просто сидеть и никуда не идти. Пусть просто никто её не будет замечать. А она тихонечко сядет на стульчик, положит голову колени и немного посидит, согреется, поспит. Подышит подольше этим запахом уюта. Но молоко уже было перелито, деньги отданы и ей нужно было возвращаться обратно на улицу и идти дальше. С каждым домом санки становились всё легче и легче. И обратно было уже совсем легко идти. А дома уже ждали её младшие, которые хотели есть, пить, гулять, драться, плакать. И теперь нужно было за ними следить, чтобы ничего не случилось. А мама прибегала в обед, чтобы покормить самого маленького Гошу. Он лежал такой маленький и такой тихий, что даже не верилось, что он живой. Просто куколка. Томочке очень хотелось куколку. Но её не было. И никогда не будет. Потому что ни у кого не было куколки. Такой, как у одной девочки из дома, куда она возила молоко. У этой девочки из тёплой красивой квартиры была кукла, самая настоящая, самая красивая. С длинными волосами, красивыми большими глазами, платьем, бантиком, туфельками и даже носочками. Томочка часто думала об этой кукле. Она представляла, как играет с ней, как расчёсывает её волосы, как шьёт ей платья. Но кукла была слишком хороша, чтобы жить у Томочки в доме. Потому что всё тут было слишком убого, чтобы эта кукла сидела на старом комоде или лежала вместе с ней в кровати под драным одеялом. Нет. Эта кукла была из другого мира. Из неведомого мира сытости, тепла и любви. А ей остаётся только младший брат Гоша, которого в роддоме случайно уронили и теперь он немного странный, но вроде спокойный.