0. 03 Марисса

Я жила тогда в отсыревшей панельной многоэтажке на краю улицы. Сын учился в пятом классе в школе напротив дома. Моего мальчика отличали грустные глаза и самостоятельность – каким ему еще быть с такой матерью, как я? С трех лет он в семье единственный мужчина. Часто женщины винят в разводе своих мужей, а я знаю, что вина моя, и мне кажется, мой сын это тоже знает. Все обрушилось, когда умер Болеслав. Я изменилась, и через два года мой брак распался. Я очень хорошо относилась к отцу своего ребенка, но почему-то в моей душе Коля осиротел не тогда, когда его биологический отец ушел из дома, а тогда, когда мой возлюбленный умер. Сколько мне не говори, что мальчик в отца пошел, а я все равно нахожу в его лице черты человека, мне не суженного.

Так называемая Марисса сдержала слово. Она явилась с опозданием, торопливо распахнула тетрадку, ручку положила в желобок между страниц и только после этого сказала:

- Здравствуйте!

Я сразу растерялась от ее влета в кабинет и начала с простого:

- Здравствуйте, Марисса. Как ваши успехи?

- Я пришла, потому что вы просили. Вопросов нет, – как же тяжело с ней, отвечает, как режет.

- Да-да, спасибо, что пришла! Так-с, давай пройдемся по тестам.
Мы повторили некоторые вопросы. «Марисса» была хорошо подготовлена, но дополнительные задания вызвали у нее явное раздражение. Что-то было с ней не так еще тогда, словно она непрерывно думала о каком-то отягощающем ее вопросе.

- Марисса, у тебя все хорошо? – иногда со студентами у меня была манера перескакивать с «вы» на «ты».

Она посмотрела на меня немного насуплено:

- А? Нет-нет-нет, все нормально! Дел просто много: учеба, работа… Устаю.

- Понимаю, - сказала я – совмещать учебу с работой непросто, тем более ты всего лишь семестр проучилась. Может, ты бы подождала немного с работой? Ведь у вас, студентов, в обязанностях учеба стоит первом месте. Первокурсникам итак поначалу тяжело привыкнуть к темпу жизни университета, это потом уже устраиваться можно.…  А что у тебя, - рискнула спросить я, - может, в семье затруднения?

- Как сказать – ничего необычного. Я привыкла: давно работаю.
Мы помолчали. Она листала книжку с упражнениями.

- Марисса, если я не ошибаюсь, ты из Л.?

- Нет, вы не ошибаетесь, только я, кажется, вам этого не говорила.

- Точно, кажется, нет. Дело в том, что я твоя землячка, это мой родной город… Я не была там почти двадцать лет. Вышла замуж и уехала. До сих пор как-то не с кем было лично пообщаться о том, как там все, что изменилось...

- Вряд ли я вам помогу узнать это, мне ведь нет двадцати.

- Да, но некоторые вещи ведь должны были остаться прежними, должно же быть что-то такое, что не меняется?

- А вы съездите туда как-нибудь, посмотрите.

- Ох, нет, что ты.… Столько воспоминаний!

- Хм, тем более. Разве люди обычно не любят возвращаться в прошлое? Вот возьмите ближайшую встречу одноклассников и поезжайте.

- Ты знаешь, почему-то никогда не думала об этом. Я недолго в своем выпускном классе училась, вот и не успела подружиться.

Мне казалось так здорово разговаривать с Мариссой. Месяцы я прокручивала в голове, что я ей скажу, и вот мы сидим и болтаем о разной ерунде, так легко и спокойно. Я все еще пребывала в каком-то очаровании той девушкой, как она неожиданно прервала меня:

- Вы знаете, у меня, кажется, появился вопрос по английскому.

Да уж, что-что, а менять тему разговора она умела. Умела так ловко, что я, общаясь с ней целых четыре года, так и не заподозрила ее в каком-то либо обмане. Да и как я могла подумать – это же уму непостижимо, чтобы студент учился по чужим документам! Кому нужен диплом с чужим именем?
Конечно, никому. Просто, оказалось, «Мариссе» не нужен был диплом.