Иван Петрович Аргунов

Иван Петрович Аргунов: крепостной живописец, открывший новую эпоху в русском портрете

Начало русской школы портрета было положено в XVII веке, но только через сто лет, с осознанием ценности и достоинства человеческой личности, она обрела многогранность и глубину. Уже тогда русские мастера создавали шедевры, вошедшие в сокровищницу мирового искусства.

В этом велика заслуга Ивана Петровича Аргунова – крепостного художника графов Шереметевых. Его творческая деятельность началась на рубеже 1740–1750-х годов, когда складывалась реалистическая школа портрета. Аргунов прошёл путь от декоративного изящного стиля рококо до живописи глубоко самобытной, исполненной веры в достоинство человека.

Талант художника признавали не только его хозяева. Портрет Екатерины II, написанный, по собственному выражению Аргунова, «наизусть», получил одобрение императрицы: она говорила, что «в работе и идея хороша, также и в лице сходство есть», и выразила желание позировать художнику. Знаком признания стало и то, что по указу Елизаветы Петровны трёх мальчиков из придворного хора – Лосенко, Саблукова и Головачевского – отправили учиться живописи именно к Аргунову.

Однако подневольное существование крепостного не могло не сказаться на его творчестве: жизнь и время художника принадлежали барину. Хозяйственные заботы по украшению, а затем обязанности управляющего петербургскими домами Шереметевых отнимали большую часть времени. За почти 50 лет работы Аргунов написал не более 50 портретов.

---

Детство и учёба

Иван Петрович Аргунов родился в 1729 году в семье крепостных князя Черкасского. В 1743 году Аргуновы перешли в собственность графа Шереметева. Семья была богата талантами: двоюродными братьями художника стали архитектор Ф.С. Аргунов – строитель подмосковной усадьбы Кусково, и живописец Ф.Л. Аргунов – ученик Андрея Матвеева. Позднее дети Ивана Петровича достойно продолжили дело: Павел Иванович (ученик Баженова) прославился как архитектор Останкинского дворца, Николай Иванович – как живописец, автор портретов крепостной актрисы Параши Жемчуговой.

Рано осиротев, Иван воспитывался в доме дяди С.М. Аргунова, управителя «миллионного дома» Шереметевых – человека образованного и энергичного. Вероятно, от него граф узнал о таланте мальчика и решил сделать его своим «домовым» живописцем, отдав в ученики к Г.Х. Гроту – модному портретисту-иностранцу при дворе Елизаветы Петровны. Вместе с Гротом Аргунов участвовал в украшении иконами церкви Царскосельского дворца. В этот начальный период он усвоил мастерство декоративной живописи, которым блестяще владел Грот: хорошую школу рисования, изысканность цветовых сочетаний, тщательность отделки.

---

Ранние работы

Среди ранних произведений – «Умирающая Клеопатра» (1750), написанная, по-видимому, под впечатлением западноевропейских картин на популярный сюжет. Прозрачно-серебристая нежная гамма передаёт красоту тела, каштановых волос, убранных жемчугом, розовый румянец. В том же году Аргунов написал портрет князя И.И. Лобанова-Ростовского, а через четыре года – его жены, урождённой княжны Куракиной. В первых опытах он ещё целиком следует западным образцам, что делает портреты чуть жестковатыми. Лишь в выражении глаз появляется новое – теплота, свойственная Аргунову.

---

Расцвет таланта. Интимный портрет

В конце 1750-х годов талант художника набирает силу. Это время совпадает с активным ростом духовной и культурной жизни страны: открытие Петербургского университета (1755), Академии трёх знатнейших художеств (1757), распространение идей просветительства. Воспитание как средство устранения общественного зла, признание личных качеств человека – ума, честности, способности трудиться – становятся главными темами литературы. В живописи всё большее значение приобретает небольшой интимный портрет, дающий возможность приблизиться к внутреннему миру человека.

Новые веяния не прошли мимо Аргунова. Интимные портреты стали вершиной его искусства. Именно в них выразились лучшие качества мастера – правдивость, душевность, поэтичность. В полной мере эти черты проявились в парных портретах четы Хрипуновых (переводчика и секретаря Коллегии иностранных дел К.А. Хрипунова и его супруги). Небольшие поясные изображения скромно одетых людей: мужчина держит газету, женщина – раскрытую книгу. Лицо Хрипунова массивно, но привлекает умным взглядом, доброй полуулыбкой. Его жена, немолодая, но ещё красивая, покоряет обаянием; оторвав взгляд от книги, она смотрит прямо на зрителя, в её лице – спокойствие и ясность. Сдержанный колорит и естественность композиции концентрируют внимание на духовной жизни героев, на их интеллекте. Так Аргунов открывает новые возможности портретной живописи, которые с такой полнотой проявятся в искусстве Ф. Рокотова.

---

Работы для Шереметевых

Во второй половине XVIII века, с составлением дворянских родословных книг, вошла в моду семейные портретные галереи. Галереи предков графов Шереметевых имелись в их резиденциях – в Петербурге, Москве, подмосковных имениях. Как «собственный графский живописец», Аргунов много трудился над их созданием. «Ретроспективные» портреты, изображавшие умерших по старым оригиналам, составляют значительную часть его наследия. Часто он писал отца своего барина – полководца петровского времени Бориса Петровича Шереметева (и верхом на коне, и поколенно, в латах, с лентой и звездой Андрея Первозванного). Первый вариант портрета фельдмаршала (1753) – вольная копия конного портрета 1710 года, созданного в честь взятия Риги. Эти работы не принадлежат к числу лучших у Аргунова: вынужденный копировать, он тем не менее творчески переосмыслил оригинал, придав работе большее изящество и живописность.

В 1760-е годы Аргунов создаёт серию портретов семьи П.Б. Шереметева. Мастерство достигает зрелости. Искусство писать бархат, шёлка, кружево становится виртуозным. Изображая барина, художник слегка льстит ему: представляет моложе и эффектнее, сохранив лишь врождённый недостаток – «косинку глаз». Холёное, довольное лицо написано тщательно и гладко, безукоризненно проработаны детали туалета. Композиция полна движения: модель словно проходит мимо зрителя, заложив руки в карманы. Многоцветный колорит (золотисто-палевый, синий, красный, серебристый) создаёт образ эффектный, но лишённый особого душевного тепла.

Настоящее очарование – в портрете шестнадцатилетней дочери Шереметева Варвары Петровны. Благодаря чуткости художника и мягкой живописной манере с тончайшими переходами цвета удалось передать неуловимое обаяние возраста, когда девочка превращается во взрослого человека. Удивительно живой образ светится красотой юности; большие чёрные глаза смотрят по-детски доверчиво, трогателен не оформившийся овал лица. Непосредственность в сочетании с костюмом и осанкой дамы составляет неповторимую прелесть.

К этой группе близок портрет калмычки Аннушки. После смерти В.А. Шереметевой граф захотел прославить благотворительность жены, любимой воспитанницей которой была девочка. Аннушка, в нарядном красном платье с кружевами и белом чепце с голубыми лентами, держит гравированный портрет «благодетельницы». В лице превосходно передан национальный характер, но художника привлекло не экзотика, а обаяние возраста. Признательная поза рассказывает о зависимости от Шереметевых, но милое детское личико, наивная доверчивость вызывают симпатию. Живописец стремился утвердить право человека на уважение и достоинство вне зависимости от социального положения. Светлый, звучный колорит соответствует живому характеру девочки и придаёт картине жизнеутверждающую силу.

---

Поздний период

В 1770-е годы Аргунов писал мало. Но последний период – 1780-е – принёс замечательные плоды. Лучший из них – портрет «Неизвестной в русском костюме». Мы не знаем имени этой женщины; вероятно, она была кормилицей или горничной в барском доме и потому должна была носить праздничный крестьянский наряд. Её лицо – простое, с ясным спокойным взглядом и лёгкой полуулыбкой, поза естественна. В этой простоте – особая прирождённая красота русской женщины: не только во внешности, но и в ясной гармонии духовного мира, чистоте, целомудрии. Неприхотливый наряд – расшитый золотой мишурой кокошник, красный сарафан, простые бусы – она носит со скромностью и достоинством. Художник с искренней симпатией и уважением изобразил крестьянку. Строгую лепку лица, фигуры, чёткий рисунок, чистоту цвета, свойственные классицизму, Аргунов использует для выражения душевной цельности. Идеи эпохи, утверждавшие достоинство человека вне сословий, нашли в картине воплощение.

Этому произведению близки по времени парные портреты Ветошниковых: главного архитектора Адмиралтейства М.Н. Ветошникова (воспитанника Академии художеств из «купеческих детей») и его жены. Оба отличаются большой сдержанностью в колорите и построении образа. Взамен мажорной настроенности 1760-х годов – стремление к скромности. Неброские коричневые и серо-лиловые краски с проблесками серебристости звучат успокоенно, мелодично. Остановившиеся на губах улыбки, ласковые сияющие глаза излучают доброжелательность. Здесь нет эффектности, словно внешняя красота перестала интересовать живописца. Умудрённый годами, Аргунов доносит до зрителя истинную ценность бытия портретируемого человека, богатство его души, честного и искреннего сердца.

---

Последние годы и автопортрет

Иван Петрович Аргунов умер в начале 1802 года в возрасте 73 лет. Последнее десятилетие он не брал в руки кисть: новый хозяин Н.П. Шереметев, высоко ценя его опыт и хозяйственные способности, перевёл художника из Петербурга в Москву, поручив надзор за строительством своих домов и дворца в Останкине. Аргунов был талантлив во многом, но только живопись позволяет судить о его человеческих качествах. Тем больше желание увидеть внешний облик художника.

Такую возможность предоставила атрибуция искусствоведа Т.А. Селиновой: овальный «Портрет неизвестного» из Государственного Русского музея признан автопортретом Аргунова. На нём изображён ещё молодой, полный сил человек в коротком пудреном парике и живописной одежде. В правой руке он держит предмет, похожий на кисть с плотной щетиной, с чёрной краской (в XVIII веке художники сами делали кисти, и изогнутый черенок мог быть приспособлен по руке). Рядом на столе – карандаш, «медное рисовальное перо» (рейсфедер) и два циркуля. Они расположены так, что образуют монограмму «ИПА» – Иван Петрович Аргунов.

---

Значение

Крепостной художник не мог иметь широкого круга заказчиков и столь широкой сферы деятельности, как другие выдающиеся мастера. Но его талант и лучшие портреты могут быть поставлены в один ряд с работами прославленных портретистов XVIII–XIX веков – Рокотова, Левицкого, Боровиковского. Вклад Аргунова в отечественное изобразительное искусство значителен, а своеобразие его таланта помогает глубже понять и по достоинству оценить широту и многообразие русской школы портретной живописи.