Всё из Ничего. Книга Вторая. 0272

(Книга вторая "Уроки боговедения". Круг Третий. глава шестнадцатая)

  На Флагман прибыл специальный поверенный Штаба от Министерства Обороны Империи, Маршал Гуттке. Который своим приказом от данных ему высших полномочий и  особого статуса, сместил с поста командующего флотом Адмирала Руффе. И ввёл на Флагмане режим чрезвычайного положения! С ним прибыла особая комиссия. Самое странное, что это произошло на следующие сутки после ЧП на выдвижной платформе. А значит, кто-то доложил в Высший Штаб. Хотя разобраться с чертями ещё никто толком не успел. Трое лежали в параличе, один в хирургии, и трое успели принять какой-то яд и были мертвы, как нельзя капитально…

   Произошёл словно выстрел, который взорвал шар из зла изнутри и всё снова погрузилось в туман. Когда Кто-то-он пришёл в себя, то во-первых, понял что теперь он что-то иное, вроде какой-то птицы. Но он не мог увидеть себя со стороны. А второе, это то, что кто-то-за-него во всю что-то ябедничает про него небу. Правда, он это слышал в отдалении, и это его уже не раздражало, ему было всё равно. Ибо он знал, что ему надо лететь вперёд и только вперёд. теперь пол под его крылами был почти прозрачный, так, словно его и не было. А облака, обрамляющие его полёт по обеим сторонам были какие-то изразцово-кружевные и прекрасные. Но он это почти не различал из-за равнодушия. Ибо надо было кровь из носу добраться до какой-то важной цели. И голосок его ябеды, всё более от него отдалялся, словно уходя куда-то ближе к небу. Пространство мира перед его взором продолжало расти в объёме, так словно и он рос в размерах. Поле прозрачного пола тоже разливалось вширь и в даль. И ему стало казаться, что так он никогда не долетит до цели. И он прибавил ходу, раз крылья у него стали больше. Облака по ходу его приближения расходились по дуге радианта, вытворяя всё более грациозные и сказочно-феерические узоры. Но тут он понял, что надо лететь именно медленнее, и очень даже медленно, чтобы поспеть к главной цели. Иногда стал отчётливо и громко пробиваться через пространство окружающее его, голос ябеды. Тот говорил про него небесному божку такие гадости, что иной, наверное, взбесился бы на его месте. А божок ябеду расхваливал и подогревал у того страсти. И тогда Он-птица взял ещё и апатию на вооружение, как щит от ябеды. И вскоре его усилия были вознаграждены, и он увидел впереди прекрасный переливающийся всеми цветами радуги шар-сферу. А ябеда рассказывал такое божку про его цель и про эту сферу, что у иного бы крылья давно отвалились. А цель-сфера всё больше его манила и дразнила своей великой тайной, словно в отместку ябеде. И вот, через прозрачную пелену оболочки сферы стало проглядываться что-то иное, что наполняло его внутреннюю сущность. И Он-птица уже не махал крыльями, а просто парил, расставив их, ибо цель его сама притягивала словно магнит. И ябеда уже злорадно хихикал сзади. И он вдруг понял, что ябеда это – тот, кем он был, перед тем как стать птицей. И тем, кем он был раньше, вовсе не исчез, а просто он с тем разделились на две сущности от единого целого. На две сугубо противоположные сущности. И вот, он уже у самой цели сферы и сейчас ему откроется его великая тайна. И когда он увидел эту тайну… это такое… такой УЖАС, что…

   Через малое время бойцы на флагмане заволновались, право не открыто, ибо от их легендарного Адмирала не было никаких известий. И попытки офицерства что-то выведать у нового главы флотилии, ни к чему не привели.
– «Всё в пределах нормы и порядка! Скоро Адмирал Строгган будет на месте!», - резко отшивал Маршал такого рода вопросы. Шло разбирательство какого-то дурацкого инцидента, якобы в составе войск Флагмана, действует тайная группа провокаторов на стороне оппозиции нынешнему Правлению Империи. Которая хочет спровоцировать нежелательные настроения среди рядового и офицерского состава флота. И тому есть весомые аргументы!? Пока на закрытые допросы таскали только солдат из обслуживающего персонала. Но, тем не менее, слухи разного рода стали гулять по анналам Флагмана. И скоро по непонятным причинам слёг по болезни в лазарет второй участник, из Пехоты, сопровождающий миссию на Тутотран. Тут-то и стал расти шум не на шутку…

    Только что все приборы, регистрирующие пульс, давление, состояние нервной системы и коры головного мозга, показывали полный ажур состояния транса, под воздействием излучения гипнотического сна, как вдруг….  Он вскочил на койке и уставился полоумными, ни чего не видящими воспалёнными глазами в пустоту перед собой. Как вскакивают от страшного сна в холодном поту. Тело его было неестественно напряжено и его била крупная дрожь. Голова непроизвольно повернулась и уставилась на Субъекта сидящего в белом больничном халате подле его койки. Тот был шокирован такой резкой переменой. Усугубляло состояние того показание приборов подобно бешеной пляске сумасшедшего. Зрение у больного стало постепенно проясняться, обретая всё более осмысленный  взгляд. Хотя по телу  проступали крупные пятна пота. Вены на висках были неестественно вздуты от напряжения крови. Было, похоже, что Пациент постепенно успокаивается, приходя в норму, хоть по показанию приборов этого определить, было нельзя. Субъект в халате сидел всё еще оцепеневши, боясь делать резких движений, но как зеркало отражал состояние Пациента.  Вскоре Пациент похоже совсем успокоился и глаза его заслезились. Успокоился и Субъект, непроизвольно выпустив спёртый воздух из лёгких.
– «Что?», - резко спросил Пациент, лицо которого приобрело недоуменный вид.
– «Всё в полном порядке!», - как можно мягче и утешительнее произнёс Субъект. Непонимание в глазах пациента стало замещаться чем-то иным. И когда Субъект уже расслабился, как вдруг…

   Клафферт исчез из больничной палаты. Офицеры бегали и кричали, что у него тяжёлые формы приступов и это запоздалые последствия посещения Тутотрана. Другие кричали, что это заговор экстремистов из сторонников оппозиции. А герой Вахты Даллмази раскидавший один семь спец-агентов секретных служб, ходил в наглую и открыто бросал в лицо офицерам, -
– «Это всё из-за Тутотрана! И Клафферта со свету свести хотите и меня и  Адмирала Строггана! Вы все заговорщики и предатели! Но нас так не купишь! Вернётся Адмирал Строгган и мы наведём порядок с вашими секретными продажными крысами!».
И офицеры проглатывали эту горькую пилюлю, зная, что Даллмази трогать – это подобно взрыву атомной бомбы на Флагмане! А офицер Упоридо, по братски обнимал Даллмази и говорил, что он за этого парня, любому высокому чину морды набьёт! Несколько офицеров из особо преданных Адмиралу Строггану начали негласное расследование по случаям последних событий, что бы по возвращению Адмирала, во что они свято верили, предъявить тому факты наглого вмешательства спецслужб. На флагмане начинало попахивать порохом…

  …В мгновенье ока Субъект оказался распластавшимся на полу, а Пациент, сидя верхом на груди того одной рукой душил за горло, а второй рукой схватив за чуб волос бил того головой о пол! На голове пациента была металлическая сеточка, с ободка которой свисали пучки оборванных проводков от датчиков нервных сенсоров. Не известно чем бы всё это кончилось, но где-то рядом по коридорам завыла нудно и протяжно сирена, и в палату ворвались шесть здоровенных санитаров в синих халатах. Пациент с каким-то детским весёлым азартом посмотрел на этих громил…

  Капитан-майор третьего ранга Солиззи вошёл в кабинет Адмирала Строггана, где всё перерыли вверх дном, и после приборки сидел Маршал Гуттке. И стояло четверо солдат из спецвойск и два офицера из комиссии расследования. Он, не соблюдая всех формальностей обращения, чётко коротко и ясно поставил Маршалу ультиматум, что если не прекратится это идиотское расследование и не будут выставлены на то неопровержимые доказательства факта группы заговорщиков в рядах вверенного ему Флота, то он как начальник Штаба Флагмана, отдаст команду об аресте данной комиссии расследования, подняв на ноги весь боевой состав. И без преставления связи с Адмиралом Строгганом и выяснения обстоятельств его отлучки, ни о каком расследовании речи быть не может, и полномочия Маршала Гуттке ставятся под сомнения. И он наведёт здесь порядок только по традициям и уставам, достойным имени данного флота. На что Маршал Гуттке жёстко ответил, -
– «Так что же вы тогда до сих пор не в состоянии навести порядка по вашим традициям и уставам!? Идите и наведите порядок, а потом приходите ко мне с докладом! И учтите, у Империи есть все средства и силы для погашения любого восстания на борту этого судна! Свободны!».
Итак, война амбиций вступила в решающую силу. Через полчаса после ультиматума, начальник Разведки Флота, при личной встрече сообщил Солиззи о том, что-де Флагман заминирован и в любой момент может обратиться в облако пыли. На что, даже не моргнув глазом, Капитан-майор ответил в глаза Начальнику Разведки, – «И вы туда же!?…

  Пациент раскидал всех шестерых громил Санитаров, словно те были лёгкие пуховые подушки, и выскочил в коридор отделения больницы. При том что дверь палаты была прочна как броня и закрыта на специальный мощный запор. И побежал вдоль коридора. На окнах стояли мощные решётки, словно это был тюремный каземат для особо опасных преступников. За спиной пациента загремели сапоги солдат спецвойск охраны и послышались командные выкрики. Он это знал, даже не оборачиваясь. Коридор оканчивался поперечным коридором, и упирался в дверь какого-то кабинета, ибо на нём висела табличка. Пациент вышиб входную дверь и подскочил к столу, за которым восседал Начальник данного отделения больницы. Тот, вскочив с перепугу, схватился за пистолет и трясущейся рукой наставил его на Пациента. Но Пациент уселся на стул, напротив не придавая ни малейшего значения жесту Начальника отделения, и удручённо опустил голову.
– «Что случилось!», - спросил потухшим голосом Пациент.
– «Ничего, ничего! Всё в порядке! Ты только того… успокойся!», - стал утешать Начальник Пациента, как врач психиатр буйно помешанного больного.
– «Всё и Ничего! Порядок! Спокойствие», - стал апатично повторять Пациент.