Азбука жизни Глава 4 Часть 14 Ощущение прекрасной

Глава 4.14. Ощущение прекрасной вечности

Наконец-то Ричард оставил нас в покое. Сегодня они растворились в небе, улетев в Нью-Йорк к своим красавицам-жёнам, «наполненные любовью и красивой музыкой». Именно так, прощаясь, выдохнул Майкл, и его слова повисли в знойном воздухе, словно высокая, прощальная нота.

Мужчины, проводив американцев, подарили себе тишину. Забрав маленького Алекса Воронцова и всю нашу шумную стайку, они ушли к океану — теперь оттуда доносится лишь их счастливый смех, плеск волн и шуршание песка. А мы с девочками сидим у бассейна. Солнце плавится в воде жидким золотом, и в этой необычной, звенящей тишине можно услышать, как бьются наши сердца.

Я смотрю на грустную Тину. Её взгляд устремлен куда-то сквозь кипарисы, в ту самую короткую счастливую юность, где никто не знает о потерях. Невольно поднимаюсь и иду в гостиную к роялю. Девочки не поворачивают голов, но я чувствую, как они замирают — сейчас воздух разорвет та самая стремительная, светлая мелодия, которая вчера кружила наших гостей. Но если вчера клавиши смеялись, то сегодня меня тянет к роялю совсем иное — ощущение прекрасной, хрупкой вечности, которую я на одно мгновение поймала в потемневших глазах подружки.

Я не хочу оставлять её наедине с этой тихой грустью. Я сажусь за инструмент ради неё, ради её прекрасной умницы-бабушки, которая до последних дней дарила студентам гармонию. В них обеих — и в Тине, и в её воспоминаниях — всегда было столько изящества. Ни одного фальшивого звука, ни одного лишнего слова. Только мудрые, всё понимающие глаза, в которых наше детство навсегда осталось безопасным и светлым.

Я редко забегала к ним в ту московскую квартиру, и это всегда было поводом для их теплых шуток. Как и мама Тины любит вспоминать, когда приезжает к нам на денёк. Вот и сейчас она увезла Игорька, давая дочери возможность побыть наедине с Мишей. Тем более малыш отнимает всё небо. А Миша на лето нашел работу в Порту, но душой он здесь, с нами. Заметно, как он тоскует по Тиночке, как вслушивается в тишину дома, ожидая их шагов.

Мои пальцы касаются клавиш. Инструмент вздыхает, узнавая прикосновение. Девочки тихо выдыхают — они угадали. Мы с детства дышим одним воздухом, понимаем друг друга по тому, как дрогнула ресница или как легла тень от чашки на скатерть.

Мила откидывается в кресле, и её плечи наконец-то расслабляются. Она вспоминает своё детство, которого, по сути, не было после нелепой, оглушающей гибели родителей в экспедиции. Геологи… Уже со степенями, но им не сиделось на месте, их манила тайга. До сих пор не выяснили, при каких обстоятельствах их не стало. Но Игорь Васильевич знает, я чувствую это по тому, как он прячет взгляд, лишь бы не огорчать свою любимую «доченьку».

Красивая была пара, судя по выцветшим фото в её альбоме. Мила не обманула природу — она точная копия той любви. Я порадовалась за неё, когда в её жизнь ворвался Сашенька Васильев. Как же он и его папа, оберегают мою подружку! У Саши рано ушла из жизни мама. И Мила ранней пташкой влетела в их осиротевший дом — стала единственной мелодией для Александра, любимой доченькой для его отца, заботливой женой и самой нежной мамой. Мила отдала им всё своё солнце с первых минут. Но приятно, что её дочка растет не избалованной, а светлой.
...