Взглянуть на город сверху

«Точка на тральфамадорском языке, - сказал старый Сэло, - означает…  ПРИВЕТ!» (С) Курт Воннегут, Сирены Титана

Арно не удержался и перестроился  в четвертый, самый верхний ряд, хотя для его путешествия это и не было нужно. Выше, там, где должен был находиться пятый ряд, потоки воздуха уже не могли удержать дельтаплан. Тот, кому нужно было выше, на верхние этажи небоскребов, поднимался на скоростных лифтах. Спускаться на них, впрочем, не требовалось. Можно было просто выпрыгнуть со специального балкона, раскрыть за спиной крылья и спланировать на трассу.

«Почему бы и нет», - решил Арно и потянул рычаг на себя, так как если бы он перестраивался выше – в несуществующий пятый ряд.  На самом деле, он делал так уже тысячу раз, каждый раз говоря себе «почему бы и нет», и был, в общем-то, готов к результату. Вначале дельтаплан послушно взмыл вверх, но вскоре мотор чихнул, загудел неровно, и Арно повело. Он сдвинул хвост и заложил дугу, чтобы избежать штопора. Несколько секунд, и он снова был в своем четвертом ряду.

Что интересно, каждый знает, что выше четвертого ряда дельтаплан не могут удержать потоки воздуха. Но каждый раз, когда Арно пытался забраться выше, проблемы начинались именно с мотором. Арно не разбирался ни в аэродинамике ни в строении двигателей для переносной авиации, но это казалось ему странным.

Собравшись в «Старом Сверчке» с друзьями, Арно нередко поднимал эту тему.

- Черт его знает, - говорил ему «Бородатый Бран», сейчас менеджер на электростанции, а в прошлом – авиаконструктор, - скорее всего, «Мобайл Аеро» не предполагает, что кто-то будет летать выше стандартных высот и рассчитывает двигатели на соответствующее давление воздуха.
- Неужели давление воздуха так сильно меняется за каких-то пятьдесят метров, - не унимался Арно, - И как оно было раньше до того как «Мобайл Аэро» подмяло под себя всех, когда двигатели для дельтаплан-ранцев делали все, кому не лень?
- Точно не помню, но наверняка дела обстояли хуже, ты же знаешь, дельтапланы с тех пор шагнули далеко вперед.

Знакомство Арно и Брана когда-то было профессиональным. Арно работал курьером и дельтапланы, собранные Бородатым вручную сильно облегчали ему жизнь. С тех пор многое изменилось. Мобайл Аэро далеко обошла всех своих конкурентов и захватила весь рынок частной авиации, Бран поменял место работы.

Жизнь Арно изменилась меньше. Он по-прежнему работал курьером. Каждое утро его ждал список заказов. На каждом был штрих-код, по которому Арно получал соответствующий конверт или бандероль. Остаток дня он проводил в небе, развозя послания клиентам.

Нельзя сказать, чтобы Арно не любил свою работу. Да, он скучал по временам, когда мог завалиться к Брану и поинтересоваться, когда тот соизволит доделать новые «крылья». Но небо осталось небом, и это было главным.

Скорее, Арно не давала покоя механичность его заданий. Кто-то оплачивал доставку курьером всех этих писем, и значит, для кого-то они имели значение. Наверное, немалое. Жаль только, Арно не знал, какое.

Вот, например, письмо Ники Вайер для мадам Ольги Гольц. Что это? Может быть, досужие сплетни старых подруг. А может быть, Ника нашла свою детскую учительницу, чей след потеряла десятилетия назад?

Или вот еще: письмо из компании «Найтвотч Электроникс» на имя директора фирмы «Зефир» Марка Штрауса, с пометкой срочно. Может это предложение нового, чрезвычайно важного контракта? Или наоборот, последнее предупреждения, перед предъявлением судебного иска? Что случится со всеми этими людьми, если Арно возьмет и не доставит письмо адресату? Наверное, их судьба изменится, а в некоторых случаях изменится сильно.

То есть, теоретически, Арно держал в своих руках сотни судеб. Он мог бы изменить их, если бы захотел. Но только Арно не знал, и так никогда и не узнает, как он мог бы их изменить. С некоторых пор Арно мечтал найти того, кто знал бы…

Задания для курьеров составляла девушка по имени Сессилия Кор. Однажды Арно подстерег ее вечером у входа в офис и пригласил поужинать. Сессилия была милой, но разговор их был ни о чем. Она просто взвешивала письма на обычных весах, знала технические характеристики всех курьеров и следила, чтобы каждый мог взлететь с полным грузом. «Но ведь вес письма в граммах ничего не может сказать о его подлинной ценности». Сессилию это не интересовало, увы…

Похожий разговор, также неудачный, был у Арно с Грегори – барменом в Старом Сверчке и еще одним его давним приятелем. Арно был слегка пьян – фирменный коктейль Грегори, состоявший из виски, сока и нескольких сортов вина весьма неплохо развязывал язык.

- Скажи, Грегори, - спросил Арно, - у Сверчка же нет единого поставщика, вы заказываете каждый напиток у своей конторы?
- Ну да, - ответил Грегори. Вопрос был риторическим и бармен ждал, что его приятель скажет дальше.
- Возьмем, например, «Спирит Вагон», где ты заказываешь виски. Я наводил вчера справки, в этой конторе примерно двести человек. Предположим, что в остальных четырех примерно столько же. Это уже тысяча. А ведь у них еще есть свои поставщики, Грегори. Ты знаешь всех поставщиков «Спирит Вагон»?
- Я знаю двух. Но точно есть еще.
- Ну вот, пять фирм плюс поставщики. По самым скромным подсчетам – больше тысячи человек. Кроме того, есть еще ты. И вся эта куча людей работала, чтобы я мог сейчас пить твое «Проклятье Наполеона». Как это получается, Грегори?
- Они же не только ради тебя работали. Если поделить на всех, кто пьет сейчас вино или виски, получится, что для тебя они старались какие-то доли секунды. Не так-то много, даже если умножить на тысячу.
- Пусть доли секунды, - не соглашался Арно, - но они их потратили. Я для них никто, они меня не знают, но они потратили эти доли секунды!
- И что? Каждый работал для своей выгоды. Просто так все сложилось, что из-за этого ты можешь пить свой «Наполеон». Знаешь, это как когда снаряд попадает в здание… Он же не хочет никому зла. Просто сгорает порох, образуются газы, они разрывают оболочку. И вот, вместо дома мы видим груду камней – ничего личного, просто законы природы.
- Вот именно, Грегори, вот именно! Когда действуют законы природы, из здания получается груда камней. Когда из груды камней получается здание, действует разумное существо, человек! Но человек ли придумал всю эту систему, где куча народа тратит доли секунды, чтобы я тут выпивал? А если человек, то какой? Даже ты со всем твоим высшим образованием способен удержать в голове лишь маленькую ее часть. Мне иногда кажется, Грегори, что это сам наш город, что он разумен. Что мы лишь винтики в его схеме. Клетки крови в его артериях.

Они еще спорили какое-то время. Приводили какие-то аргументы. Позже Арно спрашивал себя, понял ли его Грегори? И отвечал себе: да, понял. Понял, но не придал значения.

К следующему мероприятию Арно готовился уже давно, ведь мероприятие это было – поход на городскую свалку.

Еще с давних пор, когда Бран собирал дельтапланы и искал там бесплатные детали, Арно знал, что на свалке есть целая секция, куда отвозят старые и ненужные летательные аппараты. Иногда там попадаются даже работающие машины, выброшенные просто потому, что они устарели. Арно нужно было найти именно такую.

Исходно Арно хотел взять с собой в этот поход Брана, но тот отказался наотрез. Тогда Анрно забрал у него из дома всю литературу, связанную с его старой профессией, и потом забрасывал его вопросами при каждой встрече. Где-то через полгода, Арно решил, что знает, что нужно проверить в машине прежде, чем попробовать на ней взлететь.

Арно пришел на свалку в пять утра, на рассвете. Удача пришла к нему только поздно вечером. Складной самолет был тяжелым, весил почти пятьдесят килограмм, не умел автоматически сворачиваться в ранец, и взлететь на нем можно было только с большой плоской крыши. Но все это было неважно. А важны были мощный, старой конструкции, двигатель, ручная система управления и прочный не проржавевший каркас.

В следующее воскресенье Арно отправился испытывать свое приобретение. Ждать он не хотел. Если что-то плохое и случится, пусть это случится сразу. Крышу для взлета Арно приглядел уже давно.

Самолет не подвел. Аккумулятор послушно съел заряд из городской сети, мотор взревел, и крылья подняли Арно в воздух. Третий ряд, четвертый. Арно выполнил маневр перестроения в пятый ряд. Никаких протестов. Вот, Арно уже парит выше всех прочих участников воздушного движения. Шестой ряд, седьмой. Арно больше не перестраивался – он просто поднимался вверх.

Погода была ясной, и Арно не опасался облаков. Вот он уже был выше обычных домов, рядом с ним стремились ввысь только небоскребы. Еще выше, и вот уже большинство небоскребов отстало в этой захватывающей гонке. Еще выше, выше всех, выше целого города.

Это произошло мгновенно. Арно увидел. Еще секунду назад под ним были отдельные здания: крыша национального банка, антенна телевышки. И вот теперь под ним был Город – огромный живой организм, который струился, сверкал, жил своей жизнью. Он был прекрасен.

Восторг захватил Арно. Он с трудом осознавал, что делает. Кажется, он кричал что-то вроде: «Привет, Город! Наконец-то мы встретились, слышишь? Я больше не твоя бездумная клетка крови! Я вижу тебя, могу говорить с тобой. Здравствуй!»
Мгновение, и Город ответил. Тысячи дельтапланов разом зажгли оранжевый огонь  - знак правого поворота. Тысячи светофоров вспыхнули синим. В окнах тысячи домов зажегся вечерний свет. Город  ответил. Жаль, Арно не знал его языка и не мог понять его слов. Но он хотел бы, чтобы Город сказал ему «Привет!».

Следующий день у Арно, теоретически, был рабочим, но заказов на его имя не было, и Арно направился прямиком в «Старый Сверчок».

Грегори изучал этикетки каких-то бутылок, возможно, нового поступления, и был, казалось, целиком поглощен этим занятием. Арно попросил налить ему сидра, но Грегори как будто не слышал – так он был занят своей работой.
Арно не хотел прерывать своего приятеля, а потому просто подождал несколько минут, и повторил заказ. Но Грегори вновь не расслышал.

Незнакомая девушка подошла к стойке и попросила красного вина.
- Вам сладкого или сухого, - уточнил у нее Грегори.