Говорящая фамилия

- Осспади! Одни турки!

Дама была увешана бриллиантами, как манекен в ювелирной лавке в старинном еврейском районе Леопольдштадт, жители которого иногда склонны  предпочесть количество качеству.  Для присутственного места (отдела по делам иностранцев районного магистрата) это был некоторый перебор. Честно говоря, это  было бы перебором  даже для Венского бала. 

Дама сияла огнями, как новогодяя елка. Ее спутница, судя по всему, адвокатесса, сдержанно посверкивала скромными солитерами, удачно совмещая оба стиля: деловую строгость в костюме, приличествующую члену местной адвокатской гильдии,  с бриллиантами, без которых клиенты уважать не будут.

Роль турок в меру отпущенных талантов исполняли филиппинка с младенцем, арабское семейство, две хорватские пары и моя жена.

- Осспади! – сказала сияющая дама, оглядевшись, - вот в Англии!..

В Англии, как ей было доподлинно известно, присутственные места были  не в пример больше, чище, шире, удобнее, нежели то, куда ее закинула жестокая судьбина.

Ее спутница осторожно кивнула.

Тишина была недолгой.

- Осспади! –  воскликнула  страдалица. –  Что же это получается? Они что, вот так будут путаться под ногами?! Вот в Англии...

Далее последовал рассказ о чудесных английских частных школах, избавляющих родителей от путающихся под ногами чад на неделю, а самые лучшие – даже на полгода. Дама-адвокат вздохнула и согласилась, что требование австрийских интернатов, чтобы их воспитанники хоть  чуть-чуть изъяснялись по-немецки,  пусть и законно, но все-таки не очень гуманно.  Жена подумала, что солитеры достаются местным законникам нелегким трудом.

- Осспади! – вскричала дама в брильянтах. – Но почему, почему этот идиот не выбрал Англию?

Спутница, гонорар которой, очевидно, оплачивал неведомый идиот, благоразумно погрузилась в бумаги. Жена подумала, что у идиота вообще проблемы с выбором.

- Осспади! Смотри,  по одному вызывают!  Вот в Англии...

Но моей жене-англоманке, чья  англомания подвергалась нежданному испытанию, так и не довелось узнать, каким образом в этой волшебной стране посетителей приглашают в кабинеты. Из двери,  у которой дожидались приема дамы, вышел служащий  и сверяясь с бумажкой, с величайшим тщанием, по слогам произнес:

- Фрау Бородавкина!