Штрихи к портрету. Александр Солженицын

1. Жизнь.

Жизнь Солженицына-гражданина и Солженицына-писателя отравлена духом враждебности к великой России.

У Солженицына продажный ум и подлое сердце по отношению к русскому народу.

Потеряв совесть в жизни, Солженицын проповедует совестливость в литературе.

В книгах Солженицына разоблачение зла не менее разрушительно, чем реальное зло.

Что такое «Красное колесо» Солженицына? Десять томов лжи!

Солженицын-публицист и общественный трибун выглядит предпочтительнее, чем Солженицын-писатель, удостоенный Нобелевской премии по литературе.

Где бы ни жил Солженицын (в России или Америке), всюду он – пленник собственного ограниченного ума.

2. История

Александр Солженицын – казак, с шашкой врывающийся в палаты русской истории: он-то разберётся, кто государь, а кто самозванец!

Солженицын – слепой регулировщик на перекрёстке истории.

3. Литература.

Александр Солженицын – лагерный надзиратель в Союзе писателей. Он ревниво следит за отображением суровой правды в их книгах.

Солженицын катит «Красное колесо» по ухабам российской литературы, наивно полагая, что его ржавый обруч – солнце!

Насколько политически тенденциозны романы Солженицына, настолько беспомощны они с художественной точки зрения!
 
Мало кто осилит трёхпудовый литературный язык Солженицына!

Вряд ли у писателя Солженицына есть будущее с его деревянным языком.

Солженицын – языческий истукан русской словесности.

4. Противоречия.

Человеческие судьбы уродуются нисколько не меньше под властью «Железной пяты», чем под «Красным колесом»: капитализм Джека Лондона не слаще социализма Александра Солженицына!

Масштабы публицистического дарования Солженицына вполне сопоставимы с исключительным талантом Герцена. Оба имеют широкий эмоциональный и интеллектуальный кругозор. У обоих чрезвычайно развита политическая интуиция, каждый из них наделён огромной энергией, мужеством борца, стойкостью духа и целенаправленностью в общественной деятельности. Короче говоря, Солженицын – это Герцен наших дней.

Проза Солженицына самобытна, мысль – крепка и крута! Иногда он правдив до омерзительной наготы и в то же время склонен к идеализации героев. Есть отдельные черты сходства между Солженицыным и Достоевским, но прослеживается значительная разница между ними: Достоевский исследует психологию человека, Солженицын – социальные конфликты в обществе.

Как писатель Солженицын – каменная глыба, как общественный деятель – неприступная скала. По силе воли он превосходит Достоевского и Толстого, ибо противостоит тирану Сталину, под властью которого находится полмира!

В религии и социальных вопросах Солженицын – не меньший путаник, чем Толстой.

Толстой не видит иных путей совершенствования человечества, помимо духовных и нравственных. В противоположность ему, Солженицын ратует за ту свободу, которая оборачивается для российского народа катастрофическим духовным падением. Толстой – писатель-пророк, чего не скажешь о Солженицыне!

Александр Солженицын, подобно Глебу Успенскому, облизывает медовый петушок народности, оказавшись в среде крестьян.

На сталинский тоталитаризм Александр Солженицын отвечает обличительным тоталитаризмом «Архипелага ГУЛага», иными словами, рубит топором железнодорожные рельсы социализма!

Писатель Александр Солженицын и физик-ядерщик Андрей Сахаров – злобные псы холодной войны.

Александр Радищев – ручеёк, Николай Некрасов – река, Фёдор Достоевский – море, Александр Солженицын – океан народного страдания!