6. Жигалко предъявляет претензии

НА СНИМКЕ: Академик П.Я. Кочина и А.С. Жигалко на выставке картин из коллекции Жигалко 30 апреля 2014 г..


После открытия выставки мы с Жигалко и Макаренко около часа провели в выставочном зале, переходя от картины к картине, а Жигалко рассказывал истории их приобретения.

Наконец мы зашли в комнату совета Дома учёных, где собрались члены Совета, и там беседовали ещё около часа.

В ресторане Дома учёных беседа продолжилась, и я видел, как Жигалко постепенно оттаивает. Наконец, он сказал вслух то, что его, по-видимому, мучило с самого начала:

- Вы выставили меньше половины присланных Вам работ, хотя готовили их больше года. Почему?

На этот вопрос ему отвечал Макаренко:

- Здесь несколько причин, - сказал он.

– Во-первых, надо было привести в порядок картины, которые хранились у Вас дома не самым лучшим образом. Мы отобрали часть картин для экспозиции и привели их в надлежащий вид. Не мне Вам говорить, какая была проделана огромная работа.

- Во-вторых, Вы послали нам только половину коллекции, причём худшую половину, как по ценности картин, так и по их сохранности.

- В-третьих, мы подготовили экспозицию, и не пытались непременно повесить все картины. Тем более, что половина присланных Вами работ не имеет художественной ценности. Вы же покупали всё подряд. Тем не менее, когда мы будем проводить тематические выставки, некоторые картины из запасника будут выставляться, но с многими из них ещё придётся повозиться. Их состояние не из лучших.

- Кстати, Вы уже на год затянули отправку второй части Вашей коллекции картин, - сказал я. - Вы же говорили, что у Вас в коллекции 2400 картин. Эта цифра фигурирует и в нашем договоре.

- Я хотел посмотреть, как вы справитесь с тем, что я уже послал, - ответил Жигалко. – И я не вижу места, где вы могли бы выставить остальные работы.

- А вот за это Вы не беспокойтесь, - сказал я. – Во первых, у нас есть ещё выставочные помещения в театральном блоке и в Доме культуры, а во-вторых, мы собираемся поставить вопрос перед руководством Сибирского отделения АН СССР о строительстве Выставочного зала и организовать там художественный музей.

- Я хотел бы поговорить с академиком Лаврентьевым, - вдруг сказал он. – Я хотел бы услышать эти слова от него. Почему его не было сегодня на выставке?

Ну не будешь же ему говорить, что Михаил Алексеевич дальтоник и не различает цвета.

- Михаил Алексеевич очень занят. О ещё и член ЦК КПСС и депутат Верховного совета СССР. У него день расписан по минутам. Но я поговорю с ним. Возможно, он или его заместитель примут Вас. Но вы сегодня говорили в зале с другими академиками. Я же Вас представлял академикам Кочиной, Воеводскому, Канторовичу. Вы довольно долго беседовали с член-корреспондентом Ляпуновым.

- Я с ними говорил о картинах, а не о выставке моих картин. Ине нужны гарантии, что моя коллекция будет находиться в постоянной экспозиции.

Он явно хотел создания "Жигалковской" галереи по образу Третьяковской в Москве. И хотел бы, чтобы все его авторские 124 картины висели в постоянной экспозиции

Потом я ушёл, а он остался на попечении Макаренко и Немировского, которые проводили его до гостиницы.

Продолжение следует: http://www.proza.ru/2014/09/05/1561


Рецензии
Вот зануда тщеславная, Жиглик-прыглик.

Он Ол   05.09.2014 18:50     Заявить о нарушении
Он всю жизнь себе во всём отказывал, -покупал картины. Мечтал к старости стать таким же знаменитым, как Третьяков. Думал, что он очень хороший живописец. Нарисовал более 100 картин. У нас в Академгородке не было принято безудержно хвалить, а ему это было нужно. Потом он забрал у нас свою коллекцию и отдал городу Чайковскому на Урале. Вот там он получил, о чём мечтал. я ещё подробно гапишу об этом. В его характере пыьался разобраться Евгений Богат и написал довольно спорный очерк о нём.

Михаил Самуилович Качан   06.09.2014 09:45   Заявить о нарушении