харьковские новости-2
ГОЛУБАЯ ЛОШАДЬ
Старый город, старые улочки, старый трамвай, прекрасный Харьков!
Трамвай, еще тот деревянный, с маленькими окошками, деревянными скамейками вдоль вагона и с громким дребезжащим звонком под рукой у водителя, вернее у вагоновожатого.
Маршрут №14 от жд. Вокзала мимо поселка Артеме, с конечной остановкой в районе современной Одесской на проспекте Гагарина.
Маршрут был длинный и интересный, с множеством остановок и кривых улочек, по которым громыхал трамвай. Он ехал мимо Гольберевской церкви, мимо стадиона Авангард, даже просто проехаться было увлекательно. Проехаться и посмотреть улицы и улочки Харькова.
Одна из них была знаменитая в то время Москалевка. Улочка была, так себе, с старыми домишками, приземистыми с левой стороны и двух, трех этажных с правой, тянувшимися от стрелки при слиянии речек Лопань и Харьков.
Москалевка с точки зрения архитектуры, особо ни чем не примечательна. Старенький кинотеатр, послевоенные руины поликлиники, радио вышка, «глушилка» и церквушка, которую , что бы убрать, снести с лица земли, из за ее неимоверной прочности взрывали, трижды , лишая улицу последней изюминки .
в первый раз заложили заряд под фундамент, рванули. Церквушка вздрогнула, подпрыгнула и осталась стоять как вкопанная на месте, даже витражи не по вылетали. Только чуть- чуть накренился крест на маковке.
Второй раз заложили по более взрывчатки и в стены насовали заряды, рванули. Отвалился купол с крестом и пол передней стены, открывая вид на красивые внутренние фрески и росписи на стенах.
так же рухнули, соседские, пару ветхих сараев и один уличный дворовой туалет.
Третий раз на заряд не поскупились и это не взирая на то , что вокруг жилые дома, рванули. стены конечно рухнули, но и вокруг в радиусе метров сто, повылетали стекла из окондомов.
С архитектурой закончили.
А вот район уж больно был примечателен, , ну ни то что бы уж сильно бандитский, но и не очень спокойный.
Там жило много цыган, старых евреев, и энное количество, другого разнообразного люда.
И не было понятно, кого больше было цыган, чи евреев. И евреи, что бы подчеркнуть свой статус большинства на Москалевке, придумали такую фишку! даже юмор такой особый был.
Если встречались два старых еврея, то можно было услышать такое
- о привет Мойша ты слыхал-
-по Моске – Левке, ходит Сема й Марка!!!-
Дело в том, что по улице ходил еще один маршрут №7 и говорили вот идет седьмая марка. Так называли трамвай под номером семь.
И вот однажды на этой улице приключился такой забавный казус.
Это был тысяча девятьсот пятидесятый год, хоть я родился в пятьдесят первом, но и мне довелось присутствовать на этом событии.
Мне тогда еще было месяцев шесть внутреннего развития в утробе матери, когда она ехала в этом, трясущемся
, дребезжащем трамвае.
Дело было вечером, трамвай был полупустой. То там, то сям спиной к окошкам сидели уставшие пассажиры, кто с авоськами, кто с кулечками ехали с работы домой.
И моя мама ехала, толи с работы то ли из гостей, уже не помню, а как я могу помнить , я же был еще у не внутри.
Так вот, осталось маме доехать одну остановку до дома, как раз около кинотеатра, как вдруг.
Трамвай резко затормозил, и в открытую дверь, а они тогда и не закрывались, вошла она!!!
Девушка неземной красоты, на высоких шпильках, в ту пору страшная редкость, и совершенно голая.
Рядом с трамваем появился черный зим сверкающий блеском своей чопорности, рядом стояли два громилы в черных костюмах, с наганами в руках.
Девушка, ни сколько не стесняясь, грациозно и медленно, прошлась по вагону к задней двери.
громилы, наганами махнули вагоновожатой и трамвай тронулся.
Машина поехала вслед за трамваем.
Девушка как ни в чем не бывало вышла на следующей остановке, за ней вышла и моя мама. трамвай поехал дальше, а девушка подошла к машине, один из громил накинул ей на плечи норковое манто, и она хохоча уселась в шикарный лимузин.
- ну, что не будешь больше со мной в карты играть - послышалось из машины
-один проигрыш, ты выполнила, поехали теперь стрелять, твоя очередь. машина рванула с места, и мама не услышала, кого стрелять или что стрелять.
Это так развлекалась «золотая молодежи» из загадочной организации Голубая лошадь. Ничего особо криминального они не делали, а просто прожигали свою жизнь и деньги высокопоставленных папаш.
Свернув за кинотеатром с Москалевки в столярный переулок, где я впоследствии и родился, мама спустилась в подвальчик, где жила, опустилась на старую скрипучую панцирную кровать и только тогда перевела дух. Эту поездку в трамвае №14 она запомнила на всю жизнь.
но зато потом было что, рассказывать своим знакомым, да и незнакомым, о забавном происшествии.
Свидетельство о публикации №214081400007