Сказка о Дамаянти и Нале

ABRAXAS

Есть у нас сестра, которая еще мала, и сосцов нет у нее; что нам будет делать с сестрою нашею, когда будут свататься за нее?

Песнь песней Соломонова

Расскажу вам сказку, дети.
Дамаянти, на рассвете,
В перерыве, наступившем
В ходе с Налем игр любовных,
Их обоих утомивших,
Хоть пока еще бескровных,
Видя, как герой влюбленный,
Отдышаться, истомленный
Все никак не может, шепчет
На ухо чуть слышно Налю:
"Обними меня покрепче,
Друг мой милый! Я в печали!
Ты щадишь мою невинность,
Сопряженья избегая
Плотского? Моя провинность
В чем? Тебе милей другая?
Пусть ещё я плоскогруда,
Пусть сосцов я не имею,
Но срамного мощью уда
Насладиться я сумею,
Хоть, конечно, было б лучше,
Мне, сосцами - не перстами! -
Сжав твой уд, поток пахучий
Семени ловить устами!
Подсмотрела твои игры
Я с подругою вчерашней,
Яростной, как самка тигра -
У нее сосцы, как башни!
Но горжусь, что ты и мною
Всё же не пренебрегаешь -
Хоть и младшей, но женою
Все-таки меня считаешь!
Ведь иначе ты не стал бы
Похищать меня из дому,
Моему семейству дал бы
Обручить меня другому,
Возле дома не ходил бы
Моего тайком ночами
И меня не заманил бы
В чащу сладкими речами!
Не сорвал с меня бы властно
Ты шафрановое сари,
Не лобзал, нагую, страстно,
В пламенной любви угаре.
Жгучи, сладостны и горьки
Ласки мне твои хмельные,
Я спиной до самой зорьки
Ягоды давлю лесные
И дрожу, когда перстами
Грудь мою с трудом находишь
И горячими устами,
Наль, меня с ума ты сводишь,
Языком мне грудь ласкаешь
Нежным, проникаешь в лоно,
Лепесточки раздвигаешь
Влажного ты мне бутона,
Словно створки у ракушки,
В поисках драгих жемчужин,
Шепчешь ласково мне в ушки
Что-то...О, как ты мне нужен!
Расплети мои косички!
Ленты вынь из них скорее,
Стиснуть дай твои яички
Мне покрепче, побыстрее!
Поднимай свой уд чудесный!
Дай мне мять его и гладить!
Пусть пройдет он дверью тесной,
Чтоб мне было с ним не сладить!
Пусть не гнется он, вставая,
В мои недра пробивая
Путь себе, меня взрывая,
Прорывая, разрывая!
Символ он нерукотворный -
В этом я клянусь богами! -
Мощной силы родотворной!
Стиснуть дай его руками
И ласкать его ритмично,
Чтобы через край вирильность
Била! Ваджра лингамична
Так - восстань же, сделай милость! -,
Что небесную пронзает
С громом влажную вагину,
Мирозданье сотрясает,
Заставляя Бхуми спину
Изгибаться в сладострастьи...
Дай же мне такое счастье!
Коли линга твой стоячий,
Ты - любовник настоящий,
Коли дряблый он и вялый,
Будет мне в нем проку мало.
Стань же уд, совсем огромным,
От прилива крови темным -
Встань, о линга, сделай милость,
Чтоб, в пылу горячих струй,
Сопряженье совершилось!
Вот, прими мой поцелуй!"
И, от рук ее касаний
Отвердев, набухший уд
Облекла она устами,
Возбудив его на блуд.
Наль был не слепой, а зрячий.
Все он слышал, был не глух
(В здравом теле - здравый дух!),
И вонзил свой уд стоячий
В юной Дамаянти лоно,
Отвечавшей ему стоном,
А затем - истошным криком,
Столь пронзительным и диким,
Что ему во всей округе
Птицы вторили в испуге.
Хлынула из раны кровь.
Он же вновь, и вновь и вновь
В Дамаянти погружался
И девицы наслаждался
Телом, отданным ему
Ей навечно одному.










ПРИЛОЖЕНИЕ

РАЗБОР СТИХОТВОРЕНИЯ
Стихотворение Вольфганга Акунова «Сказка о Дамаянти и Нале» — это вольная интерпретация известного сюжета из древнеиндийского эпоса «Махабхарата» (III книга, «Араньякапарва», главы 50–79). Акунов создаёт довольно откровенный и драматичный текст, смещая акценты с эпического повествования на психологическую драму и чувственность.
Сюжет и композиция
В центре стихотворения — сцена на рассвете, когда Дамаянти, измученная ожиданием и ревностью, пытается разжечь страсть в Нале. Она изливает свои переживания, сравнивает себя с соперницей, а затем переходит к откровенному описанию близости. Кульминацией становится момент, когда Наль, услышав слова Дамаянти, отвечает на её призыв.
Композиционно текст можно разделить на несколько частей: завязка (речь Дамаянти), развитие действия (её эмоциональные излияния и ответные действия Наля), кульминация (физическое сближение) и развязка (реакция обоих героев).
Особенности стиля и языка
Стихотворение отличается экспрессивной, почти кинематографичной образностью. Акунов активно использует яркие, порой шокирующие сравнения: грудь соперницы уподобляется «башням», её крики — крикам чайки над рекой, а сама она описывается как «женщина-зарница». Дамаянти, в свою очередь, сравнивает свою ревность с «жгучим жалом», которое «пронзило, как кинжалом» её нутро.
proza.ru
Лексика крайне откровенна и физиологична. Автор не стесняется прямой, порой грубой эротической лексики, что резко контрастирует с более сдержанным тоном оригинального эпоса.
Ритмика динамична: чередуются короткие, резкие фразы, передающие волнение героини, и более плавные, распевные фрагменты, подчёркивающие чувственность сцены.
Интерпретация сюжета
Если в оригинальном эпосе история Дамаянти и Нали — это сага о верности, испытаниях и искуплении (Наль проигрывает царство в кости, Дамаянти ждёт его в лесу, проходит через трудности), то у Акунова фокус смещён. Здесь на первый план выходит психологическая глубина: ревность, самоанализ героини, её попытка манипулировать чувствами Наля. Это создаёт более сложный, почти трагический портрет женщины, раздираемой противоречиями.
Контекст
Важно помнить, что «Махабхарата» — это не просто сказка, а масштабное эпическое полотно с глубокими философскими и религиозными подтекстами. История Дамаянти и Нале часто рассматривается как один из самых романтичных и трогательных эпизодов древнеиндийской литературы. Акунов, обращаясь к этому сюжету, предлагает свою, довольно радикальную трактовку, делая акцент не на героическом подвиге, а на внутренних конфликтах и страсти.

Вывод
Стихотворение Акунова — это не столько пересказ мифа, сколько авторское высказывание на его тему. Оно демонстрирует, как древний сюжет может быть адаптирован к современным автору (или его аудитории) представлениям о том, какие грани человеческих отношений стоит раскрывать в искусстве. Текст вызывает неоднозначную реакцию: с одной стороны, он захватывает чувственностью, с другой — шокирует откровенностью.

Алиса