Дракон

Кристиан валялся на животе и читал книгу, которую нашёл неделю назад в домашней библиотеке. Книга была объёмная и очень интересная. Речь в ней шла о принцах, принцессах, троллях, гномах, волшебниках и - главное - о драконах! Кристиан переворачивал страницы при свете толстенной свечи, иногда чихая от пыли: читал он в просторном, но пыльном чуланчике, забитом до отказа всякой рухлядью. Мальчик любил забираться сюда несмотря даже на то, что тётя Августа сердилась, когда он появлялся к обеду или ужину в пыльных штанах. Тётя грозилась запереть чулан на ключ, но Кристиан был уверен, что этого не случится: во-первых, она добрая, а во-вторых, считает, что лучше уж пускай он сидит дома с книжкой, чем носится с уличными мальчишками. Снизу раздался громкий тёткин голос: Кристиана звали обедать. Он задул свечу, отряхнул брюки и спустился вниз.


- Опять вымазался весь, горе луковое! Устала я стирать твои штанишки... - заворчала тётя, - живо мой руки и к столу.

Кристиан безропотно вымыл руки: его занимала одна мысль, и на тётушкины придирки внимания он не обращал.

- Августа, скажи, а драконы бывают? - Августа тем временем разливала по тарелкам луковый суп.

- Нет, конечно, - откликнулась тётя Августа. - Это сказки.

- Совсем-совсем никаких не бывает? - в голосе Кристиана сквозь обречённость пробивалась надежда, - а может они где-нибудь прячутся...

- Совсем никаких не бывает, - отрезала Августа, - ешь давай.

Кристиан грустно вздохнул и нехотя поднёс ложку ко рту. Драконы... наверное, раз нету драконов, то принцесс, гномов и фей тоже не существует.



...Дракон лежал в горной долине. Он лежал в высокой траве, трава высохла от солнца и пахла лавандой. Мимо драконьей головы уходили в небо маки. Солнце источало тепло, летний полдень всё напитал светом и покоем. Чешуя дракона была суха и потрескалась, травы клонились и щекотали загривок.

Вдали виднелись синие пики гор. Там, в горах, драконья пещера. Но здесь, на лугу, тонкие травы смотрят в небо и слышно лишь, как ветер шумит да жужжат пчёлы, собирая нектар с пёстрых луговых цветов...


Кристиан устроился поудобнее. На днях Августа, наверное свыкшись с мыслью, что ребёнок бОльшую часть времени проводит в кладовке, вооружилась ведром и тряпкой и как следует тут прибралась.
В чуланчике стало заметно чище, хотя затем пыль откуда-то появилась снова.  Во время уборки тётя Августа как следует обтёрла притулившуюся в углу картину, и теперь Кристиан то и дело бросал на неё затуманенный взгляд. Картина захватила его воображение, хотя ничего особенного в ней не было. Пейзаж - луга, поля, горы на дальнем плане, - и вдаль к горам убегает грунтовая сельская дорожка. Однако всё вместе создавало такое ощущение летнего полдня, что Кристиану чудилось дуновение лёгкого бриза: наверняка там за горами море.
 Мальчик задумался который может быть час. Скоро Августа позовёт его ужинать... когда читаешь сказку и разглядываешь картину время летит незаметно.

Мальчугану явственно казалось, что пейзаж на картине удивительно реален и не хватает лишь малости, чтобы он ожил окончательно. Он вздохнул и снова принялся за чтение, но читал недолго. Книга в его руках внезапно зашелестела страницами, которые трепал исходивший  от картины лёгкий ветерок... ошибки быть не могло: страницы шевелил ветер.

- Кристиан, ужинать, - раздался снизу голос Августы, - сколько тебя можно звать, горе моё?

Кристиан вздрогнул. Августа звала его ужинать. Он задумался, а она ведь звала его наверное уже минут пять...




...Дракон един с небом, травой и горными камнями. Ему чудятся звуки флейты, арфы, волынки... звуки меняются, проплывая мимо, и вот это уже писк охотничьего рожка, шум моря, крики чаек, шелест древесных листьев в горной дубраве.

Дракон расправляет перепончатые крылья и летит. Он летит над горами, над горными озёрами, пещерами троллей и рудниками гномов. Это его владения.

На дальних пиках лежат тучи, сизые, как горный камень. Внизу, в полях, виноградные лозы обвивают крепкие опоры, люди пашут, сеют, а вечером все собираются на поляне возле церкви, играют на волынке и танцуют весёлые танцы. Церковь старая, каменная, мох на её нижней части говорит о том, что где-то недалеко ручей; в ручье живёт форель, и деревенские мальчишки ловят её голыми руками.

Дракон возвращается в свою пещеру и закрывает глаза. Прошёл ещё один солнечный летний день из пяти тысяч лет, что отмерены ему на земле...



После ужина мальчик решил исследовать картину. Ничего особенного: полотно как полотно, с обратной стороны грубый холст, деревянная потёртая рама, даже год не указан.

Кристиан снова принялся за чтение, время от времени поглядывая в угол с картиной... вот, опять. Ветер! Солёный! И даже запахи: луговых цветов, солнца, моря... Кристиан подошёл поближе и коснулся живописной поверхности рукой. Рука прошла сквозь что-то холодное и ощутила траву и шершавую землю. Сердце Кристиана учащённо забилось. Мальчик сел и уставился на полотно.

- Так и сидишь целый день в чулане, горе луковое, - Августа заглянула в каморку и чихнула от пыли. - Не хочешь прогуляться? Сегодня ведь карнавал в Городе...

Кристиан вздрогнул: как он мог забыть! Сразу несколько цехов - колбасники, краснодеревщики, ткачи, ещё кто-то - отмечали сегодня профессиональный праздник, по каковскому случаю в Городе намечалось вечером нешуточное веселье. Всё эта картина! Ведь он целую неделю ждал праздника, и вот - забыл. Совсем вылетело из головы.

- Ну, Кристиан, идёшь? - Августа была в приподнятом настроении, принаряженная - в белом льняном платье с кружевами, воланами и пышной кринолиновой юбкой в мелкий зелёно-розовый цветочек. Наверное тётя была ещё не старой - Кристиан как-то привык к ней, к её ворчанию и вечным хлопотам по хозяйству, так что совсем не задумывался, сколько же ей лет.

- Ага, пожалуйста, Августа, подожди немножко, я быстро. - Кристиан бросился в свою комнату, сунул книгу на полку, помедлил, потом решительно разбил копилку и собрал монетки в карман. С первого этажа послышался голос тёти:

- Не забудь переодеться, а то мне стыдно будет идти с тобой по улице!

Кристиан кубарем скатился вниз по лестнице. Тётя Августа поджидала его у выходной двери.

- Ну вот, ты даже не переоделся, - вздохнула тётка, - что ж, раз тебе всё равно, как выглядеть, то хотя бы причешись.

Тётя пригладила мальчику волосы большим частым гребнем, и они чинно вышли на улицу.

В Городе было шумно и празднично-весело. Только что прошла процессия колбасников, оставив после себя там и сям шатры и навесы, под которыми румяные толстые повара жарили румяные толстые колбаски.
Со стороны Главного проспекта приближалась процессия краснодеревщиков, впереди ехал помост, на котором возвышался трон причудливой резьбы. На троне восседала, улыбаясь, хорошенькая девушка, а по бокам жонглёры подбрасывали яблоки, конфеты и даже зажжённые факелы.
Улицы были запружены народом. Там и тут встречались уличные танцовщики и музыканты, бродячие театры устраивали мини-спектакли или пляски с факелами, давали представления циркачи и глотатели шпаг, и дрессированное мелкое зверьё... и конечно же всюду кипела торговля. Продавали сласти, безделушки, разноцветную бижутерию, вообще всякую всячину. Кристиан только успевал вертеть головой.

Отзвуки и отблески карнавала присутствовали уже на отдалённых подступах к Главной улице. Там и сям попадались стайки горожан в причудливых уборах и масках, слышалась музыка и раскаты смеха. Внимание Кристиана привлёк человек, который показывал фокусы. Фокусник в жёлто-чёрном балахоне творил непритязательное, даже какое-то домашнее, камерное волшебство: клал маленькой девочке в ладошку шарик, зажимал, дул, - в ладошке оказывалось два. Потом клал два - и шариков получалось три.

Он дул, и серебряная ложка гнулась, словно была слеплена из мягчайшего воска. Гнулась настоящая железная шпажка, когда он гладил пальцем кончик её ручки, узорная маленькая табакерка чудом оказывалась внутри воздушного шарика, бронзовые кольца непонятным образом сцеплялись и расцеплялись, верёвка делилась на три, четыре части в разных местах - и снова оказывалась целой. Фокусник сверкал синими глазами и улыбался. Вместе с окружавшими его детьми Кристиан иногда просто вскрикивал от восторга... глупо конечно, он ведь знал, что это всего-навсего ловкость рук, а не магия... и всё же глядел на удивительного человека в чёрно-жёлтом балахоне как на волшебника.

Однако когда фокусник взглянул на Кристиана, взор его был серьёзен. Он подозвал мальчика к себе. "Берегись дракона", - шепнул фокусник, вкладывая шарик в ладонь Кристиана, а когда ладонь раскрылась - шарика в ней не было, вместо него лежал крохотный смятый кусочек бумаги. Кристиан хотел было его развернуть, но вдруг обнаружил, что тёти Августы рядом нет. Он беспокойно оглянулся по сторонам - кремового платья в мельчайший розово-зелёный цветочек нигде не наблюдалось.

Кристиан заспешил сквозь толпу, сжимая в руке невесомый бумажный комок. Наверное Августа тоже его ищет, и чтобы не ошибиться, лучше пойти прямо домой, благо отойти далеко от дома они не успели...



...Дракон полз по замку, тяжко переваливаясь, мелкими уверенными шажками пробираясь к отраде своего сердца - сокровищнице. Замок, бывшая пещера горного короля, теперь, наконец-то, целиком и полностью принадлежал ему. Господин Дракон был безжалостен, но справедлив. Он не стал забирать у кредиторов жизни, ему достаточно было их золота, жилищ, уборов и душ. Развлечения молодости - спалить огнём виноградники или высушить колодцы - больше не прельщали господина Дракона. Теперь его интересовало лишь золото, да власть над людскими душами, - а тела пускай живут и наслаждаются благами этой земли - пока. Господин Дракон добр, у него золотое сердце - а золото в этом мире значит многое. Однако и золото прискучило дракону, и он искал новой поживы. Он обдумывал планы новой забавы, тяжко заползая на груды драгоценного металла, подтягивая под каменные своды свой змеиный хвост...



- Кристиан!- голос Августы раздался совсем неожиданно, так что мальчик вздрогнул на бегу. - Куда же ты пропал, иди сюда!

Августа стояла на улице около дома, а рядом с ней лучезарно улыбался белокурый господин лет 40-45 на вид, в зелёном камзоле и с аккуратным кофром в руке.

- Кристиан, познакомься, это господин Зоммер, он будет снимать у нас две верхние комнаты. Помоги господину Зоммеру отнести вещи наверх, пожалуйста.

Господин Зоммер холодно сощурил умные янтарные глаза и сладко, но неприятно улыбнулся:

- Счастлив познакомиться, молодой человек. У вас очаровательная тётя.

Кристиан помог белобрысому господину Зоммеру оттащить наверх кофр, кофр оказался неожиданно тяжёлым. По дороге господин всё расспрашивал Кристиана о соседях, об их достатке и привычках, потом дал ему золотой и сообщил, что хочет отдохнуть...

Кристиан ушёл к себе и лёг спать. Про бумажку, которую ему дал фокусник, мальчик так и не вспомнил. С приездом господина Зоммера жизнь в доме поменялась. Кристиан и сам не мог точно сказать в какую сторону, но сдаётся, что в плохую. Господин Зоммер приобрёл над Августой какую-то особенную власть. Обычно весёлая и хлопотливая, тётя стала тихой, медлительной, если бы Кристиан не знал её слишком хорошо, мог бы сказать "послушной". "Да, господин Зоммер", "нет, господин Зоммер" - вот и всё, что он от неё слышал. А ещё к ним стали заглядывать соседи. Они просиживали в комнатах господина Зоммера недолго, хотя иногда и задерживались. Однажды бледная дама в чёрном вышла от него вся в слезах. Кристиан не выдержал и краешком глаза глянул в замочную скважину - хоть это было и нехорошо... господин Зоммер сидел в домашних брюках и жилете и аккуратно складывал в столбик золотые монеты. Вдруг он обернулся, и Кристиан отпрянул от двери.

Но возможно, что Кристиан так и не вспомнил бы о записке от фокусника, если бы не один эпизод. Он умудрился нагрубить господину Зоммеру, на что тот взял его за ухо и прошипел: "Несносный мальчишка, ты мне за это ответишь... завтра получишь порцию розг". Кристиан испуганно посмотрел на Августу, но она только удручённо кивнула, и глаза у неё были... мутные у неё были глаза, вот.

Кристиан ушёл в свою комнату. С тех пор, как в доме появился господин Зоммер, он больше не сидел в чуланчике с книгой, ибо в первое же утро чуланчик неожиданно оказался заперт.

Кристиан рухнул на кровать, уставился в потолок и принялся вспоминать тот день, когда этот белёсый господин появился у них дома. И внезапно сел, раздосадованный. Записка от фокусника! Он ведь даже её не прочитал! Таак, куда он мог её деть... Кристиан принялся рыться в карманах... кошелёк с монетками... как эта бумажка оказалась там? Разворачиваем...


Кристиан, господин Зоммер - дракон. Наш город в большой опасности. Уничтожь картину, он пришёл оттуда!
Фокусник


Кристиан вздрогнул. Он вспомнил солнечную картину, ветер и море... но что уж теперь жалеть. Мальчик чувствовал, что в записке - правда. Дракон! Вот кто их жилец, и как он сразу не понял... но как уничтожить картину? И где взять ключ?

Кристиан решил навестить фокусника и поговорить с ним. Да только где его искать? Возможно, спросить в магистрате?

С этими мыслями Кристиан уснул - а назавтра всё разрешилось само собой.
После экзекуции, которая была не столько болезненной, сколько страшно унизительной, тётя безжизненным голосом объявила Кристиану, что ему придётся просидеть в чулане три дня на хлебе и воде. Они с господином Зоммером будут вынуждены принять меры к тому, чтобы он не смог сбежать. А если подобное - подобный проступок - повторится, Кристиан окажется в чулане уже на неделю.
Кристиан внутренне возликовал, предприняв невероятные усилия, чтобы сохранить на лице скорбную мину.
Однако оставался ещё один вопрос - как и чем уничтожить картину?
Тем временем его втолкнули в чулан - и привязали за ногу к какому-то крючку, как собачку! Кристиан сжал зубы и решил терпеть. Когда дверь закрылась, он попробовал, насколько свободно он может двигаться. Двигаться в пределах чуланного пространства он мог вполне. Теперь картина. Картина осталась там же. Господин Дракон был очень уверен в себе, и потом, лучшая маскировка - это отсутствие маскировки, правда? Если бы господин Зоммер перетащил картину в комнаты, которые снял, это выглядело бы странно... или нет?
Неважно. Что же делать? И тут Кристиан вспомнил. Год назад сосед, жестянщик, сделал по его просьбе меч, железный, острый, совсем настоящий, такой настоящий, что тётя посчитала его опасной игрушкой, отобрала и спрятала от греха подальше в чуланчике. Кристиан только недавно это обнаружил, а целый год думал, что меч пропал бесследно.
Мальчик бросился перерывать всевозможную кладовочную рухлядь - и вот он, как новенький, жёсткий, тяжёлый рыцарский меч.
Кристиан замер, набираясь решимости... и тут в коридоре послышались шаги. Шаркающие шаги господина Зоммера, то есть Дракона. Шаги смолкли у двери кладовки... медлить было нельзя. Кристиан зажмурился, размахнулся и ударил. Раздался глухой звук, он открыл глаза - картина была перерублена пополам. За дверью послышался вскрик ужаса. Кристиан ударил снова, и принялся кромсать картину с остервенением, которого от себя не ожидал. Через пять минут всё было кончено. На полу лежала горстка щепок и изрубленное в тряпочки полотно. За дверью была тишина, мёртвая тишина. Кристиан без сил опустился на пол.

Когда тётя Августа через некоторое время заглянула в кладовку, она изумилась, найдя Кристиана привязанным и запертым, ни о каком господине Зоммере она совершенно ничего не помнила.
Своё освобождение Кристиан отпраздновал вместе с тётей, совершенно самостоятельно купив для этого на деньги из разбитой копилки огромный торт со взбитыми сливками. А вот золотой господина Дракона исчез бесследно. Удивительно.



Постскриптум. А господин Дракон, как выяснилось ныне, вовсе и не исчез, объявился он в Городе этим сентябрём, и души жителей попали к нему в рабство на долгие двенадцать лет. Видно, где-то другая картина припрятана у него была...

... а через двенадцать лет пришёл в тот город странствующий рыцарь сэр Ланцелот, но об этом господин Шварц написал, совсем в другой сказке.