Как я искал соавтора

   
                Мало знать себе цену — надо еще пользоваться спросом.
                Михаил Жванецкий

                Писатель ценен только тогда, когда он вне системы.
                Борис Пильняк

    Если взять многочисленные автобиографические книги написанные шахматистами, теннисистами, деятелями искусств или учеными, то у них много общего. Во-первых, пишут только преуспевшие в своей области: известные, знаменитые или великие, а, во-вторых, у них почему-то всегда получаются однотипные, с очевидными признаками самолюбования, отчеты о спортивных или творческих успехах. Судя по всему, никому не хочется читать про неудачников.

   Несмотря на то, что в художественной литературе обычно не принято рассматривать счастливые семьи и довольных собой людей, читателя автобиографий невольно привлекает, так называемый, эффект Золушки, которой удалось добиться всего, о чем только можно мечтать. Конечно, справедливости ради, следует отметить, что у Золушки "путь наверх" произошел тоже не сам собой: у нее нашлась «рука» – протекция в виде феи, одевшая и обувшая ее по последней моде, снабдившая волшебным транспортным средством и устроившая удачную презентацию на королевском балу, где недавней замарашке удалось проявить свои лучшие качества, завести нужные знакомства и в результате оказаться при дворе. Счастливая история! Хотя тут необходимо подчеркнуть, что жизнь – не сказка, поэтому язык не повернется сказать, что простой девушке, успешно повторившей опыт Золушки, вышедшей замуж за настоящего английского принца и ставшей принцессой Дианой, в жизни очень повезло.
    Тема данной публикации это, образно говоря, описание положения девушки, у которой не нашлось необходимых знакомств, она не поехала на бал, не встретила принца и продолжала всю оставшуюся жизнь мыть кастрюли и перебирать горох, хотя пела, танцевала и шила явно не хуже Золушки.   

   На этом художественное отступление заканчиваю и перехожу к заявленной теме. Прежде всего хочу признаться, что соавтор мне противопоказан категорически: у меня автономное мышление и чужие мнения воспринимаю с трудом, а потом, если есть что сказать, то соавтор не нужен, а если нечего, то никакой соавтор не поможет. Это очевидно, хотя в этой связи все-таки невольно вспоминаются удачные дуэты: братья Гонкуры, у которых я, честно говоря, не помню ни одного значимого произведения, или супер успешная пара Стругацких, или Ильфа и Петрова, которые не только придумали никем не повторенный жанр «юмористической трагедии», но и смогли написать свои романы таким языком, что уже несколько поколений советских граждан употребляют выражения типа: «Ото всех жена ушла» или «Дело помощи утопающих — дело рук самих утопающих».

   В моем случае никакого чужого творческого влияния не требовалось, просто появилась навязчивая идея, что для написания успешного киносценария нужен профессиональный сценарист, коем я не являюсь. Случилось так, что в какой-то период моей жизни, то есть уже в очень взрослом состоянии, я перестал много разговаривать, чем когда-то сильно отличался от сверстников: мой приятель по работе в одном НИИ первым почувствовал, что мое истинное предназначение вовсе не программирование, и прозвал меня «Гюго». То есть лет в пятьдесят я резко перестал делиться с окружающими бесконечными фантазиями и случаями из жизни, и начал эгоистически записывать разнообразные ситуации и возникающие при этом чувства, ведь замечено, что с какого-то возраста все могут писать, и многие это действительно начинают делать, ведь за жизнь у человека накапливается так много «шекспировского» материала, что создается ложное ощущение, что им необходимо поделится с совершенно незаинтересованным в этом новым поколением.

   Чтоб не быть голословным, рассказываю один весьма примечательный диалог с молодым представителем рабочего класса, произошедший во время перекура, когда мы лениво лежали на траве, переваривая только что поглощенный обед из заводской столовой. На первом курсе института все студенты нашего факультета поехали из Москвы на летнюю производственную практику, работать разнорабочими на большом химическом комбинате в Волгограде. Такой тогда был обычай: будущие инженеры должны были собственным носом понюхать отраслевое производство. Со мной в бригаде, куда меня распределили в местном отделе кадров, работал учеником мастера ничем не примечательный худосочный паренек, лет шестнадцати. Мы с ним разговаривали. Тогда люди были мне еще интересны, поэтому я разговаривал со всеми. Вася был небольшого роста, белобрысый, абсолютно безграмотный, в прошлом году бросил школу, искренне не понимая, как можно применить в жизни ту чушь, которую там преподают, и у него была Мечта! Настоящая! Он мечтал вырваться из своей безрадостной жизни, которую, как он понимал, ему без вариантов предназначено прожить в одном из рабочих районов на окраине Волгограда.

   Так вот, лежа в жаркой послеобеденной тени и покуривая мои сигареты, он поведал мне о своей Мечте, мне одному и под большим секретом. Меня эта его мечта настолько ошеломила, что навсегда осталась в памяти. «Хорошо бы к нам на комбинат приехал какой-нибудь большой начальник из Москвы, - начал свою исповедь Вася, - и он бы меня заметил, ну, понравился бы я ему, и он взял бы меня в Москву, к себе жить, ну как сына». «С чего это вдруг он тебя к себе возьмет?» - попытался я представить себе хоть какие-нибудь разумные мотивы большого начальника из Москвы. «Ну, говорят тебе – понравился!» - с некоторым раздражением повторил Вася, всем своим видом показывая, что спорить тут не о чем. «Хорошо, - был вынужден согласится я с таким бесспорным доводом, - и что дальше?» «А дальше живу я у него в квартире, кругом роскошь, жратвы полно, выпивки всякой навалом, живу, как король у бога за пазухой!» Он от избытка эмоций причмокнул губами. «И всё? Это твоя мечта?» - спросил я, понимая, что мы добрались до логического конца. «Конечно, нет! – спокойно ответил он, было видно, что Вася все тщательно обдумал заранее. – Он же уходит утром на работу, а я в это время все скрытные места в доме осмотрю, проверю, найду тайники, где он деньги хранит, ценные вещи всякие, и в какой-то момент соберу все его барахло и прощай столица! Не поминай лихом!» «Ты хочешь обворовать человека, который тебя приютил?» - невольно воскликнул я с удивлением, осознав истинный масштаб Мечты. «Да вы там зажрались все, от вас не убудет! - просто и убедительно объяснил он. – И это будет справедливо!»

   В результате подобных жизненных наблюдений и собственных неожиданных фантазий появилась книга «Про мечту», которая представляла собой разнокалиберные повести и рассказы, объединенные главной темой – реализацией различными людьми своей сокровенной Мечты. Вообще говоря, эту книгу нужно было назвать: «Цена мечты», но понял я это значительно позже. Книга успехом не пользовалась и разошлась исключительно среди моих друзей и знакомых, так как внедриться в какую-нибудь сеть книжных магазинов мне не удалось. Несколько раз пытался найти подходящий для своей книги магазин и после нескольких неудачных попыток навсегда оставил это унизительное для автора занятие. При этом выяснилось, что в книжных магазинах продаются, как правило, только известные и популярные писатели, а другие их не интересуют. Логический тупик! Как стать известным, если неизвестному в книжный магазин не пробиться? Как сказал мне один опытный продавец: «Чтоб продать вашу книгу, про нее нужно хоть немного рассказать, а у меня на это времени нет». «Почему?» - воскликнул я. «Потому что уже в предисловии у вас написано, что книга предназначена для широкого круга культурных читателей, - это людей отпугивает!»

   Этот обидный для «молодого» писателя эксперимент с книгопечатаньем закончился тем, что я приобрел необходимый отрицательный опыт (что тоже немало), рекомендующий забыть про издательства и бумажные публикации, вообще оставить в стороне меркантильные интересы и все новые произведения, без всяких хлопот, размещать на открытых интернет сайтах.

   Какое-то время я именно так и делал, но потом решил, что мои писательские способности, прямо скажем, весьма ограничены, зато идеи оригинальны и интересны, то есть очень подходят для кино, причем для американского кино, для голливудских триллеров! Прочитал пару руководств, затем написал и перевел на английский свой первый сценарий «Перманентная слежка». Там некий профессор социологии придумал новый эффективный способ борьбы с наркомафией США. За мной когда-то КГБ следило, поэтому я знал материал, о котором пишу, так сказать, из первых рук. Получился такой своеобразный социальный триллер, где поверженных продавцов наркотиков, попавших под пресс постоянной слежки ФБР, зрителю, в конце концов, становится даже жалко. Нетипичное кино. Послал сценарий на международный конкурс “The Screenplay Festival” и дошел до полуфинала, чему мои домашние несказанно удивились, а я был искренне разочарован тем, что не получил гран-при. Потом, с точностью до деталей, то же самое повторилось с по-настоящему страшным сценарием «Табу». Там некий американский профессор, пользуясь методом коллективного наказания, попробовал насильно внедрить в крысиное общество некое табу, новый для них вид запрета.

   Ввиду крайней степени неопытности, мне казалось, что за необычный и интересный сценарий продюсеры должны схватиться двумя руками, ведь, как кто-то метко заметил, Голливуд делает не фильмы, а деньги, то есть сценарий, который может принести много денег, будет безусловно востребован. Какая наивность! Никто мне ничего не предложил и сценарии остались, образно говоря, в столе, вернее, в компьютере!

   Найти литературного агента, который имеет связь со студиями, режиссерами и продюсерами, невозможно. Причем меня, как человека с техническим образованием, до предела возмутила общая неразбериха и информационный хаос, который является обычной средой кинопроизводства. Начинается все с терминологии, например, наименование «LITERARY AGENT» может означать совершенно различные должности и сферы деятельности. Литературный агент может представлять писателей, которые, в свою очередь, подразделяются на фантазеров, научных фантастов, реалистов, детских, женских, научных, детективных и т.д., кроме того, литературные агенты работают с пьесами для театральных спектаклей, с телевизионными сериалами, со сценариями документального, научно-популярного, учебного, рекламного, короткометражного и художественного кино. Кроме того, в рамках каждой категории, существуют подкатегории, например, агент работает только с авторами фильмов ужасов, но без вампиров и вурдалаков. Поэтому перед тем как обратиться к ЛИТЕРАТУРНОМУ АГЕНТУ, нужно досконально изучить его подноготную, что впрочем совершенно не помогает делу: в лучшем случае получишь ответ с отказом, чаще всего не получишь ничего. Поэтому поиски агента пришлось прекратить, ввиду полной бесперспективности этого нудного занятия.

   Несколько лет мои замечательные сценарии лежали невостребованными, и я в глубине души их похоронил, но как говорится в одном довольно известном советском анекдоте: «А что прикажете с идеями делать?» И я повернул свой взор на Россию. Там начали вовсю крутиться нефтяные деньги, выпускают много художественных фильмов, может для моего «Продавца правды» тоже найдется заинтересованный продюсер. Социальный триллер «Продавец правды» - это наглядная иллюстрация того, что правда в мире вообще не нужна, а в России не только не нужна, но и опасна! Довольно банальная мысль, но обличенная в остросюжетный сценарий о беспечном изобретателе «генератора правды» и попытках ФСБ и криминального мира (а кому еще нужна настоящая правда?) прибрать его к рукам.

   В прежние времена за такой сценарий запросто бы посадили, но я решил, что острые темы в России уже легализованы. И действительно, в это было трудно вначале поверить, один довольно известный режиссер Николай М. написал мне невероятно вежливое письмо с просьбой прислать ему текст сценария. Мне это сразу показалось подозрительным, ведь когда на русском сайте играешь в шахматы, то тебя обычно обкладывают многоэтажным матом, поэтому такая изощренная вежливость настораживала. Однако сценарий ему понравился, переписка продолжалась и закончилась тем, что Николай попросил у меня паспортные данные для составления договора о покупке моего сценария. Я с изумлением смотрел на его письмо и не мог поверить, что это наконец произошло! Вот он момент истины! На его просьбу пришлось ответить, что я гражданин Израиля, и могу прислать только номер удостоверения личности. При этом совершенно напрасно, как впоследствии выяснилось, ломал голову над вопросом из собственного сценария: «Сколько стоит правда?» (мой герой попросил сто тысяч долларов, я, честно говоря, был согласен на любую сумму). Пустые хлопоты, режиссер мне больше не ответил. Всё! Грубо и некультурно, в одностороннем порядке прервал всяческое общение. Когда через месяц я все же поинтересовался таким неожиданным поворотом дела, он сухо написал, что не получил финансирования и говорить нам больше не о чем. То есть эпиграф из Максимилиана Волошина, который я избрал для своей книги: «Смотреть, как тают без следа остатки грез», - оказался очень по теме и российское направление в моих поисках было закрыто. Хоть мои московские друзья наперебой объясняли, что дело тут вовсе не в Израиле, во что я очень хотел верить, а в чем... они объяснить так и не смогли. 

   Нельзя сказать, что по поводу постоянных неудач в продаже моих сценариев, я сильно расстроился, впал в отчаянье и возненавидел окружающий меня глупый и несправедливый мир. Напротив, это дало мне эмоциональную причину и стимул к написанию своеобразной публицистики: «Как в этой жизни не сойти с ума», которая призывает не терять остатки здравого смысла, что на практике означает - оптимизма, несмотря ни на что! Там я попытался объяснить как не сойти с ума от учебы, на работе, от азарта, зависти, любви и пр. В общем, энциклопедическое произведение, отвечающее на многие вопросы начинающих психопатов и неврастеников! Основная идея данного труда заключается в том, что если вам незаслуженно дали по морде, то не нужно накапливать ваши негативные переживания в себе, отравляя быстропроходящую жизнь себе и окружающим, а нужно все возникшие острые эмоции сублимировать в какой-нибудь позитив, например, в живой, эмоционально сильный рассказ. После чего, вы получите моральное удовлетворение и вам станет легче переносить неизбежные удары судьбы! Например, одна моя очень импульсивная коллега рассказала, что жильцы сверху, поливая цветы, однажды случайно залили ее балкон водой. Так она взяла ведро, наполнила его водой и спокойно вылила на нижний балкон. «Так ведь жильцы снизу не виноваты в том, что тебя залили!» - изумился я. «Я тоже!» - спокойно отпарировала она. Согласитесь, нестандартный подход, зато действенный: злится она тут же перестала.
 
   Потом, не без веских оснований, мне открылась простая истина: каждый англоязычный продюсер сразу видит языковые погрешности в моих сценариях и очевидно не хочет связываться с косноязычным иностранцем, в то время когда своих навалом. Единственным решением данной проблемы является соавтор, который может придать моему тексту местный колорит, насытит реплики героев сленговыми оборотами и т.д. Отличная идея! Нужно только найти подходящего человека. Все очень просто. Я дал объявление на соответствующем сайте для сценаристов, что, мол, ищу профессионального соавтора 50/50 и несколько человек откликнулось. Понятно, что это были сценаристы-неудачники, потому как успешному такая работа на фиг не нужна.

   Кроме того, на меня набросились разного рода консультанты (script doctors) и платные агенты, которые хотели за деньги, конечно, подправить и продать мои сценарии. Агентам брать деньги с автора категорически запрещено по закону Американской Гильдии Сценаристов, они должны работать только за проценты от реализации. Несмотря на это, один, пожалуй, самый наглый в очередном послании просто объявил, что если я быстро не заплачу ему всей указанной суммы или более легкими для меня помесячными платежами, то «мои сценарии обречены пылиться в нижнем ящике письменного стола», как он высказался. Я навел справки в интернете и оказалось, что он банальный жулик, то есть, по свидетельству жертв его напора, после получения денег, он отделывается короткими общими рекомендациями по улучшению сценария и навсегда прекращает общение. Поэтому, после его очередного призыва начать фантастически успешную карьеру, заплатив ему какую-то жалкую тысячу долларов, я ответил, что тоже беспокоюсь об его благосостоянии и вместо «жалкой тысячи долларов» предлагаю разделить будущий гонорар пополам, что, судя по его восторженным отзывам о моем сценарии, наверняка составит несколько десятков тысяч долларов. Несмотря на очевидную выгодность моего предложения, он почему-то отказался!

   Завязалась переписка со всеми, кто откликнулся на мое объявление, причем там присутствовали сценаристы со всего мира, даже из Бразилии (где, как известно, много диких обезьян). Однако быстро выяснилось, что править сценарии никому из них не интересно, а единственное возможное поле для взаимодействия – это мои повести, по которым они в принципе могут написать оригинальные сценарии.

   Социальный детектив «Цепная реакция плюс» оказался подходящим для бразильской сценаристки и ее мужа (они, как она мне доверительно сообщила, все делают вместе), мы начали интенсивно переписываться и договорились о сотрудничестве, то есть раньше обсуждаем общую структуру и каждую сцену в отдельности, а затем она пишет сценарий. Вроде бы нормальный подход, но дальнейшее развитие событий поставило меня в тупик. Судя по всему, я привык к другим стандартам в деловом общении людей. Она постоянно высказывала большой энтузиазм и желание совместно работать, но в одном из писем я неосторожно высказал, что это будет непросто, так как события в этой истории происходят в трех временных периодах и, на мой взгляд, довольно сложны для экранизации. После этого моего письма она, судя по всему, жутко обиделась и очень сухо ответила, что я зря сомневаюсь в ее и ее мужа творческом потенциале, затем на мои запросы о состоянии дел, какое-то время односложно отвечала, что, мол, все в порядке, а затем перестала и... исчезла, то есть вообще прекратила переписку. Так как отношения наши были построены на неформальной основе, то есть без договора, я понял, что никакого сценария не будет, и бразильский вариант сотрудничества приказал долго жить.       
 
   В интернете есть сообщества для профессионального общения, например «LINKED IN» или «STAGE 32». Я там записан, и меня сценаристы со всего мира периодически приглашают дружить. Зачем? Мне это до сих пор неясно! Даже виртуальная дружба подразумевает хоть какой-нибудь обмен мнениями, общение, а там принято принять приглашение, вежливо поблагодарить за оказанную честь/доверие, после чего навсегда забыть о новоявленном друге. Мне подобный формализм как-то внутренне неприятен, поэтому всем обратившимся ко мне за дружбой, я предлагаю сделать что-нибудь вместе, и несколько откликнулось. Один из Англии - Том, то есть с замечательным, родным английским, другой из Канады – Себастьян, третий из США - Кирк.

   У английского соавтора было одно явное достоинство, он был по-настоящему профессиональным сценаристом, то есть перед написанием сценария составил подробнейший план, в котором детально описал мельчайшие детали, сцены и характеры героев. Всё, как всегда бывает в начальной стадии любви и дружбы, казалось замечательным, но возникло некоторое недоразумение, вернее, недопонимание. Том согласился создать сценарий по моей повести «Мольба». Когда я эту повесть написал, то посчитал свой замысел просто гениальным, хотя потом оказалось, что я «Гений» из известного рассказа Николая Гарин-Михайловского. История написания такова: однажды, привычно гуляя с собакой по парку и наблюдая молодящихся пенсионеров на лавочках, я вдруг подумал, что никто не хочет умирать, но как у Гете в «Фаусте» мгновенно помолодеть невозможно, природа не допускает столь резких изменений в организме, поэтому, как и стареть, молодеть можно только медленно. Вот такая появилась у меня оригинальная мысль, и тут же в парке я придумал новый сюжет о старом человеке, который, испугавшись приближающейся смерти, попросил год жизни. Вернувшись домой, быстро написал повесть и лет десять гордился, правда после выхода фильма «Загадочная история Бенджамина Баттона» с удивлением обнаружил, что похожий сюжет уже был в романе у Фрэнсиса Фицджеральда, что дало веские основания убедиться в справедливости известной фразы Михаила Жванецкого: «Ты конечно гений, но пойми иронию!» Да, если знание – это сила, то незнание – это слабость, о которой чаще всего даже не подозреваешь!

   Работа с английским Томом закипела: я заполнял какие-то невероятной длины вопросники, которые, к моему удивлению, отражали не только активные поступки героев, но и возможные альтернативные действия, как то: «Что бы делал Питер, если бы не встретил Грету?» Единственная сложность, что у моего нового компаньона была буйная и какая-то совершенно безудержная фантазия. Поначалу, когда он писал про свою надежду на то, что в процессе написания сценария я не буду на него давить и «обрезать крылья», я не придал этому большого значения, это понятное желание творческого человека, но когда вместо обычного одинокого старика, живущего в доме престарелых, как было в повести, появился инженер-импотент, облученный в молодости на атомной электростанции, где алчные хозяева не поставили в реакторе надлежащей защиты от радиации, я начал протестовать. Бесполезно! Том мне объяснил, что из моего тридцатистраничного рассказа невозможно сделать стостраничный сценарий другим образом. Ему нужен был объем и дешевый драматизм любой ценой! В процессе препирательств выяснилось, что кроме написания сценариев, он ничего не понимает ни в технике, ни в реальном устройстве современного общества. Счастливый человек, не обремененный в своей Англии проблемами, которыми я безнадежно занимался всю свою жизнь! Что-то объяснить или переубедить его было невозможно. Сценарий постепенно обрастал какими-то чудовищными персонажами и несуразными фантазиями моего нового соавтора, с которыми я с какого-то момента, чтоб окончательно не испортить отношения, вообще перестал интересоваться. Он хотел каждый раз обсуждать свои сценарные находки и в качестве обратной связи получать одобрение своих смелых изменений в моем уже окончательно изуродованном рассказе. Тут я понял, что это сверх моих сил и напомнил ему про контракт, в соответствии с которым он – сценарист, а я, как писатель, свою функцию уже выполнил. Стоит уточнить, что совсем отказаться от его услуг было невозможно, так как в самом начале нашего сотрудничества мы по его инициативе заключили восьмистраничное! соавторское соглашение. Каким получится сценарий предсказать невозможно, надеюсь через пару месяцев получить его для прочтения и не сойти с ума...

   С Себастьяном отношения сложились абсолютно другим, диаметрально противоположным образом. Он сообщил мне, что повесть ему очень понравилась, условие разделить гонорар 50/50 полностью подходит, поэтому через месяц представит мне готовый сценарий в сто двадцать страниц. Я воспринял это положительно, однако через месяц он попросил еще месяц, а затем вообще исчез: ни Себастьяна, ни сценария!

   С Кирком было так. Мы обменялись несколькими письмами и вроде бы наладили взаимопонимание. Проблемы начались, когда я послал ему минутный сценарий-шутку, некоторую анти рекламу курения. Там узник перед смертной казнью просит закурить, после чего ему становится плохо и прибывший врач говорит: «Неужели вы не знаете, что курение опасно для здоровья, а теперь нам придется вас долго лечить пока удастся поставит на ноги!» Мне показалось, что это смешно, когда курение спасает жизнь, но Кирк думал неделю, а затем все же не выдержал и попросил меня объяснить смысл этой сцены. После чего, мы расстались...

   В общем, я потратил кучу времени и нервов на переписку, на что-то надеялся, переживал, очаровывался, разочаровывался, и все зря! Никакого результата нет и не будет! «Суета сует, - очень правильно сказал Екклесиаст, - суета сует, — все суета!»

   Не могу не добавить одно существенное замечание. Я – любитель, «свободный художник» так сказать, пишу что хочу и когда хочу, а что делать настоящим сценаристам, у которых ничего не покупают? Ответа нет, только сопереживание и констатация прискорбного факта появления на экранах бесконечного количества профессионально выполненной ахинеи.


Рецензии
Интересная история. Как говориться, мало иметь талант. Нужен ещё талант, продать свой талант.
С уважением,

Ева Голдева   02.08.2019 17:22     Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.