Эпилог. Всадник на белом коне

"В сей день благой, почтенные рыцари, прошу вас только об одном. Не будьте безразличны к судьбе несчастных христиан, кои пыткам и гонениям подвергнуты в сей час. Гроб Господень осквернён, а Святая земля чахнет под гнетом иноверцев. Места памятные забыты и втоптаны в грязь. Реки кровью наполнены. В это время, когда злоба и ненависть наполняет сердца людские, я властью своей, Богом подаренной, зову вас в поход священный, дабы очистить мир от скверны и мыслей лукавых. Ежели не сделать этого, то воистину изойдет земля кровью порочной, и придёт из тьмы Нечистый, воспрянет, дабы злобу лютую совершить и чистоту во грех обратить. Тогда погибнет род человеческий!"
                Обращение Григория VII к рыцарству (1074г).

 "Григорий, верно сам не понимал в тот день, что говорил и к чему призывал."
                Роберт I Фландрский о призыве к крестовому походу.

 "Меня они попросту не слышали."
                Римский папа Григорий VII.



  Утром было светло, настолько, что солнечные блики, маяча, туда-сюда, озаряли всю залу ярким сверкающим ковром, тысячами отблесков отражаясь в хмурых величественных сводах дворца. Огромные колонны и арки, сочетаясь с крохотными рукодельными узорами , которыми были украшены все стены, создавали образ таинственности и недосягаемости этого архитектурного сооружения. Можно только представить, сколько усилий, сколько воли, следовало потратить, чтобы дворец обрёл этот завораживающий образ, и достоин был называться Манцикерт!
  Глядя в широкие окна, вдаль, туда где небо соприкасается с землёй, невозможно было увидеть ничего. Ничего, кроме голой, выжженной безжалостным солнцем пустынной равнины, и далёких горных цепей, хмуро возвышающихся над горизонтом, кроме песка и колючих кустарников. Не было даже воды, только палящее солнце и губительный свет. Казалось, что ничто и никто не может противостоять стихии, что среди этих бесконечных высокогорных равнин не было никого. Они казались безжизненными. Но жизнь там была.
   В одной из овалообразных арок показалась фигура человека, затем второго. Оба шли неспеша, но отнюдь не медленно. Разговаривали. В руках одного был свёрток папируса, опоясанный кожаным ремешком, к которому крепилось что-то вроде круглой глиняной таблички, обитой телячьей кожей. На ней, переливаясь золотистым цветом изображался орёл, с огромной короной между голов, которых, к слову, было две. Такой символ, вот уже не одно столетие обозначал герб Византии.
  Снаружи дворца, уже несколько часов подряд, слышался ужасающий топот и болтовня людей. Шум был знатный, как будто стадо диких бизонов передвигалось по вольной равнине, сминая землю грузными шагами.
  -Пиши!- провозгласил один из двух вошедших в залу людей. Голос, резонируя, эхом разлетелся по комнатам.
Второй кивнул головой, взял перо. Приготовился.
  "Сегодня, я-Роман IV, император византийский, покидаю стены Манцикерта, дабы дать отпор сельджукам, чьи постоянные набеги стали серьёзной проблемой для империи. Торговые пути также подвергаются нападениям, что сильно затрудняет торговлю. Моё войско, о ста тысяч, у неприятеля же воинов впятеро меньше."
   -Все, великий император?
   -Нет, не все.- отрезал тот.- Допиши ещё кое что...
   "Враг будет повержен."
   -Господин император!- в залу вбежал вооруженный человек в полном военном одеянии.- Войско готово!
   -Хорошо!- Роман IV встал с резного табурета, его красивое лицо оживились.- отлично...-проговорил он.- Александр, принеси мои доспехи.
                ...
   Войско двинулось ближе к полудню, оставляя позади стены Манцикерта. Оживленная крепость как будто вымерла, словно войско и было той искрой, что заставляла биться сердце каменной твердыни.
  Император ехал впереди, направляя за собой стотысячное войско. Тщетно он озирал бескрайние море выжженной земли. Неприятель не появлялся. Солнце палило безжалостно. Было жарко. Высокогорный воздух плато нагрелся, и, словно тек, прижавшись к земле. Пот ручьями струился с обгоревших лиц воинов. Половина запасов воды, что войско тащили с собой, была израсходовано за считанные минуты. Войско двигалось вперёд по выжженной пустыне.
   -Слишком тихо.-обратился Роман IV к Александру.-Если так пойдёт дальше, мы будем вынуждены вернуться в крепость.
  -Надо бы несколько конных послать.
  -Послал уже, скоро должны возвернуться.
  -Странно все это.

  Вскоре вернулись разведчики.
  -Ну что?- спросил Александр у подьехавшего всадника.
  -А ничего. Их, будто ветром сдуло.
 -Не понимаю- вмешался император.- Ещё вчера я видел противника со стен, а теперь тот взял и исчез. Вот что...-Роман при встал в седле.- Следует разделиться. Что-то тут не так. Александр, сообщил Русселю, пусто возьмёт часть войска и отступает назад.
  -В крепость?
  -Нет, не в крепость. Туда-он указал на горную цепь.- Знамена поднять!-отвлекая роман, в ответ на попустительство одного из воинов.-А Руссель -снова обратился он к Александру.-Пусть встанет за пол версты от подножия того кряжа. На тот случай, если враг решит ударить в спину.
  -Слушаюсь.-Александр смахнул пот со лба, отвел взгляд от слепящего солнца и пришпорил лошадь.
  Итак, Руссель Де-Бойль повёл часть воинов с правого фланга по направлению к горной цепи, отделив двадцать пять тысяч копий от основных сил.

   Было жарко. Яркое полученное солнце обжигало лица, слепило глаза, яростно вьедалось в воздух. Запасы воды практически иссякли. Знамена с гербами тащились по земле. Враг по-прежнему не появлялся. Вокруг повозки с водой собралась толпа...

-Отдай, мерзавец!-Два воина сцепились друг с другом, поднимая фонтан пыли.
-Что происходит?- к сцепившимся подбежал высокий юноша, приятной внешности, с живым лицом и ясными глазами. На плече кожанки был герб Византии и Константинополя.
 Он разнял враждующих.
- Что тут происходит?!-рявкнул он.
-Этот подлец, один воин указал на другого.-Пытался отобрать у меня флягу с водой. Последнюю.
-Отдай ему флягу, быстро!
-Да кто ты такой? , впрочем, это не важно.- Верзила сделал шаг вперёд.-Проваливай отсюда, а нито и по лицу получить можно. Слышишь, что говорю?! Про...
  Договориться он не успел. Воин с гербом Константинополя на плече толкнул его в грудь, да так, что шлем у противника слетел и воткнулся в землю, ударил кулаком по лицу и повалил не спину.
  Сплюнув кровь из рассеченной губы, верзила немного отдышался и откашлял песок. Он уже не думал продолжать, остыл. И не смотря в глаза тому, кто только что опрокинул его, кинув флягу на землю, скрылся в толпе.
-Держи свою флягу.
-Спасибо, как звать тебя?
-Гавриил.-немного нехотя ответил воин с гербом Константинополя.
-А моё имя-Крилас.
Гавриил пожал, протянутую ему руку.

   Император разбил войско на две боевые линии. Первая, которую он возглавил лично, продвинулась немного вперёд. Вторая же, главой которой был назначен Андроник Дука, осталась на месте, переводя дух. Солнце жгли ещё сильнее, превращая землю в раскаленную сковороду. Войско ползло.

-Великий император!
 Роман повернулся к Александру, показав своё обгоревшее лицо.
-Жарко, надо сворачивать назад, в противном случае, можем лишиться половины войска.
-Ещё немного по дождём.
-Куда уж ждать!
-Дело в том, Александр, что один конный так и не вернулся.
-Хм, могла змея укусить, а ,возможно, конь издох-жара какая! Все может случиться.
-Может, а подождать надо, ещё немного...
  Александр показал головой.

   Наездник не подавал признаков жизни. Это казалось нормальным, при таком пекле, если не учитывать тот факт, что из шеи у конника торчала стрела. Его плащ, на котором был чётко виден двуглавый орел , трясся втакт шагам лошади. Это и был тот самый затерявшийся конник. Если бы ему удалось вовремя предупредить Романа |V, хотя, кто знает, что было бы, судить об этом глупо. Важно лишь то, что предупредить он не успел.
  Войско задыхалось в душном горячем воздухе. Солнце, по-прежнему безжалостно обжигало лица, сушило губы, накаляло шлемы и доспехи. Занятые этой проблемой воины не заметили приближения врага.
                ...
  Арп- Арслан лихо сидел на спине своего вороного жеребца, демонстрируя воинам свой профиль. Узкие глаза, сухие сжатые губы, кривой нос. На нем был яркий красный кафтан, иссеченный чёрными и зелеными полосками. Чёрный плащ контрастировал с бело-желтым песком. За поясом он носил два изогнутых кинжала и широкую саблю. Глаза были прищурены от солнца. Лицо было жуткое и не красивое. Всем своим видом он выражал человека, не раз бывавшего на полях сражений.
  Явно о чем-то думая, он молчаливо смотрел вдаль. Затем оглядел ряды своих конных воинов. Размял плечо.
-Алир, ко мне!-заскрипел он неприятным голосом.
 Всадник подъехал.
-Византийское войско измучено жаждой, но через плотную стену пик и копий нам не пробиться. Остаётся одно...-он зверски улыбнулся.-Расформировать войско Романа. Готовь лучников и запаситесь стрелами.
-Господин, их около ста тысяч.
-За дело! Чем их больше, тем нам легче победить.

-Давно в войске?
-Около двух лет.-ответил Гавриил.
-Все время под византийским флагом?
-Да.
-А жена, дети есть?.
-Нет.
-А у меня двое.-Похвастался Крилас. -Как думаешь, долго ещё так стоять будем, под солнцем?
-Воды нет уже. Думаю скоро назад повернем.
-У второй линии должна быть.
-Может быть и у них не осталось.
-Вот не понимаю, зачем нужно было делить войско на две части, да к тому жеполовину отправить обратно?
-В случае нашего бегства, вторая линия будет оберегать наши спины. Хотя, бегство будет скорее от жары, нежели от турок.
Крилас снял шлем.
-Ух,жарко, не могу.
-Одень сейчас же!-Возмутился Гавриил.
-Зачем?
-Солнце может в голову ударить.
-Это как?
-А так. Пусть лучше жарко будет. Согласен
-Да,пожалуй.-Крилас натянул шлем обратно.
-Особенно, если ударит перед боем.
-Что тогда?
-Не переживешь бой.
-Ты знаешь, говорят, у сельджуков огромная конная армия.
-Насколько огромная?
-Говорят, очень большая.
-Быть того не может.
-Да я и сам не особо то верю. Хотел бы я посмотреть на такой гон. Топор будет слышен у стен Иерусалима.
-И что самое главное, слышно их не будет.
-Это почему?-Крилас смешно выручил глаза и надул щеки.
-С давних времён турки воюют на конях. Они умеют подкрадываться бесшумно, незаметно и смертоносно.

-Император.-Александр с угнетенным видом обратился к Роману IV.-Войско измучено жаждой, а враг так и не появился, следует вернуться в крепость.
   Устало сидевший на огромном белом коне император был бледен. Обернувшись к Александру он сделал утвердительный жест головой и вытер ладонью пот со лба.
-Конный не вернулся?
  Александр покачал головой.

   Войско зашевелилось, волна возгласов прокатилась по рядам.
-Что?-спросил Крилас у солдата.-Обратно? Слава богу, а то я думал, нас поджарить хотят.
  Гавриил улыбнулся.
  -Люди!-заорал какой то из воинов.-Что это там такое?
  Некоторые обернулись в сторону его указательного пальца. При смотрелись. Точкой была одиноко бредущая лошадь со странным грузом на спине. Когда она достигла правого фланга отступающего войска, несколько воинов подхватили её за стремена, стащили со спины животного мертвое тело.
-Византиец.-Томно установил темноволосый солдат среднего роста.
-Да ну!
-Люди!-снова прозвучал знакомый голос.- Там ещё что-то.

  Чем-то была тёмная полоса, занимающая довольно приличное расстояние на песчаном ландшафте местности.
-Вот вам и враг.-прокомментировал кто-то со стороны.-Дождались! Кто-нибудь, бегом к императору!
 
 Конь Романа брел неспеша, перебирая ногами по горячему песку.
-Император...-воин задыхаюсь и кашляя преградил дорогу белоснежному животному.
-Знай своё место!
-Там турки!
-Где?!-выражение лица императора заметно изменилось.
-Движутся к правому флангу, вдоль холма.
-Александр, слышал? Разворачивайте войско! Все в копье! Ряды сомкнуть!
   Началась суматоха. Через минут семь войску удалось-таки развернуться. Передние ряды правого фланга выставили копья, противник был уже совсем близко.

-Постой.-обратился император к собравшемся уходить воину.-Как твоё имя?
-Перикл, великий император.
-Землю дарую тебе ,Перикл, возле Константинополя.
-За что же?
-За то, что предупредил меня лично. Ты видишь, сколько здесь человек? Началось бы такое, пусти ты весть в ряды... Ну, ты понимаешь... И за пол дня войско не построились бы. Теперь ступай!
-Он спас нас сегодня.-добавил Роман вслед возвращающемуся в ряды солдату.
-Кто знает.-ответил Александр.-Может и спас. А может...-произнес он шепотом.-И нет.

  Вопреки всем ожиданиям Романа, конный отряд противника не наскочил на выставленные пики, а остановился метрах в ста от первой линии правого фланга. Полетели первые стрелы. Несколько из них пронзили землю в метре от Гавриила, он невольно вздрогнул. Первая волна, как всегда, была самой смертоносной. Более трехсот человек распластались на земле , окрапляя её густой липкой кровью.
   Ко второй волне подготовились более основательно, выше подняли щиты, у кого они были. Она не заставила себя ждать. Ряды под натиском стрел немного расформировались, но, в целом, войско Романа было непоколебимо. Вторая волна переросла в третью, третья в четвертую, а затем, стрельба переросла в единый бурлящий поток. Водопад стрел поливал сверху стройные ряды византийского войска. Каждую секунду кто-то вскрикивал и садился в горячий песок.
-Александр, что же они не приближаются?-с беспокойством отметил Роман.
-Не знаю, но долго так продолжаться не может.
-Предлагаешь кинуться в бой?
-Думаю ,что другого выхода у нас нет, если так пойдёт дальше, бездействия, мы потеряна правый фланг.
-Довод ясен. Трубки "в атаку!"

   С дикими воплями первый, а за ним и остальные, ряд, отделился от общей массы войска. Правый фланг перешёл в наступление. Заметив бегущую толпу, турецкие конные лучники прекратили стрельбу и, развернувшись, опрометью кинулись назад. Человек, конечно же не в силах догнать лошадь. Так как отдаляться от войска слишком далеко было не дозволено, правый фланг, ни с чем, повернул назад.
   Турецкие лучники, тем временем, описав полукруг, возобновили обстрел византийских рядов. Мишенью стал все тот же правый фланг. Теперь их цель была ясна. Она состояла в том, чтобы любой ценой выманить, расформировать и разъединить византийский строй.
   Стрелы свистели в воздухе, неся смерть на своих наконечниках, косы людей сотнями. Было жарко. Очень жарко. Утомленные воины жадно хватали раскаленной жгучий воздух. Это был сущий ад.

-Что это такое!-кричал Роман.-Вперед! Разбить их в клочья! Я не хочу лишиться войска через час!
-Но, император...-заметил кто-то.-Догнать их невозможно.
-Вперёд, я сказал!

-Что, опять?-возмутился Крилас.-Я уже достаточно набегался.
-У нас нет выбора.-вмешался Гавриил.-Как нет его и у нашего императора.
-О чем ты говоришь? Догнать Конни ков невозможно!
-Да, но выбора у нас нет. Мы не можем стоять под обстрелом вечно.
-Стрелы когда-нибудь кончатся, хотя турки запастись ими основательно.
-Когда-нибудь, все кончится...-прошептал Гавриил, переходя на бег.
   
   Конница, преследуемая пятнадцатью тысячами воинов продолжала отступать. Когда правый фланг отошёл от основного войска на две сотни метров, из-за холма появилась чёрная полоса. Сопровождаемая ржанием, она стремительно приближалась. Это был двенадцатитысячный конный отряд Арп-Арслана. Командовал наездник на тёмной коричневом жеребце-Алир. Отряд шёл полумесяцем! Лучники ретировались, освободив ему дорогу. Бежать было поздно! Как раскаленной нож, с шипением, врезается в масло, так воины Арп-Арслана вклинились в ряды пехоты Романа IV.

-Ну вот и все. Осталось достойно встретить смерть.-Гавриил с иронической улыбкой обратился к Крилас, сделав последний глоток воды.
-У нас с тобой даже пик нет.-показал головой тот.
-Вот и радуйся. Те, у кого они есть, стоят вон там, в первых рядах.-он указал пальцем вперёд.-Ты когда-нибудь
сталкивался с конницей?
  Крилас показал головой. Гавриил сплюнул, ничем, во рту было сухо.
-Сейчас увидишь, что бывает с первыми рядами.
-Полумесяц?-молвил кто-то спереди
-Они двигаются полумесяцем СПИДа катит другой голос.
-И верно! Прямо как на их гербе.-дополнил третий. Тяжело вздохнул, отер пот со лба и поправил шлем.

  Палящее солнце светило яростно, и, как на зло, в глаза. Турки приближались. Слышался храп коней. Крилас вынул из ножен сверкающий палаш. Гавриил последовал его примеру.
-С богом!-сказал он, и вздрогнул, когда вооруженный саблями противник столкнулся с первым рядом. Единый ужасный крик взбудоражил воздух и, густым непроницаемым облаком, навис над полем битвы.

-Все вперёд!-орал Роман.-Вперёд! Нужно поддержать правый фланг!

   Было жарко. Единая громадная византийская армия ринулась в атаку. Роман IV на своём белоснежном жеребце ехал впереди всех, двигаясь мощно, грациозно, уверенно, до тех пор, пока, внезапно появившаяся, заслонившая пол- горизонта, полоса неприятеля, не остановила его.

-Вот и основные силы подтянулись.-угнетенным голосом буркнул Александр, вытирая пот со лба.
-Срочно отправь посланца к Андронику, пусть бежит на помощь.
-Что с флангом?
-Мы по можем, прежде чем противник разобьет его в щепки.
-Роман, правого фланга уже нет, нам следует остановиться и приготовиться к бою вот с этим.-он указал на медленно приближающуюся чёрную полосу.
-Ты слышишь эти крики? Они сражаются! За тебя, за меня. И умирают! Хочешь бросить семь тысяч воинов?! Нет! Вперёд! В случае чего...-Роман указал за спину.- У нас есть вторая линия. У нас есть Андроник.
-В случае чего, вряд ли мы успеем добраться до него.
-У тебя сомнения? Александр? Где тот бравый воин, что сопровождал меня во многих битвах? Где твоё безрассудной геройство? Что с тобой? Неужели постарел?
   Кислое выражение лица Александра сменилось елезаметной улыбкой.
-За Византию! За веру! За жизнь! Вперёд!-громогласно скомандовал Роман.
  И десятки тысяч глоток поддержали его приказ, и ,сначала, елеслышное хриплое звучание, исходящее из пересохших ртов солдат, сменилось будоражащим воздух неестественным звуком. Все было в нем: и предчувствие скорой встречи с неприятелем и эйфория драки, и проявление храбрости, и желание завершить поскорее это кошмарное столкновение, и мысль о том, что сие боевое шествие закончится кровавым побоищем.

  Вопреки всем ожиданиям, войска Арп-Арслана настигли воинов Романа раньше, не дав прорваться к правому флангу. Как две стихии сошлись турецкая конница и византийская пехота. Ряды затянул непроницаемой завесой, сопровождаемой ужасным гулом и лязгом оружия, нависшим над сознанием. В этот час чужие слились со своими, и все слилось в мутный бурлящий поток из которого вылетали шлемы, копья, мечи, брызги крови, а иногда, и люди. Турецкое войско поглотило правый фланг. Он утонул в пучине сражения, скрывшись из вида.

-Гавриил, сзади!-Крилас предупредил вовремя.
  Белое сверкающие лезвие пролетели в сантиметре от уха Гавриила, развернувшись, он отбил ещё несколько ударов, затем рубанул с размаху, целясь под лопатку, и сбил противника с седла, распоров ему грудь и повредив лёгкое. Турок захрипел и поселился замертво.
  Вокруг, со всех сторон, слышался лязг оружия. Все перемешалось в голове. Гавриил, увернувшись от удара, попал в самую гущу сражения. С размаху ударил по кому-то, надеясь, что это не свой, чудом избежал удара копьем в висок. Кто-то вскрикнул рядом с ним, поселился, забрызгав ноги чем-то тёплым и вязким-это была кровь. Слева просвистела сабля, спереди попятился византиец, оттеснив его назад. Визг. В метре пронёсся конь, топча кого-то. Упало знамя. Из неоткуда блеснула сабля, пришлась по руке. Гавриил не заметил. Очередным ударом сбил турка с коня. Увернулся от направленного точно в голову удара, отбил следующий. Ткнул. Меч почувствовал сопротивление , затем, ускорившись, проделал себе путь в туловище наездника.
  Снова повалился кто-то. Упал на колени, хрипло глотая воздух. Кровь пенилась изо рта. Что-то заставило Гавриила присмотреться- это был Крилас. Прикрывая рукой располосованную грудь, из которой сочились багряные струйки, он провалился лицом в песок. По нему тут же проехался конь и пришлось несколько солдат. Если он и был жив до этого, то после-нет. Шум. Лязг оружия. Крик. Ржание коней. Очередной удар, не слишком сильный врезался Гавриилу в шлем. Тот выдержал, но воин, покачнувшись упал на колени. Скрип пронзил сознание, звенело в ушах. Уже сидя на коленях, Гавриил отбил несколько ударов. Вокруг все кипело. Кони, люди, кровь и песок смешались. Гавриил впервые посмотрел на свою руку. "Вся в крови" подумал он. Это была его кровь. Рука занемела.
  Тело византийца с отрубленной головой рухнуло с коня, ему на колени. Гавриил вскрикнул и откинул окровавленную плоть. Поднялся. Рубанул от себя турка, слетевшего с седла. Замахнулся снова и, почувствовав сильнейший толчок в спину, упал. Что-то грудное прибавило его к земле, сдав грудную клетку. Он глотнул песка. Дышать было невозможно: пыль облепила лицо, забилась в нос. В шаге от головы Гавриила вмялось копыто. То, что было сверху, сжало ещё сильнее, стянув мышцы. Свет ослепил Гавриила, в глазах помутнело, а ужасная картина сражения, вдруг посветлела и заплыла белизной. Гавриил потерял сознание. В следующий миг на него свалилось окровавленные тело, укрыв воина под собой.
 
 Роман встретил врага лицом к лицу, как подобает солдату. Не скрывшись за спинами византийцев, он спокойно принял удар конницы одним из первых, прорубая себе путь сильнейшими ударами. Ок кромсал турок в капусту, сверкая своим молниеносные лезвием. За ним шли все. Он знал это и показывал достойный пример. Александр следовал за своим императором, подражая каждому движению.
  Сквозь ряды турецких конников стали пробиваться эмблемы с гербом Константинополя управой фланг. Вернее, его десятая часть. Окруженный со всех сторон, он продолжал отбивать яростные атаки противника. Роман двигался вперед, навстречу горстке храбрецов, окутанной бурлящей пучиной. За ним шли его войска, он знал это. Враг оттеснялся все больше.

-Мой господин, войско отступает, византийцы теснят нас все сильнее. У них на подходе вторая линия.
-Как!-вскричал Арп-Арслан, яростно сверкнув глазами.-Пустите в бой все силы! Мы обязаны закрепиться за крепостью, иначе противник будет гонять нас по всей Малой Азии. Стойте на месте! Не поддаваться страху!-он возвел руки к небу.-Солнце-наш союзник. Чем дольше мы будем держаться, тем больше Роман будет нуждаться в передышке.
   Он был прав.
 
Напиравшее византийское войско с каждым шагом становилось все слабее, замедлять темп. Вскоре оно остановилось, замерло ,ощетинившись, выпятив копья в сторону врага. Солнце палило яростно, ряды пастели. В гуще битвы температура поднялась до пятидесяти градусов. Кони падали, горячая кровь липла к лицу. Раскаленные рукояти мечей обжигали пальцы. Крошечный перешеек, соединяющий правый фланг и с основной массой оборвался, отделив горстку храбрецов во главе с прорубившимися таки Романом и Александром. Тогда начался ад...
   Турецкие конники, как по сигналу, развернули коней и отодвинулась, но лишь для того, чтобы тотчас же молниеносно вклиниться в пехоту снова. Эффект был ошеломляющий. Измученные женой и бесконечным натиском византийцы начали отступать со стремительной скоростью. Что было в эту минуту с правым флангом и подумать страшно. Конница прорвалась в центр оборонительного круга. Защита проломилась. Началась кутерьма.
-Роман! Роман! Нас окружили! Нам не прорваться!-Александр был в смятении.
-Крушите их! Крушите!-как будто не замечая его слов вопил РоманIV.
Александр подъехал ближе, сбив с седла турка и дёрнул императора за плечо.
-Что нам делать?!Нас сомнут!
Крик и лязг оружия, топор, вместо ответа. Роман вырвал плечо. Если бы Александр знал, что творится в этот момент в душе у императора, то не стал бы возражать его безрассудству. Роман слился с воинами, в нем пробудились что-то, что заставляет чувствовать бой, быть частью его. В тот момент император был счастлив.
  Последним, что видел Александр, перед тем, как турецкая сабля, врезавшись в шею, перерубила её, был бесстрашный воин на белом коне ,Роман IV.
  Ряды смялись окончательно. Свои и чужие стояли спиной к спине. Было жарко. В воздухе, перебирая темными крыльями, плавала смерть.

Белоснежный конь Романа, вдруг захрипел и повалился навзнич. Император упал, и тут же был окружен воинами Арп-Арслана. "Император!Император мёртв!" эхом прокатились по рядам. Идол на белом коне утонул в пучине турецких конников.