Чушь

Де­вуш­ка меч­та­тель­но смот­рит вдаль, дер­жа в ру­ках круж­ку с ко­фе. Она вни­матель­но смот­рит на го­род, пы­та­ясь уга­дать, где же све­тит сол­нце. Сквозь ту­ман пы­ли све­тило сов­сем не­вид­но. В ког­да-то шум­ном ме­гапо­лисе те­перь по­сели­лась ти­шина, из­редка пре­рыва­емая ре­вом мо­торов. Ма­шин поч­ти нет, а те, что есть, веч­но глох­нут или вов­се от­ка­зыва­ют­ся ез­дить.

      – Ёми, – чу­жой, ба­сис­тый, слег­ка гру­бый го­лос зас­тавля­ет Бан­гер обер­нуть­ся, нем­но­го рас­плес­ки­вая ко­фе по кры­ше. Го­лубые гла­за встре­ча­ют­ся с вы­соко­мер­ным свет­ло-се­рым взгля­дом, от ко­торо­го му­раш­ки бе­гут по все­му те­лу. – По­чему ты не на ра­бочем мес­те?

      – У ме­ня пе­рерыв, Дан­те, – с лег­кой улыб­кой от­ве­ча­ет Ёми. Па­рень фыр­ка­ет на эти сло­ва, а де­вуш­ка го­това от­дать все ра­ди его улыб­ки. Пусть он го­ворит, что они лишь вре­мен­ная за­мена нас­то­ящим лю­дям, пусть го­ворит, что они фаль­шив­ки, у ко­торых не мо­жет быть чувств, а лишь жи­вот­ная страсть, она упор­но бу­дет ве­рить и го­ворить о люб­ви. – Мо­гу я по­быть на гни­ющей, как ты ее на­зыва­ешь, кры­ше и пос­мотреть на уми­ра­ющий мир, ко­торый мы пы­та­ем­ся спас­ти?

      – Нам до­вери­ли эту за­дачу, и мы ее вы­пол­ним, – как обыч­но от­ве­ча­ет Дейм, на что Бан­гер лишь ве­село хмы­ка­ет. Дан­те удив­лялся ее спо­соб­ности меч­тать. Ведь она та­кой же клон, та­кая же фаль­шив­ка, тог­да по­чему она смот­рит на не­го стран­ны­ми гла­зами и ле­печет что-то о ка­кой-то там люб­ви. – Прек­ра­щай меч­тать и воз­вра­щай­ся в ре­аль­ность.

      – Ты со­вер­шенно не по­нима­ешь, – как-то грус­тно вы­дыха­ет сло­ва Ёми, де­лая гло­ток уже ос­тывше­го ко­фе. – Ты не уме­ешь лю­бить, Дан­те. Ты со­вер­шенно не зна­ешь, что это та­кое. Это чувс­тво, не­под­да­юще­еся ни­каким за­конам, оно оку­тыва­ет те­бя с го­ловой, зас­тавля­ет ис­пы­тывать не­забы­ва­емые ощу­щения, пе­режи­вать не толь­ко за се­бя, но и за лю­бимо­го че­лове­ка. До­верять ему все са­мое сок­ро­вен­ное, от­да­вать час­тичку се­бя…

      – Хва­тит нес­ти чушь, – прер­вал речь Дан­те. Ему со­вер­шенно это бы­ло не нуж­но. За­чем это то­му, кто прос­то слу­жит вре­мен­ной за­меной? – Фаль­шив­ки не уме­ют лю­бить. При­ми это и иди ра­ботать.

      И, раз­вернув­шись, па­рень ухо­дит в свой ка­бинет, не слу­шая ни еди­ного сло­ва де­вуш­ки.

      «Ты не прав, Дан­те, - Бан­гер рва­но вы­дох­ну­ла, до­пивая ко­фе. - Это не чушь, прос­то ты не уме­ешь меч­тать».

      А она по-преж­не­му бу­дет ве­рить и нес­ти чушь. Чушь о люб­ви.