Моя стройка

         

                Жизнь  иногда делает такие неожиданные повороты, что ни один фантаст  до них не додумается. Вот так  и у меня  получилось. До двадцати пяти лет я  мечтал быть  кем угодно,  только не строителем. Но привёз в Дубну невесту с юга,  женился,   родилась дочка и вдруг  срочно понадобилась отдельная квартира, так  как молодая жена не хотела жить с моими родителями, а  на частную с  ребёнком  не  пускали.   Быстро и бесплатно получить квартиру в то время  можно было только на стройке. В других организациях города по 10-20 лет стояли  в очереди  на  жильё.  Я  думал,  что  через год-другой получу квартиру, жена  успокоится,  а  я  займусь творчеством - стану   журналистом  или  художником.   Не вышло.  Стройка не отпускала меня двадцать пять лет. За  это  время,  как  мне  кажется,  я   неплохо   изучил  её  изнутри  и  могу  кое-что  о  ней  рассказать, и о тех  людях, вместе с которыми шёл  все эти годы  по  трудным  строительным  дорогам.   
                Стройкой  я  ласково называю Строительно-монтажное управление № 5   Первого строительно-монтажного треста, преобразованное в 1993 году в ОАО “Строительную фирму “Дубна” и в ООО “Стройдизайн”.  13 октября 2003 года исполнилось бы ровно 25 лет моей работе на стройке.  Не  дали  мне доработать  до юбилея  всего  один  месяц  и 17  дней. Хотя, если зачесть  месяц моей работы в стройотряде МИФИ в 1972 году и два месяца весной 1974 года, то получится  стаж  чуть  больше 25 лет.

   13  октября 1978 года

                В этот день я пришёл работать на стройку. Накануне со мной  лично беседовал сам начальник  СМУ - Топчиян Владимир Мкртичевич. Мне он  понравился -  своим крепким рукопожатием,  деловитостью, и тем, что сразу расставил все точки над “i”. Беседовали мы с ним  в его кабинете  (Курчатова, 28, 2-й этаж) около часа. Дело в том, что меня брали на стройку не на строительные специальности, а освобождённым комсомольским секретарём. Призывали со стороны, как раньше варягов звали править на  Русь.  Опыт руководящей комсомольской работы у меня был, и мне предстояло поднять из руин комсомольскую организацию численностью более трёхсот человек. Топчиян меня сразу  предупредил, что это задача архисложная, как говорил когда-то  Владимир Ильич. Куда проще было бы работать во вновь создаваемой организации, с нуля  организуя всё. А тут уже народ избаловался, обленился, придётся их заставлять, убеждать, ломать их стереотипы, представления о комсомольской работе  и о жизни  вообще. Топчиян даже пошутил  в конце, мол, тебе  предстоит такая  же  миссия, как  Моисею, который тридцать  лет  водил  евреев  по пустыне,  чтобы  приучить  их  к  порядку.
                Я всю жизнь прожил оптимистом  (как и мои родители) и не жалею об этом. А в молодые годы вообще  ничего не боялся и мог горы свернуть.  Поэтому,  не  раздумывая,  ушёл  из ОИЯИ  со строящегося ИБР-2 и с головой окунулся  в комсомольскую работу. Тем более, что мне дали отдельный кабинет, молодую секретаршу в помощь и красную машину  “Москвич”  с  персональным  водителем.  Правда,  машина  иногда возила  ещё  и  секретаря  парткома – Семёна  Семёновича  Кузнецова.  Но мы с ним быстро нашли общий  язык: он раньше работал учителем математики, а я  в то  время  учился  заочно на учителя русского  языка  и  литературы.
                Династии

                Кроме меня  с мамой ещё семь моих родственников работали на стройке в разные годы.  Так  что можно смело говорить  о  нашей  династии  строителей.
Мой родной брат работал несколько лет электросварщиком ручной сварки в ремонтно-механических мастерских СМУ-5  в  посёлке Александровка. Наставником у него был  старейший наш сварщик  - Сорокин Алексей Васильевич.
Двоюродный брат долго работал крановщиком - на строительных базах около ЛВЭ и у газового хозяйства на Большой Волге, а   позже на строительстве поликлиники  по  улице  Мира.
Мой тесть  работал  электросварщиком, а тёща - изолировщицей.
Дядя жены работал плотником, а мой любимый дядя Коля Волков - на множительной технике (копировальщиком на «Эре»). Тёща родного брата  долго работала  машинисткой  в  управлении  СМУ-5.
В 1990-е годы несколько моих племянников сами организовали строительные бригады и работали не только в Дубне, но даже на московских стройках.  Так  что  на мне  династия  строителей  не  прервалась.
                Кроме династии Ворониных, были и другие, о которых  расскажу ниже. Это Латышевы, Филимоновы,  Сергеевы, Сытенковы, Брунчиковы, Шараповы, Гавриловы,  Королёвы,  Лицитис,  Никишины,  Агаповы  и  многие  другие.

Мама

                Моя мама – Воронина Тамара Ивановна - проработала  в СМУ-5  тридцать шесть лет, одиннадцать месяцев и три дня. (С 26.04.1954 г.) И все эти годы на одном  месте – в отделе кадров.  Если бы не менялись названия должности и почтовые ящики предприятия, то у неё были бы всего две записи в трудовой книжке  - принята и уволена на пенсию. Этот  факт  можно  смело заносить в книгу рекордов Гиннесса, как и то, что она  нашла себе мужа-однофамильца. Мама работала бы и дальше, но начались дерьмократические перемены, разруха пришла в страну, стройку лихорадило и   неумехи-руководители отправили  её на  пенсию  29 марта 1991 года.
                В  детстве я слышал дома много разговоров о стройке, но они мне не ложились на душу  и после них радостно не колотилось сердце, как  после  кино и книг  о   писателях,  поэтах  и  художниках. Жили мы  тогда, как и большинство  населения  в  стране,  бедно, в семье было трое детей. Папа с мамой шабашить по вечерам и выходным не умели,  поэтому радостные  слова  “ресторан”,  “шампанское” и  “цыгане”,  у меня  прочно   ассоциировались только с  творческими  профессиями. И  я мечтал  о них.
                В школьные годы я   днём часто заходил к маме на работу. Когда был пионером, то женщины гладили меня по голове, спрашивали об оценках и угощали конфетами. Позднее, они  же дёргали меня за длинные волосы до плеч и  вгоняли в краску  расспросами  про моих  невест. Я  был всегда тихим  послушным  ребёнком  и  ничем  интересным  порадовать  их  в  то время  не  мог.
                Запомнился мне и строгий начальник отдела кадров того времени – Панфилов  Порфирий Иванович. Одно имя чего стоит. Дома мы его звали - Портфель Иванович. Он  был худой,  в  роговых очках, всегда в обязательном чёрном   костюме с  галстуком. Когда его забрали на повышение  в  Москву,  на его место  пришёл  Смоляков Фёдор Тарасович.
                Маму на работе всегда ценили и уважали. Я не помню, чтобы ей когда-нибудь объявили выговор. Зато благодарностей, Почётных грамот и знаков у неё достаточно – 78 поощрений записано только в трудовой книжке. Её имя занесено в Книги Почёта СМУ-5 и 1СМТ. Награждена мама и четырьмя  государственными  наградами - медалями: “За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения Владимира Ильича Ленина” (1970 год),  “Ветеран труда”  (1985),  “За доблестный труд в Великой отечественной войне”  (1993), “50 лет Победы в Великой отечественной войне”  (1995). Была бы и пятая медаль “В честь 850-летия Москвы”, если  бы  не коварные  происки  последнего  начальника  отдела  кадров.
                Наградили маму пятью знаками нашего треста: “25 лет 1СМТ”, “40 лет 1СМТ”,  “50 лет 1СМТ”,  “Ветеран труда 1СМТ”, “Победитель соцсоревнования 1978 года” и  двумя знаками за многолетнюю общественную работу  в ДОСААФ - “За активную работу” (1977) и  “Почётный  знак ДОСААФ  СССР”  (1980). От ОИЯИ  наградили  её  знаком  “25 лет ОИЯИ”  в  1980 году.
                И это при том, что мама никогда не была членом партии, просто честно и хорошо работала.  Умерла  мама   30.05.2004   в 72  года. 



Рецензии