Серость в крапинку. Глава 45

Глава 44 здесь http://proza.ru/2013/08/12/1651

«Размещение водки на нижней полке холодильника весьма удобно для последующего ее извлечения оттуда существами лилипутского роста, но бробдингнежского интеллекта», – думал Жорик, пытаясь вытащить бутылки с полки и удержать их в обеих лапах. Перед самым побегом от Бабы Яги он «перечитывал почти в оригинале» «Гулливера», и теперь, когда он стоял – пусть и на задних лапах – перед почти двухметровым холодильником, именно ассоциации со свифтовскими персонажами пришли ему на ум.
 
Вдруг взгляд его остановился на баночке с медом, на передней этикетке которой была нарисована пчелка на фоне солнышка. Жорик вернул на место водку, достал баночку и с подозрением осмотрел ее со всех сторон. На этикетке, что была прилеплена сзади, помимо информации о питательных свойствах продукта, было указано и место производства – Город счастья.

– Не понял, – сказал кот, подходя к Игорьку и показывая ему мед. – Нас все-таки завербовали?
– Ой! Я и забыл про него! – ойкнул Игорек. – Нужно было добавить его в ультрамальвин для сладости.
– Ты мне зубы не заговаривай. Сознавайся, завербовали или нет, – потребовал признаний Жорик.
– Нас – нет, – сознался Игорек, – но других – вполне возможно. 
– Ну, это пока. Таких мягкотелых и слабодушных личностей, как Вы, Игорь Алексеевич, охмурить пара пустяков. Потом ищи-свищи Вас в тайге среди туземных белок и безумных туземцев.

Жорик был очень недоволен находкой в холодильнике. Чутье ему подсказывало, что она может таить в себе опасность необходимости отправиться в Сибирь, куда ему совершенно не хотелось.
 
– Короче, попойка откладывается, – заявил он. – Я Вам не декабрист, и даже не жена декабриста, и не сибирский кот мерзкой пушистости. Я не хочу в Город счастья. Я не хочу стонать, как провода, и кататься на поезде, который мчится в сибирские морозы.* Я пошел искать компромат на «Апис» и не сомневаюсь, что найду его.

И кот удалился в комнату. Игорек выждал минутку и открыл холодильник, опасливо оглядываясь. Водка – кстати сказать, тоже на меду, о чем говорило ее название – «Пухтинка» – пошла хорошо с ультрамальвиновой жижей. Через десять минут почти задремавший над рюмкой Игорек был разбужен котом.
 
– Кот порылся, где надо. Кот нашел компромат, – сказал серьезно Жорик, не обращая внимания на пустую, пахнущую алкоголем посудину перед хозяином. – Наша версия о сектантах, кажется, подтверждается. Причем дело серьезнее, чем мы думали: это не просто продуктовая секта, а самая настоящая религиозная.
 
Игорек зевнул.

– Пчела сейчас залетит, – попытался напугать его кот.

Игорек поспешно сомкнул челюсти.

– Я продолжаю?

Игорек кивнул.

– Итак, вот что мне удалось нарыть. Рой пчел является символом мормонов. Надеюсь, не нужно объяснять, кто это такие.

Игорек кивнул в знак осведомленности.

– Таким образом, наши потеряшки могли отправиться не в Финляндию, а в Америку – конкретно, в Юту, пройдя предварительный ритуал инициации в Академгородке под Старосибирском. Я уверен, что Город счастья – это законспирированное название Академгородка.

Тут Игорек, несмотря на свое сонное состояние, решил возразить, потому что версия Жорика показалась ему лишенной логики.

– Маловероятно, чтобы американцам позволили заниматься религиозной пропагандой в Академгородке и тем более – использовать его как перевалочный пункт для отправки новообращенных адептов в Юту.

Жорик сразу же опротестовал мнение хозяина, заодно обнаружив свое знакомство теперь уже с творчеством Дефо:

– Не говорите глупостей. Это забытое властью место. Если бы не микрофинансовая помощь американцев, все ученые уже давно бы превратились в робинзонов в лучшем случае.
– А в худшем? – поинтересовался Игорек.
– В пятниц, – уверенно сказал кот. – Помощь из-за океана не дает полностью деградировать ученым, но и не дает им эволюционировать. В них поддерживают такой уровень неопределенности существования и неудовлетворенности своим нынешним положением, который при сравнении с обещанной заокеанской сладкой жизнью, на которую им постоянно намекают, определенно меркнет. Поэтому многие действительно уезжают, а на их место вербуются новые жертвы.
 
Игорек как-то опять засомневался.

– Ты думаешь, все пропавшие из Сержова были ценными учеными или хотя бы бесценными?
– Нет, разумеется. Более того, я уверен, что они были вообще личностями довольно серыми по сравнению со мной.
– Зачем же они тогда американцам? При чем тут тогда наука?

Жорик недовольно поморщился.

– А ни при чем. Все ученые уже оттуда уехали. Американцы долго искали место с самой высокой концентрацией людей, недовольных жизнью в России, чтобы было удобно сразу отсылать большие их партии к себе, и нашли его в среде трудящихся Академгородка. Постепенно их всех переправили, оставив парочку доцентов для дальнейшей менеджерской деятельности. Но поскольку им изначально были нужны не ученые, а йэху, – кот вдруг опять вспомнил про Свифта, – для работы дворниками, таксистами и т.д. и т.п., – этого, разумеется, они ученым не сообщали, – то и сейчас никакой потребности в ученых не имеется, а имеется  потребность в дешевой рабочей силе, на роль которой вполне подойдут и сержовцы. Представители обоих полов примерно в равных пропорциях приветствуются в целях последующего размножения для обслуживания все больше жиреющих американцев.
– В таком случае не лучше было бы сменить место для работорговли? Отсылать людей в Сибирь, чтобы оттуда отсылать в Америку…
– Не лучше, – перебил Жорик. – Во-первых, логистическая схема уже отлажена, а создавать новую затратно. Во-вторых, чем дальше от столицы, тем меньше внимания центральной власти к тому, что происходит в провинции. Власть полагает, что с удалением от МКАД вероятность разумной жизни стремится к нулю. В-третьих, что самое главное, из Академгородка очень быстро доставлять йэху на обратную сторону Земли: еще в советское время ученые-геофизики прорыли тоннель через недра планеты прямо в США, чтобы подворовывать там запчасти для своих механизмов, которые не выпускались отечественной тяжеленькой промышленностью. 
– Это ты все почерпнул в Интернете? – спросил Игорек.
– Меньшую долю, а бОльшую дедуктивно додумал, – ответил кот.
– Досочинил, значит, – по-своему понял кота Игорек, – дофантазировал.
– Не хочешь – не верь. По крайней мере, мои фантазии не отдают спиртом, – обиженно произнес хвостатый Холмс, недвусмысленно посмотрев на рюмку. – Хотя если Вас не устраивает такая версия, могу предложить более правдоподобную. Правда, что-то в горле пересохло.

* Жорик почти цитирует известный хит Владимира Кузьмина «Сибирские морозы»

Глава 46 здесь http://proza.ru/2014/07/30/1698