Птицы

День сложился.
Набрали   на бутылку пива.
Два рубля лишние, пойдут в общак.
Прыснули в пиво дихлофосом, который кто-то расточительно выкинул в урну.
Ясное дело, мухи от него только зверели и размножались с удвоенной силой.
Коктейль получился, что надо. Эконом класс, дёшево и сердито. Расслабленные сели под крону вишни,,, где стоял рабочий столик для домино и прочих радостей.

Шкала настроения медленно ползла вверх вместе с внутренней температурой тела. На отметке 37.6 всем стало тепло и даже жарко.  Но на этом внутренний градусник не остановился , а отчаянно прыгнул вниз, в точку росы . У всей троицы выступил на лбах пот, изнутри пошли посторонние звуки и стало тянуть куда -то вверх, да так, что захотелось подпрыгнуть.

Первым стал подпрыгивать Толик из первого подъезда. Да так ловко, вместе с табуреткой,   у   которой не хватало одной ножки.
 И тот кому табуретка доставалась, всегда приходилось поддерживать баланс всеми своими ногами, а порой и руками, т.к одна из трёх ножек  была чуть короче других, почти на половину.

Вторым запрыгал Витёк с четвёртого… Лишь дядя Валя - самый старший из команды, сидел в затаившейся задумчивости.
Зато, он потом не прыгнул, а сразу взлетел.
–Ух ты! - с восторгом отметил этот факт Толик. И стал увеличивать высоту прыжков табуретки и своего тела.
–Я летаю и жужжу
В мир по новому гляжу…
Пел с высоты дядя Валя. Прямо через рубашку, на спине у него выросли четыре прозрачных крыла.

А тут и Витёк неожидано поднялся на крыло.
–Дядя Валя, да ты поэт! Хорошо то, как!
-Эй прыгун, -крикнул Витёк с высоты.
-Что , зад не можешь оторвать от кресла?
 И он весело прыснул сверху на Толика дихлофосом.
Толик зажужжал, распушил усы, как майский жук и выпустил из под ветровки четыре ажурных крыла.
–А ну разойдись, жужелицы московские… ВДВ летит . И Толик свечкой набрал высоту.
-Мужики! Кого я вижу!
Дядя Валя с Витьком замахали быстрее крыльями и взлетели на высоту Толика.
-Товарищ участковый!
-Сокол, сокол, - стал подавать сигналы Витёк - Прикрой справа -атакую!
И Витёк в сложном пике стал заходить на ничего не подозревающего участкового. Следом за Витьком, на участкового , с криком -Бан - зай, слева и справа стали заходить «сокол» дядя Валя и Толик с примкнувшей к нему табуреткой, которая очень сильно снижала лётные характеристики.
–Жу, жу, жу… - мощными децибелами глушил рой из Витька, Толика и сокола дяди Вали.
–Даёшь вторую жизнь стеклотаре! - лил из себя давнюю мечту дядя Валя.
- Сделаем песочницы неприкосновенными зонами, -выдал свою жужжалку Витёк
-Конфискованное -конфискуемым! -вспомнив старую потерю, в виде чекушки , кричал Толик, используя своё полное превосходство в воздухе. Участковый взглянул вверх и увидел то, что в нормальной жизни не бывает, плюхнулся задом на тротуар.
–Гони… , -кричал Толик, зависая ножками табуретки.
–А - ту - его!-слева жужжал Витёк.
–Гони мильон! -вспомнив Паниковского ,гнал классику дядя Валя.

Правая рука участкового полезла под китель, но вместо бумажника он вдруг вытащил настоящий пистолет и нацелил его на летающих чудовищ. Но так как внутри он был человеком гуманным и в людей стрелять не мог, то он! Открыл рот, сунул туда дуло пистолета... и выстрелил  в  себя!  Сознание  не  выдержало  действительности.
…!!!
-Петрович, ты что! Это же мы пожужжили. Тьфу, пошутили - в отчаянии  бормотал дядя Валя.
- Витёк сделай что нибудь, как врач.
Витёк   склонился к участковому и попытался сделать искусственное дыхание
- Он уходит!
-А – а –а, -заревел в тон скорой помощи Толик и с отчаянной решимостью пустил в лицо Петровича мощную струю дихлофоса. Тот вздрогнул, приподнял голову и выплюнул вместе с пулей два зуба. Один из них запломбированный , ещё с советских времен, серебряной с чугунным блеском пломбой.

Участковый сел и стал потихонечку приходить в себя.
- Мухи позорные, совсем озверели, -всхлипывая бормотал Петрович. Но потом окончательно придя в себя, резко замолчал и часто захлопал глазами. 
-Обижает, - задумчиво произнёс Дядя Валя. Ну - ка Толик освежи товарища.
–Это мы счас-с. Вам так удобно, -обратился Толик к участковому, поднимая его лицо за подбородок.

Участковый поднял глаза на летающего Толика, глубоко вздохнул и хотел опять прилечь навзничь , но получил вторую освежающую струю из вонючего баллончика .
Глазки вспыхнули внутренним огнём , а за спиной мундира выбрызнули четыре длинных, прозрачных крыла . На каждом крыле было по одной майорской звёздочке.
–Во дал! Ты смотри! Петрович -обращался к участковому дядя Валя, да ты у нас теперь, как стрекоза.
–Стрекозёл -внёс свой нигилизм Толик, видимо ещё помня о давней обиде.
Участковый завибрировал, завибрировал вновь образовавшимся формированием и вдруг без разбега и даже без намёка на онное, взвился свободной вертикалью.
–Ух ты! Ух ты! - это всё, что он мог выразить в миг своего полёта.
Тут кто -то неожиданно, громко свистнул, и четвёрка крылатых дружно сбилась в стаю и закружила над обычном, московским двором.

–Мужи –ки! Мы теперь кто? - кричал радостно Петрович.
-Ты же сам говорил -«мухи позорные» с нотами сарказма отвечал Толик.
- Нет, мы не мухи! Мухи не -Мы , -кричал Петрович, набирая высоту. Мы теперь пти - цы!
Но в это момент, чья – то огромная, зловещая тень закрыла от четвёртки всё небо.
–Орлы! Орлы! Мама родная ! -верещал Витёк.
Разинув огромный клюв –рот, на Витька, Толика, сокола Дядю Валю и Петровича неслась беда в виде двух, невероятнейших размеров орлов.
–Петрович! Стреляй гадов! Сожрут! - давали синхронную команду -Витёк, Толик и дядя Валя.
В сложном пике Петрович зашёл сзади крылатых чудовищ и в момент, когда страшный клюв сомкнулся капканом на ноге сокола дяди Вали, изловчишись, как –то из под себя, метко выстрелил… и тут же по второму гаду…
Орлы страшно, оглушительно зачирикали и в панике разлетелись в разные стороны, освободив солнце , небо от своих омерзительных теней.
Компания летунов подхватила дядю Валю, который после укуса левой ноги, стал заваливаться на правое крыло.

Земля, воздушных бойцов встретила мягко. После пережитых страстей , на всех, как противоядие, нахлынул сладкий, лечащий сон. Так бывает, когда все силы отдаются ради спасения жизни товарища, ну  и своей..
Проснулись от того, что всё вокруг  и  внутри тряслось. Первое, что увидели это родное лицо участкового, который одной рукой тряс сразу три тела.
–Что, волкИ позорные, уже токсикоманить начали. И нога участкового нанесла форвардский удар по баллончику дихлофоса.
-Мы не волкИ -начал Толик…
-ВолкИ не -Мы, -продолжил дядя Валя.
- Мы птицы! - выдал в заключении Витёк.
Тут рука участкового прекратила все колебательные, поступательные движения, а глаза мечтательно устремились взглядом в небо. На лице появилась улыбка, которую совсем не портила большая щербинина, размером ровно в два зуба. Один из которых был запломбированным ещё с советских времён серебряной пломбой


Рецензии
На это произведение написано 6 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.