На распутье...

XXXI Обида лишила слуха.

        Направляясь через районный парк культуры и отдыха к Кристине, я услышал голос, который узнал бы даже в миллионной толпе.

       — Добрый вечер! — окликнули меня.

Прекрасная Кристина стояла рядом с парнем, которого я встречал во дворе микрорайона. Это был Александр, всегда выделявшийся спортивной выправкой и «барахлом» по последнему писку моды. Нашей клики он почему-то сторонился.

Сегодня пижон был в суперсовременном замшевом костюме; волосы аккуратно зачёсаны на правую сторону, и на них блестела лёгкая плёнка лака. Под стать ухажёру была и дама: стильно одетая в однотонное трикотажное платье цвета голубого неба — элегантное, с изящным поясом на талии и расклешённое книзу. Поверх этого наряда была накинута лёгкая накидка от дождя.

        Гардероб словно превратил девушку в модель на подиуме.

       «Что же их связывает?»

       — Ой… — вместо «здравствуйте» от неожиданности вырвалось у меня. Я пристально посмотрел в глаза Дон Жуану, а затем перевёл взгляд на Кристину.

Ситуация меня озадачила, словно я увидел затмение века. Кавалер выдавил вежливое «привет», но смотрел надменно — так, будто я был для него не человек, а сорная трава в придорожной канаве. В его поведении невозможно было не заметить явного презрения; на губах застыла ехидная усмешка.

Мне стало бесконечно обидно — за себя, за Кристину, за наши отношения.

Стоя по разные стороны невидимых баррикад, мы по-вражески осматривали одежду друг друга, словно выискивая преимущества и недостатки.

Я так и не смог понять, что происходит — со мной, с ними. Почему они вместе? Прошло всего каких-то пару недель, а жизнь изменилась до неузнаваемости…

Обида начисто лишила меня слуха. Пара, с иголочки одетая, продолжала говорить о чём-то своём, но до сознания долетали лишь бессвязные обрывки.

Кристина с Сашей обошли меня, как неожиданно возникшее на пути препятствие, и стали медленно удаляться вглубь парка.
Белый плащ ещё долго светился путеводной звездой, но вскоре растворился в плотном тумане.

Когда смотреть и дышать от горечи, переполнившей мой внутренний мир, стало невозможно, я побитым щенком поплёлся домой — подальше от этого коварного места.



(Продолжение: http://www.proza.ru/2014/09/19/176)