Отравление Иоанна Павла I и митрополита Никодима

Глава из документального политического детектива "Европа как Христианское государство".


После обычного ужина, прошедшего в приятной атмосфере, папа вернулся в кабинет и занялся заметками, сделанными в ходе разговора с Вийо. В 20:45 Лоренци соединил его по телефону с кардиналом Коломбо в Милане. Впоследствии кардинал отказывался давать интервью, но из других источников известно, что они обсуждали намеченные папой кадровые изменения. Очевидно, разногласий по этому вопросу между ними не было. Коломбо позволил себе только припомнить: «Он долго говорил со мной и совершенно нормальным тоном. Никаких признаков болезни. Он был преисполнен душевного покоя и надеждой. На прощание он пожелал: “Молитесь!”».
Лоренци отметил, что телефонный разговор закончился в 21:15. Потом Лучани просмотрел речь, с которой планировал выступить перед иезуитами в субботу, 30 сентября. Ранее он говорил по телефону с генералом ордена иезуитов, отцом Педро Аррупе, и предупредил, что ему есть что сказать по поводу дисциплины. Папа подчеркнул ту часть речи, которая имела отношение к задуманным им переменам.

Вы наверняка знаете и со всем на то основанием интересуетесь сложными экономическими и социальными проблемами, которые сегодня волнуют человечество и тесно связаны с жизнью христианской церкви. Однако, стараясь отыскать решения этих проблем, не забывайте о различиях в задачах, которые стоят перед священниками и мирянами. Духовенство должно вдохновлять мирян, призывать к исполнению ими своих обязанностей, но священники не должны занимать их место, браться за мирское, пренебрегая своим святым долгом — проповедью учения Христа.

Положив черновик речи на стол, Иоанн-Павел I вновь пересмотрел записи о предстоящих назначениях, о которых ранее уведомил Вийо. Подойдя к двери кабинета, он приоткрыл ее и увидел сидевших в приемной отца Маджи и отца Лоренци. Прощаясь с ними на ночь, папа сказал: «Bouna notte. A domani. Se Dio vuole». (Спокойной ночи. До завтра. Благодарение Богу.)
Это было за несколько минут до 21:30. Альбино Лучани закрыл дверь кабинета, произнеся последние слова в жизни. Бездыханное тело папы Иоанна-Павла I найдут на следующее утро. Доподлинные свидетельства об обстоятельствах, при которых было обнаружено тело папы, не оставляют сомнений, что Ватикан намеренно скрыл истину. Все началось с одной лжи, а окончилось целой паутиной лжи. Лгал официальный Ватикан и в малом, и в большом. Вся эта сплошная ложь имела одну цель: скрыть тот факт, что Альбино Лучани, папа Иоанн-Павел I, был умерщвлен в промежуток между 9:30 вечера 28 сентября и 4:30 утра 29 сентября 1978 года.
Альбино Лучани был первым папой за сто лет, который умер в полном одиночестве, но с тех пор, как в последний раз убивали папу, прошло не сто лет, а гораздо больше времени.
Коуди, Марцинкус, Вийо, Кальви, Джелли, Синдона — по крайней мере, один из них предпринял определенные шаги, которые привели к тому, что случилось поздним вечером 28 сентября или ранним утром 29 сентября. Происшедшее стало прямым результатом решения о необходимости прибегнуть к «итальянскому способу». Папа должен умереть.



6. «Покинуты и охвачены страхом»

Как и почему тьма пала на католическую церковь в ночь с 28 на 29 сентября 1978 года?
На вопрос «почему» ответ уже дан. Мотивов — слишком много. На вопрос «как» имеется множество возможных ответов. Если Альбино Лучани был убит по любой из уже приведенных выше причин, тогда необходимо обратить внимание на целый ряд факторов.
Убийство должно было быть совершено в тайне. Чтобы та система коррупции, что существовала до избрания Лучани папой, продолжала действовать, само убийство следовало тщательно замаскировать. Нельзя устроить стрельбу посреди площади Святого Петра, на виду у множества людей; громкое покушение неминуемо приведет к полномасштабному расследованию, почему был убит этот скромный благочестивый человек. Скоропостижную смерть можно устроить таким образом, что обеспокоенность и интерес общества можно будет свести к минимуму.
Наиболее надежным средством для убийства папы был яд — причем такой яд, который не оставляет внешних признаков отравления. Препаратов с подобными свойствами наука насчитывает свыше двухсот. Одно из таких лекарств — дигиталис, изготавливаемый из листьев наперстянки. Он не имеет ни вкуса, ни запаха. Его можно подмешать в пищу или в питье, даже в лекарственные средства, принимая которые ничего не подозревающая жертва в конце концов получит смертельную дозу.
Кто бы ни планировал убийство папы римского таким способом, они должен был хорошо знать все ходы и выходы в Ватикане. Им должно было быть известно — какие бы следы ни остались после убийства, вскрытия быть не должно. Зная это, можно с уверенностью применять любой из двухсот препаратов. После смерти от дигиталиса при внешнем осмотре тела ватиканские врачи придут к выводу, что смерть наступила от сердечного приступа. Заговорщики должны были твердо знать, что ничто в апостолических законоположениях не требует обязательного вскрытия. Далее злоумышленники должны быть уверены, что даже если в ватиканских верхах возникнут подозрения, то все равно ватиканские сановники и врачи ограничатся элементарным осмотром тела. Если таким препаратом поздним вечером действительно отравили ничего не подозревавшего Лучани, тогда у них должна была быть уверенность, что папа на ночь удалится в свои покои. Он должен отправиться спать и уснуть вечным сном. Смерть должна была наступить в промежуток от двух до шести часов после принятия летальной дозы. На маленьком столике у кровати папа держал старенький будильник, пузырек эффортила — жидкого препарата, который он принимал в течение многих лет в связи с пониженным давлением. Если в бутылочку с лекарством добавить смертельную дозу дигиталиса — всего половину чайной ложки, — то этого никто бы не заметил.
Из лекарственных средств, кроме эффортила, папа принимал только витамины, три раза в день во время еды. Еще ему был предписан курс инъекций для коры надпочечников — они призваны были стимулировать железу, вырабатывающую адреналин, кроме того, они способствовали снижению кровяного давления. Курс уколов проводился два раза в год, весной и осенью. Для инъекций использовались не всегда одни и те же препараты, чаще всего назначался кортиплекс. Уколы всегда делала сестра Винченца. Курс инъекций Лучани проходил после избрания папой, поэтому ему и требовалось присутствие в папских апартаментах сестры Винченцы. В ампулы с лекарством, как и к эффортилу на прикроватном столике, тоже мог быть подмешан яд, так как никаких особых мер предосторожности при их хранении не соблюдалось. Во всяком случае, любому, кто замыслил убийство папы, добраться до них было несложно. На самом деле, далее будет продемонстрировано, что для того, кто решил оборвать жизнь Альбино Лучани, проникнуть в папские апартаменты не составляло особого труда.
В 4:30 утра в пятницу 29 сентября сестра Винченца, как обычно, принесла кофейник с горячим кофе в кабинет папы. Через несколько мгновений она постучала в дверь примыкавшей к кабинету спальни и сказала: «Доброе утро, святой отец!». На сей раз ответа не было. Винченца подождала немного, потом неслышно удалилась. В 4:45 она вернулась. К подносу с кофе на столе в кабинете никто не прикасался. Монахиня начала служить у Лучани еще в Витторио-Венето, с 1959 года, и она не помнила, чтобы за девятнадцать лет тот хотя бы раз проспал. Обеспокоенная, сестра Винченца подошла к двери спальни и прислушалась. Ни звука. Вновь постучала в дверь, сначала тихо, по привычке, потом погромче. По-прежнему тишина. В щель под дверью пробивался свет из спальни. Она опять постучала в дверь. Ответа не было. Открыв дверь, Винченца увидела сидевшего в кровати Альбино Лучани. Он был в очках, в руках держал какие-то листы бумаги. Голова была повернута немного направо, между приоткрытых губ виднелись зубы. Но то была не обычная улыбка папы, которая запомнилась миллионам, это был оскал агонии. Монахиня пощупала у папы пульс. Пульса не было. Позже она поделилась со мной воспоминаниями о тех минутах. «Это просто чудо, что я там же не умерла. У меня ведь больное сердце. Я нажала звонок, чтобы пришел кто-то из секретарей, а потом ушла, чтобы разбудить других сестер и дона Диего».
Монахиням были отведены комнаты в дальнем конце папских апартаментов. Спальня отца Маджи находилась наверху, на чердаке, а отец Лоренци временно располагался рядом со спальней папы — пока в предназначенной ему комнате, где прежде жил секретарь Павла VI монсеньор Макки, шел косметический ремонт. Дона Диего и разбудила первым делом сестра Винченца.
Те из римлян, кто по привычке или из необходимости встали в то утро рано, с удовлетворением отметили, что в спальне папы уже горит свет. Всегда приятно осознавать, что не только ты вынужден вставать в столь ранний час. Горевший всю ночь в окне папы свет так и остался незамеченным охранявшими Ватикан швейцарскими гвардейцами.
Застыв от ужаса, Диего Лоренци уставился на безжизненное тело Альбино Лучани. Затем появился отец Маджи. Во второй раз за два месяца он видел перед собой умершего папу, но насколько разными были обстоятельства их смерти! Когда 6 августа в Кастель-Гандольфо, летней папской резиденции в окрестностях Рима, скончался Павел VI, вокруг постели покойного толпились многие. Медицинские бюллетени подробно сообщали о состоянии здоровья папы в последние двадцать четыре часа его жизни. Был опубликован не менее подробный отчет об одолевавших папу болезнях, которые и привели к его кончине в 21:40.
Теперь же, пробыв на папском престоле всего 33 дня, Альбино Лучани умер в полном одиночестве. Каковы же причина и время смерти папы Иоанна-Павла I?
За одним из самых коротких конклавов в истории папства последовал один из самых коротких понтификатов. За минувшие 400 лет ни один папа не умирал так скоро после своего избрания. Более короткий срок правления был отмерен судьбой папе Льву XI из рода Медичи — он умер в далеком 1605 году, пробыв папой всего 17 дней. Как же умер Альбино Лучани?
Первым делом отец Маджи позвонил по телефону государственному секретарю Вийо, чьи покои располагались двумя этажами ниже. Менее двенадцати часов назад Иоанн-Павел I известил Вийо о предстоящей отставке и назначении на его место Бенелли. Смерть папы не только оставила за ним пост государственного секретаря, который он сохранит до избрания нового папы — теперь кардинал Вийо должен вновь принять на себя обязанности камерария, фактически являющегося главой католической церкви вплоть до окончания нового конклава. К 5:00 утра Вийо появился в спальне папы и лично удостоверился, что Иоанн-Павел I скончался.
Если смерть Альбино Лучани была вызвана естественными причинами, то последующие действия и распоряжения Вийо не поддаются никакому объяснению. Его поведение становится понятным только в том случае, если верно одно-единственное умозаключение: либо сам кардинал Вийо участвовал в заговоре с целью убийства папы, либо он обнаружил в спальне папы явные улики, указывающие на убийство, и, желая защитить интересы церкви, преднамеренно их уничтожил.
На столике возле кровати папы находилось лекарство, которое Лучани принимал от пониженного кровяного давления. Вийо спрятал в карман сутаны пузырек с лекарством, забрал из рук покойного папы листки с запланированными им кадровыми перестановками и новыми назначениями. Бумаги отправились вслед за препаратом в карманы кардинала. Из стола в кабинете забрано завещание Лучани. Также исчезли из спальни очки папы и комнатные туфли. Ни один из этих предметов впоследствии никто не видел. Потом Вийо сочинил для потрясенных членов папского окружения от начала и до конца выдуманный рассказ об обстоятельствах, при которых было обнаружено тело папы. Он потребовал от всех дать клятву молчать о том, как мертвого папу обнаружила сестра Винченца, и распорядился никому не говорить о смерти Иоанна-Павла I до особого распоряжения самого Вийо. Затем, усевшись за стол в кабинете папы, кардинал сделал несколько телефонных звонков.
Основываясь на свидетельствах очевидцев, с которыми я беседовал, можно утверждать, что лекарство, очки, комнатные туфли и завещание папы находились в спальне и кабинете папы до того, как туда вошел Вийо. После того, как он впервые пришел утром и осмотрел тело, все эти предметы пропали.
О смерти Иоанна-Павла I было сообщено кардиналу Конфалоньери, 86-летнему декану священной коллегии кардиналов, затем — кардиналу Казароли, главе ватиканской дипломатии. Вийо приказал монахиням на коммутаторе связаться с архиепископом Джузеппе Каприо — заместителем Вийо и третьим лицом в ватиканской иерархии. Тот находился на отдыхе в Монтекатини. И только после этого камерарий позвонил доктору Ренато Буццонетти, заместителю главы медицинской службы Ватикана. Следующий звонок был сделан в караульню швейцарской гвардии. Вийо приказал сержанту Гансу Роггану немедленно явиться в папские покои.
Отец Диего Лоренци, единственный человек, который сопровождал папу из Венеции, в глубоком потрясении бродил по папским апартаментам. Он потерял человека, которого более двух последних лет считал для себя вторым отцом. Слезы текли из глаз, и он пытался отыскать хоть какие-то причины, осознать потерю. Когда Вийо наконец разрешит сообщить о смерти папы, миллионы людей в мире будут, как и Лоренци, потрясены и сражены горем.
Несмотря на строгий приказ Вийо никому не сообщать о кончине папы, Диего Лоренци позвонил личному врачу Лучани, Антонио Да Росу, который наблюдал того на протяжении более двадцати лет. Лоренци живо помнит реакцию доктора, когда он услышал скорбную весть: «Доктор был в шоке. Просто оглушен. Никак не мог поверить. Он спросил у меня о причине смерти, но я ничего не мог ему ответить. Доктор Да Рос тоже терялся в догадках. Он сказал, что немедленно выезжает в Венецию, а оттуда — первым же самолетом в Рим».
Потом Лоренци позвонил племяннице папы Пиа, которая, вероятно, была для Лучани ближе остальных родственников. Судя по всему, Диего Лоренци оказался единственным в Ватикане, кто вспомнил, что и у пап бывают родственники. Лоренци по-человечески понимал, что семье Лучани лучше узнать о случившемся из личного телефонного звонка, а не услышать из сообщений новостей по радио.
«Мы обнаружили его тело сегодня утром. Крепитесь и молитесь», — сказал он. Многим требовалось укрепиться духом и молиться. Многим оказалось очень трудно поверить в ту версию, которую в следующие несколько дней станут озвучивать Вийо и его коллеги.
Новость быстро распространилась по Ватикану. Во внутреннем дворе у Ватиканского банка сержант Рогган встретил Пола Марцинкуса. На часах было 6:45 утра. Осталось тайной, что в такую рань делал в Ватикане президент Ватиканского банка, который жил на вилле «Стритч» в самом Риме, на Виа делла Ночетта, и не имел обыкновения вставать чуть свет. Вилла находилась в 20 минутах езды от Ватикана. Завидев епископа, Рогган выпалил: «Папа умер!» Мацинкус молча уставился на сержанта швейцарской гвардии. Рогган приблизился к главе Ватиканского банка и сказал: «Папа Лучани. Умер. Нашли утром в постели».
Марцинкус продолжал смотреть на Роггана, застыв на месте и ничего не говоря. В конце концов гвардеец пошел прочь, а Марцинкус стоял и смотрел ему вслед.
Через несколько дней, на похоронах папы, Марцинкус так попытался объяснить свое странное поведение: «Простите, но я подумал, что вы сошли с ума».
Доктор Буццонетги быстро осмотрел тело и сообщил Вийо, что причина смерти — обширный инфаркт миокарда, иными словами, сердечный приступ. Смерть, по утверждению доктора, наступила вчера около 23:00.
С точки зрения медицины невозможно после столь беглого внешнего осмотра установить такое точное время смерти и диагностировать инфаркт миокарда.

...

Некоторые из важнейших улик, которые помогли бы установить истину, уничтожил сам Вийо — лекарство и подробные записи Лучани, касающиеся важнейших назначений. О том, как паниковал и каким страхом был охвачен Вийо, говорит й то, что заодно он прихватил завещание Альбино Лучани. Но никаких важных распоряжений на случай смерти папы там не было. И оно было уничтожено вместе с остальными уликами. Почему также исчезли очки и комнатные туфли папы, остается загадкой.
По Ватикану расползались слухи. Говорили, будто всю ночь на контрольном пульте в папских апартаментах горела лампочка тревожной сигнализации, но на призыв о помощи так никто и не ответил. Говорили, что в спальне обнаружились следы рвоты, в том числе и на некоторых предметах, вот потому-то и пропали очки и комнатные туфли. Кстати, рвота часто является одним из первых симптомов отравления дигиталисом. В различных кабинетах шушукались епископы и священники, вспоминая между собой странный трагический инцидент — внезапную смерть митрополита Ленинградского и Новгородского Никодима. В честь главы делегации Русской православной церкви новый папа устроил 5 сентября специальную аудиенцию, во время которой 49-летний русский прелат вдруг повалился с кресла лицом вперед. Через несколько мгновений он был мертв. Теперь же по Ватикану гулял слух, что Никодим выпил чашку кофе, предназначенную Альбино Лучани. У Никодима было слабое сердце, и до того он уже перенес несколько сердечных приступов. Но в охваченном страхом городе-государстве такие факты отметали прочь. Смерть митрополита в ретроспективе выглядела зловещим знамением, предупреждением об ужасных событиях, только что случившихся в папских апартаментах.

На основе бестселлера Дэвида Яллопа "Во имя Господа. Кто убил Папу Римского?".


Рецензии
Иоа́нн Па́вел I (лат. Ioannes Paulus PP. I, итал. Giovanni Paolo I; до интронизации Альбино Лучани, итал. Albino Luciani; 17 октября 1912, Форно ди Канале-д’Агордо, Королевство Италия — 28 сентября 1978, Ватикан)
— папа римский, глава Римско-Католической Церкви на протяжении 33 дней
— с 26 августа по 28 сентября 1978 года.

Священник с 1935 года, епископ с 1958 года.
Возведён в кардиналы Павлом VI.
До избрания — патриарх Венеции, с церковной политикой связан не был.
Внезапная кончина спустя всего месяц после избрания (самый короткий понтификат с 1605 года) привлекла внимание к его личным качествам, которые ассоциировались с простотой, демократизмом, обновлением института папства.
Папу называли «улыбающийся папа» (итал. Il Papa del Sorriso), «неизвестный папа», «папа-отрок».
http://youtu.be/MKEX5mB8HiY

Полёт Орла   25.03.2020 08:57     Заявить о нарушении
Благодарю, есть новая для меня информация

Анатолий Обросков   17.04.2020 23:30   Заявить о нарушении