ОбществоНЕведение и карго-культ

ОбществоНЕзнание и карго-культ

Предуведомление
Для непонятливых здесь хочется пояснить, что заметки, помещенные ниже, не являются академической рецензией и не организуются в один цельный текст. Это именно «эскизы»,  «замечания по поводу» и т.п. Особенно нервным чистоплюям, типа тех, кто готов, встретившись с иным мнением, кинуться в драку и разразиться кабацкой бранью – как это было с моим постом о нашей псевдофилософии - всего этого лучше не читать и не засорять мне страницу своими взвизгами. В полемику с троллями, графоманами-бездельниками, советующими «учить матчасть» и т.п., я также не вступаю.
Но если у кого-то (вдруг) появятся вопросы и возражения по существу, то готов с удовольствием на них ответить, несмотря на идейные и стилистические разногласия.


Горы  постсоветских публикаций-диссертаций по общественным наукам… Ощущение как от незаконченных ученических прописей.

Осваивали достижение импортного обществоведения… В британских колониях разноцветные детишки тоже учили про день рождения английской королевы и кто до нее сидел на престоле.

Верные мысли-догадки о том, что с нами происходит в действительности, иногда встречаются на просторах рунета. Но догадливых быстро изолируют. К примеру, наше сотрудничество со слоном продолжалось ровно месяц. Цензура «либералов» еще более жестока и мерзка (прикрывается «свободой слова»), чем в «прогосударственнических»  и официозных СМИ. А цель одна – не допустить адеквата.

Много ли политической автономии и программной самостоятельности в действиях какого-нибудь Миронова или хотя бы Жириновского. Смешной вопрос, им позволяют только болтать, чтобы отвлекать избирателя. Но в трудах «политологов» весь этот цирк предстает в виде «политического процесса», который трактуют и изучают со всей серьезностью политической науки, сравнивают там чего-то, применяют сложные методы исследования…
Но не публичные политики, ни избиратели не имеют свободы в своем выборе, (разве что не участвовать в повторяющихся фарсах), вопрос в том, а могут ли иметь при нынешнем социально-экономическом положении. При ответе на этот вопрос, стоит отказаться от профессионального кретинизма и кретинских же представлений об автономии политического действия, а рассматривать все это как раздел политической экономии, дабы не плодить псевдонаучные фантомы.

Эмпирическим путем установлено, сколько примерно стоят в среднем политические права «дорогого россиянина» – в розницу это было  где-то порядка десяти долларов. В грубой форме – это плата за участие в «карусели» на избирательном участке или тому подобное, а в более завуалированной: примерно столько можно выгадать, получая скидку в день выборов, если использовать в магазинах и аптеках календарик с избирательного участка. Причем «избиратель» на своем уровне рассуждает более рационально, чем какой-нибудь политический эксперт или, тем более, теоретик. С паршивой овцы хоть шерсти клок, пусть сегодня я поем чечевичной похлебки, которая завтра непременно подорожает.

А возможна ли вообще демократия в большинстве стран современного мира, при таком характере распределения собственности и все нарастающем культурном одичании. Беспрерывное внимание к футболам и пугачевым дает свои результаты. Наивно? Куда уж наивнее.

В (анти)отечественной традиции рассуждать о чем-то «вумном» привычнее в отрыве от реальности, которой вроде бы эти умствования и посвящены. Так было в советском идеологизированном обществоведении, но и когда «догма пала, традиции «схоластического теоретизирования» благополучно её пережили. Только вместо нк и истматов занялись бесконечными мозговыми мастурбациями на темы «русской религиозной философии» или импортной социологии-политологии. Реальность же оставалась в положении брошенной и никому не интересной дурнушки.


Образцом научности для постсоветского обществоведения было более-менее внятное изложение зарубежных концепций, разработанных ради совершенно иных целей-обстоятельств. Ну, объясните таким профанам, как мы, как всё это работает, какое к нам имеет отношение. Но диссертация уже защищена. Профаны обойдутся.

Так я это понимаю: вот застряла телега – помоги толкать, а не мудрствуй. А если ты теоретик, то придумай, чтобы все лучше катило или хотя бы исследуй причину застревания.
Ан нет, напряженный интеллектуальный поиск ищет МЕТОДическую причину влияния гравитации кометы, залетевшей в Солнечную Систему, на траекторию застрявшего колеса. Ну, или проблемы «геополитики», по меньшей мере.
У всё-знаек и ничего-непонимаек всё так – сплошная Касталия. Не мешайте им не получать результата в бесконечной игре в бисер.
А, вообще, если есть тяга к интеллектуальным играм, то, может быть, лучше в преферанс поиграть или почитать Джойса с Прустом. Зачем же публику смущать намеками на актуальность твоих игрушек.

«Основной закон» 1993 года, как теперь выясняется, был написан не без американского диктанта. И конституционный порядок с «выборной монархией» и неподконтрольностью первого лица, а также с бесправием депутатов, которые не могут ни правительства назначить, ни повлиять существенно на проводимый этим правительством курс – всё это безобразие в переломный момент влетело в россиянские ворота с подачи «лидера свободного мира».
При этом другие западные эксперты вовсю обрабатывали своих российских учеников на предмет замечательности «демократического транзита» и наступления благодати после крушения авторитаризмов. Иногда правая рука не знает, что делает левая. Что ж, бывает.
(В такое можно поверить?)

Те же яйца. Только в профиль.
Справедливо критикуя российские порядки, не стоит не замечать того, что в «цивилизованных» странах распространена та же мерзость – «элиты» творят то, что хотят (это только для наших вестернизированных вестернизаторов солнце всходит на западе).
Несколько миллионов демонстрантов в Лондоне протестовали против вторжения в Ирак. Около миллиона в Париже вышло на митинги против однополых «браков» И – что!?
А уж про американскую «демократию» вообще лучше рассказывать языком советского агитпропа – и почти всё будет правдой.
Кое-где реальная демократия в ее минималистском (выбор между элитными группами) и даже расширенном (партиципаторном) понимании – все-таки возможна. Но возможности эти становятся всё более уникальными, несмотря на «волну демократизации».
В 1990-е годы (или в конце 2011-начале 2012 гг.) казалось, что некая реальная демократическая конкуренция возможна и в РФ. Но сейчас так не кажется, и это открытие на радует.

У населения, даже в широких и вроде бы образованных слоях, бытуют довольно превратные представления о том, как устроено общество, политика, что такое власть и каковы важные современные проблемы (попытка даже чуть-чуть прояснить эти вопросы превращает затронутых в разъярённых вонючек!). Есть много и здравомыслящих людей, но они приобрели свое понимание благодаря именно здравому смыслу, но никак не благодаря «общественной науке». Основы последней вроде бы преподаются во всех учебных заведениях, но делается это с таким похабным непрофессионализмом, что у молодежи это «обществознание» не вызывает даже отвращения (как от идеологии в советские времена), а лишь полное равнодушие и скуку.

«Поборники»
«Всеобщее избирательное право» – это,возможно, абсурд, профанирующий демократию и сокращающий возможности реального воздействия на власть. Ответственный Избиратель тоже должен быть избран. Нормативная теория играется с опасной утопией. В реальности … напомним, что стоимость чечевичной похлебки «демократии» примерно десятка баксов.

Предполагаемое название книги о социально-политичесой мысли в современной РФ: «Наследники по кривой, или От какого наследства мы (не) отказываемся?»

Многие в предыдущем десятилетии мечтали о «русском РЭНД», то есть об отечественных аналитических центрах, «фабриках мысли», ведущих стратегические разработки. Попытки создать собственные «мыслящие танки» привела к абсурду «театра на досках» или к грязной провокаторской местечковости «Фонда эффективной политики». (ГОПники (см. пелевинское)  объявляли себя также «русским (?!) институтом»).
Производство «политологов» в ГУ-ВШЭ, «шанинке», ЕУ и т.п. производится методом «клонирования». Это не нормальный рост интеллектуалов, укорененных в отечественной культурной традиции, а быстрое «натаскивание» на овладение выгодным заказчикам схемы. Если МИМО в свое время готовил «фарцу», то «вышка» и бюрократические «академии» уже прямо перешли на штамповку надсмотрщиков и управленцев низшего звена для колониальной администрации в «этой стране».
На внутреннюю потребу, для «пиару» псевдоаналитического у нас есть помощник пав-го Серега Мар-ов, который ответил на любой вопрос и прокомментирует что угодно. А сам уже предложил сделать россиянами ВСЕХ бывших обитателей Союза.
Свободной мысли почти нет (или она маргинальна, как в «самиздате»). Традиция обслуживания-удовлетворения власти сохранилась и укрепилась с коммунистических времен. Неизменная «фига в кармане», а так – «чего изволите». Избытка в наследниках-продолжателях советского агитпропа (с подправленными лозунгами») у нас нет, костей только с барского стола швыряют меньше, и грызться за них приходится более жестоко, не помещает старая дрессировка.
Вот и получилось, что вместо аналога РЭНД  у нас «никоновы» и т.п.

Бюрократо-олигархи стремятся превратить население «этой страны» в послушных идиотов и неучей. Когда-то мы были «сверхдержавой», которая нуждалась в высокообразованных людях. А сейчас-то зачем? Достаточно будет «разводчиков», приказчиков, политтехнологов, а еще прислуги с охраной. «Культурку» для населения ныне формируют дебил-каналы вроде ТНТ или СТС.
Интеллектуалы, в коих еще живут какие-то идеи и сохранилась способность мыслить, не находят опоры в стремительно деградирующем обществе. Но сотрудничество с властью для них губительно. Оно оглупляет, а не только развращает. За «кусок» продаешь не только душу бессмертную, но и голову светлую.
Пока практически нет источников выживания и сохранения отечественного гуманититарно-патриотического интеллекта, помимо сетевого содружества.

Как в фильме «Единожды солгав», сделав это, уже очень трудно остановиться. За баксовые гранты в прошлом десятилетии бодро строчились тексты про «демократические транзиты», а сейчас больше дают из властных кабинетов, надо срочно развить забугорный же тезис, что мы «нормальная (обычная) страна» и в мировом «Атласе» не на последних позициях пребываем. Африка еще есть.

Кажется, чужое «интеллектуальное» дерьмо всплыло в виде книжки «После коммунизма» анонима с псевдонимом «С.Платонов» («мы можем собственных пгатонов…»). Потом были «иные», русс-сру-журналы, «пушкины» (обратите внимание на спекулирование псевдонимами дорогих нам имен) и прочие центры «эффективной политики», рассылающие антисемитские  подметные письма якобы, от лица оппозиции.
Откровенных и «респектабельных академических русофобов (типа тамошнего Янова или здешнего Охеезера казалось мало). Наш интеллектуальный горизонт был замутнен щедровицкими-гефтерами-чернышовыми-кордонскими-чубайсами и прочими павловскими. Не надо было бы нам всего этого читать и заплетать себе мозги всякой разной кабалистикой. Высказывания названных авторов порой выглядят совершенно по-постмодернистски, но сроку этому «постмодернизму» несколько тысяч лет. Это есть отвлечение наших умов от реальных и жизненно необходимых наших проблем. Для гигиены ума важно также не обращать внимания на писания и телекамлания хазиных-леонтьевых-ю-х. Про прохановых-аверьяновых и дугиных-калашниковых уже и не говоришь, они сумасшедшие). Другая разновидность интеллектуального СПИДа – это димобыковы-йулиилатынины и  –  имя им легион!
Если уж хочется «простого как правда» или «популярно о сложном», то возьмите Серёгу Ма-кова. Он прост как три доллара. Или даже пять.
 
Но все вышесказанное – это шутки. Умственную гигиену нужно соблюдать, но и знать многочисленных и разнообразных врагов тоже надо. Здесь противоречие.
Потому нужно иметь средства для Очищения, после того, как соприкоснешься с интеллектуальной скверной.

ПОСЛЕ марксизма. Вся эта муть марксятинская чрезвычайно забивала нам головы на протяжении большей части ХХ века. Альтернативы были практически запрещены и мало кому доступны. Некоторые искали их в «религиозной философии». Подобное тянется к подобному. Ведь марксизм-ленинизм был тоже светским вариантом религии: «верю, потому что абсурдно» или  «учение внука раввина всесильно, потому что оно верно» – в чем тут принципиальные различия.
Но «карлосоны и энгельсоны» вызывали все меньше интереса, с большим энтузиазмом над ними уже смеялись. Причем смех вызывали уже и «наши» ортодоксы ойзерманы и забугорные (но тоже «их») придурки-лукачи, не говоря уже о мастадонтах сталинского разлива. На Западе элиты придумали, как использовать вариант марксизма для лучшего контроля над массой интеллектуалов. В СССР же трагический (точнее трагикомичный) интеллектуальный опыт зиновьевых-ильенковых отвращал умы от экспериментов с марксистскими «диалектиками-отчуждениями», хотя инерция здесь была чрезвычайно велика.
И вот, когда наши умы стали освобождаться от марксятины-ленинятины – тут нам поспешили подбросить новые варианты талмудизма, причем в разнообразных «плюралистических» упаковках. Лишь бы своего не искали!

Как слаженно, например,  работают «черные мурзы». Перманентно пьяный Леха изображает из себя сторонника либерализма (причем отечественного, дореволюционного разлива), а троюродный «Серега пишет» для поклонников совка свои бесконечно скучные восторги по поводу кулечков для «конфет-подушечек из суровой бумаги», причем обертка действительно «суровая», то есть актуальная. Обсасывайте же это совдеповское старье и не рыпайтесь. Вот что происходит с нацией, у которой НЕКОМУ думать своим умом.


«Технологии» по управлению/манипулированию сознанием сосредоточились, в основном, на ТВ. Для массового поражения сознания нации «телерасстрелы» наиболее удобны.
Несколько менеджеров-идиотов выучили про НЛП, «хай-хьюм» и т.п.
Но ведь сознанием (как индивидуальным, так и массовым) можно не только манипулировать, его можно развивать. Так было в годы «гласности», когда многим людям все же удалось избавиться от старых догм и выработать более адекватные взгляды на мир. К сожалению манипулятивный элемент (даже в «толстых журналах» и т.п.) взял вверх. Но при помощи больших текстов манипулировать людьми сложнее (это раньше роман национального автора или нациеобразующая опера были событиями масштаба всей страны, а сейчас это коммерческий продукт). И была сделана ставка на «ящик» и тотальное упрощение.

Сплошное «Завтра»
Авторитарные миазмы удушающим образом воздействуют на политическую мысль в нынешней России. Речь даже не о грамотном политическом анализе (кто им владеет в РФ?), а о комментариях, политической публицистике дурного тона: сетевой, газетно-журнальной, радио- и телевизионной.
Одичание идет семимильными шагами. Такие, первоначально интересные начинания, как «Политкласс» или «Политжурнал» деградируют от номера к номеру. И подобные издания умирают сначала содержательно, а потом прекращают существование.
Наивности в духе «гласности» вроде бы стало (становится) меньше, но больше цинизма и т.п.
Идет тошнотворная до неприличия апологетика «гаранта» (Чего??). Также растет количество материалов по стилю и содержанию отличавших ранее разве что орган Проханова (печатный).
«Завтра» – это наш сегодняшний «День». Безапелляционность, безбашенность, бессистемность, безграмотность, бессовестность – вот черты отечественных журналюг.  А уж сторонниками  «третьего срока» или ищущие  «преемника» переполнили «ведущие» издания как несчастные арестанты россиянские изоляторы и КПЗ.
 
Слушать сумасшедших – это даже хуже, чем идти за слепыми. Кто только не надбивается к «дорогим россиянам» в поводыри.

«Алиенист»
По сути, обществовед, особенно изучающий реальную политику и политиков, является алиенистом – он должен хорошо разбираться в психопатологиях.
 

Политологу, например,  как и другим ученым должна нравиться его профессия. Но, что именно должно нравиться. Сам процесс познания! Интересно же, сколько чего там у этого ленточного червя. Но чтобы любить «глисту» как таковую – это надо же быть психом-извращенцем. Политики наши страшно измельчали. Их даже с пресмыкающимися не сравнить (хотя они любят пресмыкаться перед вышестоящими). Но, скорее, они – это ленточные черви. Паразиты. Как их вывести из российского организма?

Одни  могут «мыслить социологически» и т.п., но с теоретическим оснащением у них швах. Другие всё почти  знают. Но мало что понимают.
 
Впечатление от обществоведов «с уральских гор». Смесь философского сюрреализма-постмодернизма или каких-то идеалистических завихрений, в сочетании со стремлением заниматься  самым грубым  «черным пи-аром».
Ребята «самовыражаются», «играют». Мб., не понимая, что за философскую мысль надо отвечать, так же как и за «черный пи-ар», «черный нал» и прочий «базар». Рассказали, что одну уральскую философиню-политтехнологиню взорвали в Сибири (Иркутск?) вместе с «черным налом» в сумке и Дерридой (или с «Франкфуртской школой») в голове.

М.Делягин своими пророчествами о грядущей и скорой революции изрядно раздражает. И, как только этого ельцинского пиарщика (почитаете тексты Д. образца 1996 года) считают «ведущим экономистом», влиятельным политологом» – вообще ученым? Ученый, даже в своей публицистике, должен стремиться к адекватности и объективности. А КОГДА стремиться, если надо разместить статьи во всех газетах и давать интервью направо и налево. Думать при таких  нагрузках просто вредно. Но настоящий интеллектуал – это же не трибун и не маг, чтобы заклинать реальность призывами и молениями. И НЕ – Болтун! Лучше уж горькая истина, чем обман людей, поверивших в то, что перед ними серьезный аналитик.
«Изыди, отче, и стадо не возмущай!» (Из «Братьев Карамазовых»)

Вот академические туристы» – съездили несколько раз в Европу-Америку и приобрели менторский тон. Хотят здесь всех учить.
А мы не хотим у них учиться! Русский человек предпочитает думать «глупо, но самостоятельно»…

Все смешалось… Мондиалист Ж.Аттали выпускает книгу об «основоположнике» марксизма. Или – не такие уж они антагонисты?
 
Без учета наследия Маркса и последствия «марксизма» современный мир не понять (как без христианства за два тысячелетия). Но – почему этим нужно восторгаться?

С ДРУГОГО БЕРЕГА
Опять получается, что мы «не знаем общества, в котором живем», и окажемся в результате среди потерпевших кораблекрушение на берегу утопии, как бывало уже не раз. «Берег утопии» - так называется модная и нашумевшая пьеса Тома Стоппарда, идущая целый день в Российском академическом молодежном театре. Мы с коллегой решили устроить себе культурную программу. В РАМТ попали, разумеется, только на последнюю третью часть спектакля («Выброшенные на берег») – в центре которой судьба А.Герцена, знаменитого русского эмигранта, который, оказавшись на английском берегу, наладил «тамиздат» «Колокола» и «Полярной звезды». Утопические устремления оборачивались политическим крахом и личными драмами, порой трагедиями. Тяжело смотреть, как все эти Чернышевские-Добролюбовы, Герцены-Огаревы, не будучи в состоянии разобраться где, чья жена, вознамерились перевернуть Россию и спасти мир. Благими пожеланиями вымощена дорога в ад!
Пьеса выражает британский (пожалуй, слишком уж британский!) взгляд на русские события и персонажей русской истории. Хотя сам спектакль (режиссер А.Бородин) поставлен и сыгран талантливо. В конце продолжительного действия нас ждал еще один дополнительный акт. Под аплодисменты части зала на сцену помогли выйти последнему советскому генсеку и президенту М.Горбачеву. По сравнению с годами своей славы. Он сильно постарел, но неповторимый голос и обороты речи узнаваемы сразу. Поблагодарив артистов и постановщиков, Gorbi пустился в пространные размышления о своем интересе к наследию революционных демократов, обращаясь, в частности, к исполнителю роли «неистового» В.Белинского. Горбачевская «перестройка», пожалуй, явилась лучшей иллюстрацией пагубности разнообразных утопий, революционная и бюрократическая утопия сплелись в ней, вызвав известное «кораблекрушение» нашей страны, названною позднее геополитической катастрофой. Социальная и политическая наука, которыми в России пренебрегают как в середине 19 века, так и в начале 21 столетия, не могут, конечно, полностью застраховать от исторических бурь. На каком берегу, мы тогда окажемся?..

Человек – существо биосоциальное. А «научная» социология его «разрубила», очистила свой «предмет» ль природы. Ну и осталась с «теорией фреймов» и феминизмом.
Мы продолжаем думать НЕ своим умом.
Конечно, нынешний скептицизм и ирония в отношении интеллектуалов тех (советских) времен выглядят чем-то очень несправедливым и циничным. У нас есть Интернет, а у них тогда были цензура, запрещенные книги, стукачи вокруг и угроза потерять работу (правда, и сегодня все это тоже есть, но информационные возможности все же несравненно богаче). Если людей в СССР десятилетиями били по голове (фигурально – в ходе идеологических кампаний, и буквально – на допросах), то, как же можно требовать от людей посреди всего этого не только хорошей «философии», но даже и просто здравого смысла. Однако же, если взялся за гуж, то не говори, что не дюж.  По большому счету не сдюжили. Почему? Наверно, обстоятельства оказались сильнее.
Обстоятельства эти состояли в том, что девяносто с лишним лет назад национальная, отечественная интеллектуальная традиция, которая касалась главных проблем нашего общества, политики, национальных интересов, судеб России и т.д. – была грубо и решительно пресечена. Именно так, без всяких оговорок! Захватившие страну коммунистические бандиты знать ничего не желали о русской судьбе, а всякая «русская идея» была для них, безусловно, контрреволюционной. Написав такое, отдаешь себе отчет в том, что для академического обществоведения или для серьезных историков подобные тезисы есть лишь публицистический перехлест. Мол, Россия не выдержала внутренних противоречий, мировой войны и возобладала психопатология. Сама русская мысль была с серьезными изъянами, чрезвычайно некритически относилась к новомодным западным поветриям, интеллигенция болела революционным нигилизмом и т.д., и т.п. В результате всего этого случилась Смута, в ходе которой народ уничтожал сам себя, был красный террор, но и белые не ангелы, были садисты в ЧК, но и психопат барон Унгерн не лучше, и вообще – сами себя высекли. (На эту тему я мог бы всем интересующимся с чистой интеллектуальной совестью и без всякой фиги в кармане рекомендовать второе издание фундаментального труда В.Булдакова «Красная Смута»). Так?
Да, не так! «Монблан фактов» о взаимном озверении гражданской войны не отменяет того простого следствия, что по ее итогам Россия оказалась в руках «Иных». И речь не о «крови» и пресловутом еврейском проценте в ЦК и ЧК и дикой жестокости инородцев. Действительно, шла война всех против всех. Но в результате Россия оказалась плацдармом для спешно образованного Коминтерна, а народ России – заложником безумного проекта мировой революции.

Прочитано немало работ про Русскую Систему, Русскую Власть, Русскую Идею, не говоря уже про затертую в цитатах пресловутую Соборность – все с заглавных букв и во всемирно историческом масштабе. Но как перейти от этого масштаба к мелочам жизни и сделать это хотя бы мысленно при оценке нашей исторической практики и ее перспектив. Здесь размахивание философией и оперирование абстракциями, которые пишутся с заглавных букв, может стать контрпродуктивным.
Что до русской власти в ее отношении с обществом, то народ часто безмолвствует, давая ненавистной власти уничтожать саму себя. Последний самодержец роняет Самодержавие,;последний генсек курочит механизм Партии. Всемогущество оборачивается бессилием. Так называемая оппозиция оказывается сильной только задним числом; на деле при царе большевики были разогнаны по подпольям и эмиграциям и сами мало на что надеялись, а советскую диссидентуру почти повывели лагерями, психушками и высылкой за рубеж. И вдруг – все рушится, и оказывается, что мыслящие о будущих перспективах страны в очередной раз думали не ту думу и дули не в ту дуду.

Может быть, это будет наивным и банальным, но в России, где очень плохо знают свою историю, несмотря на это, а может и из-за этого, историей просто одержимы. Настоящего как будто нет, по телеку крутят комедии Гайдая и «старые песни о главном» – современный продукт смотрят, но с позывами к рвоте. Голосовать за политиков, партии, различные программы развития нет возможности, но помимо выбора между марками пива, можно голосовать за «имя России». Мертвый хватает живого.

«Вехи» – некоторый проблеск здравомыслия, уже более ста лет, выдаваемый за величайшее интеллектуальное достижение.
Бесконечное топтание на месте, подбирание и систематизация бессмысленного интеллектуального мусора. Такова наша «история идей». И последние (в умственном плане) так у нас становятся первыми.

Нынешняя социология (обществоведение) выдаёт ПАРОДИЮ на современное общество.
 
Наука, конечно, имеет дело не с «реальностью», а моделями, но принятые в современном обществознании  «идеальные типы» больше напоминают картины сюрреалистов.
 
В старорусских и новых российских штудиях об обществе слишком большая  роль отводится ЦИТАТАМ.
 
Концепция «РС» как интеллектуальный мутант? или, точнее, результат интеллектуальной мутации?

КАЗАХСТАНСКОЕ 
Помнится, мы однажды гуляли по  после одной конференции и Нижнем, и одна набитая дура (профессорица и докторица наук, между прочим),  с восхищением рассказывала о мудром казахском султане. Да, нет демократии. Но, ведь какой экономический эффект, (по сравнению, с Россиянией, пожалуй). А политический режим? И там, и здесь – «мягкий авторитаризм». Какая глупость! Не бывает «мягкого авторитаризма» - это оксюморон, жареный лёд. «Мягким» авторитарный режим бывает до тех пор, пока подданные соглашаются с тем, чтобы их стригли, оставляя немного на прожитье. Как только начинается политический протест – достаются дубинки. В более серьезном случае – попытке протеста против экономического грабежа – расчехляются стволы. Сейчас режим «светлого султана – евразийца» потопил выступления нефтяников в крови. (Восстание в казахском городе Жанаозене стало логическим следствием многомесячной забастовки рабочих нефтедобывающих компаний «Озенмунайгаз» и «Каражанбасмунай»). У нас, похоже, может быть то же самое. Тем более что РФ втянули в вонючую яму т.н. «Евразийского союза» - традиции азиатского деспотизма станут еще ближе и будут взяты на вооружение. (Хотя лучший аргумент против нагайки степняка и кавказского кинжала – граненый русский штык). Но: мы не рабы – рабы не мы?

ПРО СОВЕТСКУЮ НАУКУ О ПОЛИТИКЕ
Долгое время в советский период  поиски истины в социально-политической области и академическая, научная и преподавательская деятельность были мало совместимы друг с другом; укреплялась традиция разделённости поиска истины и карьеры. Обществоведческие штудии вполне заменяла собой идеология; разумеется, не полностью, оставались «чисто академические» ниши, но в описании наиболее актуальных тем господствовал агитпроп. Стремление к получению более-менее объективной картины допускалось в изучении международных отношений и зарубежных стран. Поэтому неудивительно, что наиболее грамотные кадры постсоветских российских политологов вышли из институтов, связанных с заграницей – они знали языки, имели несравненно более широкий кругозор, а также  навыки научного описания социальной реальности и политического взаимодействия. То есть у них было огромная  фора перед своими коллегами – «идеологическими солдатами партии», обслуживающими внутренние потребности коммунистического режима. Но, рассуждая трезво, и здесь отечественным интеллектуалам похвастаться, было особенно нечем:  советские мозговые центры давали «наверх» весьма искаженную, фантастическую картину мира. Это, по нашему мнению, послужило дополнительным катализатором катастрофического протекания «перестройки» и распадом СССР.

ПРО «ПОЛИТОЛОГОВ»
Общей проблемой для ученых политологов является их слабость по сравнению со всякого рода «технологами», «консультантами», «комментаторами» и пр. В этих областях гораздо больше денег и к ним прикован интерес власти и общества. Такое положение и в других странах, но вряд ли разумно смешивать научные исследования с «пиаром». В России же ангажированные публицисты и придворные пропагандисты узурпировали для себя название «политологи», подменяя его. Ярким примером такой ситуации были телерепортажи начала февраля 2012 года, когда некоторые  субъекты, ораторствующие на Поклонной,  перед свезенной по разнарядке массовкой, обозначались в качестве «социологов» и «политологов». В качестве «политологов» позиционировалась и избранная публика, допущенная на встречу к непобедимому кандидату в президенты на следующий день. Хотя многие из них давно уже утратили моральной право называться учеными в стремлении удержать статус постоянно «говорящих голов».

УМЕНИЕ МЫСЛИТЬ КАК ТИП МУЖЕСТВА
Люди в целом не могут отказаться от поисков истины, не изменив своей природе. Социально-политическая мысль в нашей стране БЫЛА, даже в самые мрачные в интеллектуальном отношении периоды, хотя ей и приходилось выживать в условиях тюрьмы, лагеря, психушки или подполья. Современное же российское академическое обществоведение как будто брезгливо  отворачивается от «несолидного» наследия ряда спорных и незаурядных авторов. Это и Александр Солженицын – недооценен именно как политический мыслитель, хотя и оказавшийся незадачливым политическим деятелем, а также Владимир Буковский, Андрей Амальрик, Анатолий Иванов и др. Я специально назвал авторов, принадлежащих к непримиримым идейным лагерям; их тексты  выглядят крайне неровными и дискуссионными. Но в них была живая мысль.  Эти люди, выбрав внутреннюю свободу и стремление к истине, платили за свой выбор очень дорого, и их политические идеи заслуживают несравненно более пристального внимания нынешнего поколения политических исследователей. Это не просто моральный аргумент (в этом случае хватило бы и простого человеческого уважения к смелости и жертвенности мучеников советской власти).  Нет, наряду с моральным, следует всерьез рассматривать и интеллектуальные аспекты. Ведь многие черты «неозастоя нулевых» (с практиками авторитарной власти, зажимом прессы и свободы слова, десятками и сотнями политзаключенных, организуемой сверху общественной псевдоактивностью и т.д.),  делают актуальными и востребованными идеи мыслителей, работавших в типологически сходных условиях.  Требуется также немалое интеллектуальное мужество для ответа на вызовы уже нашего времени. На этом  фоне особенно ярко видно не только моральная нечистоплотность, но и интеллектуальная импотенция всякого рода раскрученных «политологов», убожество их «экспертизы», направленной на оправдание консервации нынешнего режима. Забывая о думающих диссидентах, в пользу аппаратно-академических карьеристов-начетников, уже нынешнее поколение российских обществоведов лишает себя многих ценных источников для размышлений и вдохновений. Если возвратиться к примеру с политкомментариями в отношении к политической наукой, то конечно практически нигде серьезные ученые не могут получать больше денег и популярности, нежели ловкие говоруны и лизоблюды. Простенький песенный шлягер всегда слушать приятнее и легче, чем симфонию. Для ученых соревноваться в популярности с «телеполитологами» - занятие бессмысленное. Но дело ведь не в успехе, а в содержании. Публицисты в России часто рассуждают на политические темы умнее и глубже, чем, так сказать, профессионалы. Если характеризовать положение политической науки в РФ, то впору говорить о ее недопустимой непродуктивности.  Идей недостаточно -- сильных, новых, оригинальных – вот в чем беда.

Сохранившиеся представители «шестидесятников» и т.п. слишком носятся со своим «диссидентством»,  «самиздатом», «можешь-выйти-на-площадь» и т.д. Они не замечают что ли, что сейчас все намного хуже. Они приспособились и не хотят знать о страданиях новых поколений. «Борцы с режимом» (многие) успешно приспособились. Ну, попробуйте выйти на площадь» (если это не Поклонка или не отвлекающая и «сливающая» протест Болотная),  и будешь «отоварен дубинкой по башке». Вместо «самиздата», правда, есть интернет, но сам по себе он немного значит.

Читая тексты российских обществоведов, я все чаще вспоминаю про «предательство интеллектуалов». Но измена наших ученых выражается не только в том, что, скажем, специалист по полетам к Венере с радостью уезжает в США, и тысячи других зарабатывают валюту в «цивилизованных странах». Это понятно, нужны достойные условия и зарплата, коих не обрести на родине. Но происходит не только эмиграция за грантом, но и ментальная измена «этой стране». Последнее гораздо хуже. Особенно опасно, когда под наукообразным соусом подают «необходимость» бесконтрольной миграции, рекламируют дикий рынок, да и много чего еще. И это – «ученые»? Нет, скорее уж враги и вредители.
Понятно, что людям, хорошо знакомым с продукцией советских идеологов-обществоведов, соприкосновение,  например, с выводами тишковского центра академической русофобии, разработками интеллектуальных надсмотрщиков из «вышки» и т.д., и т.п. ведет к полному недоверию к отечественному социо-гуманитрному знанию. Но является ли оно «отечественным»? По всем статьям?

Дарендорф и Эразм. Прочел довольно странную «статью» одной воронежской философини. Скорее, это не статья, а реферат книги Ральфа Дарендорфа об интеллектуалах ХХ века, наследующих традициям Эразма Роттердамского.
Дарендорф – это, конечно, имя известное. Сразу вспоминаешь   «теорию конфликта» и   прочее хрестоматийное.  Но и другое многое может прийти на память. Когда Майкл Горби разглагольствовал про «Европу от Дублина до Владивостока», Р.Д. его поправил, видя Европу все же от Бреста до Бреста. Так что многие не признают нас «своими» среди «эразмийцев» и прочих евросапиенсов, хоть из шкуры своей вылези и отдай ее бесплатно любому, кто возьмет. Да еще и поблагодари за это.
Ну, да ладно, речь не  об этом. Пересказ воронежской тётки «вводит в научный оборот» многие интересные идеи, пусть и банальные сами по себе, но для нас весьма актуальные.
Существуют объективные особенности жизни интеллектуала. Внутри него не «радар» для внешнего, а «компас» (для улавливания внутренних состояний). Интеллектуал «труслив», поскольку он одиночка и нет «партии», которая бы оценила и поддержала его героическую жертву. Есть немало иных интереснейших идей – у врагов, даже тех, кто относится к нам вполне по-расистски, надо неустанно учиться. А главное оружие – это ум (хотя, конечно, и «похвала глупости»).
Однако набор «эразмийцев», предложенных Дарендорфом, вполне в русле современных тенденций. Говорится об И.Берлине, Р.Ароне, К.Поппере, Х.Арендт и кто-то еще.
Ну, так понятнее всё становится. Конечно, интеллектуал должен «держать дистанцию» и быть страшно осторожным, потому что оружие его книги много опаснее для врага, чем булыжник, который он, в принципе, может бросить с баррикады, где его убьют быстрее прочих.
Но когда речь идет о «гражданском мужестве», то, может быть, стоит педалировать не столько «мужество», сколько «гражданство», то есть идентичность. Что человек, в том числе философ, считает подлинно своим, и за что готов стоять и умирать.
Эразм, при всем своем значении, был тот еще космополит. И довольно легко «дистанцировался» и от католика Т.Мора и протестанта Лютера. Те ложились на плаху и стояли на «своем», а для их друга это было чужим. Не таковы ли «актуальные проблемы» европейцев (и даже русских европейцев) для приведенного Дарендорфом ряда «эразмийцев». Вокруг них было ИНТЕРЕСНОЕ, но НЕ СВОЁ. Конечно, они большие и оригинальные умы. В отдельных случаях в этом некоторые сомневаются, но вряд ли принижать чужой ум – это выигрышная стратегия. «Эразмеи»  много дали для понимания кризисов страшного 20 столетия. Но они смотрели «объективно», «критически отстраненно» (и испытывали дискомфорт, когда им предлагалось определить свою позицию более конкретно). Они нас (или Запад – если уж так хочется Дарендорфу) ИЗУЧАЛИ. Изучение можно вести и методом «включенного наблюдения».
Так Миклухо-Маклай изучал папуасов.

Согласитесь, глупо было бы, подобно Магеллану, ввязаться в войну между туземными племенами и погибнуть на ней.

Много вокруг (или все меньше, но все же встречается еще) интеллигентского донкихотства. Причем здесь я пишу про интеллигенцию без кавычек. Вспоминаю об этом, например, когда читаю «белого» историка Сергея Волкова. Ну, прав он, прав почти во всем. И не место, не место всем этим гадам революционным и сволочам красным на карте нашей родины и в топографии русских городов.
Но гражданские подвиги выглядят в нынешней быдлорашке даже не как атака с копьем правды и на росинанте гражданственности против ветряных мельниц. Нет, это даже, скорее, махание сабелькой вострой против куч дерьма. И везде эти кучи, кучи, без конца и без края. И что ты клинком своим с ними сделаешь? Только вони больше разведешь.
Нет, Геракл нам нужен, Геракл и его подвиги. А самый трудный подвиг Героя был не в погублении льва пещерного или какой-нибудь гидры лернейской. Нет! Не подойдет здесь и история с беспрерывным оплодотворением девственниц: не помню, сколько их там было! (Во-первых, подвиг этот был выброшен из списка советской цензурой, а мы ведь живем еще в советскую эпоху; а во-вторых: при чем здесь девственницы?).
Нет, самый трудный и полезный подвиг для нашего Героя – это очищения авгиевых конюшен. Ух, столько навоза вокруг накопилось, вздохнуть нельзя!
Но чем все это может быть (будет?) смыто?
Возможно, что только КРОВЬЮ.


Если идеи не востребованы, то тем хуже для идей. Или – для людей, которые их вовремя не поняли.
Процентов 95 вузовских и академических обществоведов в РФ хорошо, еще, если просто идиоты. А то и вообще враги.

Из блога А.Фурсова:
«В самый разгар перестройки в Советский Союз хлынули мутным потоком схемы западной социологии и политологии. Причем интересно, что они хлынули именно тогда, когда западная социология и политология переживали острый кризис. Но они пришли сюда, в Советский Союз, где марксизм-ленинизм был в явном кризисе, и они выглядели, скажем, так, более модными, более современными.
Это активное внедрение социологии и политологии в советскую реальность для объяснения советской реальности - очень сильный пример действия гуманитарной технологии, потому что нейтрального знания не бывает, и западная социология и политология отражают реальности западного общества. А теперь представьте, что систему знаний, которая заточена под такое общество, начинают применять для познания общества принципиально иного».
Я глубоко убежден, что существуют неафишируемые дорогостоящие научные исследования. Думаю, в этом секторе есть несколько важнейших направлений работы: первый – продление жизни, второй – генная инженерия, третий – исследование геокосмических и геоклиматических катастроф. Все это работает на укрепление положения мировой верхушки. В общем, денег много не бывает... Кстати, верхушка начала грызться между собой, а это свидетельствует о том, что богатства и власти на всех не хватает»
Я бы сам такое написал, да.


Сугубая вторичность наших россиянских интеллектуалов» заключается в том, что они не понимают до конца смысла того, что передирают на Западе. Так небезызвестный «попка-попугай»  с говорящей фамилией Иноземцев неверно истолковывает роль т.н. «аналитических цисцерн» (стеб, конечно). Питерский политолог его поправляет: Тут, мягко говоря, имеет место сильное преувеличение. "Мозговые центры" в США, да и в других странах, как правило, пишут конкретные рекомендации политикам и чиновникам, и полет мысли их аналитиков в значительной мере ограничен рамками повседневных рутин. В тех же случаях, когда речь идет о разработке масштабных программ и стратегических планов, то они так или иначе опираются на академических специалистов, чья работа не всегда связана с "текущим моментом", но которые, как правило, обладают более широким кругозором. Эти же специалисты, собственно, занимаются подготовкой квалифицированных кадров (в том числе для самих think tanks) и выступают авторами работ (не только сугубо академических, но и популярных), откуда аналитики "мозговых центров" обычно и черпают свои идеи, облекая их в более доступную форму и переводя их на язык советов. Проще говоря, think tanks - это не более чем видимый начальству, СМИ и досужей публике внешний фасад сложной интеллектуальной конструкции с обилием корпусов университетов и колледжей, лестницами первоклассных журналов, дворами серьезных конференций и флигелями международно признанных научных школ, о чем, собственно, вскользь сказано в статье. И до тех пор, пока эта конструкция не будет отстроена (а в России до этого, прямо скажем, очень и очень далеко), весь этот фасад в нашей стране будет представлять собой не более чем "потемкинскую деревню"... (Гельман в блоге).
Я не думаю также, что Фурсов во всем прав, когда говорит, что презирает «профессорскую науку». Она бывает очень разной. Среди профессоров процент умных и глупых примерно такой же, как среди дворников. Но важно видеть, что за фасадом этой науки. Или – она сама «за фасадом».

Несмотря на многие ценные мысли, фурсовщина очень умозрительна. В своем стремлении к масштабным генерализациям они игнорируют не только людей, но и факты, которые им «пыль». (Но не в «анналовском» смысле, а то, что они их не видят).
 
Думал, что он (АИФ) великолепный интеллектуал, а оказалось – сталинист с марксистскими тараканами в голове…
Даже большие умницы дичают при отсутствии нормальной коммуникации с профессиональными коллегами (за почти полным отсутствием таковых) и  общей деинституционализации нашей гуманитарной науки. Грустно.

Да, интеллектуалы в нынешней России никому не нужны: ни воровской власти, которая интересуется только мифами, па-аром и схемами обогащения, ни «народу», который не хочет поднимать голову от миски и не выходит за рамки своих примитивных потребностей и развлекухи.
Но слой интеллектуалов может быть нужен самому себе. И тогда произойдет увеличение этой страты. За счет такого прироста интеллектуальный слой увеличит и свое влияние, заставит считаться со своими Интересами. Разве в других странах было иначе?
А обслуживание власти и «служение народу» - это тупиковые пути.


Затеваемые  дискуссии о «политологии» напоминает бурю в стакане воды, притом мутной.

Если не изучаешь общество и политику ради своих национальных, то рассчитывать на адекватную картину мира не стоит. В лучшем случае тебе предложат правдоподобный суррогат. Чужие утопят тебя в псевдонаукобразии и подробных схемах, в которых «забыто» самое главное, самое важное для тебя.


«Известный ученый» из чужих отреагировал на смерть «баб»а так, что якобы эпоха олигархов была не самой страшной по сравнению с войнами, репрессиями, революциями. Здесь или подмена или глубинное непонимание того, что произвол олигархов, именно он, чреват переворотами, войнами и кризисами. А, что до нынешних, то разве, это не отросток демонизированной «березы»?
Но верно то, что нынешняя «стабильность» чревата крупнейшими потрясениями. За разгул березовских и абрамовичей придется еще платить и платить, в том числе нищетой и кровью многих невинных.

 Тяжек груз познания. Это – постоянное нарушение равновесия, чем больше знаешь, тем больше не знаешь. Постоянная балансировка и желание … отдохнуть. Для большинства комфортнее миф, основанный на выдуманных стереотипах.
      Собственно вся ментальная архаика сейчас и присутствует  в массах, у большинства и общество развивается благодаря интеллектуальному меньшинству, которое не боится смотреть в лицо истине.
   Убери эту элиту и что останется. Собственно опыт советии это и показал. Убивали друг друга без меры, дохли миллионами,  учили талмудизм марксистский, не могли обеспечить ни еды, ни жилья, ни одежды нормальных. Кровь проливали за химерические фантомы.
И сейчас – такая тяга вернуться в совок. Устали от пути познания.
Впрочем, ни у нас одних. Мода на фэнтези – тяга к мифологическому равновесию.
Мильин или Врозов или подобные типы – всёзнайки-ничегонепонимайки.
 
Для некоторых их игра в бисер важнее всего остального мира. Мы влачимся к уже видимой гибели, а они классифицируют канареек.

Нынешний режим губителен для мысли. Катастрофически не хватает идей. Старые соображения переливаются из пустое в порожнее, теряя даже то содержание, что в них когда-то имелось.

Унижение и насмешки ждут тех немногих, кто попытается продемонстрировать на поле россиянской общественной науки свои патриотические убеждения. На этом поле, в его современном состоянии,  националистам-патриотам делать почти нечего.
В теории международных отношений господствует макартуровщина-богатуровщина. Продажно-предательские «элиты» в «этой стране» давно уже лежат под хозяевами мира, а их умники-подголоски теоретически все это «обосновывают». Книги по международным отношениям, и монографии, и многочисленные учебники издаются в России на американские деньги. Что может быть в них написано? Ха-ха.
Социологи яростно грызутся между собой по поводу того, кто лучше понимает «дискурс» хозяев из Америки и Европы и терминология какой постсовременной «школы» в социальных науках лучше «запарит» мозги рискнувшему ознакомиться с ней читателю. Короче, кто трудно понимаемый мир сделает совсем уж невозможным для понимания и, значит, практических действий в собственных интересах.
 Что до политологии, то, как недавно выразился один из известных компрадоров от науки, там есть три дюжины специалистов мирового уровня (принятых в глобальную тусовку интеллектуалов) еще пара сотен тренируется. А остальным – делать нечего, получается на этом празднике жизни и международного академического туризма.
А что же другое крыло? «По валу», создается впечатление, что «патриоты» преобладают. Но по качеству… Прозападная часть, в основном, хоть соблюдает некоторые приличия и редко впадает в откровенный маразм и идеологические пристрастия свои хорошо маскирует под видом наукообразной объективности (высокая степень правдоподобия – главная опасность всех этих «вышек», «евр. университетов» и т.п.). Их якобы противники – все эти советские идиоты, сталинисты-державники, евгазийцы и прочие «цыгане» со степенями и публикациями лишь компрометируют русскую науку, создают отличный контраст для продукции западных и прозападных (по сути враждебных России) «аналитических танков».
При таких условиях, при таком «научном интеллекте» о самостоятельном и свободном возрождении России нельзя даже и мечтать.

Наука о политике – это орудие в мире политики. Средство, если не войны, то уж наверняка конкуренции между странами и мирами. Плохая политика как наука – это плохая политика как практика. В развитии первой потому надо исходить из своих национальных интересов. Но их у нас нет, они подменены чем-то чужим, чуждым нашему народу. Отсюда и метания россиянских  «политологов» и странные критерии оценки их достижений. К примеру, говорят о цитировании и публикации в международных научных журналах. Но это система в основном американская. Что нам до нее и почему мы себя должны оценивать американскими мерками, смотреть на себя западными глазами. Речь, конечно, не о «патриотических мокроступах», но о том, чтобы делать что-то для себя,  и в своих интересах.
К примеру, для конструкторов танка или самолета важно и разделение труда, и учет чужих достижений. Это необходимо, дабы изделие наших заводов смогло выдержать и испытание полем боя, и конкуренцию на оружейном рынке.  Будут ли при этом «цитировать» наших ученых – вопрос второй. «Процитируют», если что-то получилось удачно, более того, начнут шпионить, чтобы украсть идею. Политическую и социальную науку надо понимать как конструирование особого оружия. Это сразу бы решило много проблем, в том числе оценки деятельности и направления исследований. Как устроить наилучшим образом наш федерализм, партийную систему, МСУ и проч. – вот о чем надо защищать диссертации, учитывая, разумеется, зарубежный опыт. Но это все должно быть востребовано на практике.
А то ведь иные наши компрадоны-грантососы считают, что вот они выдумают нечто такое-этакое и на них все сразу начнут ссылаться – цитировать во всех рейтинговых англоязычных изданиях. Глупости все эти игры в бисер! Вопрос об идеях нельзя ставить чисто в абстрактной плоскости. Проблема в том, кому это выгодно. Хантингтон, Бжезинский, Киссинджер, Фукуяма писали и выступали в интересах Америки, они стали знаменитыми не в качестве «безродных космополитов». Они вели и ведут теоретические споры в соревновании по выбору политического курса. Их всемирная слава имеет основой субстрат американских национальных интересах.
А для кого и для чего пишут наши роккановцы-соросовцы? Чтобы прокатиться на халявку в Париж и другие цивилизованные места, и стать чужим агентом влияния. Это, конечно, крайности. Но глупость (или лицемерие) наших «видных ученых», непонимание ими для чего нужна социальная и политическая наука – просто зашкаливают.
Другой вопрос, что без здорового национализма, без национального государства и без научно подкрепленного национального интереса не может быть и национальной, СВОЕЙ политологии и т.д. Остается только карго культ западных институтов и карго обществоведение на все эти темы. Иначе говоря, не конструируя (даже мысли такой не допуская и не понимая зачем) реального боевого самолета, наши политОЛУХИ ждут, что полетят муляжи, сделанные из веток и тростника. И недоумевают – почему их не признают в мире…

Поражаешься интересу к результатам различных опросов «общественного мнения». Якобы через них репрезентируется мнение людей и социальных  относительно важных событий. Но большинство «респондентов» никакого своего мнения иметь не могут и по природе, и по воспитанию они думать не умеют.
Если ты сам, профессиональный аналитик, не можешь разобраться в социально-политических хитросплетениях, то чем тебе поможет срез настроений телезависимой толпы?

Социология родилась с большой мечтой о социальном прогрессе и освобождении. Но сейчас, по сути, она выполняет противоположную задачу. Если не брать псевдо-теоретические игры в бисер (функция: компостировать мозги и отвлекать внимание от важных проблем), то «посмотреть социологию» значит для маркетологов-менеджеров оценить срез общественного мнения с тем, чтобы ловчее было впарить ему гаджет с ненужными опциями или политика-марионетку. То есть «социологи» служат сильным мира сего, помогая им держать в повиновении массу.

Глупость и малый КПД современных общественных наук очевидны. Многое в них идет от откровенного идиотизма и бесталанности социальных и политических «учёных», но многое делается и для отвлечения внимания от действительно важных вопросов и тем. Мудрость же начинается там, где за играми «надсторойки» начинается внимание к жизни расы, к вопросам секса, «крови» в перспективе большого исторического опыта и с учетом прошлого опыта, гибели народов и цивилизаций. Профаны не хотят об этом задумываться, а «специалисты»  –  обществоведы бывают слишком самоуверенными для этого.

Сталинист-«опричник» Фурсов сильнейшим образом деградировал за последние годы в интеллектуальном плане. И перед коллегами, и перед соратниками, и перед студенческой молодежью исполняется набор заезженных треков: про орденские структуры Гарри Поттера, про ротшильдов-рокфеллеров, «кризис-матрёшку» и пр. Порядок исполнения может меняться, но репертуар обновляется не слишком заметно.
Даже интересным утверждениям перестаешь доверять, поскольку такие, соврут – не дорого возьмут, вернее, переиначат материал ради своих идеологизированных схем.
Ученые без достойных институциональных структур дичают, да.

Смотрел как-то 15-томную «фундаментальную социологию». К сожалению, в МГУшатнике доминирующий стиль – это интеллектуальная пошлость. Да и бесполезны эти тысяче страничные томы, как пирамиды в насмешках Козьмы Пруткова.
Бесполезна ли сейчас  социология (и обществоведение в целом)? В общем, да. То, что мы идем ко дну понятно и без всякой социальной науки (она лишь может прояснить некоторые дополнительные грани кризиса). Но выхода из ямы никакая наука сейчас показать не может, кроме понимания того, что современное устройство обречено и развитие начнется по новой схеме (если начнется). Потом.
 
Полная дезинформация «дорогих россиян»! К этим авгиевым конюшням бессмысленно подходить с «десертной ложкой». Необходима полная деконструкция существующего информационного поля и его выстраивание заново. Иначе рабство, нищета и унижения будут сопровождать нас до самой гибели.

Советские обществоведы из привилегированных академических институтов, допущенные до чтения-реферирования того, что простым советским людЯм знать было не положено, вероятно, чувствовали себя неким подобием египетских жрецов, посвященных в тайны Западных земель. (Всё-таки «зловещее интеллектуальное превосходство» атлантистов было подавляющим). И – каким же должно было быть их разочарование, когда то знание стало не только доступно-профанным, но еще и многое из него оказалось либо бесполезным, либо вредным для наших условий…


Мои пять копеек  к увлечению секретами 3 рейха (Фурсов-Кобяков о летающих тарелках нацистов – привет притрахнутому Мигелю Серрано, да  жуликам, издававшим «Планету» - Бержье-Повелю): когда небезызвестный знаток геополитических проблем, генерал Леонид Ивашов высказывает авторитетное свидетельство, о том, что советский генштаб знал про то, что в  Антарктиде был обнаружен Портал… не надо особенно гадать, почему СССР вчистую проиграл холодную войну.
Только, на хрена, американцы тратились на генералов и адмиралов. Пиарщиков и фантастов было бы вполне достаточно.
Зато сейчас наши геополитические враги, при виде Изборской Пехоты задрожат и обязательно погибнут. От смеха.
 

Интеллектуальные шудры (каково большинство советских и российских «научных работников») плохо или совсем не понимают смысла своей деятельности. Отсюда чрезмерное увлечение формой (см., к примеру, требования к диссертациям) или пуризм в отношении того, что такое наука, а что нет (оборотной стороной является расцвет паранауки, фолькхистори и реальное бессилие перед их напором). Для тех, кто банкует, такой проблемы не стоит, они сами определяют правила, чтобы им было удобнее писать и высказываться. (К примеру эссе какого-нибудь И.Берлина – это тексты «господина дискурса» в среде таких же хозяев. А – что,  оказало большее влияние на политико-философский  «дискурс»  и экспериментально-культурный активизм ХХ века – научные книги или романы О.Хаксли). Господа высказываются в своих метрополиях так, как им удобно. А аборигены в своих культурных колониях не утверждают диссертации по причине «неправильного оформления»  или запрещают защищаться» по монографии, а то и мечтают «повысить международный индекс цитирования» своих жалких подражательных потуг. Рабская имитация действий господ ведет к господству заимствованных форм, которые к тому же перевирают (переход на бакалавриат, правила защиты диссертаций и прочие болонские «плащи») – это делает условиях для научного  и преподавательского труда совершенно невыносимыми и уменьшает процент  даже той небольшой продуктивности отечественного социально-гуманитарного, которая могла бы быть. Казалось бы: «мои друзья хоть не в «болонии», зато не тащат из семьи». – Нет, как раз – ТАЩАТ!


По поводу социальной науки в нашей стране можно высказаться и резче. К знакомой, в общем проблеме, в очередной раз привлек пост в блоге Сергей Волкова – настоящего историка, которого стоит принимать всерьез, (хотя нужно и спорить). Там опять про диссертации да про «реформу РАН», будь она неладна.
Salery пишет: Если б не небольшие, но имеющие значение при общем низком уровне зарплат добавки, лучше бы эти степени вообще отменили, что ли… Заставлять человека вместо спокойного создания обстоятельного исследования (защиту монографий как раз отменили) писать в нормативно-идиотском жанре диссертации, где он якобы что-то «открывает» и «решает крупную научную проблему», обосновывая практические и теоретические «значимости», «актуальности» и т.д. – по-моему, издевательство над смыслом науки. В этом контексте до получения конкретного нового знания о предмете никому дела нет, зато в порядке вещей заумные наукообразные описания вполне очевидных явлений и процессов.

В условиях, когда «эффективный менеджмент» с его страстью ко всяким безумным индексам,  выдавит из НИИ реальных исследователей, а «оптимизация» нагрузки сделает невозможным занятия наукой в вузах, людям, которым интересно заниматься наукой, останется поступать в охранники, чтобы иметь два свободных дня из трех, жить на содержании супругов или подрабатывать в качестве фрилансеров. Конечно, к наукам, невозможным без лабораторий и оборудования, это неприменимо, но вот в гуманитарных такой процесс постепенно и идет (недавно юзер urukhaj привел хороший пример, да и сам знаю.  Кстати сказать, я лично в такой «приватизации» гуманитарной науки беды не вижу, скорее, наоборот. Настоящая наука и должна быть частным делом человека, свободного как в выборе предмета, так и в подходе к нему («официальная» или «государственная» гуманитарная наука – как правило, нечто ублюдочное, происходящее не от естественной потребности уяснить «что есть», а от желания показать «как должно бы быть»). Конец цитаты.

В предыдущей записи я сравнил наших «ученых» с шудрами от умственных занятий. Но возможно сравнение и еще более обидное. Россиянская социология-политология и т.п.  – это разновидность КАРГО-КУЛЬТА. Здесь слышали звон и знают, что социология, к примеру, нужна. А – зачем она тебе? Гранты получать, за границу ездить. Самолеты прилетят, что-нибудь вкусненькое привезут. Попробуем сами построить эти самолеты из … пальмовых листьев или тростника. Польза есть? Безусловно, в тени можно укрыться, спрос на товары и рейтинг лидера узнать. А – зачем это тебе? Шоколадку дадут и у «белых Людей» так принято – ты самый умный что ли! А более серьезные причины? О них не думаем, главное точнее выплетать из лиан форму крыльев «каргоносителя» и прессовать тех, кто хочет подумать своей головой. А венчается эта изящная конструкция «подготовки научных кадров высшей квалификации» кавказским бандитом и рэкетиром, захватившего руководство Высшей аттестационной комиссией, да парой мудаков во главе минобраза и ведомства, по проблемам «культур-мультур».


Знающие есть, понимающих не доищешься. Да и можно ли понять чужое по-настоящему? Сумлеваемся мы очень в этом! К примеру, можно на русском языке изложить, что такое Дао, пересказать или – это уж совсем просто – что такое прогресс и «теория модернизации». Но поняли ли у нас это, «прочувствовали», а главное – можем ли использовать себе мудрость Востока или Запад? Да, ни фига, болтовня одна. Западные учебники перевели, модернизацию провозгласили, а то, что она несовместима с нынешней практикой госуправления в эрэфии вспомнить «забыли». А восток вообще дело тонкое – что там писал учитель Кун о благородном муже? Знаем, читали (некоторые). А что делать с «неблагородными»? В КНР их расстреливают на стадионах и вешают по десять тысяч в год, за коррупцию, за воровство – вот бы у нас так! Нет, это не для «демократической РФ», мы лучше будем изучать «стратагемы» из «Искусства войны», чтобы утопить своего противника на «выборах» в фекалиях. Ну, и на фига, нам мудрость иных культур, к чему ее окарикатуривание? Надо знать и чужое, конечно, но опираться можно лишь на свое – самими выстраданное и глубоко продуманное.

Изучение всякого рода «прикладных штучек» (типа «прикладного социологического или политического анализа»,  эмпирической социологии, «пи-ара», приемов рекламы-маркетинга и пр.) без их глубинных основ, весьма способствует тому, что  участники этого процесса изрядно поглупеют, не будут ничего по-настоящему понимать и превратятся в идеальный инструмент для манипуляций (другими).
Поумнеть можно, глубоко изучая историю социально-политических учений. И не в пересказе, а читая сами классические тексты. Но и этого мало. Если можно так выразиться,  «Помудрению» (когда к тому есть природные предпосылки) способствует лишь погружение в историю религий и того, что этому сопутствует (в этом смысле, например,  к мудрецам прошлого столетия можно причислить Мирчу Элиаде).
Профанам кажется, что «любовь и голод правят миром». Конечно, это так эмпирически. Но вот отношение к «любви». Один из величайших злодеев и подлецов в истории, небезызвестный «доктор Фрейд» перевел на понятный современникам язык древние каббалистические трактаты – и что? А ничего особенно, только была создана разновидность псевдокульта со множеством адептов и филиалов. Была в Северном полушарии христианская цивилизация, стала анти-христианская. Вместо семейных ролей и детей, гей-парады, феминизм и усыновление – надолго ли этого хватит? Запад, перебесившись «сексуальной революцией» уверенно стал снижать темпы рождаемости и, господствуя в прошлом веке, почти над всем миром, теперь сам заполняется чужаками, которые готовы полностью уничтожить его культуру и идентичность, вместе с господством.
И – возможно ли это объяснить, ну учитывая фактор Веры? Никак нельзя, как и в случае с «голодом», то есть с производством, рынком, деньгами. Смешно бывает читать размышления доморощенных конспирологов про ФРС, ротшильдов, великую депрессию и нынешний кризис «пузыря». Ну, да, все почти так. Но   ведь к этому все и шло, и это было описано классиками социологии. Если вы читали и понимали , (если речь идет о значительной части «политической элиты» – то вряд ли), то  отчего ничего не предприняли против этих тенденций. Мы не только про пресловутую «протестанскую этику» как основу современного капитализма. Но – не надо искать тайн жидомасонского заговора или чего-либо в этом роде, откройте Эмиля Дюркхаима с его племяшом М.Моссом, почитайте «Философию денег» их соплеменника Георга Зиммеля. Деньги – это религия и для того, чтобы одни купались в богатстве, другие должны верить. Островитяне, обмениваясь плодами и раковинами, а заодно и невестами, делали это на основе взаимной веры; нынче зеленые бумажки, ничем не обеспеченные, принимают, потому что верят, будто это деньги. Ну, а вы еще вспомните про «капитал» с «прибавочной стоимостью» и «абстрактным трудом».
Об экономике говорят и пишут неимоверно много, но все больше не по делу. Но кому верить: удачливому финансовому спекулянту Соросу, разглагольствующему про «алхимию финансов» или профессорам, которые получают у него гранты или же купленным финансовым аналитикам? Это тоже предмет религиозного выбора. Как, по сути, и во всем остальном.
В профессиональном цеху повторяется общая схема: меж двух огней. С теми, кто ЗА – с квадратными ряхами, все ясно. Но и другие ничуть не лучше. Советские привычки несвободы проявляются у них ничуть не меньше, несмотря на все поездки на западные конференции и конгрессы. Чему они там научились? Свобода скукоживается стремительно – даже в теоретических штудиях.
Тьма глупости в «толще» народной и преподавательской, конечно, раздражают. Большинство – просто «дикие, ничего не знают, и знать не хотят. Юристы особенно выделяются в худшую сторону – они опора нынешнего порядка.


Перечитал «Начала» П.Бурдье. Брехун тоже был изрядный. (Как любят эти галлы засыпать проблемы кучей изящных, но ненужных слов!). Но – кое-что Б. понимал хорошо.
Чем «теоретизирование» с опорой на марксов-валлерстайнов лучше, нежели поклонение хайекам-хантингтонам. Даже если это приводит к восхвалению «истинно наших лидеров», типа Ивана Грозного и прочих джугашвиль. Или «изборская братва» кусок меньше урвала и простить конкурентам не может. Но «либералы» и «имперцы» конкурируют в том, как бы нас давить и задуривать. Даже трудно сказать, кто гаже и страшнее.
Кругом у нас торжество карго-культа: в науке, образовании, литературе. Форма решительно довлеет над содержанием. Настоящего Своего нет, а чужому лишь подражают.
 
Не понимающие главного – собственного национального интереса – «общественные науки» не приносят стране и обществу никакой пользы, помимо вреда. Погоня за бесчисленными конкретными «блохами», без общей картины – это дурная бесконечность. Заимствованные схемы вольно или невольно превращают их употребителей в агентов чужеродного влияния или в ничего не понимающих идиотов (что повсеместно и наблюдается в наших «цехах»). Потому, если бытующее советское и постсоветское обществоведение отомрет, как ороговевший слой, то особого ущерба от этого не предвидим. Лучше уж совсем без некоторых наук, чем с карго-наукообразностью.

Нашел в сети:
«Я вот смотрю, что многие интели строят свои рассуждения, основываясь на инфе из книг, которая им кажется "научной".
На самом же деле эта "наука" – типа литературоведения.
Толкиены сочиняют "мордоры" и "их историю".
Интели выводят из толкиенов "социологию", и на основании "науки" судят о реальности.
Им кажется, что их суждения - "научны".
На самом деле это всё "литературоведение".
На Украине это особенно ярко обнаруживается».

Наша социо-гуманитарная «наука» именно такова. Это бревна, которые забили течение реки (мысли). И сами не двигаются, и плыть не дают, и наступить нельзя.
«При всём при том, при всем при том, /«Бревно останется бревном», а типичный советский/постсоветский доктор исторических-философских-социологических –политических и т.п.наук – ГЛУПЫМ БАРАНОМ.
 
Повышенное внимание наших «социофилософов» к вопросам «методологии» –- один из признаков карго-культа.

Сколько статей и книг –
 – подробное описание разнообразных методологий и слабенький нарративчик.  Изощренность методологии всё чаще маскирует бессодержательность и отсутствие идей.

При нынешнем состоянии отечественной культуры и общественных наук в РФ, о какой российской «мягкой силе» можно серьезно говорить?

Несостоятельность нашей «политической науки» сейчас очевидна. Здесь легко скатиться на идеологические обвинения (а «серьезные ученые», типа медведевых-иноземцевых проявили себя вполне, сладострастно обсуждая санкции против России на «дожде» и т.д.), но надо разобраться и в ошибочных подходах. Первый, на наш взгляд связан с представлениями об излишней автономии политики и анализа политики. Конечно, удобнее, вооружившись банком данных, сравнивать электоральные кампании, например. Но много ли значат выборы, даже конкурентные, если в стране дикое социальное неравенство и зависимость от других центров силы. Ну, избрали нового «чебурашку», а он слил за бесценок огромный комбинат иностранному концерну и бывшая комсомольская стройка приносит прибыль чужому дяде. Поскольку рыба гниет с головы – это не с губернаторского уровня начинается, конечно. Что главное скажем в выборах ельциных-порошенок: проценты или иностранное влияние?
Отсюда и следующий методологический изъян – разрыв между рассмотрением внутренней и международной политики. И это не смотря на такое странное явление, как обязательный курс «геополитики». Понятийное поле оказалось засорено «римлендами и хартлендами», «левиафанами и бегемотами». Их туши предлагается препарировать, вместо нормального (в своих национальных интересах) рассмотрения международного положения страны. Никакие сравнительные атласы не покажут зависимости «нормальных стран» от ведущих держав, а зависимость эта огромна и безусловна.
 
Отечественные социально-политические исследователи, аналитики и комментаторы как бы разделились на два лагеря: «попугаев» и «домотканых».  Линия размежевания почти отчетливо прошла через факт допуска на Запад. Одним, попавшим и допущенным, надо было доказать свою лояльность западным фондам и прочим спонсорам, а поэтому они всячески насаждали здесь западную «мудрость» и транслировали основы западного обществоведения не первой свежести. Другие оказались «квасными патриотами» и начали демагогически проклинать «бездуховность», «масонов» и «атлантизм». В этой бесплодной борьбе проходят годы и десятилетия, а своего адекватного идейного ответа – Русского ответа на мировой вызов – нет, как нет.
Были еще и третьи. Есть еще и игроки в бисер, Йозефы наши Кнехты. Они выступают за чистую науку и объективное знание, изъясняются очень наукообразно и чрезвычайно сложно, строят из себя … а кого. Вот маски сбрасываются и оказывается, что очередной сноб-эрудит – это всего лишь «пятая колонна».

Почему большинство наших учебников по политологиям-социологиям столь убоги и неинтересны. Авторы сами, скорее всего, не понимают проблем, которые берутся «объяснять. Поэтому уж лучше взять переводные американские: по социологии – Нейла Смелзера, по политологии  – Эндрю Хэйвуда и т.д. – это «их» науки. А у нас «импортное» знание очень сильно искажается. Потом его пытаются натянуть на совершенно другую фигуру». Стоит ли удивляться, что все такое неудобное.

То, что происходит сейчас, видно, но не ясно. Мир вступает в эпоху Новой Неясности.

Всё яснее становится ответ на вопрос «КТО ВИНОВАТ?», но совершенно непонятно «ЧТО ДЕЛАТЬ?»

Только через призму Национального интереса нужно изучать и можно понимать общество. Нет науки «общей», она всегда – «чья-то». Причем теории могут опасно мутировать, если в их «программный код» вносятся незначительные, казалось бы, но решающие изменения. Так произошло (чтобы не ходить далеко за примерами) с либерализмом. Либеральная идея – это, без преувеличения,  одно из вершинных достижений человеческой мысли. Но «либерализм» в РФ служит целям распада, деградации и порабощения страны. Либеральные идеи искажаются, выворачиваются наизнанку. Вот что значит не владеть исходным кодом и пренебрегать социо-гуманитарной сферой. Суверенное социогуманитарное знание – это основа национальной безопасности.

Как эффективно (для вредителей) вывести из строя систему образования и науки? Произвести изменение в оценке результатов.
Например, запретить по «факту» ставить «неудовлетворительно»,  уничтожив границу между знанием и незнанием, годностью и непригодностью.
В научной сфере – сделать краеугольным камнем оценки профессионализма диссертации. Они нужны, конечно, как тест, как пропуск в сообщество. Показал, что можешь – работай дальше. Но у нас – это высшее. От диссера зависит оплата и карьера. Вместо творчество и полезных результатов – поиски «научной новизны». Идиоты проХфессоры ее и ищут, найдут – воспроизводят себе подобных идиотов начетчиков. «Защиты» для этой системы «мафии диссоветов» – главное. Хоть вулкан рядом извергайся, они будут договариваться о «назначении оппонентов» и «отзыве ведущей организации». Ну тусовках-конфернециях они только об этом и говорят, когда «по делу».
Знания, порой есть, и даже обширные, но понимание присутствует очень редко. Главное в диссоветах место занять. В скандальном докладе от «стратегического» института бывшего разведчика упоминалась одна кукла-хохлушка, которая в пяти московских советах заседала, что ли. Так отбираются «кадры высшей квалификации». Всё заблокировано!
 
Некоторые «самоучки» или «самомненцы» плюют на эту мафиозную систему псевдонаучной мафии и уходят «на вольные хлеба», в комментаторы-блоггеры. Но это очень опасно в плане быстрого разрушения умственных способностей. Кое-что такие «блоггеры» видят и орут на весь тырнет»: «ребята, смотрите!». «Продвинутые с рунетовского района» и набегают смотреть, а системы общей не понимают, строгость оценок, выводов, и чувство реальности потеряно тоже.
Как, скажем, ученый может быть «сталинистом»? Ну, да, и в Российской империи и в Российской Федерации врагам не было и нет должного сопротивления. Агентура противника действует эффективно и разрушительно, под видом «журналистики», «свободы слова», «общественной науки» и даже «философии». До этого некоторые «допетрили, слава богам. Но взамен что: всех записывать во враги народа?! Вот как при джугашвили и записывали, скажем, ученых из Пулковской обсерватории схватили и обвинил, что они с помощью линз от телескопа хотят сжечь великого вождя. И – ТАКОЕ всякие там  фурсовы считают государственной мудростью и/или другие предлагают новую опричнину, а то и зовут в «СССР-2». Мало одной катастрофы с совком, надо еще раз на те же грабли, на те же грабли: чтобы уж наверняка Россию уничтожить до конца».
Такие «опричники», конечно на порядок умнее идиотов-профессоров, но и в десять раз опаснее. Их фантазии и частичное понимание просто плавит публике мозги, подбрасывает дурные идейки, активно транслируемые диванными «аналитиками» по социальным сетям. А ведь и до действий дойти может, так и до новой джугашвил докличутся…


Р.Мертон писал: «изучение классических произведений может быть или прискорбно бесполезным или удивительно полезным. Всё зависит от того, какую форму принимает это изучение: бесплодного простого толкования классики и превращения истины в банальность или активного развития и разработки теоретических наметок авторитетных предшественников. Огромная пропасть разделяет эти два подхода и обусловливает двойственное отношение учёных к постоянному чтению первоисточников».  Трудно удержаться от замечания о том, что указанные «интеллектуально-дегенеративные тенденции» явно присутствуют среди отечественных обществоведов. Когда существовали запреты и спецхраны, казалось, что свобода информации и доступ к запрещенным текстам даст невиданные стимулы для развития нашей социальной науки. И вот запреты сняты, ранее закрытые классические и переводные работы медленно, но публикуются, запретных имен одно время не было совсем (пока не началась «борьба с экстремизмом»), а успехи российских социологов и политологов в осмыслении прошлого и настоящего более чем скромны. Многочисленные публикации ученых прошлых эпох, на которые так надеялись, оседают либо макулатурой, либо проваливаются в какую-то интеллектуальную «бездонную бочку», часто не оказывая существенного влияния на окружающий нас интеллектуальный ландшафт. Конечно, общее положение в стране здесь на менее важно, чем ситуация в научном сообществе, но привычка «бесплодного простого толкования классики и превращения истины в банальность» убивает социальную науку, делает ее беспомощной перед грозными вызовами современности и грядущими опасностями.

Что касается пресловутой троицы главных общественных наук «экономика – социология – политология», то дело не только в том, что они не соответствуют структуре нашего общества (степени автономии от государства), на что указывал Валлерстайн и некоторые повторяют здесь. Запад импотиртировал нам эту заумь в таком виде, что она напрочь не пригодна для решения конкретных НАШИХ ЗАДАЧ и поиска ответов на НАШИ вопросы. А местные гранто-спецы не в состоянии освоить и перепрограммировать поставленное с Запада «оборудование». В лучшем случае выходят правдоподобные описания современного российского социума, с которыми … неизвестно что делать. Держатели знания не открывают нам исходных кодов, заставляя довольствоваться имитацией.
Выход, наверно, в том чтобы послать это все подальше и/или разобрать-приспособить для своих целей, исходя из нашей истории, отталкиваясь от собственного опыта и осмысляя его и собственные, а не навязываемые, потребности и проблемы.
 
Так называемые «общественные науки» во-многом являются выражением мироощущения пишущих в этой области авторов. И их концепции (большинство, наверно) не что иное, как слепок с культуры и природы «ученого» (индивидуальных, конечно, но и типических), да, в значительной степени и «крови». Конечно, все это попахивает субъективизмом, лишь маскируемым наукообразными схемами и терминологией, но если и этого нет. То выходит вообще полная ахинея или канал для чужой, враждебной дезинформации.

Политология без политики (реальной) – вот заветная мечта нашей  «академической общественности», подвизавшейся  в этой области.
То есть занятие наукой о политике предполагает для них знание языка, обильное цитирование, обширное чтение, публикации-диссертации, индексы, мудреные словечки, гранты, академический туризм (как самое сладкое), ну и т.д. А вот настоящая политика (и необходимость ее хотя бы изучать), особенно в неприглядном отечественном изводе: с ее проблемами коррупции, несправедливости, пассивностью населения, а теперь еще и войнами с кровью, беженцами и т.д. этой солидной и благообразной, многоумной и многосложной «сравнительной политологии» только мешают.

Наши «не-хантингтоны».
Помимо общей слабости и бедности нашего обществоведения, стоит еще отметить, что им, в основном, занимаются НЕ ТЕ. Ну, т.е., в  блогах можно отыскать авторов с неплохими задатками к анализу политики, например. Но пишут они кустарно и однобоко, явно видно, что «учились понемногу». Им бы подучиться и работать в аналитических центрах, ан нет – в уйлостане их участь – партизанить в блогах.  Зато штат «професиональных, академических политологов» и т.п. состоит из каких-то комсомольских активистов или бабенок с немыслимыми амбициями и короткими мыслями. Отрицательный отбор и все почти не на своем месте. В итоге можно хорошо понимать, что пишет, к примеру, Хантингтон, и какова его позиция по той или иной проблеме, но читая россиянских «специалистов» не понимаешь что и зачем. Государство без мозгов, но с языками…


Советские «обществоведы» долгое время полагали, что общественные науки – это такая забавная игра (см. лиотаровские «языковые игры» - пародия), в которой главное получить доступ к игровой консоли, то есть поступить на блатной факультет, пристроиться на тепленькое местечко в престижный институт, «продвинуться среди своих» и т.д. (срв.: «карьеры МГУшатников», «гениев» из института социологии и т.п.).
Содержание?..
 А что содержание – нужно «попасть в струю», удачно защититься, метко обругать, а потом подладиться под «буржуазную науку» и все будет ОК.
Ответственности НИКАКОЙ – разве что перед парткомом или фондом-грантодателем.
И играли увлеченно в этой своей «НАУЧНОЙ» песочнице  (опросы, диссертации, книжки-журнальчики, поездки-конференции) примерно с середины 50-х до середины нулевых. Потом все стало замораживаться, девальвироваться и «командно-административная» (коррупционно бюрократическая) система» в СССРФ окончательно впала в маразм и вместе с собой стала губить страну, на которой паразитировала и еще паразитирует.
Игротека еще не закрылась, но  вдруг оказалось, что все эти игрушки: «политика», «общество», «власть», «общественное мнение», «идеологии», «международные отношения», «девиация» и т.д., и т.п. – это страшно серьезные и убийственные вещи…
Шок для инфантильно-безответственных советских гомолункосов.


Какая такая «философия» могла быть в советские времена, посреди марксистского талмудизма и детски-инфантильного сознания. Как там у Кожева: культура 1890-х годов, приспособленная к разуму двенадцатилетнего ребенка…

Картавый садист конспектировал труды Гегеля и др, потому после утверждения его диктатуры в стране «философия» была возведена на пьедестал. Но, Боже, что это была за «философия»! Посмотрел в сети трехтомник «большевистской философии», материалы «дискуссий» 1940-х годов (да и дальше не лучше в интеллектуальном отношении!)

«Общественная наука» у каждого великого народа должна быть своя и представлять собой рационализацию его исторического опыта: урок поражений и объяснение побед; она должна отражать особенности взаимодействия данного социума с природой и нациями-конкурентами. От них, конечно, тоже можно и нужно многое заимствовать, но принимать на веру ничего нельзя.

От попугайничья нет никакой пользы, кроме вреда. Правдоподобие, но не правда – выглядит красиво, внешне стройно, но с его помощью нельзя ничего по-настоящему понять и объяснить.

На свалке идеологий и предрассудков негде развернуться нормальной теоретической и политической дискуссии. Мусора в головах слишком много.

Знание надо давать жаждущим.  А у нас пихают во все рты без разбора. Отсюда и … результаты жизнедеятельности.

Новое применение карго-культа.
Сейчас это «научные публикации» с «индексами цитирования». Спэм забивает почтовые ящики «тоже-ученых»: скопосы-ринцы -  что-угодно, но, разумеется, за деньги. Начальство от науки и ректоры-барыги требуют «цитируемых публикаций». Похоже, они в доле. Баллы и квантофрения. Шутники наложили слова об индексе Хирша на болливудскую сцену, получилось смешно: цитируя меня – цитирую тебя, под зажигательные индийские ритмы. Какое отношение к научному поиску имеет эта погоня за индексами. Нет экономической самостоятельности у страны, под большим вопросом политический суверенитет, но какого-либо понимания собственной культурной роли тоже НЕТ. Гонятся за КАРГО.

Не понятно, когда упоминают каких-то  здешних «экспертов», «экспертное сообщество». Откуда оно может появиться в РФ? Павловский и Хазин – это «эксперты»?! А те стада орущих телевизионных голов, кочующих с канала на канал – это «Экспертное сообщество»? Конечно, есть в рунетском ЖЖ умные ведущие блогов, встречаются умные и понимающие  люди в научной и даже управленческой среде, но кто их слушает. «Экспертизы» не бывает и тогда, когда экспертные навыки не востребовании или ими пользуются в очень узких целях.
А дурящую людей пропагандистскую телетусовку лучше бы отправить в «дурку» – этакий паноптикум Бентама, только с плазменными экранами со всех сторон. «Политикам» подошел бы зоосад или скотный двор.

Есть политологи плохие, есть хорошие, а есть – специалисты по геополитике. «Геополитики» достали! Наука и интеллект у нас все меньше пересекаются и интересные тезисы скорее можно встретить в ЖЖ, чем в научных журналах и на научных конференциях. Увы, интеллектуалов вытесняют коммуникабельные проходимцы и нахрапистые поглотители ресурсов. Их время, их власть и пр.
 
Один представитель «по-блату-американистики» разразился речью-импровизацией на тему «столкновения цивилизацией», а закончил тем, что Россия – это женщина, а Америка – мужчина. Здесь была уже отсылка к «вечно бабьему» Бе(либе)рдяева. Однако вот вопрос: предстоит ли нам в будущем эта вечная гендерность, или же, в соответствии с новомодными тенденциями, произойдет смена пола и тогда, геополитически, Америка будет женщиной, а Россия – мужчиной?
 
«Стилистические разногласия» с тоже-обществоведами.

 Фурсов – брутал.
Был когда-то оригинальным (хотя и очень противоречивым) ученым, но все больше дрейфовал в пропагандонскую сторону (да и идейная «левизна» действует на мозг разлагающе). Сейчас же все его филиппики изрядно раздражают своей безапелляционностью и давно успели надоесть своим «мачизмом». Да и по существу: что можно утверждать, к примеру, о моральном релятивизме «Игры престолов»?


Во время кофе-брейка поговорил с человеком из Института социологии – не о социологии. А о Куваеве, загадочном В.Д.Иванове, «золотой мафии» в СССР и пр. Знающий человек.
А вот доклады исрановок раздражали и разочаровывали – какая-то поверхностность, неуважение к аудитории, узколобость и догматичность. Тупичок имитационно-подражательного обществоведения. Наука и интеллект все больше расходятся противоположными курсами. Ну, и вспомнилось гумилевское: «бабы, делающие научный вид».

Страшной осенью 1993 года Вадим Цымбурский формулировал:
«Если мы хотим войти в мировое цивилизованное на тех условиях, которые нам сегодня предлагаются в обмен на наши идеологические обязательства, нам придется либо пройти путь компрадорства до некоего неочевидного конца, либо,  в какой-то момент срываться в фашизоидную фрустрацию со всеми последствиями (ВЦ. «Пока не входить в мировое цивилизованное» // Тетради по консерватизму, 2015, 1. С.39).
Угрюмой осенью 2016 года видно, как при всем блеске «гениального прогноза» книжник был не прав. Во-первых, никто (на деле) не предлагал «входить в обмен на идеологические обязательства», а только лишь в обмен на выкачиваемые ресурсы – и при этом не входить было нельзя (некому в элите /»илитке»/ было этого не желать). Во-вторых, выбор между компрадорством и фашизацией не стоит по-кьеркегоровски («Либо – либо»), а на практике одно вполне совмещается с другим с неким неочевидным фронтиром.
Есть еще и «в-третьих» и «в-четвертых», но имеет ли смысл углубляться в тексты (философские или иные) или карты (геополитические или историко-географические) без учета фактора шкурных интересов «илитки».
В этом отношении некий публицист-блоггер, употреблявший это слово и посаженный за слова, а точнее, за донесение до тупых понимания шкурничества, понимает все гораздо глубже, чем наши вундеркинды-эрудиты. 


«Филологический подход» к политологии – это когда вместо вопроса «кому выгодно» вытаскивают кучи замысловатых текстов и работают с ними. В этом случае, реальная политическая неприглядность только мешает – не правда ли. «исходили из практики, рассматривая те сочинения»

Над Максимом Калашниковым можно смеяться. И действительно, его пристрастие к пацанскому восторгу при обсуждение военных игрушек или симпатии к джугашвилям очень неприятны. Но он показал, что может развиваться и многие нынешние его рассуждения вполне здравы, хотя  по-детски наивна вера в то, что его кто-то послушает. Но все же, насколько этот большой ребенок опередил в своем интеллектуальном развитии наших так называемых «патриотов-консерваторов», всех этих межуевых-фурсовых-бенедиктовых-холмогоровых и прочую интеллектуальною слизь  прикормленных пропагандистов-охранителей.
Они ведь не просто болтали, но и выступали в роли козлов-провокаторов, например, в случае с Донбассом и «Новороссией». Люди поверили в «русскую весну» и оказались в аду!
*
Убогость российской жизни связана во многом с тем пренебрежением и жалким состоянием, в котором находятся здесь еще чудом сохранившиеся интеллектуалы, искренне желающие блага своему  (русскому) народу. И ситуация будет становиться все хуже. Между тем, различных ивановбло и александровраров всячески закармливают в Валдаях-в-Сочи, чтобы они написали что-нибудь похвальное понятно о чем (ком). Они и пишут.
Эта традиция вполне «красная», ведь у «ССССР» был богатый опыт подкупа и проституирования западной «интеллигенции» (то есть всяких «луиарагонов» и «лионовфейхтвангеров»).  При этом на «Родине» просто  уничтожались такие выдающиеся умы как Вавилов или Кондратьев. Процесс был поставлен на широкую ногу, ну и … помогло это спасению СовСоюза»?

«Либералы» и «консерваторы» в нынешней, бытующей у нас ситуации – это такие, очень условные обозначения. Собственно, под «либералами» у нас часто выступает «пятая колонна», «чужие», проводники внешних интересов. Но с ними как-то всё понятнее.
Но вот взбегались еще и «консерваторы». Среди них есть даже эрудиты. Но чаще всего это такие жалкие («за мелкий прайс») прислужники тех, кто национальные интересы никак не защищает, а историческое наследие охотно меняет на активы в оффшорах. То есть нашенские «консерваторы» прислуживают самым что ни на есть  махровым «либерастам», прикарманившим и проматывающим  национальное достояние. Эти клоуны-пропагандисты пытаются доказать, что у воров и коррупционеров есть понятия «национального» или хотя бы «государственного» интереса. А  его -  нету! Вот и всё.

Хайдеггер с своих «Черных тетрадях» писал: «Как коммунизм, (взятый в виде безусловного марксизма), так и современная техника суть полностью европейские явления. Оба – только инструменты русского начала, но не оно само» (Цит по: «Тетради по консерватизму», 2015, №3. С.25). Ну, сделано «великое открытие»! Неужели обязательны ссылки на внешние авторитеты и  без немецкого мудреца было непонятно, что «коммунизм» использовался для того, чтобы сломать и захватить историческую Россию, так же, как и «нацизм» (в котором МХ поучаствовал) использовали, чтобы ввести в безумие, вздыбить, а потом охолостить Германию. И – технику дали, чтобы больше друг друга поубивали. Но не только европейскую, но и американскую.

Трамп, Трамп. Трамп, ИгИЛ (запрещенный в РФ) да Брезит. Вот политическая повестка. А где же проблемы муниципальных образований – там положение аховое? Московских мыслителей это не волнует – они всё про «трампизм».


Актуальные темы разрабатываются ныне доморощенными энтузиастами из ЖЖ, активными политизированными блоггерами. А «ученые» соревнуются в сервильном наукообразии. Оправдание есть, конечно: не то население/, да и плетью обуха не перешибить. Потому, «всё хорошо, прекрасная маркиза». В карикатурном виде вернулись дурные советские практики эпохи «застоя». Потом опять будут говорить. Что «катастрофа произошла неожиданно». От критической функции общественной  науки сами отказались.

Обществоведы из известных учреждений любят у нас повыпендриваться и всё усложняют. Но – зачем? Можно ведь применять сложнейший математический аппарат, задействовать компьютеры, подключить космический разум …  и все равно сложнейшим путем придешь к тому, к чему приходишь простейшим. К примеру, к проблеме отсутствия автономии законодательной власти или схожей. О чем говорить, если отсутствует разделение властей. Но контора какой-нибудь вредительской «вышки» все пишет и пишет свои паллиативы (они же симулакры), маскируя реальное положение дел. Ну, а попытки подражать им (обладающим искусственными и несправедливыми привилегиями) очень быстро заводит в тупик.

Разумеется,  применительно к отечественной истории, можно говорить о травмирующем опыте неудавшихся революций,  и здесь сравнения с другими странами не прибавляют оптимизма, а служат, скорее,  причиной деморализации. (Одновременно и увеличивая осторожность, делая народ более пугливым: отмерь не семь раз, а семь раз по семь).

Нельзя не заметить, что отечественные научные учреждения все меньше способны к производству знаний, а образовательные – к подготовке знающих людей.

Часто более полному и глубокому пониманию проблемы мешают цеховые разграничения между исследователями. Проблема эта есть во всем мире, а особенно  неприглядно она проявляется в условиях периферийных и несвободных стран, где по какой-либо причине общественная наука не просто отсутствует, а активно имитируется. Тут внешние ограничения действуют во всю силу, а потенциально даже скромные научные результаты выжигаются на корню заранее.

Бум в выпуске учебников по самым разным проблемам обществознания демонстрирует, что их авторам чаще всего самим  нечего сказать.

У нас не принято называть вещи своими именами. Это представляется чем-то крамольном и неприличным. Если речь идет о воспитанности и этикете, это одно. Но когда дело доходит до областей, где «нужна наука» (речь об обществе, а не о физиологии) это становится просто катастрофой. Трусливое лицемерие и ханжеское заговаривание приводят к тому, что неправильно обозначенная «жизнь» в очередной раз дает в лоб тем, кто боится слов больше, чем реальных проблем. Смута как следствие заговора молчания.

Как утомительны конспиралогические изыскания наших недоделанных интеллектуалов – все эти «сборники монографий» о тайнах и заговорах, для пущей таинственности обозначенные на латыни. К слову сказать, «зловещее интеллектуальное превосходство» дает свободно развивающаяся рациональная наука, а не всякие закрытые спеццентры. Если люди (даже умные) не имеют доступа к информации и хорошему образованию, то, что они могут придумать в каких-нибудь «спец-ящиках», кроме очередного  бюрократического извращения и криминального интереса, маскируемого грифом секретности. «Тинк-тэнки» нужны для решения некоторого набора задач, но они должны подпитываться за счет развитой научно-образовательной системы. Последняя у нас давно находится в развале и в виде совершенно жалком. В общем-то, психологически понятно стремление отгородиться от всего этого «схоластического теоретизирования»  и умственного бесплодия подражательного «академизма». Но даже и тут возникают вопросы. Почему доморощенные  расследователи тайн «копают» столь узко. Ведь сколько бы ценных сведений «о заговоре» можно было бы узнать при изучении тайн большевистской коды, всех этих «красиных» и тех, кто дергал их за ниточки… Разве Тайна 17 года  и т.д., по-прежнему не интригует больше вопроса об архитекторе пирамид Гизы? Но нет, для леваков и марксоидов, поклонников иосифов грозных, опричнины и миллионов погибших, а также верящих в валерстайновские сказки о близком конце американского капитализма – здесь табу. Избирательность связана и определенной трусливой (даже в интеллектуальном смысле) позицией, прежде всего, о наших, отечественных проблемах. Бьются как ведьмаки на шабаше обличая «шестерок», но о «паханах» ни-ни.
Если куда-то намеренно не смотреть, то там ничего и не увидишь. Что можно встретить на дороге, по которой не собираешься идти. Тайна.

Сейчас очень трудно бывает определить, зачем и для кого написаны многие отечественные работы «по политологии», в которых неизвестно для чего пересказываются те или иные факты и теории с минимальной привязкой к «злобе дня» или вообще без оной. В распространившейся ныне в РФ моде на «политологию без политики» пресловутый «академизм» вполне себе наследует печальной памяти «схоластическому теоретизированию» прежних времен, да и развивают эту тупиковую линию подчас те же самые «теоретики» и из ученики-(«диссертанты-аспиранты» и пр., переключившиеся вместо проблем «развитого социализма», «социалистического образа жизни»  и «мировой системы социализма» на какой-нибудь «сетевой джи-ар», «геополитику трампизма» и т.п.).

Посмодернисты, как мозговые глисты … (Мысль при чтении Бодрийяра).

В ефремовском Великом Кольце искали коммунизм, а там оказалась «Агни-Йога».

Чудны дела твои…
Даже либерасты и сопутствующие журналюшки начинают «прозревать» и осторожно заявлять, что укронацизм – это реальность, а не просто пропаганда российского ТВ…

На смерть Шафарефича
Мыслитель в свое время выдвинул идею, что социализм – это проявление мортидо, стремление общества к смерти. Эксперимент советского коммунизма был тому ярким подтверждением. Бюрократическое распределение всего и вся еще больше усиливает бедность и дефициты. Но как быть с социал-демократическими опытами, когда социальное государство базируется на рыночной экономике. Кажется, что это извлечение лучшего из капитализма и социализма. В советский период так все и представлялось: западное изобилие и раскрепощённость виделись альтернативой ГУЛАГу и последующему маразму скудости и идеологии. Однако уже постсоветский период был соединением худшего от обществ «рынка» и плана», да и «витрина» стала стремительно мутнеть. Так ли уж неправ был в своем максимализме Хайек, провозгласивший социализм «дорогой к рабству» Возможно, ошибкой был экономический детерминизм или упор еще на один какой-то фактор (так во время написания «Двух дорог к одному обрыву» был весьма популярен экологический алармизм). Однако для идеологии социализма родовым пороком является стремление к противоестественному и отсутствующему в живой жизни равенству. Даже борьба с бедностью, если она развивает паразитизм и иждивенчество является глубоко порочной и подрывает социальный порядок. А уж приступы толерастии, отрицание очевидного как «сконструированного», однополые браки и т.д.  – это путь к деградации и вымиранию. Пока Запад доминирует за счет высоких технологий и финансов, но насколько прочна такая опора. Зачем деньгам поддерживать социумы паразитов-гедонистов. Не идет ли уже их утилизация? Обрыв у двух социалистических дорог – как предупреждал ИРШ, хотя и выдвигал на первый план другие обстоятельства.
Про РФ речи уже нет и тенденция, как говорится, определилась. Показательна реакция «соотечественников» на смерть крупнейшего национального мыслителя, который размышлял о судьбах отечества еще в то время, когда большинство глотало комсомольско-коммунистические речевки (застой вернулся – комсомолки повылезали). Большинство про Шафаревича никогда и не слыхало. Многие из слышавших откровенно чужды его идеям – они их разоблачают. А альтернативные структуры совсем не развиты. Смерть социума начинается с поражения мозга, тех, кто должен по идее мыслить. Не думают. Не могут оценить своих национальных мыслителей масштаба Шафаревича и Солженицына или хотя бы прислушаться к ним. «Философы» продолжают цитировать враждебных мамардашвили или свихнувшихся ильенковых, «политкласс» практиковать щедровицкую «методологию». Чтобы уж угробить(ся) наверняка…

*
Что до "социализма", то в этом ничего нового. Власть (или всевластье) гос бюрократии - это и есть социализм. Растет он из экономики (для) войны. Мобилизации уменьшают свободный рыночный обмен.
Это идея академика Ростовцева, используемая Сорокиным в книге "Голод как фактор"
Возможно, только пара поправок - перехлест оценок  в силу условий рев. эпохи. Все же считать последние века Рима "социализмом" - это чересчур. Далее, стоит принять во внимание веберовское различение типов бюрократии. В античные века она была другой.
А так, конечно, социализм рос в восточных деспотиях, где все принадлежало государству с каким-нибудь "вождем". Близость к нему делала богатым. Как здесь и сейчас. Надежная защита от этого беспредела принципиально только в конкуренции в экономической и политической сферах.

К.Коукер в «Сумерках Запада» писал: «Русская мысль интересовалась не столько человеческой ситуацией вообще, сколько пониманием России. Частично это отражено в её языке. Если взять, например, слово «правда», то мы увидим, что оно непереводимо, так как не обладает универсальным звучанием. Это слово принадлежит русской традиции и сочетает в себе два совершенно разных понятия – «истины» и «справедливости». В западноевропейской мысли истина и справедливость – отдельные понятия. Для позитивистов  справедливость – моральный императив, тогда как истина – чисто объективна. Истина может существовать без справедливости. Основной источник русского философского максимализма – приравнивание истины к справедливости. По словам Неизвестного, именно этим объясняется российская страсть к экстремизму, революции и контрреволюции, к диссидентству и репрессиям» (С.226).
Красиво так написано, но в наших условиях не недостаток умственных способностей, а именно переход (или нахождение) на стороне не правой и несправедливой обуславливает катастрофические интеллектуальные провалы. Грубо говоря – это происходит потому, что в силу стремления вкусно пожрать про истину просто забывают. Русская «правда» служит целям достижения истины, хотя очень часто (увы, да!) эти цели таким путем не достигались, а поиски справедливости заводили черт знает куда. Но вот примеры собственных интеллектуальных разочарований: В.Третьяков, А.Фурсов, про всяких мигранянов-хламогорок и говорить нечего, но можно вспомнить еще А.Ципко; есть и другие. Сколько времени потрачено на их чтение – и зря! Дело не в том, что они не умны, а в том, что они стали защищать несправедливое. В том же направлении сдвигается оценка в отношении самобытного блоггера Галковского. Попытка примириться с непримиримым и отскочить от ответа на важные вопросы вызывает брезгливость. Моральная деградация в условиях культурной оккупации ведет к интеллектуальному коллапсу; изначально неглупые люди превращаются просто в дураков (правда, в смачно жрущих и неплохо устроенных).
Отечественный (?) автор экстремистского толка это понимал и извращенно вывернул в тезисе о «партийности литературы». Но дело не столько в политике (и экономике) – они обуславливают процесс сбивания с пути, сколько в морали. Поиски истины являются нравственно обусловленными, и западный критик  понимает эту проблему односторонне.

Советская «философия» была, конечно, невозможным делом, но свой след эти упражнения оставили. Нынешние «методологи», которые помогают насекомить население, ведь кому-то и чему-то наследуют. Наверно, тем «мыслителям», которые были заворожены «деятельностью» и «методологией». Образ человейника (хотя это словечко и придумал другой «философ») слишком сильно на них повлиял. Люди для них – это политические гусеницы и рабочие муравьи, которые разрабатывают учебные, производственные и бизнес-планы, тащат свой груз по «дорожным картам», «идут вместе» за предводителям, куда скажут по телевизору, поддаются «пи-ару» и «джи-ару», болеют за гладиаторов на «зенит-аренах» и т.п. – никакой свободы и никакого самостоятельного творчества. Все регулируется и ничего не живет. «Жизнь» возможна только как «криминал». Режимы таких «человейников» некоторые именуют «фашизмом», но можно подобрать и другие слова. Но тут нам интереснее то, что у всего этого есть «философская» основа. Ведь без определенного умственного строя это не держалось бы столь долго. Чтобы изуродовать жизнь, надо испортить мышление.

Что может понять «политология» без этологии и «социология» без социобиологии?


ужно сказать НЕТ  всякого рода сказкам и неоправданным надеждам, как в стиле «ретро», так и футурологии. Ничего хорошего нас в будущем не ждет, но и в прошлом – тоже. С одной стороны крайне наивны картины прекрасного нового мира после переворота власти, с другой стороны – реакционной утопии, что все раньше было так хорошо, но пришли злодеи и напортили.
Нет, революция – это когда жить невыносимо, а будет еще много хуже.  И выхода (хорошего) нет сейчас, как и сто лет назад.
Ностальгия по «совку» или идеализация «царизма», которая у нас принимает гипертрофированные формы, – это разновидности одного и того же умственного расстройства, забывающего о логике (истории), продолжении и преемственности эпох. Сегодняшний «беспредел» возник не на Марсе, а зародился в тени «развитого социализма»; тот стоял не на фундаменте права, а прикрывал недавнюю практику кризиса крестьянского «мира», когда миллионы его представителей уничтожали друг друга в свирепой войне за небольшие кусочки материальных благ, что, в свою очередь было следствием аграрного перенаселения, обернувшегося одним из самых страшных геноцидов в истории. Ну, и так далее.
Рассказывая фантастические истории о прошлом, мы не сможем понять его и вырваться из заколдованного как будто круга циклической катастрофичности и жизни, которую и жизнью-то нельзя назвать!
Общие фразы и благие пожелания… (толстенная книжка из пятитомника).
Разработка действительно АКТУАЛЬНЫХ проблем вполне может превратить российского «обществоведа» в «белую ворону». А вот упражнения в «схоластическом теоретизировании» на новый лад…

Резко снижаются познавательные возможности применяемой в обществознании методологии. Собственно, многие претендующие на научность «работы» и состоят, в основном, из теоретико-методологических характеристик со спорадическими экскурсами в «реальность». Выводы же получаются либо банальными, либо очевидно сомнительными. И зачем тогда огород городить?
Сплава теории  и метода, проникающего в жизнь как острый аналитический инструмент, более не получается. Первое выступает в роли обертки, а «научность» определяется тем, кто красивее и занимательнее упакует всякую ерунду.

Старательная калька с английского – это «наука», а попытка понять процессы, происходящие на Родине, -– это, бляха-муха,  «публицистика».
Но вот, к примеру, как на «чикагскую школу» повлияло движение «разгребателей грязи» и реакция на кризис и противоречия своего общества того времени. Возможна ли вообще «переводная» общественная наука.


Примерно так же, как разум человека и его мораль нельзя оторвать от потребностей тела, так и в социальных науках не может быть только «интеллектуальной» составляющей вне хотя бы нравственности, опирающейся на биологические потребности.

Обиднее всего, что добытые в последние десятилетия и страшной ценой крупицы знания и понимания нашей страны и истории нашего народа могут запросто и без всякой пользы снова пропасть в море пропаганды и общей культурной деградации.

Читая старые журналы «для интеллигентов», находишь там, среди завалов конъюнктурного мусора, довольно много интересных идей и оригинальных примеров грамотного анализа происходящего в культуре, политике и т.д. Но все это по большому счету осталось невостребованным. То есть, кто-то прочитал, конечно, но дальше не пошло и практических последствий не имело. Почему так? Ведь интеллектуальные полемические выступления ценны именно «последствиями» – хотя бы поддержанием «памяти культуры» или, тем более, коррекцией социальных действий.  Одна причина, разумеется, в пресловутой «атомизации» и фактическом (полу)распаде социума. Чужие люди друг другу просто неинтересны, а мнения не важны. Но откуда же это отчуждение! Возможно,  так разрушенное общество на оккупированной территории реагирует на навязывание того, что представляется «не своим». Примеров разрушительного влияния «иных» в прошлом было предостаточно. И в силу этого, некая культура, даже деградировав и мутировав, ставит «блок» чужому, отвергая идеи, не опознанные как «свои», даже  если объективно они полезны (самый наглядный пример – отношение у нас к идее демократии).
Чужеродные влияния практически без ограничений могут распространяться на уровне массовой культуры в каких-нибудь «вечернихургантах» и разливаться прочими помоями. Но на «кухне идей» наблюдается дефицит продуктов, так предложения вызывают опасения в том, что они не качественные и отравленные, что уже было много раз. Так и образуется дефицит понимания, так и не появляется «критическая масса» смысла, необходимого для развития.

Опять возвращаемся к проблеме «чистого листа» (в человеческом сознании). В силу длительного влияния  этой иллюзии наглядно виден крах проекта «социологии», который пытался отказаться от учета влияния «природы» в объяснении социального действия. Особенно разрушительными оказались социальный конструктивизм и постмодернизм, но и они меркнут на фоне попыток воплощения марксистских идей. «Социология» часто приводила к воплощению антиутопий или же оставалась никому не нужной наукообразной болтовней. Своя ниша была у всякого рода прикладных проектов, когда под видом социологии торжествовала фактически этнография, много чего описавшая, но мало что объяснившая.
В трактовке общества и человека нужно исходить из социобиологии. Эволюционной психологии и т.д. – без «природы» социальное не понять никак. И вместо учебников по социологии стоило бы давать молодежи читать Э.Уилсона, С.Пинкера, Д.Даймонда, К.Лоренца и т.д. Но эта мечта останется, конечно, несбыточной. Карго-культ захватил область социальных исследований, от карго-грантов не откажутся и привычки необременительной дурости победят. Таким образом, вместо самостоятельно мыслящих и диалогирующих ученых, наши обществоведы представляют собой множественные, хотя и немногочисленные племена дикарей, исповедующих ту или иную разновидность карго-культа с тотемами парсонсов или фуко, или - имя им легион. А уж «учебники по социологии» - это какие-то плохие копии западных взглядов полувековой давности, утратившие первоначальный смысл от бездумного и многократного копирования, то есть, практическое воплощение бодрийяровских симулякров. Но это – отказ от познания действительности и даже отказ от намека на такую возможность. Игра ради игры и удержания захваченных (порой самым недостойным образом) позиций в поле «социальной науки».

Охота на Мысль опасна! Мыслить – это очень рискованное и ответственное занятие. Но в последние десятилетия оно не выглядело таковым. Казалось, что можно нести всякую чушь с кафедр и по телевизору и ничего не будет. Ни пользы, не вреда. Для говорящих (пишущих) часто так оно и было, и даже поощрялись самые пустомели. Игра в бисер приучала к детской инфантильности. Тут ни удавить, ни прибавить, якобы. Но – «убавлялось» где-то в других местах, страдали другие и за неправильные идеи тысяч расплачивались миллионы (особенно тяжелые последствия имела противоестественная оценка пропорции равенство/неравенство).
На просторах вымирающей Раши, как всегда, последствия сказались самым суровым образом. От местных говорунов никакой пользы, кроме вреда. Как дети, которым дяди дали погремушки и дудки. Они создают ненужный и бестолковый шум. Но, ведь любой нормальный и ответственный человек, помимо какого угодно хобби будет думать о благосостоянии семьи или в тяжелых случаях, о выживании. В этих, критических случаях, разве можно растрачивать силы и энергию на пустяки? Необходимо сконцентрироваться на главном, чтобы спасти и «вытащить» себя! Почему же, когда речь заходит о социуме, меньшинство лишь думает о том, главном и животрепещущем вопросе: «Почему мы живем в такой ужасающей бедности и кошмарном бесправии? Как это можно исправить?». Не от «цитат» надо идти, а от проблем. Обществознание – это социальная критика, а тут – пустопорожняя болтовня. Ненавижу идиотов.

«Думать опасно!»
Но без возвращения к Мысли не возвратишься к Жизни.

Почему, например, столь многие «ученые» (со «степенями») с доверием отнеслись к безудержным словоизлияниям некого интеллектуального шулера по поводу «конспиралогии», «геополитики» и пр. Здесь не только отсутствие знаний (хотя надо признать, что «наши» знают очень мало – «мы все учились понемногу»), но главное – отсутствие понимания того, чем они вроде бы занимаются.
Пустотелая бюрократическая машинерия с играми в публикационную активность – это не наука.
Между делом перечитал несколько текстов немногим менее чем двадцатилетней давности с критикой состояния российских общественных наук. Все проблемы старые, только стало еще хуже. Это не одна только интеллектуальная деградация на индивидуальном уровне (здесь может быть и рост), но так и не сложившееся сообщество, в силу отсутствия Свободы. Не суждено…

Кадры решают все.
Кто в «элите» здешнего «обществознания»?  Отродье вертухаев и партайгеноссе, подлые интриганы и беспринципные карьеристы,  приспособленцы и идиоты, новиопы и действующий резерв.
«Обществознание» цветет махровым цветом.


Ум/талант, оригинальность/актуальность и публикаторски-издательские возможности и раньше то были весьма далеки дурр от друга, а по нынешним временам и вовсе стали «разбегающимися галактиками». (богатуровщина-шаклеинщина)

«Совки-античники»
От Античности нам осталось не очень много полных текстов, многое приходится реконструировать через разрозненные цитаты, пересказы и комментарии, далеко не всегда адекватные и добросовестные. Ну, вот и в СССР достижения мировой мысли и литературы тоже передавались схожим образом: блатные с допуском в спецхран были нашими диогенами лаэртскими. В общем так мы и узнавали про всяких «гелбрейтов», но – насколько возможно понимать мир после курсов по «критике антикоммунизма».  У бедных советских представление об окружающем мире было примерно таким же, как у учащихся, прочитавших короткий и препарированный учебник, о мире Древнем. Но том мир ушел, а в этом приходилось жить и принимать решения. Ну, и напринимали.


Отечественные «обществоведы» что в СССР, что в РФ, упорно отказывались и отказываются называть вещи своими именами, уступая в точности даже поэтическим образам и скрываясь за безопасным наукообразием. Что в итоге? Нежизнеспособная химера дохнет позорным и ужасным образом, увлекая с собой массу народа, а выжившим не остается даже приблизительного диагноза от большинства жертв, соучастников и свидетелей катастрофы.


Услышал про «частичную деглобализацию»: «все друг от друга дрейфуют»



Основная тема «политологических разговоров» - угроза выхода из ДРСМД – как будто в 1983 году оказались.



Кассандру тоже считали городской сумасшедшей…


Вновь задумался об идейном наследии русской эмиграции (конечно, настоящей, а не всяких «брайтон-бичей»). Спасшиеся за границей русские люди оставили нам множество великолепных образцов литературного и художественного творчества, проникнутого ностальгией по Родине. Их наследство – это и примеры житий-биографий, свидетельствующих о том, что можно сохранять человеческое достоинство даже в самых нечеловеческих условиях. Но вот с интеллектуальным завещанием, это надо признать прямо – дело обстоит плоховато. Помимо всякого рода утопических прожектов, ситуативных комментариев, устойчивой и не очень ненависти к большевикам, осуществленных провокаций (типа евразийства и сменовеховства) и т.д., по большому счету, остался один главный завет: «молиться, молиться и молиться».
Вы, но крушение России и русская Катастрофа вызвали к жизни не столько попытку разобраться в причинах и произвести тщательный анализ исторических ошибок (хотя, конечно, такие попытки многократно предпринимались), сколько, с наибольшей силой! – ощущение морального греха и попытку вымолить прощение у высшей силы.
Наследнички по кривой почитали и решили перенять «эстафету» и клонировали симулякр ХСС. Помогло?


В Полисе сквозь «политические исследования» все сильнее проступает изначальное – абстрактное теоретизирование с сильнейшим идеологическим направлением – в духе «Рабочего класса и современного мира».  Sovok возвращается и здесь?


Политология failed state имеет свои особенности. Размышлять об отечественных и личных перспективах, конечно, очень тяжело. Но необходимо. Порой, в минуты слабости, закрадывается даже кощунственная мысль: а не будут ли скоро живые завидовать мёртвым. Не будем ли мы считать счастливцами умерших друзей, не оказавшихся посреди новой Смуты, по аналогии с теми русскими, которые не дожили до 1914 или 1917 года и поэтому не увидевших русскую Катастрофу, сопровождаемую чередой немыслимых социальных бедствий и человеческих страданий! Но так, конечно, думать нельзя. Пока живешь – надеешься. Надеяться на лучшее нужно даже в самых безнадежных обстоятельствах, если не для себя, то хотя бы для потомков. Ведь нескончаемый Кризис – это не только беда. В горниле кризиса улетучиваются многочисленные наивные предрассудки и сентиментальные благоглупости. Кризисный человек, если он не погиб и не сломался, гораздо больше знает о себе и о жизни и гораздо лучше понимает происходящее вокруг. Самым обидным было бы потеря этого знания, достигнутого столь дорогой ценой. Такое знание будет крайне необходимым для тех русских, кому выпадет шанс, а значит и надежда на освобождение от проклятья «несовременности». Возможно, хоть когда-то благодаря анализу печального опыта предшественников, хоть кому-то удастся не наступить на многократно опробованные грабли и зажить нормальной жизнью в экономически здоровой, политически свободной и культурно богатой, пусть и не «великой» России.
Ради такого стоит ещё постараться.

Не могу оценить новые «методологии» в социальных науках, которые, кажется,  не дают почти никакого прироста социального знания ни вообще, ни в частных случаях, а лишь имитируя (псевдо-новой терминологией и т.п.) этот прирост. Познание социального мира и понимание его как будто наткнулись на какую-то невидимую (запретную?) преграду и бесконечные рекомбинации не позволяют осуществить принципиальные прорывы в понимании окружающего. Наоборот, даже то, что в познании политики и общества уже было достигнуто, удается сохранять лишь с помощью «героических» усилий, когда среди моря словоблудия появляется (обычно не у нас) все же несколько дельных работ по существу обозначенных проблем.


Каких результатов можно ожидать от «научного цеха», где распоряжаются несколько беспринципных дамочек (по словам Льва Гумилева, «баб, делающих научный вид»), совершенно глупых, но весьма и весьма оборотистых. «Обороты» эти только приводят к окончательной дискредитации данной отрасли знания.


Перечитывал «Остров Россия» (сил, конечно, хватило только на краткий вариант). По-своему, очень стройно и интересно. Но В.Цымбурский как бы олицетворяет собой то, что я ненавижу в отечественной социальной мысли. О последней я говорю без всяких кавычек, вынося за скобки, рядом с этим незначительным островком (проникся образами, мдя!),  всю бессмысленную громаду механического эпигонства, модных заимствований, идеологического камлания, диссертационного и прочего пустословия. Цымбурский действительно думал; по-своему, он был весьма умным, оригинальным и эрудированным мыслителем, хотя и странным человеком. Но было в этом что-то сильно НЕ ТАК! Тонкость его анализов смогли оценить немногие подобные ему БЕСПОЛЕЖНО ЗНАЮЩИЕ старые московские мальчики. Зато сами по себе рассуждения о «геополитике» дали лишний пропагандистский повод для сирийской и прочих авантюр, огромного счета за которые мы пока даже не представляем, а ведь придется платить и платить по нему. Если кратко, то «геополитика» – это глупость. Цымбурский как будто опровергает Маккиндера и Савицкого, имплицитно давит «дугина», но на самом деле, двигается в их же русле, псевдонаучной «парадигме отвлечения», если угодно. Политика связана не столько с географией, ландшафтом, хартлендами и римлендами, «островами» и «лимитрофами», сколько с интересами и страстями, как правило, весьма порочными. Какая «геополитика» привела к убийству несчастных наемников под Хишамом – проливы, газопроводы, стремление к прорыву» из «островной» изоляции (от цивилизованного мира) или же просто желание бесконечного «попила-на-крови». В контексте реальной жизни все эти утонченные схемы становятся просто агиткой; и не надо говорить, что «ученый не в ответе за то, как используют его идеи». Оченьо даже в ответе – в данном случае, ВЦ – своей антизападной риторикой.
Ну, и еще штрих. Как говорится, «скажи мне, кто твой друг»… «Другом» нашего великого мыслителя оказался ГОП – беспринципный недоучка-провокатор с одесского привоза. Ему, в силу отсутствия на «острове Россия» нормальной системы организации знаний и фильтров против такого рода «идеологов-технологов» - удалось очень много тот наворотить для того, чтобы превратить местный «остров» в зараженную территорию в культурном и интеллектуальном, социально-политическом смысле. Или проще – в «хартленд», мало пригодный для сколько-нибудь нормальной жизни. «Геополитика» изоляции и превращения собственной (или не собственной!?) страны в подобие ада, оказалась весьма успешной.


Иногда и сегодня среди диссертационных мафий и в псевдонаучных журналах можно услышать бубнёж про «региональные элиты» РФ. Инерция слов действует. Ну, некоторое время, когда замаячили (или это была иллюзия) перспективы на какие-то перемены, действительно, изучение «элит» в российских регионах было интересным и полезным делом, даже несмотря на «запашок» и сильно страдающее эстетическое чувство. (Тогда выручал смех: разлагающийся совок гнал не только с ужасной вонью, но также телодвижения и звукоизвлечения партократов и хозяственников, ставших новыми «элитами» доставляли немало веселых моментов; казалось, мы со смехам расстаемся со своим прошлым – увы, расстались мы с надеждами от него освободиться). Но сейчас, в текущей ситуации, мусолить тему «региональных элит», или, скажем, «выборов», «партийной системы» и т.д. -  или даже просто смотреть на всё это – значит заниматься чем-то, в принципе, совершенно глупым и малопочтенным. Если эти «объекты» и нуждаются ныне в чьем-либо внимании, то разве что в усилиях психиатров и честных следователей.

У России не было своего Дьюи. Или – культурное болото так и не дало развиться его аналогу. Некому было защитить национальное мышление от гегельянщины или других модных поветрий, которым аборигены старались подражать, не вырабатывая собственных мыслей о собственных проблемах. Люди здесь так и не научились мыслить рациональной и прагматично в собственных интересах. Если трезво посмотреть на россиян, что прошлых, что нынешних, то они в большинстве своем не способны к ratio, постоянно прячут голову в песок и веруют в какие-то мифы. Мифомания хороша для некоторых видов художественного творчества (поэзия, театр и пр., где Россия достигала мировых высот), но губительна для «политэкономии. Уклонение от логических размышлений и выводов на сколько-нибудь отличных от повседневного быта уровне – вот позиция типичного  россиянина. Как тут не наступать на постоянные «грабли».

По случаю почитал о двух «фуриях антропологии» в одной постели - М.Мид и Р.Бенедикт – выученицах отвратительного мошенника Ф.Боаса. Как много мозгов они засорили! Кажется, что эта «антропология» или вот, к примеру, «психология» есть разновидность дурного фэнтези, продукт воображения человеческих особей с серьезными физическими и психическими дефектами. Мид, к примеру, фальсифицировала/выдумала данные по Самоа, ну, или взять хотя бы тот же «психоанализ» - тут нужно воображение романиста. Есть и «правильное», но ведь и в романах не всё выдумка. Однако чтобы придать убедительность «научным монографиям» всей этой band, нужна была фирменная наглость. 
С другой стороны, а что такое «норма»? Адлер высказывался в том смысле, что нормальными нам кажутся те люди, которых мы недостаточно хорошо знаем. В таком утверждении есть борьба с нормой как таковой, а не просто с чем-то исторически преходящем, например, с религиозными предрассудками, ну, или верованиями дикарей, изучаемых антропологами. Почему они, вслед за психопатом Руссо, стали идеализировать Дикаря или выводить все из половых импульсов? Бунтовала их конткультурная сущность извращенной природы?


Нет у нас порядочных «экспертов»: ни сообщества, ни нормальных обсуждений. А, к примеру, тараторящая про «гибридную гусеницу» шульман или революционно поющий соловей – это не свободный анализ, а политтехнологические проекты. Не совсем понятно только – чьи?


Пару столетия существует амбициозный  проект «социология». Претензий много, а толку не очень. Накопленных данных – великое количество, но они, по большей части, либо бесполезны, либо не используемы. Спекулятивные теории порой бывают весьма интересны. Но если говорить об ответе на вопрос «почему?» или сравнивать, например, с биологией, то тут даже не эпоха линнеев-ламарков, а нечто предшествующее ей. Выход видится в синтезе с той же биологией, а еще в помощи «больших данных». Так «общество» можно понять куда лучше. Но вопрос в том, а будет ли это общество тем же самым, что не очень удачно описывалось «социологией» или объектом станет принципиально иной «человейник».



Сибирские пожары – это не бедствие, это – следствие.


«Разделение истинного  и ложного, как и особая ценность , приписываемая истине, представляет собой наиболее оригинальный способ жить, какой только смогла изобрести жизнь, изначально и в самом своем основании несущая возможность ошибки». («Жизнь: опыт и наука»).

Недавно прочитал сетования одного демократически ориентированного политолога и полуэмигранта, на то, что россиянские студенты-политологи не связывают демократию с конкурентными выборами («демократический метод» Й.Шумпетера).
Это, конечно, печально, но всё у нас так. Могут ли большинство «дорогих россиян» сказать, зачем они сейчас, собственно, ходят на выборы – в буфете выпечки купить? Просто – ритуал и всё.
Какая уж тут «политическая наука»! Идеалом для россиянских «полит»олухов» является политология без политики. Тоже - просто как ритуал и игра с какими-то понятиями. (Когда доходит до дела, один из корифеев с сомнительной моральной репутацией, автор учебников и атласов, хорошо «поднимавший гранты» на «транзите», предает своих студентов, которые, изучив теорию демократии, за эту демократию и боролись). Отношение к политике как к какой-то игре, не имеющей отношения к реальной жизни, но к которой можно пристроиться и поиметь свой гешефт – вот кредо наших «ведущих социогуманитариев». Но разве людишки, холопские по природе своей, могут ценить свободу – да они не знают вообще, что это такое и прекрасно ведут свое протухшее существование без всяких там свобод.
Но и это еще не предел всему. В основе наших бесконечных несчастий лежит своеобразное отношение к истине и сопутствующая философия. Мишель Фуко в свое время писал о «философии ошибки». Мораль состоит в том, что пренебрежение истиной может обойтись и обходится очень дорого. Но разве нашим «мыслителям» интересна истина?!
Положение философии в нашем болоте свидетельствует как раз об обратном. «Философия» воспринимается здесь как некая идеологическая мантра и/или игра в бисер для «защиты». Ни приближение к истине, ни истины политики, ни задачи достойной и благой жизни, ни истины морали, при этом «не колышут». (Отмечены случаи, когда «проблемы этики» разрабатывались отъявленными мерзавцами по жизни).
Ну, и отношение к «философам» соответствующее. Если степень по физико-математическим наукам – была признаком научности (была – до казусаЕТихоновой и прочих побегов из курчатника), то «кандидат философских наук» – это, с большой вероятностью, тот, кто несет непонятно что, ибо не в состоянии изучить и понять что-нибудь стоящее, но зато пристроился при науке-образовании, а «доктор философии»… ну, вы поняли.
Между тем, такой подход к философии – это и есть роковая ошибка. Тот или иной политический режим, определенный социум, сама эпоха – это и есть воплощения какой-то философии. Так, философия Локка и Монтескье (совсем уж хрестоматийный случай!) сделала жизнь  людей в обществе более безопасной от произвола власти.
Но есть примеры и обратного. Когда дурной монах сболтнул о «Москве как Третьем Риме», это прочертило многовековую колею чванства и нищеты. Народ, который не в состоянии замостить и вымести собственный двор, обеспечить регулярное питание и защиту от произвола полез во все стороны со своим «мессианствам», вызывая презнирение и ненависть осчастливленных и черну неблагодарность тех, кому  отдавал последнее,  размахивая ярким флагом, при том, что материи не хватало для заплат назаднице.
Ну, так и идет…


Социология родилась с большой мечтой – познать социальный мир, чтобы его улучшить. Но, планируя улучшения, которые не состоялись  или не могут состояться, наука, в какой-то степени, (как правило, в значительной) впадает в утопизм.
Показателен здесь Сорокин. Его «прачешная» по переделке людей – это, конечно, сказка. Но ведь другие планы по реформированию страны, которые двигали до революции интеллектуалы (а сколько профессоров было среди кадетов, да и эсеры тоже были не без умников!) – они тоже оказались недостижимой мечтой. Ситуация повторилась после «катастройки», которая принесли множество разочарований. Но в цехах обществоведов «веселье» длилось и лихие годы. Еще бы: открыто читаешь то, что было запрещено, твою книгу или статьи печатают и уже не пишешь «в стол», съездил за границу, гранд дали и т.д. – я помню этих дедушек радостных на тусовках (пишу совсем без иронии, у нас и под старость такого может не быть). Но почему не воплотились на практике концепты сильного «гражданского общества», «демократии», «парламентаризма», «правового государства», «многопартийности» и т.д., о чем так азартно писали еще в позапрошлом десятилетии. Почему здесь и сейчас – это утопия. И у Сорокина и Ко это было после «Февраля». То, что казалось уже достигнутым (или вскоре вполне достижимым) более века назад не состоялось до сих пор. Не знаю, как изменились настроения социолога и насколько описанные  в «Листках из русского дневника» эйфория и разочарование соответствуют реальным переживаниям 17-го года, но история «регресса» или «реверса» вполне показательна. Политология и социология, социальная среда, в которой они могут нормально развиваться, для нас это utopia studies?


«МЕТОД» как разновидность «алхимии». Когда нет реальных возможностей (технологических или, например, политических) начинаются поиски «философского камня». А ведь дело не (только и не столько) в методологии, сколько в плачевном положении РЕАЛЬНЫХ дел.


Послушал выступления по внутренней политике. У меня такое впечатление, что мы с ораторами не только живем в разных странах, но и пришли из разных измерений.


Цитата:
«шантажный потенциал» (терминология)


Был чудак, который, говорят, завещал похоронить себя с портретом Канта. Он был специалистом еще старой выучки, которого чудом не дорезали по «классовому признаку», а даже еще и награждали. Помимо своего «утешения философией», товарищ еще надеялся на религию и утешался любимой пастернаковщиной. Счастливые иллюзии помогали выживать весь не короткий советский век. А вот здесь подобные миражи уже похищены, и терпишь без наркоза не менее страшную социальную боль.


Многие российские «эксперты» вопрос о «недостойном правлении» вообще не воспринимают как проблему, а критика сосредотачивается на «отдельных недостатках».
Основа «недостойного правления» состоит в полном пренебрежении и произвольном манипулировании правовыми нормами со стороны власти. Какие «реформы» возможны в таких условиях, однако состояние пренебрежения формальными институтами делает ситуация весьма устойчивой, но это – стабильность хронической болезни.


Собственно, ситуацию в российском обществознании и состояние экспертизы вполне можно уподобить тому, что критиковал Владимир Померанцев в далеком 1953 году (статья «Об искренности в литературе, Новый мир, 1953, №12).  Помимо продажных и на все готовых «лакировщиков» действительности, большинство ищет безопасный ракурс, чтобы и проблемка быка какая-нибудь, но при этом все выглядело безопасненько, наукообразно, красиво и с вознаграждением (у литератора пример с прокурором, который мирит молодоженов).
Читатели многие помнят, что именно журнал с Померанцевым с воодушевлением читает главный герой солженицынского романа «Раковый корпус». И – что? Диктатор умер в середине прошлого века, правда («гласность» и пр.) обрушилась полным потоком, а прогресса в мозгах почти никакого нет – тот же страх и обход «острых углов».


Ситуация «заблудился в трех соснах» выглядит буквально АНЕКДОТИЧЕСКИ, если вспомнить варианты германского анекдота, про то, что нельзя сразу совместить в человеке три вещи: ум, совесть и поддержку фюрера…


«Волки-волки!»
Один «эксперт» (С) так часто предрекал наступление революции, что все ему уже перестали верить. И – как в нравоучительной сказке, к появлению «волков» никто не будет готов.


Стоп-лист.
Матвейчев, Стариков, Фурсов, Холмогоров, Марков, Павловский, Калашников, Мединский…
 (На них не нужно ни при каких обстоятельствах обращать внимания: ни читать, не смотреть, не комментировать и т.д.)
Даже если что-то из артикулированного ими правда и соотносится с твоими убеждениями, надо действовать по известной формуле: «если Евтушенко против колхозов, то я  «за»!


Вопреки давней лживой сентенции, что, дескать, в России «правительство – единственный европеец», именно из-за плохого правления страна в целом живет гораздо хуже, чем могла бы, опираясь на свой уровень экономического и культурного (индустриализация,  образование и т.д.) развития. То есть, на обширных пространствах воспроизводятся , по сути, африканские проблемы, с соответствующим уровнем нищеты, коррупции и т.п.


При всём этом масса (пост)совков не выносит никакой острой критики, не хочет никаких серьезных перемен, даже не мечтает о перспективах лучшей жизни. Что присутствует, так это усиление магического элемента («на бога надейся») и это вполне совпадает со всплеском религиозности после «перестройки».

Астрофизики оперируют понятиями «тёмная материя» и даже «темная энергия»… Еще пара шагов и будет «Темный Властелин».

Посмодернизм и демонтаж системы истины
Отказ от поисков истины, хотя бы и относительной стоит очень дорого, и плата будет только возрастать. В мире рекламы, пиара, пропаганды, то есть брехни – все уже запутались во всем. Про пресловутую эпидемию болтают все и как угодно, а больше всех те, кто вряд ли что-то помнит даже из школьного курса биологии. Царство сплошной доксы и безумие безответственных доксософов. На всей этой глобальной инфо-помойке теряются крупицы знания и здравого смысла. Никто не знает, что делать. Принимаемые меры сочетают в себе недостаточность и избыточность.  «Сплошняк постправды» лишает шансов на разумное управление, причем всех и сразу. Слишком долго играли в «постмодернизм» - и заигрались.
Релятивизация знания оборачивается агностицистским кошмаром. Подмена понятий и информационное манипулирование привело к тому, что логика и рациональность остались лишь в частностях; части разорванного тела обернулись химерами, в том числе и научными. «Квантовая относительность» уничтожила приоритеты нормальной жизни. Нынешние научные «достижения» - это когда изучили состав далеких звезд, а грипп вылечить не могут. Биологи и инженеры еще делают что-то полезное, хотя мб,  там больше опасного. В гуманитарной отрасли «микробят» и занимаются черт знает чем и зачем, а обществоведение превратилось в одну сплошную пропаганду вредных заблуждений и сомнительных догм. Литература, искусство, музыка теряют остатки внутреннего содержания.
Прилетела летучая мышь и подала сигнал, что так жить нельзя. Но будет ли он понят?

«Пустознание»
Поколение ЕГЭанутых учащихся уместно сравнить с продукцией совковых производств в конце года, когда «гонят план» и сплошная штурмовщина с браком. А ведь от усиленно продвигаемой «дистанционки» (диверсантами из «вышки» и т.п.) вреда будет еще больше.
Подобно «оптимизации» медицины вред будет осознан не сразу, а потом, когда уже ничего не исправить, разразится серия катастроф. «Специалисты», подготовленные по «оптимизированной» схеме будут просто не понимать, чем они занимаются. Компьютеры тоже этого не «знают» и совместными усилиями они приведут систему к коллапсу. Впрочем, возможно, что кто-то сыграет на опережение.

Подобно тому, как профессиональному композитору не стоит игнорировать «низкую народность» и «вульгарные мотивчика», так и политическому ученому, даже весьма грамотному в теоретическом отношении, нельзя проходить мимо «примитивных дискуссий» дилетантов ил и даже упрощенного обсуждения актуальных тем. Чистый «академизм» всегда бесплоден.

«Общественная «наука»
становится фейком, когда занимается объектами-фейками, типа «гражданского  общества», «партий», «выборов», «публичной сферой» и т.д., в неподобающих странах или спекуляций между «глобализацией» и «идентичностью».
Все эти замечательные вещи здесь напоминают украшения бального платья, которые пристебали к тюремной робе.


Все-таки современная (западная) политическая наука имеет важное ценностное основание. Это – приверженность демократии (свободе выбора/выборов). Исходя из этого, уже можно строить различные сложные схемы, разбираться в терминологиях, цитировать теоретиков и т.д. Но без этого основания  наработки политических ученых повисают в воздухе или превращаются в какого-нибудь «ублюдка», типа ряда наработок РАПНРОП-продукции. Терминология вроде бы современная и какое-то знание присутствует, но мировоззрение холопски-архаичное. Сочетание несочетаемого. Отсюда, в погоне за наукообразностью, естественное желание исключить из анализа сколько-нибудь актуальные проблемы, а попытки их затронуть – заклеймить как «публицистику». Или уж написать так, чтобы мало кто что-нибудь понял.
А лучше – от греха подальше – взять вроде бы реальную тему, но чтобы к «нашим баранам» ни-никаким боком! Получается «политология без политики». Для отечественных «обществоведов» в этом нет ничего нового. Можно вспомнить штудии о «социалистическом образе жизни», развитом социализме» - «схоластическое теоретизирование» и пр. Выкормоши комитетов вернулись в привычную стезю, подготовили себе "достойную смену", дорвались до пайкового овса и затоптали альтернативные варианты. «Учёные».

...Но зачем себя обманывать и вводить в заблуждение окружающих. В СССР не было, и быть не могло социальной и политической науки. Были только фрагменты и имитации, но ничего цельного и серьезного. Ряд интересных идей проскальнывало в там и самиздате, но это были «партизаны» со всеми вытекающими. Официальные доктора являлись идеологическими проститутками, получавшими от своего статуса немалое удовольствий и благ.
К примеру, преслувутые шахназаровы-бурлацкие НЕ были политическими учеными.  Подвизавшись (протолкавшись) на номенклатурные места идеологической обслуги вождей, геронтократов, их спичрайтеров и агитаторов в столичной интеллигентской среде, они порой кропали что-то наукообразное, но ни «современный левиафаны», ни членство в МАПН НЕ делало их ближе к науке. Это было просто допустимое ХОББИ. Вот, Г.Шах писал фантастические рассказы.
И что с того?.. Причислять его к литературной традиции?
Конкурирующие организации «политологов», сделав своими идолами вышеназванных товарищей, предопределили свою траекторию. Она состоит в конкуренции за грантовые подачки из того же здания. Новый Сюрприз со Старой сутью.
Только радикальная деконструкция данных традиций может в будущем дать какой-то результат. Пока – пародия на исследования посреди пародии на жизнь.


Одиночество власти
По поводу последней книжки Гр.Голосова
ГГ довольно жестко пишет о роли «выборов» в условиях персоналистской авторитарной диктатуры и т.д. (Ранее политолог в одном из СМИ довольно жестко «припечатал» трындеж о «гибридной гусенице» и т.п., которым занималась и занимается политтехнологический проект «Екатерина Шульман»).
Если находиться в поле современной политической науки, то с Голосовым можно согласиться процентов на 99. Но замыкание в одном поле порой чревато опасностью «профессионального кретинизма» (это не упрек, тем более грамотному автору, а, скорее, общее предостережение).
Проблемой в нашей истории является то, насколько «голосование» при данной разновидности авторитаризма можно описывать в терминах «политики». Ну, по случаю и «права». Какое там «право»! Право же не надо заниматься глупостями.
Теоретически это доказать весьма сложно (по крайней мере пока нечто подобное не будет опубликовано на «американском» языке), но приходит на ум следующая аналогия.
Вот в  банк  под видом клиентов пришли бандиты и потом начали его грабить. «Всем лежать, кассир, деньги давай!». Можно ли считать в данном случае передачу денег гангстерам, чем-то сопоставимым с выдачей неких сумм вкладчикам. Очевидно, что это совсем другой «коленкор». Но почему же тогда в случае, когда в некой стране под видом «политиков», депутатов, госслужащих к власти приходит ОПГ и начинает грабить национальные ресурсы и проводить «выборы», последние продолжают описываться в терминах электоральной «политики». В крайнем случае, можно считать «электоральный авторитаризм» амальгамой политики и уголовщины с решительным преобладанием последней!
Когда «системная оппозиция» рассматривает изнасилование электората в терминах «выборов», пусть даже и выявляя «фальсификации» (фальсификация разрушенного института – это его суть), она тем самым «подмахивает» грабителю, по сути, играя в его преступную игру.
Интересно, а что бы о данной ситуации писали бы «тоже-ученые». Ну, наверно, тексты типа «Пи-ар при столкновении с вооруженным клиентом» или же «Специфика связей кредитной организации в условиях грабительских ограничений взаимодействия кассир-клиент», ни и т.д.
Это – только замечания по ходу дела, никак не умаляющие труда Голосова и, тем более, не критика именно этого автора. Он делает то,  что может и даже больше. Но чем занимаются другие «ученые»: наукообразно оправдывают грабеж или делают вид, что в «обычной стране» все нормально?


Серьезной ошибкой является описание «июля» в политических терминах. «Право» тоже тут не при чём. Отношение к этому – вопрос этики, ну, или, может быть, уже генетики.

Неправильно называть сумасшедшего бандита «Ваше Превосходительство» и т.д.
Язык СМИ, использующий официальные наименования, склоняет к подсознательному рабству.
Нужно выражаться точнее, с оговорками и кавычками, пусть это и будет занимать больше места/времени.


«Консерватизм» в наших конкретных условиях выглядит интеллектуально абсурдным и морально неприемлемым. ЧТО консервировать?!
Между прочим, классики консерватизма заявляли о недоверии к умозрительным схемам, а тут – жонглирование цитатами и камлание над тестами (желание примазаться к авторитету Бердяева, Каткова, Самарина, Солженицына, Розанова, Хайдеггера и др.). Консерватизм поднимает знамя Здравого Смысла (М.Оукшот), а тут оправдание или замалчивание откровенно идиотских решений, не желание замечать того, что «Кафка сделан былью». То есть над реальностью довлеет догма, понятное желание пристроиться (слаб человек!), но главное (и непростительное) стремление сделать хорошую мину при очень плохой игре,  проигнорировать окружающую мерзость, соблюсти приличия в явно и абсурдно неприличной ситуации ( с тем же «правом» и «законностью», не говоря уже про культуру и мораль).
Но, чорт бы с ними, с этими уродливыми интел-карликами (длинный список)! Это просто ходячие (и непрерывно треплющиеся не по делу!) симулакры.  Симуляции вокруг столь много, что еще несколько жуЛьнальчиков и сайтиков-блАжиков погоды не делают, Глупо сетовать на грязные осадки, когда собирается ураган…
Но и у более приличных версий консервативной идеологии есть противоречия, которые представляются неразрешимыми, например, между опытом пресловутого здравого сысла и религиозной иррациональностью. Но эта проблема лежит глубже… /О «Тетрадях по консерватизму»/.

Поникшее бытиё


Привычка к полу-свободе не только аморальна, но и разрушительна. Она приводит к острому кризису и многим жертвам.


Частушка:
Лезет Ванька на берёзу
А берёза гнется.
Интересно посмотреть,
Как он еба…ся


Страна Вечного Ноября


Любовь (к государству) оборачивается привычной ненавистью.


Просматриваю в эл.библиотеке романы последних десятилетий. Какой же фигнёй маялись люди в благополучные времена! И не только, и, конечно, не столько в литературе.


Миф страшен, когда и потому что он останавливает время  (очередное «-бесие»)


Достоевский как ходячая психиатрическая клиника.  Не идеал, а предупреждение об опасности.


Глобальное безумие нынешнего года еще раз показало эволюционную уязвимость нашего вида. Не уступит ли он место какому-нибудь гибридному ИИ. Так, в свое время уничтожили бедных кроманьонцев, предварительно поимев опыт скрещивания с ними. Останется ли людям хотя бы 4 %?


Идеология либерализма вместе с «буржуазной демократией» и капиталистическим обществом летит под откос. Промышленный капитализм был выходом из мальтузианской ловушки аграрного перенаселения? Но не происходит ли то же самое только в глобальном масштабе. Капитализм должен постоянно расширяться (осваивать новые земли), а – куда расширяться?


Во время очередного «локдауна» спасает только чтение. Много переводной литературы. Сразу бросается в глаза, что интересные иностранные авторы в предисловии или послесловии выражают благодарности десяткам людей. Причем эти слова кажутся не дежурными, а высказанными искренне, за конкретную помощь. Вот и одно из условий современной социогуманитарной науки – включенность в многочисленные профессиональные сети, интерес коллег и наличие таковых и многих! У нас же при всем желании не составишь подобного списка (ну, может быть, как редчайшее исключение). Попросту нет такого числа профессионалов-единомышленников, занятых тем, что по-настоящему интересно и важно (зато начетничества хватает!). Поэтому – и интересных авторов на порядки меньше, неоткуда им расти.


Здешний «интеллектуальный класс» (как без оснований называют себя местные полудурки) занят странным делом. Вместо того, чтобы искать и изучать пути к свободе, они наперебой высказывают предположения, почему тут она невозможна. («Свободная мысль»).


Православный «хрен» не слаще социалистической «редьки». Или – наоборот. (Войнович о Солже).

«Социология» оторвавшись от понимания человека как социоблиологического существа, напоминает разновидность схоластики («схоластическое теоретизирование»). «Научными» считаются методы столетней давности, то есть бесконечные опросы «мнения» и дурковатые интервью в рамках «кейс-стади», не видя «леса». ЧТО таким образом можно узнать и, главное -  понять? Идеологические карантины блокируют адекватное понимание социума и мало учитывают успехи той же этологии или социобиологии. Наоборот, развернута настоящая война против «натуры».
Есть, разумеется, в этом и политическая составляющая. Так, в ХХ веке антрисистемные силы разочаровались в марксовых «классах» и «классовой борьбе». В схватках за власть с «классами» каши сварить не удалось и тогда, с подачи, в том числе фрейдомарксистов, в ход пошла именно биология: возраст, пол, раса. Но фанатики равенства решили эту «природу» лишить её натуральных свойств. Молодежные бунты – это неплохо, но «молодость» - понятие субъективное, и так можно бунтовать всю жизнь, а еще лучше молодиться, оставаясь безовасным инфантилом. Пол быз заменен «гендером», который можно конструировать и менять, как пожелаешь. Феминистская «социология» и гей-парады рулят, в общем. Расы же вообще объявили «несуществующими» (разница в цвете кожи не более важна, чем цвет волос, и от всех остальных различий абстрагируемся).
Левачьё и те, кто ими рулит, призывают игнорировать не только природные различия, но и решительно переделать природу человека, заменив жизнь «цифрой».
 От трансгендеров к киборгам!


Борьба за «малые дела» происходит по всё более ничтожным поводам, а успехи становятся все реже и «мизерабельнее». «»Гражданское общество», не привыкнув оглядываться  по сторонам, загнало себя в тупик.  В минувшие десятилетия было непопулярным не только желание посмотреть на себя «с высоты птичьего полета», но даже и взглянуть «со стороны».  Зато не пропали темы для хвастовства и «публикаций».
(Ну, что возьмёшь с «розовых пони»).


Если уж попытка «коренного переустройства общества» собрала дань скорби, далеко превзошедшую предсказанные Ф.М.Достоевским «сто миллионов» голов, то останется ли на Земле хоть что-нибудь после опытов по «коренной переделке человеческой природы»! А ведь уверенность в своем праве на великий эксперимент, который в свое время демонстрировали социалисты, сегодня характерна для «трансгуманистов» и пр.


Вот она – «русская философская мысль» – подверженная мечтам и мифологическим увлечениям и лишенная разумной дисциплины. «Воскрешение отцов» (безумного Федорова), мировая коммуна (социалисты всякого рода), «эра всеобщего труда» и прочие «эры» (у Ивана Ефремова), альтруистический интегрализм идеациональной эпохи П.Сорокина и пр.  В последнем случае интересно то, что утопическим мечтаниям предается не сумасшедший библиотекарь или профессиональный фантаст, а «ученый – социолог». Но, может быть, в случае американского профессора стоит изучать не только (и уже не столько) его научный теории, сколько утопическую и мифологическую составляющую его мировоззрения. Очевидно, что за пророчествами о наступлении «идеациональной системы» по той или иной причине «торчат уши» бердяевского «конца Ренессанса» и пресловутого «нового средневековья». Бердяевщина – это вообще «фольклор», как у предшествующих хомяковых и последующих лосевых. Обширность познаний в этих случаях лишь укрепляют мировоззрение «идеационалистов». (Не они самые «глупые». Если брать другой лагерь, то позитивисты, материалисты и либералы часто просто пели под чужую дудку и повторяли модные тезисы без нравственно-философского их прочувствования. Наши «платончики», хотя бы думали, или, по крайней мере, «переживали». А поверхностные эпигоны все, по большей части, имитировали). Но тезис об отечественном  «фольклоре» остается. Его нужно изучать, конечно, но не в русле теорий, а наподобие того, как девки с филфаков собирают по деревням «народное» творчество, а потом обрабатывают то, что записали. То есть, «история русской мысли» - это, в основном, фольклористика. Причин много и вопросы есть к специалистам. Возможно, сыграл свою роль факт очень позднего перевода «книги» на национальный язык и «интеллигенция» прочитав то, во что она верила, предалась сопутствующим рефлексиям и это, по недоразумению, получило название «философии». Из этого запаздывания и гордыня. Так, отставшие на круг бегуны или лыжники могут создать впечатление, что они бегут впереди лидеров. Отсюда этот постоянный бзик, что «мы впереди планеты всей». Ну, хоть в чем-то, хотя бы  во всемирно-историческом переходе к «новому средневековью».
Однако, если здесь так «в мысли», то, соответствующим образом получается и «в жизни». Любимый их Белибердяев считал, что ночь метафизичнее и онтологичнее дня. Если мысль блуждает в ночи и ей постоянно что-то грезится, то химеры вытесняются фактами, а факты эти можно вообще не признавать: «здесь вижу, здесь не вижу». И о повседневном благополучии, об обустройстве нормальной жизни можно не особенно беспокоиться, ибо «мы в рай, а они сдохнут». Зачем беспокоиться о политических, экономических и правовых институтах, ведь некий «великий переход» все равно вскоре состоится. Какой «переход»? да какой-нибудь! Удивительно ли, что нормальному, современному образу жизни постоянно мешает какой-то средневековый феодализм» с диким клерикализмом, дворцами, кастами и расправами…
Конечно, бросать персональные упреки каким-то конкретным «мыслителям» и полагать их главными виновниками произошедшего и происходящего – просто смешно и несправедливо. Настоящие виновники могли всех этих книг вообще не читать и авторов не знать или в упор не видеть. Если какой-то философ/социолог - фантазёр тянет на «сельского дурачка» или «городского сумасшедшего», то это вовсе не значит, что сам он «плохой» человек. Может быть, наоборот, очень хороший (а, может, и нет), добрый, честный, много знающий, болеющий душой и пр. Но строй мысли определяет строй жизни. Что, там, к примеру, восхваляется в связи с неосредневековьем? В конкретных обстоятельствах – это был итальянский фашизм. Опять нельзя упрекать лично автора – в драматических обстоятельствах высылки, посреди мировой катастрофы легко так запутаться. Но, зачем же повторять ошибки! «Новое средневековье» - это именно фашизм: с вождем, одураченными массами, попами/идеологами, репрессиями и общей несвободой.
Но вот тысячи пишущих продолжают грызть «резиновые кости» прошлых нелепых мыслей.

Прочел очередной том россиянских «политолухов» про «публичную политику». Ощущение такое, будто поел что-то жареное на просроченном комбижире.

Какой-то тётке присвоили звание «ЧЛЕНА-корреспондента», то есть, за изобильное словоизлияние она была «избрана» в отделение соц.»наук» академии «наук». Ну, что ж, полку «трансгендеров» прибыло.


Симулякры
Без устали выдаёт ИХ «на гора» азиопская социальная «наука»


«Философия» в данной, большой локации
Если идиоту дать даже хорошую книжку, он не перестанет быть идиотом


Криптоистория
Так неуверенно и болезненно себя почувствовал, что позволил себе почитать семидесятилетнего Фурсова. Мифологемы все те же («заговор», «конспиралогия» и т.п.) Несмотря на почтенный возраст, АИФ рассуждает как ребенок, узнавший вдруг, откуда берутся дети. «Нам рассказывали сказки, а оказывается!..» С этим «оказывается» наш конспиролог и носится уже несколько десятилетий. Но что «оказывается: что всегда были, есть и будут теневые структуры и тайные договоренности? Ну, так это элементарно, как пресловутые «девять месяцев». Но важно, в данном случае не это. Наш конспиралогический ресантимент – это взгляд из клетки на свободно передвигающихся, говорящих и думающих по своей воле людей. Да как же они так могут!? Когда на политику проецируются установки прагматизма и рационализма – это рвет шаблон у фурсовых-прохановых или крыловых-галковских: в их картине мира универсумом правят «черные венецианцы», а «Россия есть криптоколония Англии»… Но как же не получиться этакой «криптоколонии», если одни, пусть жестоко и подло, и не без ошибок преследуют СВОИ интересы, а вы гонитесь за химерой «мировой революции» (славянского/ евразийского единства и прочая).  Стоит ли удивляться, что при этом одни обретают мировое господство, а другие теряют последние портки! Но вы, такие, всегда будете жить в «крипотоколонии», если не научитесь рационально мыслить, не вырвитесь из мифа, а за «философию» у вас будет считаться мистическое «всеединство», «столп и утверждение истины», белибердяевская трескотня, ильинский ригоризм или розановское пришептывание,  либо, вообще, «космизм» городских сумасшедших и т.п.. В фурсовском случае – это ушибленность марксизмом-социализмом, апология преступников-психопатов Маркса-Ленина-Сталина (Только вот почему Локк, энциклопедисты и Хайек – это «западная зараза» и орудие информационной войны, а Маркс с Валлерстайном – нет?). В общем, чем больше читают, тем дурнее становятся.
Фурсов, как и все почти отечественное «обществоведение» - это подслушанные ребенком разговоры (разные) взрослых (Запада) – плохо понятые и неадекватно воспринятые речи и письмена (хотя у каждой «школы» свои варианты). Но без этих разрозненных отрывков западных бесед – своего остается только родименькая дурость. Такой вот заговОр!


В переломные времена происходит стремительная инфляция прежних теорий.
Но для сравнения их все равно следует знать.

Социальная теория перемещается в блоги.
Диву даёшься, читая и слушая всю эту и т.д.
Конечно, эволюция связана с мутациями, но тут, скорее, не «естественный отбор», сюжет классического рассказа/фильма про учёного-фрика, который на своём острове выводил «невиданных зверей». Потом что-то произошло (распался совок с его идеологической дрессировкой), и зверинец разбежался, в отдельных случаях метаморфозя в «интеллектуалов рунета». Вот такая экзотика и вякает нынче в сети; причем «либерал-фашисты» и «православные коммунисты» - это ещё ничего, но не неведомых дорожках есть следы еще более диковинные – и не без страхолюдства.
Можно здесь покивать и на Запад. У них сейчас там своя «лгбт-свадьба».  С нашей катастрофой, конечно, не сравнить, однако с «культурной экологией» тоже проблемки. Иначе откуда бы взялся французский «постмодернизм», например? «Глобальная радиация, туды её…
Короче, «тупиковые ветви» тоже конкурируют, но стоит ли следить за подробностями всех этих судорог и ужимок?..


Цепь последних событий в мире и различных странах, в принципе, почти обнуляют модные социальные «теории» всяческих  бауманов-гидденсов и тысяч других болтунов…


… А «постмодернизм» тоже не может пройти бесследно.


Почитал «Просвещение продолжается»… Бедный Стивен Пинкер! Нет, написано блестяще и можно зачитаться, но ввиду нынешних глобальных трендов – какое Просвещение! КТО будет его продолжать в нынешней ситуации?
Интересен и вопрос о российских «продвигателях» этой книги. Они хоть как-то соотносят благие идеи с реальностью или, как обычно здесь все остается на уровне ТЕКСТа?

«Голос» всяческих «концептуалистов-постмодернистов» сродни жужжанию навозных мух или тех, кто там вьётся над трупами (что говорит о страшном кризисе культуре и распаде цивилизации).
Но ведь они в эстетическом тренде и обличают диктатуру – возражают. Да, «День опричника», к примеру – весьма показательный текст и в проницательности ряду подобных авторов не откажешь. Но тем хуже для «современной культуры», да и свободы тоже. Подобные апологеты своими извращениями дают противникам такой компромат на «открытое общество», что  дела либерализма – как идеи и как практики – выглядят крайне кисло.


В относительно спокойные времена пишущие/читающие, создатели образом и зрители тешатся прекраснодушными фантастическими иллюзиями. Но потом ВДРУГ оказывается, что мир радикально не таков и реальность более напоминает жуть, описанную Лавкрафтом.


Болтуны за деньги.
Мы будем смело и художественно ругать этих мерзавцев. Вы только нам донатики переводите.
Гонорар за психотерапию


Наши «патриоты» и пр.
Узнали только первые «ноты», а уже хотят преподавать в политической «консерватории»


«Поколение 68-го» как культурные мародеры. Кому беда, а кому победа.


«Перестройки», «идеологи», «транзиты» - это схоластические термины для прикрытия, маскировки (или даже искреннего непонимания) реальных процессов борьбы  монстров за власть и собственность.


По понятиям:
«Современность» как совершенно фейковый мир. Солипсисты правы?
«Авторитаризм» - это как-то слишком ласково.
«Жизнь» - То, за что больше всего цепляются самые никчёмные
«Война» ( с украми-метаморфами) – как возможность самосбывающегося (или специально программируемого) пророчества.
«Экология» - молоко без навоза не получить.


«Советская историография»?
В основном и главным образом – это создание мифов и заметание следов. Место всему этому в скотомогильнике.  К советским «историкам» неподготовленным людям, не владеющим альтернативными источниками лучше не обращаться. Совсем! Да, конечно, и в СССР были честные специалисты, которым удавалось что-то публиковать (в основном, по частным вопросам), но даже их тексты отравлены (как у какого-нибудь Г.Дилигенского) идеологией. А идеология уродует и искривляет факты, как артрит пальцы и портит весь материал (по принципу «ложки дёгтя»).
Рекомендовать неискушенным людям советские исторические работы, отделяя «хорошие» от «плохих» – это аналогично тому, как посылать неподготовленных людей на минное поле,  с аргументом, что не под каждой кочкой лежит мина.
Нет, если уж не обойтись без макулатуры коммунистического периода, то только после серьезной подготовки, только с соблюдением всех мер предосторожности, только с постоянной заботой об интеллектуальной гигиене…
Но, кто, собственно прислушается к этим предостережением, и каков шанс, что такое вообще услышат. Конечно, без шансов. И с известным результатом: опять по тому же месту на тех же граблях! Опять диктатура лжи, опять грязное мифотворчество. Ну, не надо пенять на то, что «история» - это минное поле, а не площадка для спортивных игр.


Почитал «Труды по россиеведению»  (№8) с бенефисом улетевшего академика (Ю.С.Пив-ва). Пафос понятен, упреки и замечания, в общем, справедливы, «горечь изгнания» опять же… Но есть элемент истеричности, скажем, в ситуации с девятнадцатым вирусом. Некорректно сравнивать его с «черной смертью» или «испанкой», а вот посмотреть кто и как перераспределяет власть и капитал под предлогом  «пандемии» историкам-политологам следовало бы. Тут же и сильная  привязанность к совковой мифологии: даже попытка сочинить что-то в жанре «альтернативной истории» – это хождение по тому же самому коммунистическому террариуму – так ли уж принципиально, кто там когда исдох! А апология совковой интеллигенции? За что ее хвалить, ведь никакого рабочего и грамотного плана альтернативного развития «после коммунизма» эта публика так и не предложила, запутавшись в собственных предрассудках и мифах ДСП. Пока эти глупыши вели окололитературные споры и предавались псевдофилософской болтовне, хваткие носатые ребята (унюхавшие запах баблоса) вовсю тырили государственную собственность. После такого грабежа даже застойный совок стал казаться раем. Потом и вовсе все вернулось к прежней схеме, редчайший шанс на обновление и освобождение был профукан. Ну, и в чем тут заслуга и миссия интеллигенции? Цеховые предубеждения туманят взор даже неглупым и не подлым людям.
«Только с горем я чувствую солидарность».


О состоянии дисциплины
Совсем не верю в какую-то совсем объективную и абстрактную политическую науку. Если не личная  вовлеченность, то активная заинтересованность у политолога непременно должна быть. Зоон политикон – это не растение, не камень и не химический элемент. Политика – это не про слова и даже не про «методологию», а про баланс интересов. Эти интересы должны понимать не только заинтересованные пользователи, но и специалисты, иначе они будут постоянно обмануты. Если «слова» и методология объясняют про распределение интересов, то они полезна, если нет, то это болтовня, дурацкая игра в бисер или пропаганда - «политология без политики», как, в основном  у нас.
«Демократизация» – это не только одна из парадигм, а наихудший за исключением всех остальных способ обезопасить себя и обеспечить свои интересы, в том числе и для политических ученых. Если угодно, это возможность печатать свои труды в комфорте и безопасности, а не писать тезисы на пеньке в шалаше, опасаясь, что тебя арестуют и расстреляют, как в популярной револ легенде. Методологически – пусть расцветут сто цветов, но если это пустоцветы, не связанные с практикой, то практика быстро вернет научные дискуссии к методу допроса и «отеческого» внушения несогласным.
Между научностью и публицистичностью в социальных дисциплинах нет четкой линии, это широкий фронтир. Есть требования к строгости и доказательности, но это не совсем то. Посмотрите, как свободно в изложении своих идей чувствуют себя многие популярные и вполне ученые западные авторы – хозяева дискурса. И как зажаты и ограничены их российские подражатели; стремящиеся быть в области «научности» святее папы римского.
А в отношении всех практикующих «политологию без политики» – тамбовский волк им коллега.


До какого же ужасного абсурда дошло! Ведь по-хорошему, главнейшим политическим вопросом должен был бы выступать спор, как лучше организовать систему местного самоуправления, чтобы эффективнее решать муниципальные проблемы. Ну, или что-то подобное – существенное и полезное. Земство – вот хорошая проблема для обсуждения и решения! Но – нет. Муниципальной и региональной политики нет, национальной, по сути, тоже. Вместо этого осталась какая-то дурная «геополитика» с финальным вопросом, кому в рай, а кто просто сдохнет.
Вместо дискуссии о выборах муниципальных (и, разумеется, всяких других) депутатов, «политологи» судачат о подлетном времени ракет, развертывании войск и поставках вооружений.
Сумрачное сознание. Абсурдный ужас!


Столичное «обществоведение» как попытка при любых обстоятельствах пристроиться на тепленькое местечко. Отсюда у его представителей склонность к идеологическому риммингу.

«Притащенная наука» в здешних палестинах – это явно чуждый и инородный элемент. С колоссальным трудом и огромными жертвами  как-то удалось наладить связь знания с ВПК, но дальше дело не пошло – открытия делаются, а инновации не внедряются. Практически все заимствовано и цапцарапнуто. С социогуманитарным познанием все еще хуже. Серьезно о социальных науках тут говорить вообще не приходится; соответствующая номенклатура – это детская игровая площадка и не более того. Есть немного талантливых «детей», которые «поют», пока не сломается голос. Есть эрудированные попугайчики, есть даже удивительные умнички, но институционализированного, автономного и продуктивного знания не существует. Вместо автономии и уважения есть изоляция от «Жизни». А тем, кто повторяет чужие идеи только этого и надо – они увлеченно копаются в своих песочницах и, естественно, прячут голову в песок. Значение в их «трудах» иногда присутствует, а смысла нет. О Смысле вообще очень редко кто вспоминает. Как следствие, если «без мозгов», то это значит – «без руля и  без ветрил».  Вместо науки, как стремления к поЗнанию, какие-то совершенно дебильные идеологемы, безумные планы и бесконечная трагедия с их воплощением.


В нормальных условиях в естествознании  и технической практике неправильные гипотезы проверяются довольно быстро. Провели эксперимент  не подтвердилось, сделали машину – не работает как надо и т.д. Как-то так. Но вот в гуманитаристике можно десятилетиями безнаказанно болтать ерунду и играться с химерами. Правда потом, когда соприкосновение с реальностью все же происходит – послед ствия ужаснее, чем от техногенных катастроф.


Тупики, тупики, везде тупики. Нет места никакой справедливости и даже какой-то рациональности. Ну, и какая «философия» возможна при таком раскладе?


Евразийство как реакция
Верхний слой РИ довел страну до того, что сами пришлось спасаться массовым бегством и часто доживать на парижских чердаках.  «Евразийство» - это при-знак того, что «всё было неправильно».  Но Знак был заменен на противоположный. Вместо того, чтобы признать, что в России было слишком много «азии» (особенно во власти и системе управления), заявили, что «объелись Европой». Мурировав, этот духовный сорняк стал усиленно заглушать культурные ростки, которые могли бы принести нам плоды цивилизации. Так  и ведется.
Идя в Азию, попадаешь в Африку». (тм)

Неподвиг Геракла
Авгиевы конюшни советской идеологии так и не были очищены.


Привычка жить понарушку или Проблема «идеального»
Ох, недаром знаменитой дискуссией среди совковых «любомудров» был спор о природе Идеального. Собственно этим «муды» и занимались и от этого так и не отошли…
А давайте поиграем в «гражданское общество», «публичную политику», «выборы», «молодежные движения», «партии и выборы» и т.п. Пусть это будет реально понарошку, но как бы понарошку реально. А мы напишем соответствующие «тексты», хочется ведь маслица. И – все здесь получалось. «Наука» развивалась. А давайте поиграем в военку, но без названия, да?..
Что до «текстов», то их даже макулатурой не назовешь – не более чем пипифакс для властных (у)пражнений…
И еще. Смысл – это то, что совершенно недоступно многим в данной локации: от «секьюрити» тупо отсиживающих смену в сторожевой будке до «ученых», кропающих диссертации о несуществующих объектах. Сначала отсутствие смысла – потом отсутствие жизни.

 
«Публичная политика» без «открытого общества» - это «сапоги всмятку».


Рецензии