Круг. Часть - 3

               
                КРУГ
                Часть III    
               
                (О богах и дружбе врагов)    


            Аид, задумавшись, смотрел на свод тронного зала. Разукрашенный облаками по тончайшей паутине ткани и подсвеченный масляными лампами с обратной стороны – свод сиял «настоящим» небом.
            Удобно расположившись на троне и погрузившись в мысли, он не замечал Япета, смотревшего на него искоса, с иронией.

             Аид был старшим сыном великого Царя титанов – Кроноса. Он был первым из сыновей, замурованных в пещерах Тартара. Пробыл в них Аид больше всех своих братьев вместе взятых. Прожив в каменных сводах с младенчества, другой жизни он не хотел. В делении мира он с радостью принял от Зевса подземное царство на условиях, что все недостойные души по смерти будут его рабами. Только с виду он укорял Зевса в несправедливом делении. Свет солнца его не радовал, другое дело –  души!.. Как он хотел иметь свою Империю! Неделимую, в своих руках! Преклонение только ему – и никаким богам больше! От силы молитв мертвых он наполнялся мощью, божественностью, абсолютом! Наплевать, любят его подданные или боятся. Да и как посмотреть, какая из молитв сильнее – собранная из страха и боли или из любви, что от сердца.
             Своего отца Кроноса он считал исчадием мрака и ужаса. В его темницу бог Мертвых не ходил. Он убил бы отца с радостью, но как можно убить бессмертного? Как и брат Зевс, Аид прочно связан с чужим бессмертием. Однако Кронос не единственный бессмертный в Тартаре. Япет, отец Прометея, равно как и сын, был прикован.

            Массивная цепь, кованная богом-кузнецом, держала бессмертного за щиколотку. Железный клин, к которому крепилась цепь, вбит в базальт пола главной залы царства мертвых. Аид поместил его сюда с умыслом – он любил общение с ним. Видел он ненависть Япета и к себе, и к Зевсу, но видел и его прозорливый ум, к которому он часто обращался за советом.

            Япет был единственным существом, кроме Цербера, к которому он  питал любовь и уважение. Да и ненависть Япета, в конечном итоге, просто дань традиции, сложившейся из отношения бессмертных к богам Олимпа. В остальном,  это усталый от жизни добряк-великан.
             Круг, по которому Япету было разрешено ходить, определен длиною цепи. За долгие века базальтовый пол в границе круга изрыт бороздами от железа звеньев. Там же, в кругу, стояло ложе и стол со скамьёй, на которой старший из бессмертных сейчас сидел и наблюдал за расположившимся на троне Аидом.  В ногах бога царства мертвых на мягком, с длинным ворсом ковре лежал верный трехглавый Цербер.
             Почувствовав на себе взгляд, Аид посмотрел на бессмертного. Он успел разглядеть смешинки в его глазах. На лице бога застыл вопрос.

             –  Мне понятна твоя боль.

             Япет нарочито тяжело вздохнул и стал серьезным.

            – Свет лампы – не солнце, а тряпки – не небо. Другое странно: видеть тебя задумчивым, ведь ты всегда был уверен в себе. Что-то случилось. Так?

             Сегодня Аид не был расположен ни к словесным баталиям, ни к философии. Винить Кроноса в любви Аида к темноте, к чему всегда клонил Япет, пустое дело. Властелин подземелий взял с рядом стоявшего стола кубок с нектаром и, сделав глоток, встал с подушек трона.

            – Ты хочешь общения? – спросил бог мертвых, без страха войдя в изрытый бороздами круг. – Выпей!

            Кубок он поставил на стол у самой руки Япета, но тот не шевельнул и мускулом, продолжая с интересом наблюдать за Аидом.

           – Ты прав. Вопрос мучает. Зачем Зевс послал к твоему сыну – своего? Ужель не знает ответа титана? Или есть надежда?

           Япет сжал губы. Он не любил говорить о Прометее. Да, может, и есть в нем отеческая любовь, но он не мог простить младшему из бессмертных того, что людям он смог дать больше, чем благодать огня, – собственную свободу. Смог пойти наперекор громовержцу! А вот спасти отца родного, которого помог загнать в этот могильный склеп… И кто люди?!! А кто ОН?!

           – С кем был он? – спросил он Аида.

           – С тем, кто больше всех боится гнева отца.

            Япет улыбнулся.

           – В горах с армией поэтов и художников?

            Титан взял кубок.  Сделав глоток, поставил его на угол стола.

        Шелестя полами длинной тоги, Аид вернулся к трону и, водрузив на него свое большое тело, сказал:

            – Нет. С ним был младший брат.

            Услышав сказанное, Цербер поднял ближнюю к богу голову и радостно заскулил. Увидев настроение пса, Япет с презрением плюнул на базальт пола.

            – Этот заносчивый юный пьяница и любитель женской ласки был с ним? Удивил. …Он-то что в горах забыл?

            Аид ласково посмотрел на трехглавого.

            – По-омнит дары юноши, любит оного… Не знаю. Орел увидел в глазах Диониса слезы. А еще – раны Прометея были удивительным способом заживлены. Не кровоточили, как обычно, выглядели одним свежим рубцом. …Ничего не понимаю.

            – То мягкотелый Аполлон украдкой мстит отцу. Что тут непонятного?

            Бог Царства Мертвых задумчиво покачал головою.

            – Тогда бы слезы были на глазах не у Диониса.

            – Как знать. Аполлон завидует Дионису. Что сходит с рук младшему, непростительно всем остальным богам. Ревность к отцу. Не думал об этом?

            Аид услышал то, о чем думал сам. Чтобы не выдать себя блеском глаз, он нагнулся и почесал Цербера за ухом. Тут же поднялись другие головы пса, замерли, ожидая ласки, но…

            –  Мне кажется, есть шанс вступить в игру. Сердцем чувствую. Юноша жаждет пополнить мою армию мертвых. И… нуждается в моей доброй помощи. Чую его заботу. Вот Папа – несущий молнии…  Как с ним уладить?

              В первый раз за прошедший день Аид улыбнулся.

               – Зевс шумный в громе, но добрый к младшенькому.  Верно. Дионис не знает, как он вольет в меня силы – тысячами мертвых душ. А до поры пускай нежится под лучами солнца! Оно яркое, горячее! Славит великие тщеславия и сушит глупые головы. Мне пора. Если хочешь, я принесу со своего стола еду. Сделать это?

            – Лучше издохну с голоду, чем возьму у тебя хлеб! – гордо сказал титан и отвернулся.

            – Да-а, ты такой. Как знаешь, – согласился Аид.

          Сдвинув стол, он поднялся с трона.

           – У нас дела. В малом зале ждут новые души. Сегодня принимаю флибустьеров с утонувшей триеры. Их капитан имел неосторожность напасть на финикийский боевой корабль, шедший под торговыми флагами франков. Занятная история, после расскажу. Мне в интерес разбойники, и Церберу забава. Пойдем, трехглавый. 

           Почувствовав настроение хозяина, пёс, лениво помахивая хвостом, встал рядом. Аид с сожалением глянул на полупустой кубок с нектаром, взял из вазы розовобокий персик и пошел к парадным дверям. Япет с напускным равнодушием проводил их взглядом. Вскоре шаги бога Царства Мертвых и его верного пса стихли за тяжелой дверью.

           Титан тихо встал. Чтобы не греметь цепями, он поднял их и подошел к железному клину, который держал его оковы. Почувствовав тревогу, он прислушался к посторонним шумам, коими были наполнены связанные пустотами своды подземелья, но ничего подозрительного он не услышал. Бессмертный осторожно потянул за звено. Цепь с тихим скрежетом железа о камень вытянула клин из глубины базальта.

              Япет ещё раз посмотрел на двери. Успокоенный тишиной, титан перекинул тяжелый клин через плечо и подошел к трону. Первым делом он хлебнул нектара прямо из горла кувшина, а потом тихо взобрался на мягкие подушки и, дабы не тянуться, пододвинул к себе стол с яствами.


             ...Прижав палец к губам, Аид дал знак Церберу, чтобы тот своим громким дыханием не выдал их. Увидев в щели двери, как Япет удобно расположился на его троне и по-хозяйски налил в кубок нектара, бог улыбнулся и тихо удалился…