Путешествие из Украины в Россию. Часть 2

Минут через двадцать наша «непредсказуемая дама» из навигатора вывела нас точнехонько к месту назначения.  Внучки с зятем встречали на дороге.  Две минуты и мы дома. Охи-ахи, кутерьма, сели за стол и тут…
Бах, ба-бах!!! Я подскочила. Первая мысль: «Где подвал? Куда бежать?» - А «взрывы» продолжали раздаваться с определенной частотой. Смотрю, муж тоже насторожился. Детвора сидят спокойно, разговаривают, смеются.  И вдруг залпы!
- С автомата стреляют! – Муж говорит:
- Нет, одиночными, - смотрю, детвора со смеху покатываются.
- Родители, это яблоки падают и фейерверк запускают, - ну, кто к чему привык. Дня два от каждого упавшего яблока подпрыгивала. Как уж тут не согласиться с нашим, теперь уже любимым выражением -  «кто не скачет, тот маскаль».  «Маскали»  сидели тихо и спокойно, а мы скакали так, что скамейка трещала.
Ремонт машины занял весь следующий день. Мужики куда-то ездили, что-то искали, Митрофанович с кем-то договаривался о ремонте.

Меня это интересовало мало.

У меня была своя программа. Ко мне в гости приехал мой бывший сосед и одноклассник Серега.
Не виделись мы почти сорок лет, как он уточнил:
- Не прибавляй,  тридцать девять, - конечно, год это очень существенная разница!

Звонок,  и мы с дочкой пошли на околицу встречать Серегу. Я, как полагается, приодела новый халатик, губешки помадой наквасила. Ну, думаю, сейчас фурор произведу. Красавишна, совсем не изменилась (за тридцать девять-то лет).  Первая Сережкина фраза меня просто «убила».

- Блин, я бы тебя не узнал. Вот это ты! – Кивок в сторону дочки:
- Один в один. Ты ж темная была, а сейчас белая. И…  Не, не узнал бы.

Да понятно, мог бы и приятное женщине сделать,  сказать, что этакая «лебедь белая» встречать его выплыла. Хотелось, как в детстве схватить веник и огреть его по спине. У нас, кстати, было любимое занятие носиться по квартире с вениками и друг друга лупить. Это в десятом-то классе!

Вернемся к «нашим баранам». Сережка тоже изменился. Стал этаким «узбекским ханом»  с колоритными узбекскими словечками. Протрепались мы с ним часов семь.
Всегда удивляюсь, сколько бы лет не прошло, а встреча с одноклассниками  напрочь вычеркивает годы, которые прошли от и до. По-большому  счету прошел  огромный кусок жизни и, по сути, мы все абсолютно чужие люди, но при встрече годы куда-то убегают и остаются все те же,  девочки и мальчики, которые были когда-то давно, в школе.
 
Вспомнили одноклассников, выслушала его хвалебные оды в адрес жизни в России. Показала Маринкину фотографию и получила очередной «комплимент»:

- Девки, куда вас несет? – Хотелось ответить:
- Мальчики, а вас-то куда? Орлы, вы наши облысевшие и располневшие. – Но так, как я «девушка» тактичная, только хмыкнула: «Ну-ну».

Встреча, как говорится, прошла на высшем уровне.   Расстались мы на обещании, что  в следующий раз обязательно посетим  Сережкины хоромы.

Серега уехал, а мы с детворой пошли посмотреть деревню, где они остановились. Ну, что вам сказать, размер и размах меня просто поразили. Протяженность поселка более пяти километров.  Назвать Новую Таволжанку деревней или селом, после того, как я прошлась по улицам, просто не поворачивается  язык. Вполне современные дома, встречаются двух и четырех этажные здания. Шикарные,  не побоюсь этого слова,  дворец культуры и школа. Красивейший храм и огромный супермаркет.  Сосновый бор, где спрятался детский сад и «крутые» особняки, напомнили мне наш Святогорск. Вокруг сады и две реки Нежиголь и наш Северский Донец. Места – сказка. Насколько я любительница огромных мегаполисов, но местный колорит привел  в неописуемый восторг. Бегала с фотоаппаратом и щелкала цветочки, лягушек, закат, яблоки – все,  на чем останавливался взгляд.

 
Теперь немножко истории.
На влажных лугах,  окутанных густорастущим кустарником, растет травка. Травка-муравка. Называется она таволга. Красивые желто-белые цветы похожи на метелки и пахнут медом. Не зря в народе их называют  медовницами. Так вот,  давным-давно, году этак в 1508  проезжала в этих местах дружина русичей. Увидели они земли красивейшие: темный бор лесной, а вокруг речка вьется да не одна: две соединяются Сверский Донец да река Нежиголь. Песчаные островки да поляны переплетаются. Земли стоят нетронутые, рукой хозяйской невспаханные. И решили они здесь поселение строить. Назвали его Таволжанкой в честь травы таволги. Помогала им  эта травка, лечила от разных недугов: корнями в голодные годы кормила – крахмалистые они очень, суп вкусный получается, от простуды и немощи лечила, пчелы нектар собирали да таволжан медом кормили.   
Обосновались русичи. Вошли в состав государства Московского и стали приграничной зоной. Воевали воины. Натиск крымских татар сдерживали. Сражались не на жизнь, а на смерть. Ногайские татары их беспокоили да войска польско-литовские.

Прошло какое-то время.  Стали сюда беглые крестьяне стекаться. Земли богатые, плодородные. Вот и селились здесь, семьями обзаводились. А еще, много земель раздали чиновники воинам Белгородского полка, которые эти земли от татар защищали. Так и стало неофициальное поселение – слободой. И было впервые зарегистрировано в ревизских книгах Московского государства  в 1669 году.
С 1825 года основным владельцем этих земель был надворный советник, подполковник, получивший эти земли за верную службу, Стефан Григорьевич Жуковский.

В Белом Колодце Волчанской губернии он скупил несколько семей крепостных крестьян и расселил их вдоль реки.
Население слободы возросло почти вдвое. Крестьяне сеяли рожь да пшеницу,  лен да коноплю. Зерно получали, цепом его молотили,  мололи да хлеб пекли. А лен и коноплю мочили да пряжу пряли. На ткацких станках полотно ткали да в город на базар отвозили. Так и жили. Плохо ли, хорошо ли?
Пришла Стефану в голову, идея бредовая – заводик  построить. Да не просто заводик, а сахарный. Надо, вам, сказать Стефан приложил все усилия, чтобы стал его завод самым прогрессивным и воплотил все достижения того времени.  Жил себе Стефан, поживал, да как-то, надумал тот завод продать.  Имение новым хозяевам предложил, а сам в город подался.

Купили  имение и завод четыре брата:  Василий, Николай, Дмитрий да Петр. А вышли они из древнего рода Боткиных. Старинный русский род тот был, берет он свое начало еще с конца пятнадцатого века. Переселился их предок из города Торопец в Москву, выучился торговому делу. Так и пошло: от отца к сыну, от сына к внуку науку ту передавать. Так вот, Петр Кононович Боткин в 1802 году зарегистрировал фирму, которая торговала, чаем,  да и попал, как говорится, в струю. Стала его фирма крупнейшим торговым предприятием, много у неё было отделений по всему миру, даже в Монголии и Китае отделения открыть умудрились!
А, что самое главное в чаепитие? Хороший кусок сахара. Возьмешь его в руку, языком лизнешь, зубами кусочек откусишь да горячим чайком запьешь.  Красота!
Вот и решили сыновья Петра к чайку, да сахарок прибавить. Организовали торговую фирму «Петра Боткина Сыновья» и прибрали заводик к рукам.
Да только население Таволжанки от того  в накладе не осталось. Провели братья на завод электричество. Про служащих не забыли. Засияли в квартирах лампочки, конторы и больницу, да экономии осветили. Водопровод провели из артезианского колодца.  Молодцы были ребята, чтобы природу не загрязнять  -  отстойники выстроили. Школу построили, библиотеку, по тем временам, богатейшую сделали. Тысяча пятьсот томов книг в ней было. Сад яблоневый заложили.  Земли,  непригодны к земледелию, соснами засадили. До сих пор в селе сосновый бор есть, а в нем уютно прячутся дома. И «детки» яблонь тех растут. Вообще, надо вам сказать, еще с детства помню яблоневые сады. Приезжали к бабушке в гости и родители, непременно, нас водили в яблонево-грушевые сады. Ох, и вкусные же там яблоки были!!!

Да, чуть не забыла. В Таволжанке частым гостем был поэт Афанасий Фет, он был женат на сестре Петра Петровича Бткина и, наверное, написал не одно свое стихотворение в прекрасных Боткинских садах.

Советская власть в село пришла в 1917 году. А в 1918 оккупировали ее войска Кайзеровской Германии. Досталось селу и от банд анархистов. Лихо влетали на своих гнедых батька Махно и атаман Маруся. Грабили, куражились, бесчинствовали. Да и Деникин с Корниловым не погнушались: через село, свои отряды водили.  Досталось и заводу. Много было разрушений. Но выдюжило и выжило село.  Даже колхоз организовали, а назывался он «День Урожая».
И в Великую Отечественную войну Таволжанке пострадала: оккупировали ее немцы и более семи месяцев держали в осаде.

Вот такая коротенькая история об истории, получилась, правда, она у меня, каким-то сказочным языком написана. Ну,  да ладно, получилось, как получилось.


***

Поехали дальше.
На следующий день. Пригласили нас в гости.  Дом добротный, участок загляденье. Сразу чувствуется, хозяйская рука. Встречали замечательно. Время пробежало незаметно, а надо сказать, что поехали мы в гости, на своей «красавице».  Ремонт прошел успешно. Надо было опробовать новый картер, ну и заодно по российским дорогам прокатиться.

Здесь надо вспомнить о том,  чем отличаются у нас и в России правила движения. В Украине  с зажженными фарами ездят с октября по май, а в России круглый год.

Смеетесь? Правильно делаете.

Выходим мы из гостей. Садимся в нашу «красавицу», муж по газам, а она «ни тпру, ни ну». Стоит, как вкопанная. Сколько не бился – не заводится. Я не выдержала, шипеть стала:

-  Домой вернемся, продавай к чертовой бабушке. Сколько можно нервы мотать? – Шипела-шипела, дочка сзади сидит,  успокаивает, внучки по плечам гладят, а муж так спокойно говорит:
- Выходите, толкать будете. – Татьяна с Виталиком переполошились, Виталик во двор за машиной пошел – дернуть или на буксире до места нас доставить собрался.

Вышли мы с дочкой, Татьяна к нам присоединилась,  и начали мы нашу «красавицу» толкать. Мы ее пхнем, а она зараза упирается. Упертая оказалась. Да не знала она, с кем тягаться вздумала. Сначала потихоньку пошла, потом под горочку резво так покатила, а мы ее родимую в шесть рук толкаем. Она быстрей и мы бегом, половину улицы протолкали, а здесь и помощь подоспела – мальчишки со всех окрестных домов набежали, помогли. Завелась наша «красавишна» - поехала. В машину на ходу вскакивали, боялись, снова заглохнет. Помахали  мы Татьяне с Виталием рукой,  и домой поехали.