каникулы в Зоне отчуждения главы 16 - 18

(выкладывается сырым исключительно для того чтобы не потерять при переезде)
Глава № 16

Рядом с золотистой инфинити лихо припарковался огромный черный хаммер. Водительская дверь открылась, и на снег выбрался рослый молодой мужчина. Обошел машину, открыл дверь и помог своей спутнице выйти. Сделал несколько шагов к ресторану и остановился, ожидая замешкавшуюся девушку. Обернулся, любуясь: есть в ней что-то, что называют породой. Высокая, стройная, с фиалковыми глазами, копной золотистых длинных локонов, с высокими арийскими скулами и чувственными немного пухлыми губами. Сейчас его девушка замерла,  любуясь шикарным спортивным авто.
— Она великолепна! — выдохнула Валерия, любуясь золотистыми изгибами инфинити.
— Лера, идем. — поторопил ее Стас. — это совсем не женская машина.
— Спорим, ее хозяин женщина? — она догнала своего спутника и взяла под руку.
— С чего такая уверенность? — равнодушно поинтересовался он. Сейчас ему нет дела ни до машины, ни тем более до ее хозяина, кем бы он там ни оказался. Это Валерия будет резвиться с друзьями на дискотеке. Он здесь для делового разговора и завершения весьма выгодной сделки. Потом он присоединится к своей девочке.  Пропустит пару бокалов виски, отвезет ее домой и может быть, останется  до утра. — Только не говори, что там, на зеркале, висит какая-то женская безделушка.
— Не висит. – она сбросила ему на руки шубку в который раз любуясь игрой света на дорогом мехе. — Я тебя обожаю. — дотронулась губами до его щеки. — Но у этой инфинити хозяйка. И она та еще уверенная в себе стерва. С перцем.
— И снова: с чего такая уверенность? — невольно он заинтересовался ее словами. — Я поставлю на молодого бездельника с золотой кредиткой, который приехал сюда в поисках приключений.
— На что спорим? — улыбнулась девушка, поправляя золотистые локоны у огромного зеркала.
— Чего бы тебе хотелось? — спросил и спохватился. — Инфинити не в счет. Хочешь машину, не вопрос, но только не спорт кар.
— Ты на мне женишься. — она перевела на него взгляд.
— Лера, я прошу тебя. Пожалуйста, давай не будем сейчас об этом. Хорошо? — он притянул ее к себе и поцеловал в висок. — Нам же и так  хорошо вместе.
— Хорошо. — эхом отозвалась она, но настроение у Стаса уже испортилось. Он обожал дарить ей подарки, устраивать милые сюрпризы, ему нравится заботиться о ней и видеть ее счастливые глаза. Но жениться… нет. Пока нет. На минуту он провалился в прошлое.
Сколько они вместе? Четыре месяца.
 После того, как они выбрались из Зоны, ему все пришлось начинать сначала. Нужно было где-то жить, собрать остатки своего клана, как - то устраивать жизнь заново и помогать своим людям. Все оказалось не так чтобы легко, но и не запредельно сложно. Многие жители городка, названного в документах условным Чернобыль – 5, покинули его в панике. Этим воспользовались вновь прибывшие. Пользуясь суматохой, деньгами и связями, Стас обзавелся неплохой трехкомнатной квартирой в тихом, и ранее даже считавшимся престижным, районе. Так же остались и устроились Катя и Слава. Им помог Мирон. И деньгами и связями. Казалось, он взял Славу под крыло. А Катя… несколько недель они прожили вместе. Потом Стас купил ей вполне приличную двухкомнатную квартиру в соседнем районе, и они тихо расстались, оставшись друзьями. Слава устроился неподалеку и насколько Стас осведомлен, сейчас встречается с Катериной и вроде решается вопрос о женитьбе, которой Слава, как и он сам, старается избежать. Что у баб у всех прямо пунктик какой-то, насчет похода в ЗАГС? Или это только им такие попадаются?
Здесь осталась и Светлана с детьми. Да и многие другие люди из Чернобыля – 4. Все они связаны с Зоной, так, или иначе. Янка уехала. И в глубине души Стас благодарен ей за это. Слишком сильные и слишком не однозначные чувства она в нем вызывала. Что-то в его душе она все -таки зацепила. Так, легко и ненароком. А уж после той дикой выходки в этом ресторане…  Он в попойке, по - другому происходящее и не назвать, участия не принимал. Зашел в самый неподходящий момент с желанием разогнать теплую кампанию. А точнее, ему позвонил знакомый администратор и слезно просил увести из ресторана вконец развеселившихся друзей, пока они не разнесли «Золотой Выброс» в щепки. Зашел, да так и замер среди столиков, азартно орущих и свистящих посетителей, невидящим взглядом наблюдая действо на сцене у шеста. Может, он и оценил бы качество исполнения новоиспеченной примы стриптиза, если бы глаза не застила злость вкупе с невесть откуда взявшейся ревностью. Сжав кулаки и до боли стиснув челюсти, развернулся и вышел. Янку провели, а точнее, погрузили в купе поезда идущего до Киева, без него. Чего уж там, о связи между Янкой и Костей ему все равно донесли. И опять, чего уж там, но физиономию Чейзу он поправил. Повод был другой. Весомый был повод, или так, чепуха, или Стас сам этот повод придумал, не важно, но факт остается фактом. Друзьями они никогда не были, а теперь едва кивали друг другу при встрече, не упуская при этом возможности сцепиться то ли по настоящему, то ли в словесной перепалке.
Чтобы военная полиция не смотрела на него и его людей косо, необходимо было найти легальный бизнес, и он прикупил небольшой бар. Переоборудование и ремонт этой в прошлом забегаловки, влетел в кругленькую сумму. Но и это, как оказалось, ерунда. Стас пришел в ужас, поняв, сколько времени и бумажной работы требует «Кугуар», который в народе быстро обозвали просто и незамысловато: «У кота». Стас теперь буквально тонул в море бумаг и цифр.
Валерия пришла устраиваться к нему в бар официанткой. Не глядя, он подписал договор, и симпатичная девушка приступила к работе. А в один из вечеров, точнее, далеко за полночь, когда работа бара подошла к концу, а он все еще сражался с бухгалтерией,  Стас услышал тихий плач в уже темном и пустом  зале. Вот так все и закрутилось. Потом она стала администратором. Потом  — управляющей. Сейчас на ней весь бар и она отлично справляется.
— Стас, ау! — она тронула его за рукав. — Ты куда провалился?
— Что? Прости, задумался. Идем? — он повел ее в зал. Славу заметил сразу. А вот его спутница… равнодушно скользнул по ней взглядом и отвернулся. Ненадолго. Уж слишком светятся у друга глаза. Усадил Валерию за столик и взглянул через сумрак зала на столик у окна еще раз. Любопытство разгоралось все сильнее. Кто она, эта девушка? Слава так настойчиво добивался Катерины и вот такой поворот. В темени зала трудно разглядеть подробности.
— Это Слава там? — Лера заметила его интерес. — С кем он? Это точно не Катя. Она сегодня дежурит в клинике.
— Да. Это не Катя. — девушка, за которой он пристально наблюдал, тряхнула волосами, отбрасывая непокорную прядь и в его груди что-то оборвалось. Отвернулся. Под внимательным взглядом своей спутницы потянулся за пачкой сигарет.
— И кто она? Ты ее знаешь?
Ответ ей известен и она напряженно ждет, скажет ли он правду. Это Стас думает, что она не заметила его интереса к странице некой Яны Стриж в социальных сетях.  А там имеется множество фотографий, которые, как и ее мужчина, она с интересом просмотрела. И узнала спутницу Славы сразу же, едва в неверных отсветах канделябров вспыхнули красными искрами ее волосы.
Время от времени он заходит на ее страницы. Интересуется. Причем с ее собственной, Валерии,  страницы. Эта Яна не наносит ответных визитов и вообще редко появляется на просторах интернета, но хоть и довольно вялая, но переписка со Славой, который сейчас не сводит с нее глаз, с Катей, Костей и еще несколькими знакомыми ей людьми, там имеется. И возможную причину неприязни между Костиком и Стасом она там обнаружила. Костя, оказывается, может быть весьма красноречив в любовных посланиях. Ответы, его, скорее всего, разочаровывали: ничего романтичного. Так, дружеские отписки. Ровный, ничего не выражающий тон. Естественно, что переписка скоро прекратилась. Насколько ей известно, у Кости до этого момента была другая, более осязаемая любовь. Девушку зовут Аля, и она работает в одном из магазинов в городе.
— Знаю. — ровно ответил Стас.— Это Янка. Мы вместе выбирались из Чернобыля – 4.
— И все? — недоверчиво уточнила Валерия.
— Все. — пожал он плечами. — А что еще?
— Ничего. — мягко улыбнулась она. — Ничего.
А Стасу на месте не сиделось. Хотелось убраться отсюда, наплевав на сделку. Сдерживался, чтобы постоянно  не оглядываться на их столик. Клиент, как назло, задерживался и Стас не выдержал.
— Я подойду на минуту, поздороваюсь. — поднялся  с места. — Не скучай, хорошо? — не дожидаясь ответа, подошел к креслу Янки и стал за спинкой, сделав Славе знак молчать. Тот едва заметно кивнул, но Янка не обратила внимания.
— Привет. — склонился над нею, вдыхая свежий, пламенно-терпкий аромат ее волос. Оказывается, он его не забыл.
От неожиданности Янка дернулась и затылком ударила его по носу.
— Стас! — резко обернулась. — Чтоб тебе хорошо жилось!
— И тебе здравствуй. — ответил, зажимая нос рукой и присаживаясь в свободное кресло.
— Прости. — она осторожно отвела его руку. — Все хорошо? Не разбила?
— Нет. — Стас перевел взгляд на Славу, и в душе поднялось глухое раздражение. — Не помешал?
— Нет. — с улыбкой ответил друг. — И зачем ты этот фортель выкинул? Забыл, что Яна у нас девушка пугливая? Сразу за оружие хватается.
— Помню. — кивнул Стас и улыбнулся, потирая ушибленный нос. — К какому виду оружия приписывают затылок?
— Ха-ха. Очень смешно. — передразнила их Янка и добавила. — К зубодробильному. 
— И носоломальному. — кивнул Слава.
— Решила вернуться? — уже серьезно спросил Стас.
— Да, как же. — ответил за девушку Слава. — По делу приехала. Потом она намерена укатить обратно в столицу нашей необъятной родины.
— Стас, ты же наемник? Ничего не изменилось? — подняла на него глаза Янка.
— Ничего не изменилось. — задумчиво протянул Стас, глядя на девушку. — Плохо выглядишь. — он смотрел и действительно не узнавал в ней ту самую Янку что запомнил: она будто свеча, что почти догорела. В глазах усталость и какая-то безысходность, что ли, поникшие плечи, бледные, почти бескровные губы. Подавил пришедшее вдруг желание оградить и защитить. От всех. От всего мира.
— Спасибо. — кивнула она. — Комплимент, конечно, так себе, ну да ладно.
— Ей просто нужно выспаться и все дела. — влез Слава.
— Так что за дело, по которому ты о нас вспомнила? — Стас отвел глаза от ее лихорадочно горящих глаз.
— Нужно человека в Зоне найти. Или в Приграничье.
— Если ты Чейза искать собралась. — перебил ее Стас. — То…
— Чейза потом. — перебила его Янка. — Он мне кое-что должен. А пока вот этого человека. — она положила перед ним фото.
— Кто это? — Стас бросил на фото быстрый взгляд.
— Мой отец.
— Ясно. Такой же шальной, какой я тебя помню?
— Помнит. —  хмыкнула Янка. — Ну-ну. — кивнула и продолжила. —  Нет, он хуже, чем я. Он боевой офицер. В отставке.
— Никому не нужный списанный вояка дорвался до спасения Мира от заразы Зоны? Так?
— Где-то как-то. — кивнула она.
— Обожаю эту ее фразу. — оторвался от еды Слава. — Наверное, еще не все потеряно, и мы можем надеяться на возвращение нашей Янки, которую мы помним, любим и…
— Ага. — кивнула она. — Еще скажи, скорбим.
— Ждем. — ответил Слава.
— Дождались. — тихо сказал Стас.
— Что? — повернулась к нему девушка.
— Посмотрю, говорю, что по твоему вопросу сделать можно.
— Спасибо. — кивнула она,  благодарно улыбнувшись. — Цена вопроса?
— Что? — не понял он. — О чем ты?
— Стас, ты заказ берешь?
— Я же сказал, посмотрю, что можно сделать. Ребят спрошу…
— Так да или нет?
— Янка. — предостерегающе начал Слава, но она его не слышала.
— Да. — ответил Стас. — Я постараюсь тебе помочь.
— Вот я и спрашиваю о стоимости услуг. Твоих и твоей команды.
— Значит. — мягко и вкрадчиво начал он. — Ты меня нанимаешь? Товарно-денежные отношения? Не смотря на…
— Стас, пожалуйста… — снова начал Слава. Его никто не слушал.
— Да. В чем проблема? Если ты занят или еще что-то…
— Янка, заткнись! — прервал ее Слава, глядя на друга. — Стас, она не то хотела сказать…
— Я понял, что она хотела сказать, Слава. — Стас перевел потемневший взгляд на Янку. – Значит…
— Дорогой. — раздался голос Валерии у его кресла. — Прости, но там собрались …люди. Слава. — перевела она взгляд на парня. — Привет. Ты не познакомишь меня со своей спутницей?
— Это Яна. — ответил Слава. — Она…
— Привет. Я Лера. Девушка Стаса. — она протянула руку Янке.
— Очень приятно. — Янка с улыбкой пожала протянутую руку. — Рада знакомству.
— Скажи, это твоя золотистая инфинити, там,  на стоянке? — задала Лера вопрос.
— Да. — удивленно ответила Янка.— Моя. А в чем дело? — она с удивлением наблюдала, как Лера метнула взгляд в Стаса.
— Все нормально. Мы со Стасом поспорили, и он проиграл спор. Но простите. — она мило улыбнулась. — Я верну своего парня себе, с вашего позволения.
— Да, конечно. – Янка вернула ей улыбку.
— Разговор не окончен и мы к нему вернемся. — Стас окинул ее жестким взглядом. — Где ты намерена остановиться?
— В «Звезде». — спокойно ответила девушка.
— Ты совсем рехнулась? — воскликнул Слава. — Там тебе совершенно нечего делать. Катя тебя ждет.
— Вот ключи. — Стас достал связку и положил перед нею. — Слава поможет тебе добраться. Эту ночь проведешь у меня. Я домой приду поздно. Можешь занять любую комнату. Утром решим вопрос с жильем. — он взял растерявшуюся Леру за руку и пошел к своему столику, за которым уже сидели двое солидных мужчин.
— Ой, что ему за это будет! — протянул Слава.
— И чего это он? — удивленно спросила Янка. — Что за приступ филантропии ценою собственного покоя? Лера эта теперь с него крови попьет.
— Ну да. — хмыкнул Слава. — Она еще та… дочь вампира.
— Ему нравится. — Янка задумчиво крутила связку в руках. — Ладно, поздно уже. — жестом подозвала официанта. — Счет, пожалуйста.
— Янка, а ведь ты, как ни крути, наживешь себе врага.
— О чем ты, Слава? Я безумно устала, и разгадывать загадки и ребусы, честное слово, не в состоянии.
— Смотри, какой получается узор: ты ключами воспользуешься и наживешь врага в лице очаровательной Валерии. Ты не обольщайся ее внешностью ангела. Этот ангел тот еще бес. А не воспользуешься — Роланд взбесится. Ты его и так довела почти. Он хотел тебе по дружбе, как боевому товарищу, который ему спину прикрывал, помочь бескорыстно. А ты? Цена вопроса…  обидно, однако.
— Нет тут никаких вариантов, Слава. Стас решил меня использовать как катализатор их отношений. Не понимаю только, в какую сторону ветер дует. — равнодушно протянула Янка. — И если честно: мне это как-то и не интересно.
— Ты к тому, что либо он хотел ее подстегнуть ревностью, либо…да, ерунда.
— Либо это нелепая попытка разорвать отношения.
— Это нелепая попытка помочь другу с жильем. — Слава оплатил счет. — Идем?
— Да. — она поднялась с места. Уже на выходе Янка подошла к давешнему администратору. —  Простите, Дима, не могли бы вы оказать мне услугу?
— Что пожелаете. — улыбнулся парень в ответ.
— Вы знакомы со Станиславом Коваленко? — видя непонимание в его глазах, она попыталась описать Стаса. —  Ну, такой… огромный.
— Дима, передай ключи Роланду. —  подошел Слава. — Только знаешь, что. Передай минут через десять после того, как мы уйдем. На всякий случай. Скажи, что в фойе подобрал, или еще что.  И сам потом ему на глаза не попадайся. Мало ли. — он почти силой вложил связку ключей ему в руку. — Спасибо и пока. — Они вышли на улицу в тихую, почти зимнюю ночь.
— Я в «Звезде» переночую. Не спорь, пожалуйста. Я реально устала. Не усложняй мне жизнь.
— Не буду. — пожал плечами Слава. — Ты сама прекрасно с этим справляешься.  Вот возьми. Мало ли что. — он протянул ей ПМ.
— Спасибо. — Янка поцеловала его в щеку. — Увидимся.
— До завтра.

Глава № 17

Увидев свой номер, она пожалела, что не воспользовалась приглашением Славы и не переночевала у него. Принять душ девушка не решилась, опасаясь за свое здоровье, да и в постель лечь, тоже опасалась. Кое - как устроилась на покрывале, не раздеваясь и положив под голову шубу, а под руку заряженный ПМ. Контингент «Звезды» заполонивший в столь поздний час небольшой бар, и проведший ее похабными предложениями и выкриками, доверия не вызывал. Едва закрыла глаза, как  провалилась во все тот же, преследующий ее постоянно, сон: шаркающие шаги за дверью, тихое мяуканье и плавный поворот дверной ручки. Здесь ее кошмар стал более ярким и более выпуклым, почти реальным. Сейчас она и не понимает уже, спит она или все происходит на самом деле. Вскочила с бешено бьющимся сердцем, сжимая пистолет в руках и вглядываясь в будто размытую темень номера. Она ничего не слышит кроме биения собственного сердца. Вот сквозь него пробивается едва слышный шорох: кто-то за дверью. Янка заставила себя остаться у постели, уговаривая, убеждая себя, что твари Зоны не могут жить вне ее пределов. И что за дверью, скорее всего, какой нибудь пьяница пытается добраться до своего номера. Или парочка не добрела до своей комнаты и целуется у ее двери.
Щелчок замка отмел все предположения, заставив вскочить на ноги и направить ствол на дверь.
— Стоять. — произнесла Янка, едва темная тень нарисовалась в дверном проеме. Дальше все смешалось в крике, ярких всполохах прожекторов, бьющих в окна, беготне и выкриках военной полиции, усиленных рупорами.
Проверка гостиницы военной полицией на предмет нелегалов и проституток, подоспела как нельзя вовремя. Янку вывели из здания и посадили в автозак в толпе местных ночных фей.
— Ой, какая с нами девочка! — дернула ее за плечо одна из задержанных ночных бабочек. — Вы посмотрите, какая цыпа! Ой, какой маникюрчик! А колечки!
— А шубка! — потянула к себе вещь вторая девушка. — Мне как раз в пору будет!
— И сумочку сюда давай! —  потянула за ремень третья.
— Отвалили бы вы. — тихо ответила Янка, начиная злиться.
— Ой! Она что-то сказала, да, девочки? Я не расслышала. — Женщина, раскрашенная словно кукла, в коротком бархатном платье леопардовой расцветки и высоких сапожках – ботфортах, склонилась над Янкой, обдав ее запахом немытого тела и перегара. —  Что-то не так?
— Не так. — никто из ее товарок не понял, как женщина оказалась на полу в дальнем углу машины, больно ударившись об железную стенку будки. — Не люблю когда трогают мои вещи. — все так же равнодушно произнесла Янка.
— Девочки, она Женечку выключила! Мочи ее! — взвыла одна из товарок и бросилась к Янке. Началась свалка, визг и крики.
— Эй, вы там! — полицейский ударил резиновой дубинкой по железным прутьям. — Назад! Живо! — его даже не услышали. В автозаке набирала обороты драка. — Останови! Чтоб его! Семен! — растолкал он спящего напарника. — Шевелись! ЧП у нас!
— Да ладно. — равнодушно ответил водитель. — Два квартала до отделения осталось. Доедем.
— Точно, Миш. — потянулся Семен. — Ну, волосья повыдергают друг другу. Ну, физиономии подерут. Ничего страшного.
Шум, между тем, уступил место плачу, скулежу и отборному мату.
Первой из машины выбралась Янка. Ее подхватили за предплечье и ввели в просторное помещение.
— Здесь посиди. — молодой лейтенант грубо толкнул ее на лавку у кабинета.
— Врача! Позовите врача! — послышалось из коридора. Янка лишь хищно улыбнулась: работы для медика там достаточно. Сама она отделалась парой царапин на скуле и сломанным ногтем.
— Что там еще? — из соседнего кабинета вышел толстяк с погонами капитана. — Что за шум?
— Да мужики проституток помяли. — с улыбкой ответил дежурный.
— Это как? — толстяк отошел в сторону: его подчиненный ввел в зал девушку, скулящую от боли.
— Рука! Рука болит! Сломала! — ныла она, держа на весу руку. — Сломала, сука!
— Вызывай нашего костоправа. — приказал дежурному капитан, с удивлением провожая взглядом очередную путану, которая придерживала предплечье. Следующая вытирала кровь из разбитого носа. За нею еще одна едва передвигала ноги, держась за живот и тихо скуля от боли. —  Сколько их там? Что за…
— Последняя, мамка ихняя, Женечка, в отключке, кажись. — доложил побледневший Семен.
— Что это? Что вы с ними сделали, уроды?
— Ничего, товарищ капитан! Ничего мы с ними не делали.
— А что ж тогда они все поломанные и раненные? А? Не слышу ответа!
— Подрались. Товарищ капитан! — четко ответил Семен.
— Сами?
— Так точно. Сами.
— В автозаке?
— Так точно.
— А что ж вы не остановились и не прекратили безобразие?
— Да кто знал, что все так серьезно обернется? Думали, они в волосы друг другу вцепятся, да и миром разойдутся.
— Зачинщик кто?
— Так Женечка новенькую какую-то прижать решила. Ну и началось.
— Новенькая эта где?
— Вон, товарищ капитан, у кабинета Березняка сидит.
— А она, значит, цела?
— Вроде. — кивнул лейтенант. — Цела.
— Очень интересно. —  капитан разглядывал прикрывшую глаза девушку. — Женя – центнер, значит, в отключке, а эта пигалица с двумя царапинами на смазливом личике. — он подошел и навис над Янкой, рассматривая и ожидая реакции. Не дождался. Янка по - прежнему сидела, облокотившись на стену и вытянув ноги.
— Встать! — Капитан ударил по ее ногам носком военного, подбитого железом, ботинка и зашипел от боли: не ожидавшая вспышки боли девушка, почти в слепую нанесла удар. Попала в объемный живот.  —  Лейтенант! В камеру эту тварь!
Она не сопротивлялась, когда у нее отобрали сумку и шубку, грубо обыскали и втолкнули в камеру.
— Ну, привет. — раздалось из темени камеры. — Проходи, располагайся. — говоривший чиркнул зажигалкой и маленький слабый огонек осветил цыганку. Девушку чуть старше самой Янки, одетую в многослойную цветастую длинную юбку и старый мешковатый свитер с растянутыми рукавами. Меня Зора зовут. А тебя?
— Янка. —  устало произнесла девушка, опускаясь на нары. Огонек погас.
— Хорошее имя. Божья милость. Что ты здесь забыла, Янина?
— Не Янина. Янетта. И едва ли Божья милость. С моим-то характером.
— Так за что тебя в камеру определили?
— По чистой случайности. — не стала вдаваться в подробности девушка. — Вот засада! — воскликнула, вспомнив о ПМ  в сумке.  — А ты чего здесь?
— По любви.
— Чего?
— Я тебе расскажу. Все равно не уснуть до утра. Да и холод собачий. — она немного помолчала, собираясь с мыслями и начала. — Я дочь цыганского барона. Дом у нас, дворец, под Киевом. Да и я единственная дочь, жила, словно принцесса. Братья меня любили, мать, отец. У нас замуж рано выдают. По договору. Отец мне мужа хорошего выбрал, достойного. В общем. — она вздохнула. — Жаловаться не на что. В пятнадцать лет я стала женой. — Зора замолчала.
— А дальше что? — Янке затянувшееся молчание не нравилось.
— Дальше? Дальше мы переехали в большой дом неподалеку отсюда и было несколько лет просто жизни. Ни о чем. Пустых и наполненных одновременно. Мой муж старше меня на пятнадцать лет. Нет, не подумай, он хороший. Любил меня. Заботился как о дочери днем. Ночью… ну, я же его жена, его собственность. Ты понимаешь. Но дней пустых для моей души и сердца и наполненных заботами о доме, быте и семье. Три года назад появился он. Муж привел его избитого, еле живого. Он, Сергеем его звали, зовут. — почти выкрикнула она отчаянно. — Зовут! Он жив. Я знаю это. Чувствую! Денег он ему должен был. Занимался мой муж темными делами. Я не вникала. Боялась. Но пленники у нас в подвале бывали. Девушки, девочки совсем. Юноши. Потом они исчезали. Вот и случилось между нами… грех. Изменила я мужу законному… дальше не важно. Не хочу вспоминать всю эту грязь и боль. Сергей бросил меня. Предал. Сам мужу рассказал о том… о том, что я… В общем, муж мой Сергея отпустить обещал, и меня ему отдать, если он кое - что из Зоны вынесет. А я… меня… в общем, сбежала я. Да военной полиции попалась.
— Кое - что это что? — с деланным равнодушием спросила Янка. Память снова услужливо рисовала картины из прошлого: вот она в разрушенном Чернобыле. Слепые дома с выбитыми окнами… разрушенный магазин… снорки. Вот Чернобыль – 4 и она на пороге очередной квартиры. Хозяева идут ей на встречу, бессвязно лепеча и раскинув руки. Выстрелы, выстрелы, выстрелы, кровь. Страх. Руки Кремня, успокаивающе лежащие на ее плечах. Улыбка Марины. Спокойная уверенность Стаса, теплые, умелые руки Кати, ободряющий взгляд Славы. 
— Янка? Ты слышишь? Что такое « Чертово Яйцо»?  — вывела ее из прошлого Зора.
— Понятия не имею. — пожала плечами Янка. — Думаешь, твой Сережа вот так прямо и полез в Зону, к черту в задницу? По мне, так свалил он к жене под юбку.
— Зачем ты так? Он не такой!
— Зора, очнись! Ты уже не маленькая принцесса! И мы не в сказочном замке! Мы в вонючей, холодной камере! — Янка сорвалась почти на крик. — Принцев здесь нет! Даже коней, блин, не осталось. Козлы одни.
— Он не такой. — упрямо повторила Зора. — И я его найду.
— Где? В Зоне? — недоверчиво хмыкнула Янка.
— Именно. Она меня услышит и вернет Сергея.
— Кто услышит? Зона? Зора, с тобой все хорошо? Ну, что ты несешь?
—  Ты думаешь, Зона просто огороженный кусок территории? Нет, Янка! Она живая!
— Ну, да. – Янка прикрыла глаза. — Конечно. Живая. — В висках  нарастала боль, угрожая, со временем, охватить всю голову.
— Не веришь? Я здесь дольше, чем ты. Я с мужем здесь пять лет прожила. Она живая, говорю тебе. Даже сталкеры это знают.
— Зора, помолчи пожалуйста. — слабо попросила девушка. — У меня сейчас голова расколется. Черт!
— Что? —  Зора подошла и чиркнула зажигалкой у нар Янки. — У тебя кровь! Ой, мамочки!
— Еще в обморок упади, сталкерша недоделанная. — Янка отерла алые капли. — Черт, свитер вымарала. Все нормально. У меня такое бывает. Давление или еще что-то. Головные боли и носовые кровотечения.
— И часто такое случается? — Зора на ощупь сунула Янке платок.
— Давно уже не случалось. Последний раз… - она не договорила. Поняла вдруг, что первый раз это произошло в Зоне перед выбросом в Пустошах. Потом в доме Аргуса, опять же перед выбросом. Потом этого больше не случалось, вплоть до этого момента. — В Зоне выброс.
— Что? Откуда ты знаешь? — Зора присела на краешек нар. — Я утром руку твою посмотрю.
— Погадаешь? — ухмыльнулась Янка, прижимая платок к носу. Кровь все еще сочилась.
— Нет. Просто взгляну. Кажется мне, что ты здесь не просто так.
— Ценное замечание. Только я хочу убраться отсюда. Очень хочу.
— Но не можешь. Почему?
— Дела у меня здесь.
— В Зоне?
— Наверное.
— Не расскажешь?
— Нет. Это не так интересно как твоя любовная история. К слову, за тобою муж не приедет?
— Приедет. — горько вздохнула Зора и поднялась. — Давай попробуем поспать.
— Что будет, Зора? —  тревожно спросила Янка. — Он что, изобьет тебя?
— Может и убить. Я же неверная жена. Я опозорила дом отца. Опозорила дом  мужа. Жаль, что не успела в Зону выйти. Там бы он меня не достал.
— Не факт. Он в артефактах разбирается. Заказы, вон, делает. Там бы ты не выжила и часа.
— Ты знаешь. Была там?
— Да. И прошу тебя, оставь даже мысли по этому поводу. И вообще, разводы у нас еще никто не отменял.
— Я цыганка, Янетта. Мы живем по своим законам.
Разговор прервался,  и Янка успела задремать, свернувшись клубком на узком матрасе.
Дверь камеры со скрипом распахнулась.
— Стриж! На выход! Живо!
Янка сползла с лежанки, разминая затекшие от неудобной позы и холода руки и ноги.
— За мною.
Ее привели к тому же кабинету, у которого она сидела ночью. Девушка щурилась от яркого дневного света.
— Ждать здесь. — ее конвоир открыл дверь и доложил. — Задержанная Стриж Янетта Петровна доставлена.
— Введите.
Ее втолкнули в кабинет, и Янка остановилась у двери, оглядываясь. Ничего особенного: не очень просторный кабинет, старые обои, потертый линолеум под ногами, старая мебель. Обычный казенный кабинет. Перевела глаза на хозяина и натолкнулась на пристальный холодный взгляд серых льдистых глаз и насмешку улыбки.
— Что? Не нравится вам, Янетта Петровна у нас?
— У вас это где? — уточнила девушка, по – прежнему стоя у порога.
— Да вы не стесняйтесь, присаживайтесь. Хотите чаю?
— Кофе, если можно. — Янка присела на колченогий стул. — Крепкий и без сахара, пожалуйста.
— Дерзишь?  Доброты моей не понимаешь… ладно. — уткнулся в ее паспорт. Раскрытая сумка лежала тут же, на столе.
— Нисколько.
— Итак, фамилия, имя, отчество?
— Стриж Янетта Петровна. — ровно ответила Янка.
— Место жительства?
— Киев. Улица Богдана Хмельницкого 14, квартира 21.
— Цель визита в город?
— К друзьям заехала. Проездом.
— Как ты попала в город?
— В каком смысле?
— На въезде в город твоя инфинити золотистого цвета… я не ошибаюсь, нет? Не зафиксирована. Повторяю вопрос: как ты проникла в город?
— Не там свернула.— пожала плечами Янка. — Машина села в сугробе.  Мне помог какой-то парень и показал дорогу. Я что-то нарушила? Почему меня вообще здесь держат?
— Не там свернула, значит. Ага. Парень подсказал. Хорошо. — он что-то писал в бланке.
— На каком основании меня задержали и бросили в камеру?
— На основании… да хоть на этом основании. — он кивнул на сумку. — Ваша?
— Моя. — не стала отпираться Янка.
— И это, стало быть, ваше? — он достал пистолет.
— Мое. — она насторожилась: в коридоре возгласы и шум.
— И разрешение, наверное, есть?
— Нет. Разрешения нет. — шум за дверью усилился. И голоса, кажется, звучат знакомые.
— Вот по этому поводу и задержаны. До выяснения.
— Капитан. — мягко начала Янка. — Этого мало для моего содержания под стражей. Подписка о невыезде максимум.
— Умная, да? —  шум за дверью беспокоил и его. — А если вот так? — он положил перед нею исписанный лист бумаги.
— Что это?
— Заявление гражданки Евгении Витальевны Колесниковой. О том, что ты напала на нее и причинила вред здоровью, малой тяжести.
— Штраф. —  спокойно ответила девушка. — Возмещение физического и морального вреда. Насколько там потянет? Тысяч на пять, не больше. А с адвокатом…— дверь распахнулась, и в кабинет шагнул Кремень.
— Здорово Глеб. Чего моего человека держишь?
— Какого это, твоего человека, Мирон? — капитан изобразил удивление, но и досады скрыть не сумел. Ожидал чего-то подобного. Правда, не от Мирона. Другого человечка ждал. Не угадал.
— Так вот ее. — Мирон кивнул на Янку. — Выписал администратора нового в «Марию». Бизнес не идет, хоть плачь. Девочка молодая, идейная. Глядишь и наладится дело.
— И почему ваш администратор. — он потер виски. — вооружен, и ночует в самом криминальном отеле города?
— И почему? — Кремень перевел тяжелый взгляд на девушку.
— Приехала поздно. — начала оправдываться Янка. — Не хотела беспокоить. А пистолет… так он сам сказал: самый криминальный ….
— Ясно. —  кивнул Мирон. — Глеб, это мой человек. Давай уладим дело миром.  Выйди и жди за дверью. — повернулся он к Янке.
— Я  могу быть свободна? — поднялась она со стула.
— Иди. — устало кивнул капитан. — Но имей в виду, я за тобой буду пристально наблюдать. Очень пристально.
— Хорошо, Глеб. Будешь. — кивнул Мирон, провожая девушку взглядом.
— Янка! Дочка! — Марина обняла ее, едва Янка переступила порог кабинета. — Ну что же ты! Почему сразу к нам не приехала? Устала? Испугалась? Ну все! Идем, идем. Я тебя домой отвезу.
— А Мирона подождать?
— Сам доберется, не маленький. А тебе поесть нужно. Идем. — она едва ли не силой вывела девушку из участка. На пороге они столкнулись с высоким, широкоплечим мужчиной с черными, как смоль глазами и волосами. Янка приостановилась, внимательно слушая.
— Я Баро Мадони, у вас моя жена Зора.
— Сейчас, секунду, я позову капитана.
— Что ты, дочка? Идем. — Марина торопливо, будто испугавшись чего-то,  потянула Янку за руку и напряглась, когда мужчина, назвавшийся Баро, обернулся и встретился взглядом с  девушкой.
— Идем. — она спокойно выдержала  пристальный тяжелый взгляд, слегка улыбнувшись жесткой улыбкой, пошла следом за женщиной, ощущая как чужой пристальный взгляд сверлит спину.
— Кто это? — Баро повернулся к дежурному.
— Где? — поднял на цыгана глаза дежурный и проследил за его взглядом. — Жена Мирона.
— Старуху я знаю. Та, молодая с нею, кто?
— А, это.. так взяли ночью при облаве в «Звезде», вместе с проститутками.
— Не похожа она на шлюху. — мужчина все еще провожал ее взглядом и видел, как к Марине и так заинтересовавшей его девушке подошла пара. Наблюдал сквозь пыльное окно, как они  обнимают девушку, как усаживаются в машины.
— Вашу жену сейчас приведут. — обращенную к нему фразу Баро не услышал, поглощенный своими мыслями. Но стремительно обернулся на звук шагов. Взгляд его стал колючим, пристальным.
— Здравствуй, Мирон.
— И тебе не болеть, Баро. — прошел мимо Мирон, окинув крупную фигуру равнодушным взглядом.
— У тебя дела здесь?
— Ничего серьезного. — Мирон шагнул за дверь, не оглянувшись.

Глава № 18

Неделя в доме Мирона для Янки пролетела, словно одно мгновение.
— Проходи дочка. Что же ты сразу к нам не приехала?  — Марина пропустила Янку в калитку и на нее тут же налетела Дейзи, едва не сбив с ног.
— Дейзи! Малышка моя! — Янка приникла к огромной пушистой морде овчарки. — Девочка моя! Соскучилась!
— Янка! — раздался возглас от крыльца большого дома. — Мама говорила, что ты вернешься! Говорила! — к ней подскочил Кирилл. — Приехала!
— Привет Киря! — Янка обняла парня. — Ого! Ты вырос! Меня обогнал. — она отстранилась.— Какой взрослый стал. А Тимофей где?
— В доме. Идем, я тебе дом покажу. — он обернулся к Марине. — Можно я? Мама, пожалуйста!
— Хорошо. Покажи сам. — кивнула Марина, тайком смахивая слезы.
— Идем. — Кирилл потянул ее за руку к дому. — Мама, ну, Марина, после всего, что случилось, нас у себя оставила. Папа быстро документы сделал. — он обернулся к девушке и взглянул на нее потемневшими глазами. — У нас с братом никого не было. Даже когда родители были живы, никого не было. Понимаешь?
— Нет. Но стараюсь. — она вошла следом за парнем в дом.
— Ян, у тебя хорошая семья? Честно? — снова обернулся к ней в просторной прихожей. — Раздевайся.
— В каком смысле? — Янка снимала сапожки и шубку.
— Дружная? Понимающая? Любящая? — не отставал Кирилл.
— Пожалуй, нет. — задумчиво произнесла Янка. — Все работали, редко собирались все вместе…
— Вот видишь. — кивнул Кирилл и улыбнулся. — А у меня есть семья. Настоящая. Ты увидишь. Идем. — он потянул ее за собой. — Здесь кухня. Здесь гостиная. Она общая. Дальше. — кивнул на правую дверь. — Гостевые комнаты и кабинет Кремня. На втором этаже спальни родителей и наши с Тимой комнаты. А вот там, в левом крыле…
— В левом крыле дочка твои комнаты. — подошла Марина. — Идем, покажу. — она открыла дверь. — Вот располагайся. Это гостиная. У тебя здесь много знакомых и друзей. Пусть в гости к тебе ходят без стеснения. Это твой дом, как и Кирилла и Тимофея. Вон там спальня. За нею санузел. Устраивайся. Тебе отдохнуть нужно. — она подтолкнула Кирилла к выходу и вышла сама. — Если что понадобится, зови без стеснения. Поняла?
— Да. — растерянно кивнула девушка. — Да. — прошла в комнату и огляделась: просторная, обставленная светлой мебелью комната. Светлые обои с цветочным рисунком, огромное французское окно во всю стену и стеклянная дверь в большой сад. В углу небольшой комод, на нем плазма, письменный стол у окна, мягкий уголок, кресло, маленький столик, пушистый ковер на полу, картины на стенах. Все подобрано со вкусом и устроено с заботой. Открыла дверь в спальню. Те же светлые тона, большое окно, просторная кровать, прикроватная тумба с лампой под абажуром, шкаф-купе, плазма на стене, столик с зеркалом. На столике разные мелочи, так необходимые девушкам. — Спасибо … мама. — бросила сумку в кресло у кровати.

Спала она долго. Отсыпалась за полгода и кошмары ее не беспокоили.
С удивлением Янка приглядывалась к Марине, удивляясь как ее, такой хрупкой, хватает на все: содержать огромный дом, уделять массу внимания Мирону, Кириллу, Тимоше и ей, Янке, да еще при этом работать в кафе «Мария».
Неделю Янка просто отдыхала душою и телом. Ее дни проходили в играх с ребятами и возне с ними и Дейзи в саду, за чтением, когда она, свернувшись, словно большая кошка, сидела в уютном кресле у камина, вполглаза наблюдая за вознею Мирона с мальчишками на полу. В соседнем кресле что-то вязала Марина. Янка полюбила эти вечерние часы покоя и тепла.
— Батя. — начала Янка несмело, остановившись на пороге кабинета, где сейчас Мирон изучал какие-то документы.
— Проходи, дочка. — он отложил бумаги в сторону. — Хочешь узнать, нет ли новостей? Пока ничего. Но у нас почта как у цыган. Вести быстро разносятся. Да и зима, сама понимаешь. Большая часть мужиков по домам да по барам сидят.
— И это тоже. Спасибо. — кивнула она, проходя и присаживаясь в кресло. — Я бы хотела что-то делать. Быть полезной.
— Сначала сил наберись. Отоспись, отъешься. На тебя без слез не взглянешь. А если ты о выходе в Зону…
— Нет. — поспешно ответила девушка. — Я понимаю, что выйти, наверное, придется, но не сейчас.
— Ты пока об этом и думать забудь. Скучно? В «Марии» поработай. Администратором, или еще кем. А лучше, дома сиди. Тебе Кирилл с Тимом и так скучать не дают.
— Да, но… можно мне в «Марии» поработать? — попросила Янка. – Я и с  малыми буду успевать, честное слово!
— Хорошо. — кивнул Мирон. — С Мариной я поговорю.

Уже через несколько дней Янка в строгой узкой юбке до колен и белой блузе, застыв, стояла на пороге кафе.
— Здесь так чудесно. — она потянула носом воздух: ароматы выпечки и кофе витали в воздухе. Просторный зал с деревянными круглыми столами, застланными вышитыми белоснежными скатертями, на них настоящие живые цветы фиалки в плетенных небольших корзинках. В креслах подушки в лоскутных наволочках. На светлых стенах вышитые картины. Кухня здесь так же преимущественно домашняя, где-то деревенская: сытная и вкусная. Пирожками, пирогами и прочей выпечкой Марина занимается лично. Остальным три ее помощницы. Еще есть три официантки: молодые девчонки, которые приехали сюда за романтикой, и едва не попали в самую древнюю на земле профессию. В коллектив она влилась быстро. Так же быстро кафе наводнилось не только любителями пирогов, но и друзьями Янки. Каждый день появлялись то вместе, то поодиночке Катя и Слава. Они и раньше появлялись, в доме Мирона, но Марина оберегала вновь обретенную дочь, аргументируя тем, что Янке нужно выспаться и набраться сил. И так оно и было.
Спустя неделю даже Слава признал в ней почти «ту самую» Янку, что узнал больше чем полгода назад. Объявились Рыжий Дэн и Бяк Макс. Радости не было предела, но кафе осталось целым, несмотря на всю бурю момента. Ребята рассказали много интересного из своей жизни и приключений за эти полгода.

— Дела неважные. — рассказывал Дэн при очередной встрече. — Зима. Сильно в Зоне не зависнешь. Холод собачий. Да и барыга этот, старый хрыч, Эрнест, чтоб его. Представь, за «Кристальную колючку» пять сотен сунул всего. Кровопийца.
— Ага. — подхватил Макс. — И представь, все местные перекупщики с нас, сталкеров,  три шкуры дерут. Да еще ерунда эта…
— Что за ерунда? — спросила Янка.
— Да кто его знает, что оно такое. — пожал плечами Денис. — Белой Жутью прозвали. Никто не видел, а форпосты, не самые крупные, конечно,  вырезанными находят. Людей и так, раз - два и обчелся, так еще и это.
— Вы бы не ходили сейчас, а? — начала девушка. — Деньги не проблема. Не пропадем.
— Да ладно, Ян. — улыбнулся Макс. — прорвемся. Вот бы подорвать всю эту братию… — мечтательно начал он. — Чтобы знали, сволочи, сколько нервных клеток нормальный пацан тратит, чтобы арты добыть.
— И как ты себе это представляешь? — подняла бровь Янка.
— Да, никак. Мечтаю.
— И за сколько ты готов продавать свои находки? — она подвинула парню корзинку с выпечкой.
— Стоимость той же «колючки» в Европе, примерно две пятьсот, три тысячи. — задумался Максим.
— Не угадал. — отрицательно качнула головой Янка. — В Европе твоя «колючка» существенно взлетает в цене. Около пяти тысяч.  Эрнест твой продаст ее пусть за три. Скинем на доставку и прочие мелочи.
— Мелочи? Для меня эти мелочи выливаются примерно в три тысячи. А если более серьезные артефакты? В общем, так, за сорок процентов от реальной стоимости продавать арты я готов. Это значит, Эрни нагрел меня на сколько?
— Грубо говоря, еще на пятьсот. — ответила Янка. — Только не забывай, это мы тут так, теоретически рассуждали. А вообще…
— Честных барыг не бывает. — закончил за нее Макс.
— Именно. — кивнула она делая глоток из своей чашки.
— Янка, а что в твоем кафе Баро делает? — спросил Денис.
— Не знаю. — пожала плечами девушка. — Кофе пьет. А что?
— Да, так. Ничего. Не бери в голову. — он отвел глаза от кряжистой фигуры цыгана. — Раньше, вроде он сюда не заглядывал никогда.
— Да. — протянул Макс. — По его части другие булочки. А ты вообще… хандрить долго собираешься? Может, развлечемся?
— Что ты предлагаешь? — подняла бровь девушка.
— Да злой я, Янка. Как кровосос. Нет, блин, как десять кровососов! И на Эрнеста, жабу толстую и на военных … козлы. Еле вышли. Чуть не положили нас у периметра. — Макс одним глотком допил кофе. — Давай расшевелим этот муравейник?
— Макс, дорогой, Янка еще сама… не в себе. — Денис обвел ее взглядом, скрывая в глубине карих глаз лукавые искры.
— Да ладно. — вскинулась девушка. — Может, все не так плохо. Чего предложить хочешь?
— О! Вот что благодатная Маринина забота с людьми делает. — снова кисло улыбнулся Макс. — На ноги ставит за… сколько ты здесь уже? Почти месяц? Оно и видно.— окинул ее взглядом. — Отъелась на булках, на мягких перинах отоспалась… а нам, смертным, хоть пропади.
— Намекаешь ты на что, болезный? — улыбнулась Янка. — Выкладывай, не тяни. 
— Так ты с нами? — придвинулся к ней Денис. — Пошалим?
— Ребята, если вы банальную попойку предлагаете, то таки нет.
— Обижаешь. Тут на днях у начальника гарнизона праздник намечается. Отметить хотим. Поздравить. От благодарных сталкеров. — Денис смотрел на нее горящими глазами.
— Цветочки пошлите. — Янка отставила пустую чашку.
— Ну да. — уныло протянул Денис. — Он нас пачками ложит, а мы ему цветочки.
— Так с сюрпризом… цветочки. — Янка невольно поежилась: пристальный взгляд цыгана жег ее спину. — Арт какой к примеру. Он же их любит…
— Деня, а ведь Янка права. — Макс толкнул друга в бок локтем. — У нас там вроде и подходящий имеется. Зуда, к примеру.
— Точно. — кисло улыбнулся Денис. — Есть такая штука. Убить вроде никого и не убьет, но праздник испортит.
— Только по уму все сделайте. — кивнула с улыбкой девушка, поднимаясь с места. — Отдыхайте. А мне работать нужно. — не успела подойти к стойке как проходя мимо столика за которым сидел Баро ее грубо схватили за руку.
— Сколько? — мужчина дернул ее к себе, до боли сжав кисть.
— Что простите? — девушка с удивлением взглянула на его руку и перевела взгляд на лицо. Невольно отшатнулась от горящего взгляда черных бездонных глаз.
— Сколько ты стоишь? — тихо уточнил мужчина, перехватывая ее за тонкое запястье.
— Пусти меня. — из голоса Янки ушли вежливые нотки, глаза потемнели.
— Так сколько? Я заплачу больше чем Мирон.
— Яна? — Денис приподнялся со стула. За ним последовал и Макс. — Проблемы?
— Нет. — Янка не отвела взгляда от черных глаз. — Все хорошо. — она высвободила кисть. — Отдыхайте.
— Вот именно. — губы Баро сложились в хищную улыбку. — Не надо вмешиваться. Мы сами все решим. — он развязно провел рукой по ее ягодицам, скользя по ткани строгой юбки. — Так сколько? — за спиной девушки раздался шум упавшего стула.
— Дядя. — Денис уже стоял рядом. — Руки убрал.
— Укроти своих щенков. — цыган неторопливо поднялся с места, бросил на стол несколько купюр. — Разговор не окончен. — он неторопливо покинул кафе под ненавидящим взглядом Дениса и Макса.
— И чего это было? — задумчиво протянула Янка.
— Это Баро. — ответил Макс.
— Это проблемы. — добавил Денис.
— А разберемся. — улыбнулась Янка. Улыбка получилась не радостной. Той самой, хищной, грозящей неприятности.
— О… — протянул Макс. — Теперь я вижу. Миледи вернулась.
— Аллилуйя. — отозвался Денис и о все троица рассмеялась.

— Батя. — Янка убрала с коленей ноутбук. Весь вечер она просматривала новые материалы по Зоне. — Кто такой этот Баро?
— Почему ты спрашиваешь? — Мирон поднял на нее глаза оторвавшись от игры с мальчишками. — Держись от него как можно дальше.
— Вот как? Он тут кто? — вскинулась девушка не сумев скрыть раздражения.
— Официально хозяин гостиницы « Абаро». Плюс пары магазинов. Что за интерес?
— Да, так. — Янка неопределенно тряхнула головой. — А не официально?
— Дочка что ты! Не лезь. — вскинулась Марина. — Это страшный человек! Убийца.
— Тише. — бросил Мирон предостерегающе. — Объясни чем вызван интерес. Только не врать. — он обернулся к Кириллу. — Поиграй с братом Кирюша.
— Выкладывай. — Батя присел в кресло не сводя с девушки напряженного взгляда.
— Так нечего. — пожала она плечами. — Купить меня пытался.  Батя, у меня впечатление что его все боятся. Это так?
— Да. Есть такое дело. Крутит он кое какие дела… с начальником гарнизона. Артефактами приторговывает.
— Это понятно. — кивнула девушка. — С такой то крышей.
— Остальных торговцев они прижали, ясное дело. — продолжил Батя. — команду сколотил из цыган естественно. Мародерствуют в Зоне.
— Зора говорила у них в подвале пленники часто бывают. — задумчиво произнесла Янка.
— Не лезь в эти дела. — неожиданно повысил голос Батя. — Поняла? Занимайся кафе. И от Баро держись как можно дальше. — он отвел взгляд от удивленной Янки. — Не слышу ответа. — снова перевел на нее встревоженные глаза. 
— Поняла. — недоуменно ответила девушка.
 — Вот и умница. — Мирон поднялся с места и поцеловал Янку в макушку. — Ничего не бойся. — он вышел из комнаты.

Глава № 19


— Занят? — Янка прикрыла за собою дверь кабинета.
— Как видишь. — Стас отложил в сторону документы. Ее визиту он не рад. Инцидент с ключами задел его сильнее чем он ожидал. И с того момента он предпочитал обходить ее стороной. — По твоему вопросу ничего нет. Извини.
— Да ладно. — девушка не дожидаясь приглашения прошла к столу и присела на свободный стул. — Стас а что в городе происходит? — Янка старательно делала вид что не замечает стали в его глазах и плотно сжатых челюстей.
— Ничего. — он отложил ручку и поднял на нее глаза. — Хорошо выглядишь.
— Спасибо. — Янка небрежно кивнула. — Так расскажешь?
— Проблемы? — он кивнул на едва заметную под широким свитером кобуру с пистолетом.
— Нет. Ерунда. — она тряхнула головой смахивая непослушную челку с глаз.  Кто такой Баро?
— Хозяин небольшой гостиницы. — ответил мужчина отводя взгляд. — Чем вызван интерес?
— Ну.. так просто. — Янка обвела взглядом помещение. — У тебя тут уютно.
— Зуда твоих рук дело? — пристальный взгляд потемневших зеленых глаз не отпускает ее ни на секунду.
— Нет. — пожала она плечами. — Не моих. Ты не ответил на мой вопрос.
— Ответил. — от тона веет арктическим холодом. — Скажи своим людям пусть по норам сидят. — запнулся на словах «своим людям». Сколько она здесь? Месяц. А вокруг нее уже «свои люди». Что - то неприятно заныло в груди. Этого стоило ожидать. Не будет Янка довольствоваться работой в кафе. — Полкан лютует. Ищет тех удальцов что ему праздник сорвали.
— Баро тоже там был? — невинно поинтересовалась Янка.
— Был. — Стас невольно улыбнулся. — А очень нужно было фотографировать и … это в сеть выкладывать?
— Ну. — пожала плечами девушка. — Город должен знать своих героев.
— Смешно. — кивнул Стас. — Сразу видно на себе ты зуду не испытывала.
— А ты? — она равнодушно скользила взглядом по дорогой стильной мебели, картинам на стенах, задержала взгляд на открывшемся виде из окна: там, за маленьким городом раскинулась Зона.
— Не важно. — Стас проследил за ее потемневшим взглядом. — Хочешь выйти? Не надо. — с удивлением наблюдал за застывшей девушкой. На секунду ему показалось что перед ним лишь кукла. Безжизненная и бездушная. — Янка!
— Что? — она вздрогнула от неожиданности. — Чего ты орешь?
— Выйти спрашиваю хочешь? — он с тревогой вглядывался в ее глаза. — Сейчас не время. Не надо.
— Ага. — ответила она неопределенно. — Так что там с Баро?
— Ничего. — резко ответил он. — Чем вызван такой интерес? Что ты вообще творишь? Полкан носом землю роет… ищет этих веселых ребят, что зуду подбросили.
— Пусть. — пожала плечами Янка.
— Пусть? — Стас не сводил с нее глаз. — Пусть значит. Он весь город на уши поднял, охрану периметра ужесточил. Теперь не то что сталкеру.. кошке не проскочить.
— Бизнес страдает? — спросила жестко, поднялась с места и подошла к окну. — Тут твои люди целее будут. Говорят, там сейчас люди пачками гибнут. — она кивнула за окно.
— Они там всегда гибнут. — Стас пожал плечами, перебирая бумаги на столе.
— Одно дело расстаться с жизнью по собственной глупости, а другое у самого периметра от пули мародера. — в ее голосе не поубавилось стали. Янка по прежнему не сводила глаз с раскинувшейся вдали Зоны.
— Янка, чего ты хочешь? — он поднял на девушку глаза. — Всегда были ублюдки и отморозки промышляющие мародерством. Кого – то потеряла?
— Семен не вышел. Огнестрельное в спину у самого периметра. — она все так же задумчиво смотрела вдаль, где над проклятой землей медленно поднималось мутное марево.
— Еще немного и у тебя будет своя группировка. — хмыкнул Стас и перевел взгляд на распахнувшуюся дверь. — Привет дорогая.
— О, у тебя гостья. — Валерия прошла к столу и наклонившись поцеловала Стаса в губы. — Здравствуй Яна.
— Привет. — задумчиво кивнула Янка, взглянув на девушку. — Я пойду. Спасибо за помощь, Стас. — подхватила небрежно брошенную шубку на руки и вышла.
— Зачем она приходила? — Валерия устроилась на его коленях.
— По делу. — протянул Стас. — По делу.

Янка медленно спускалась по ступеням, разыскивая в телефоне нужный контакт. Уже у двери машины нетерпеливо поднесла маленький аппарат к уху. Длинные гудки неприятно резали слух. Трубку поднимать решительно не хотели.
— Да. — все же отозвался недовольный мужской голос. — Кому неймется? Весь кайф обломали.
— Мне. — Янка присела за руль и захлопнула дверь авто.
— Слушай, я… назовись для начала. — Тут таких я… как собак.
— Фу как некрасиво Чейз. — насмешливо ответила девушка. — Но давай начнем с начала. Привет Чейз это Янка. Помнишь меня? — в трубке повисло молчание.
— Янка? Миледи что ли? — уточнил мужчина недоверчиво.
— Она самая. — девушка кивнула будто он мог ее видеть. — Ты мне колечко должен.
— Ну, колечки я тут многим должен. — ухмыльнулся мужчина. — Не ожидал тебя услышать. Вернулась?
— Да. И мне нужна помощь.
— Завалить что ли кого? Так ты и сама вроде можешь. У тебя же папа боевой офицер.
— Могу. — спокойно ответила девушка. — Но сейчас мне нужна информация.
— Так Роланд землю носом роет. По твоему вопросу.
— Мне нужна информация о Баро и его темных делишках.
— Вот оно что. — протянул Чейз. — Нет. Ничем помочь не сумею. Извини. — он отключился. Осторожно положил телефон на тумбу, поднялся с постели, мельком бросив взгляд на спящую девушку. Подхватил пачку сигарет и вышел в кухню. Плеснул немного виски в бокал и закурил, щурясь от повисшего табачного дыма. Знал, что она вернулась. Знал, что рано или поздно позвонит и напомнит о себе. Не привык что бы его девушки забывали. Звоночек прозвенел, но ожидал он иного. Совсем иного. Интересно… она лишь немногим больше месяца в городе и уже интересуется Баро. Шустрая такая девочка.