5-4 Филипп II и Нидерланды

5-4. Филипп II и Нидерланды

Нидерланды благодаря своему географическому положению имели в описываемое время такое же значение, какое прежде имела Италия, и были самой богатой торговой и промышленной страной Европы. Города здесь процветали издавна, и следствием подъема денежной силы стало её столкновение с силой земельной – богатых горожан с землевладельцами-дворянами. Борьба фландрских городов (во главе которых стоял Гент) с графом Фландрским принадлежит к числу важнейших событий средневековой истории. Её причина заключалась в том, что горожане, разбогатевшие благодаря торговле и промышленности и почувствовавшие свою силу, не желали по первому требованию правителя расставаться с заработанными деньгами и стремились ограничить его поборы. Эти конфликты продолжались и после того, как Нидерланды перешли по наследству к герцогам Бургундским, а от них – к Габсбургам.

При Карле V, в 1537 году, жители Гента, и именно самые богатые и знатные, отказались платить налог на войну с Францией. Вскоре в Генте вспыхнул мятеж, типичный для богатых вольных городов: беднейшая часть населения, ремесленники и подмастерья, восстали против «лучших людей», захватили власть и начали их преследовать и казнить. Тщетно Карл пытался успокоить город мирными средствами. В 1540 году он вынужден был явиться под стены Гента с войском. Город не посмел сопротивляться и откупился огромной контрибуцией, потеряв часть своих привилегий. После этого в Нидерландах до вступления на престол Филиппа II было спокойно.

Как при Карле, так и при его сыне, Нидерланды управлялись наместниками (или, чаще, наместницами) из числа членов правящего дома. При наместнике существовал Государственный совет, состоявший из знатнейших дворян, прелатов и ученых-юристов. Генеральные штаты (собрание представителей провинций) созывались редко, поскольку каждая из 17 провинций составляла почти отдельное целое со своими собственными штатами, а каждый город имел свой магистрат. Помимо деления на провинции, Нидерланды резко делились на две части – Север и Юг. В населении севера преобладал германский элемент (фламандцы и голландцы), на юге – кельтский (валлоны). Землевладельческая аристократия на юге была гораздо сильнее, чем на севере, где большую роль играли города. На севере быстро распространился и стал господствовать протестантизм (кальвинизм), тогда как юг в массе оставался верен католицизму. Это разделение сыграло решающую роль в дальнейших событиях.

Для Карла V Нидерланды были любимой родиной. Когда он впервые прибыл в Испанию, его окружали нидерландцы, которым он явно отдавал предпочтение перед испанцами, что и вызвало недовольство последних. При Филиппе II мы видим обратное: Филипп, истинный испанец, был совершенно холоден к Нидерландам. Он появился там, окруженный испанцами, что оскорбляло нидерландскую знать, привыкшую при Карле к иному отношению. Особенно не сложились отношения у Филиппа с Вильгельмом, графом Нассауским, принцем Оранским.

Вильгельм Оранский не отличался блестящими военными или ораторскими талантами, но был умён, спокоен, холоден, дальновиден и настойчив. К религиозным вопросам он был равнодушен и готов был менять веру по политическим расчетам. Сосредоточенный в себе, молчаливый (это было его прозвище;), твердый, не увлекающийся при удачах и не падающий духом при неудачах, он умел внушать доверие в смутное и опасное время. Будучи близок к Карлу V, он с первого раза не сошёлся с Филиппом: оба сосредоточенные, молчаливые, они подозрительно взглянули друг на друга и взаимно оттолкнулись.

Филипп II думал одну мысль – уничтожить ересь сначала во всех своих владениях, а потом и во всей Европе. В Испании это было легко, трудно – в Нидерландах. Но для Филиппа не существовало трудностей. Он назначил наместницей свою единокровную сестру Маргариту Пармскую. Однако реально всеми делами заправлял её советник, кардинал Антуан Перрено де Гранвела – умный, даровитый и трудолюбивый человек незнатного происхождения, обязанный своим возвышением Карлу V и его сыну. Гранвела был беспредельно предан королю. Его деятельность сильно оскорбляла нидерландскую знать, желавшую управлять страной самим. Во главе оппозиции встали принц Оранский, граф Эгмонт и граф Горн.

Началась борьба. Филипп уступал вельможам там, где мог, но в одном уступить не мог – в искоренении ереси. Для этого он решил увеличить число епископов в Нидерландах с четырех до четырнадцати, причем папа уступил королю право их назначения. Эта мера вызвала сильное недовольство, так как усиливала королевскую власть. Кроме того, для содержания новых епископов упразднялись богатые аббатства, и дворяне лишались возможности выгодно пристраивать туда младших сыновей. Другой причиной всеобщего ропота был постой испанских войск.

Ненависть к Гранвеле росла. В 1562 году Оранский, Эгмонт и Горн объявили, что не будут присутствовать в Государственном совете, пока Гранвела остается его членом, и покинули Брюссель. Гранвела был отозван в Испанию. Однако Филипп не думал отказываться от борьбы с ересью: он потребовал введения в Нидерландах постановлений Тридентского собора и учредил инквизицию.

Тогда, в 1566 году, несколько дворян под предводительством Филиппа ван Марникса, сеньора Синт-Альдегонде (солдата, богослова, оратора и поэта), составили союз и поклялись вооруженной рукой защищать страну от инквизиции. Это был Компромисс – первый шаг к отложению Нидерландов. В том же году толпа дворян из северных провинций явилась во дворец наместницы и с шумом предъявила свои требования. Когда один из приближенных правительства презрительно назвал их «гёзами» (нищими, голытьбой), недовольные с гордостью приняли это имя для своей патриотической партии.

Вслед за этим поднялись протестанты, ожесточенные инквизицией. Они напали на церкви, начав с великолепного Антверпенского собора, и уничтожили в них изображения святых и всю церковную утварь (иконоборческое восстание). Множество произведений искусства погибло от рук «новых вандалов». Эти буйства нанесли сильный удар делу протестантизма и гёзов в Южных Нидерландах, где большинство населения оставалось католическим. Маргарита Пармская получила возможность собрать войско и подавить иконоборцев. Филипп II направил в Нидерланды крупные военные силы во главе с герцогом Альбой, известным своей жестокостью. Альба вступил в страну, и Маргарита, лишенная власти, удалилась.

Альба стал распоряжаться в Нидерландах как в завоеванной стране. Он учредил чрезвычайный трибунал – «Совет по делам о мятежах», прозванный народом «Кровавым советом». Начались массовые казни. Графы Эгмонт и Горн, несмотря на свои заслуги, были схвачены и обезглавлены на главной площади Брюсселя. Вильгельм Оранский с братьями успел бежать в Германию. Тысячи протестантов, спасаясь от преследований, бежали за границу – в Англию, Францию, Германию. Из этих беглецов на море образовалось подобие казачества – «морские гёзы». Их многочисленный флот быстро стал грозной силой для испанцев и их колоний и послужил основой будущего могущества Голландской республики.

Вильгельм и его брат Людовик собрали в Германии войско, но оно не могло соперничать с лучшей армией Европы – испанской. Альба разбил Людовика наголову. Однако он совершил роковую ошибку, затронув интересы южан-католиков. Нуждаясь в деньгах, он ввел новые налоги по испанскому образцу: 1-й, 5-й и 10-й проценты с торговых сделок и имущества. Купцы и промышленники закрыли лавки, и грозный Альба оказался в затруднительном положении, вынужденный отменить самые непопулярные налоги.

Тем временем на севере дела для Испании шли всё хуже. Морские гёзы усилились и в 1572 году разбили испанский флот. На суше испанцы продолжали побеждать, но на море терпели неудачи. Вильгельм Оранский, провозглашенный в 1572 году на собрании в Дордрехте штатгальтером (наместником) четырех провинций – Голландии, Зеландии, Фрисландии и Утрехта, упорно сопротивлялся. В конце 1573 года Альба был отозван; он сам писал королю: «Народная ненависть ко мне сводит на нет все мои меры».

Преемник Альбы, Луис де Рекесенс-и-Суньига, пытался действовать примирительно, но встретил сопротивление Оранского, который видел, что для него невозможно примирение с Филиппом, и потому стремился к полному разрыву с Испанией. Для укрепления связи с протестантским севером Вильгельм перешел из католицизма в кальвинизм. Война продолжалась с переменным успехом. Испанцы выигрывали сражения на суше (гибель брата Вильгельма Людовика), но терпели неудачи на море и при осадах городов. Героическая оборона Лейдена (1574), жители которого выдержали жестокий голод, стала одним из ярких эпизодов борьбы. В награду за мужество лейденцы получили от Генеральных штатов право основать университет.

В 1576 году Рекесенс умер. До прибытия нового наместника управление перешло к Генеральным штатам, но их власть признавали только на юге. На севере же правил Вильгельм Оранский, формально еще признавая короля. Испанские солдаты, не получая жалованья, взбунтовались и подвергли страшному разграблению Антверпен («Испанское бешенство»). Вильгельм воспользовался этим, чтобы объединить север и юг. В ноябре 1576 года было заключено Гентское умиротворение: все провинции договорились совместно изгнать испанцев, признавая при этом власть Филиппа II. Однако южные провинции оговаривали сохранение католицизма.

Филипп II назначил наместником победителя при Лепанто, дон Хуана Австрийского. Штаты согласились признать его лишь при условии признания Гентского умиротворения и вывода войск. Дон Хуан уступил, и король подтвердил это, объявив всеобщую амнистию. Но Оранский упорно отказывался от примирения, и южане ему не доверяли. Война возобновилась. Штаты искали союзников, приглашая то эрцгерцога Матвея (брата императора), то герцога Анжуйского (брата французского короля), но те не могли оказать реальной помощи.

В 1578 году дон Хуан умер. Его преемником стал талантливый полководец Александр Фарнезе, герцог Пармский, сын бывшей наместницы Маргариты. Он искусно воспользовался противоречиями между югом и севером. Демократические движения в южных городах (Генте), враждебные дворянству и католицизму, и гонения на католиков на севере оттолкнули южную знать от Оранского. В 1579 году южные провинции (Артуа и Геннегау) заключили отдельный союз (Аррасская уния) и признали власть Филиппа II. В ответ северные провинции в том же году оформили свой союз – Утрехтскую унию, положившую начало независимому государству.

Главный вдохновитель этого союза, Вильгельм Оранский, в 1584 году был убит подосланным агентом Филиппа II, французом Бальтазаром Жераром. Северные провинции провозгласили его 19-летнего сына Морица Нассауского штатгальтером и главнокомандующим. Александр Фарнезе тем временем упрочивал испанскую власть на юге: Гент сдался в 1584 году, после двухлетней героической осады пал и Антверпен (1585). Протестантам было предложено либо вернуться в католичество, либо покинуть страну. Более 100 000 человек, в основном богатые купцы и ремесленники, переселились на север, перенеся туда свои капиталы и навыки. Амстердам, принявший многих антверпенцев, быстро стал новым торговым центром вместо Антверпена.

Северные провинции продолжали войну с помощью Англии. В 1590-х годах, когда Александр Фарнезе был отвлечен войной во Франции, возмужавший Мориц Оранский, проявив выдающийся полководческий талант, одержал ряд блестящих побед и очистил от испанцев всю территорию северных провинций.

В 1592 году Александр Фарнезе умер. Его преемником стал эрцгерцог Альбрехт Австрийский, женатый на дочери Филиппа II. Испанский генерал Амброзио Спинола сумел взять крепость Остенде после трехлетней осады (1601–1604). Эта война уже велась после смерти Филиппа II (1598). Его сын Филипп III унаследовал тяжелую и разорительную войну, конца которой не было видно. К тому же Испания была не в силах вести две войны сразу (в Нидерландах и в Германии, куда стремился Спинола). Северные провинции, потеряв помощь Англии со смертью Елизаветы I (1603) и опасаясь усиления Морица Оранского, также желали мира.

После долгих переговоров в 1609 году было заключено Двенадцатилетнее перемирие. Испания, по сути, признавала независимость Соединенных провинций, согласившись вести переговоры с ними как со «свободными государствами». Этот год считается датой рождения независимой Республики Семи Соединенных Нидерландов, которую чаще называют Голландской республикой.

; Молчаливый (лат. Taciturnus) было его прозвищем при дворе.