Глава 3 Поездка в Ричмонд

    Я проснулся в 6 утра, и не смотря на то, что спал от силы 3 часа, меня переполняет энергия и я готов сносить горы. Оделся, свистнул Фрэнку и мы ушли на прогулку. Я никогда не справлялся с дрессировкой, но этого пса даже не пришлось воспитывать, где я – там и он. Мы шли через парк, я отвлекся, и кажется, потерял Фрэнка, впервые. Вокруг хорошая видимость, кусты и деревья практически голые, но его нигде не видно. Как только я собрался идти его искать, заметил рыжий клочок, торчащий из листвы. Вот же дурень, в прятки значит решил поиграть. Я ему устрою прятки! Тихо подкрался к груде листьев и резко бросился на него. "Попался!". Но не тут то было, он выскочил, поднимая в воздух желто-оранжевую тучу осенних конфети. Всей своей массой опрокинул меня, стал вылизывать и трепать за волосы. "Помогите! Меня хотят зализать до смерти!". Эту сцену прервал крик негодовавшего дворника. Я поднялся, пытаясь сдерживать смех извинился и побежал домой, Фрэнк за мной. Слюнявый оранжевый засранец.

    Я не знал чем себя занять, до отъезда еще восемь часов. Все время проверяю состояние камеры: заряжена ли батарея, есть ли карта памяти, сколько на ней места. Не хочу вечером никаких оплошностей. В районе четырех подошел Тони, затем и Дилан со своей гитарой. Он собирает на ней автографы. Очень рискованный поступок, брать инструмент туда, где будет слэм, но результат стоящий. Мы загрузили вещи в машину и поехали за Эваном. Его мама вручила целую коробку капкейков и разнообразных сэндвичей. Знали бы вы, как она готовит! Никакими словами не передать. Тут подошла и Маргарет, к счастью, одна.

    Я люблю находиться в дороге. На трассе почти нет машин, и по обе стороны нас окружает густой сосновый лес. Тони включает "You There" в исполнении AQUILO. Под эти звуки все вокруг оживает и мы становимся частью чего-то большего. Это непередаваемая атмосфера, и в такие моменты не нужно никаких слов. Одна песня сменяется другой, и вместе с ней меняются ощущения. Тони, улыбаясь, открывает окно и высовывает голову: ветер ерошит его белокурые пряди, громкость почти на максимуме, Wild Islands, и он кричит припев соревнуясь со встречным ветром. Следуя его примеру высовывается Маргарет. От холодного и сильного напора воздуха у нее слезятся глаза, но она всё равно смеется. Все мы в предвкушении концерта, эмоции так и рвутся наружу! За лесом постепенно проявляются горы и кардинально меняется пейзаж. Солнце опускается к горизонту, окрашивая все вокруг в теплые тона и подсвечивая горные вершины. Еще час и мы уже в Ричмонде.
 
    Солнце окончательно зашло, и перед нами предстает ночная жизнь города. Мы направились в бар "Mountain Bell", – это отправная точка в поисках концертной площадки. Кроме нас здесь много молодых ребят, и не сложно догадаться, здесь они по тем же причинам, что и мы. Мы берем четыре имбирных пива и бутылку VOSS, пока я за рулем, – пить нельзя. (Имбирное пиво – кодовый элемент.) Бармен улыбается Маргарет и быстро приносит заказ: "За счет заведения". Под одним из стаканов, стаканом Маргарет, лежит записка:

"Свет звезды укажет страннику путь."

P. S. Я бы назвал место площадки, но это скучно. Надеюсь вы справитесь и мы еще с тобой увидимся;)
                — Адам.

    Свет звезды... Что же это может быть? Что-то яркое, "укажет страннику путь", значит это своего рода маяк, что же это такое... Эван стоит улыбается, не выдерживает и начинает хохотать. По правде говоря, он поехал с нами только ради квеста.

– Своего рода маяк... Это и есть маяк!
– Тони, ты такой догадливый! – говорит Эван сквозь смех.

    В Ричмонде всего один маяк, осталось разобраться, как к нему доехать. Со второй попытки мы всё-таки нашли нужную дорогу, и спустя двадцать минут были на месте. Рядом с маяком собралась небольшая компания людей. Увидев нас, один из них улыбнулся, судя по всему, организатор. Тони подошел к ним и ему вручили шесть карточек: одна с загадкой и пять для нас. Как нам объяснили, в последующих местах на них нужно ставить штампы, на этих уже были проставлены маяки.

    Итак, новая загадка звучит так: "... и по рукотворным камням он пройдет над пропастью." Судя по всему, рукотворный камень, – это кирпич, больше ничего в голову не приходит. Пройти по кирпичам... Дорога. Дорога над чем-либо, – это мост. И того имеем "кирпичный мост над пропастью". В Ричмонде только два старых кирпичных моста. Эван подсказывает, что нам очевидно нужен тот, что находится ближе, тем более второй находится в аварийном состоянии. Значит нужно ехать к виадуку, а по темноте взбираться по серпантину не лучшая затея. Хотелось бы взглянуть в глаза человеку, который все это придумал. Издевательство. Эван загрустил, говорит, что все слишком просто и думать не над чем. Но ему нравится наблюдать, как мы ломаем голову.

    Мы едем по крутому склону, если ехать здесь днем, то можно увидеть десяток разбитых машин. В некоторых местах дорога настолько узкая, что двум машинам не разойтись, от того и аварии, и от невнимательности. Как многие здесь ушли так и не сказав самого главного. Иногда мне кажется, что если бы я узнал, что смертельно болен, то не сильно бы расстроился. Нет ничего плохого в том, чтобы знать приблизительную дату своей смерти. Это не так страшно, как может показаться, и потом, лучше уйти без угрызений совести, чем оставив уйму незаконченных дел и недосказанных слов. Когда знаешь, что скоро умрешь, уже не важно, кто что подумает. Но важно знать, что будет с твоими близкими. Их ведь тоже можно подготовить к своей смерти:  выбрать костюм, обсудить как будет проходить церемония, что кому достанется, и главное, чтобы они не чувствовали своей вины в моей смерти, или вины в том, что занимались другими делами, и не успели попрощаться и сказать, что любят меня, это если бы я ушел спонтанно, как все разбившиеся на этой чертовой дороге.

     Вот мы уже и подъезжаем, видны огни и небольшая компания людей. Оставили машину на обочине, здесь места гораздо больше, чем на самой дороге. Это того стоило, и тот, кто составлял квест вовсе не дурак, и это не издевательство. Перед нами открылся невероятный вид: за спиной горы, под ногами сотни метров и мы смотрим на океан, и он дышит, равномерно и плавно. Вдали виднеются огни кораблей, и кажется, совсем близко живет ночной жизнью город, прям у наших ног. Страшно красиво. Нас угостили горячим чаем и проставили штампы на карточках.

    Дилан зачитывает карточку с новым заданием: "Конец там, где начало, и дабы прозреть, нужно возвыситься". Это задачка как раз под стать Эвану. Скажем так, даже он не сразу догадался.

– "Конец там, где начало", обычно под этим подразумевают знак бесконечности, но все может быть проще, например просто кольцо. На счёт прозреть и возвыситься, тут как в прямом, так и переносном смысле, но я сомневаюсь, что стали бы говорить о философии, значит это буквально. Теперь сопоставим кольцо на высоте и "смотреть". Блин, это же всего навсего колесо обозрения!

    Спустились минут за 15, взяли билеты и уже сели в кабину. Теперь мы увидели город немного с другой стороны. На выходе нам проставили штампы и вручили очередное задание: "Идите туда, где пробуют звезды".

– Это совсем просто! Когда Дом Периньон изобрел шампанское он воскликнул: «Скорее идите сюда, я пробую вкус звезд!»
– А ты тёмная лошадка, Дилан! – воскликнул Эван.

    Значит нам нужен винзавод. Похоже это было последнее задание, отличное место для площадки.

    Мы добрались до винзавода к половине десятого. Охранник косо посмотрел и спросил, что мы здесь забыли. Показали карточки, он улыбнулся и провел через чёрный ход. Не верится, что мы на месте. Людей с каждой минутой все больше и больше, местные группы разогревают толпу. К нам подходит бармен из "Mountain Bell", верней не к нам, а к Маргарет.

– Я вижу вы справились, Адам, – протягивает руку.
– Кайл, Эван, Дилан, Тони, Маргарет.
– Если вы не против, я украду её ненадолго?
– Да, конечно, только будь осторожней, мы за нее не ручаемся.
– Тони, я тебя урою, – шепчет на ухо Маргарет.

    Посмеялись, и они пошли ближе к сцене. Мы выпили и пошли за ними. На сцену вышли Cold War Kids и мы ушли в отрыв. Они закончили на "Hang Me Up To Dry" и на смену вышли Y. O. U.. Как же это было круто! Нет ничего лучше песен исполненных вживую, каждый раз звучат иначе и по-своему. Музыка обволакивала, как будто бы я в больнице нажимаю кнопку обезболивающего, она вводила транс. На сладкое оставили Lebanon Henover. Ларисса Айсгласс была сама не своя, в самом наилучшем смысле, как и Уильям Мейбелин.

    Было невероятно, одна группа выступала лучше другой. Дилану удалось сохранить гитару в целости и сохранности и собрать все желаемые автографы. Даже Эван пошел слэмиться, это многого стоило! Ехать домой было уже поздно, да и все мы выпили, по этому остановились в мотеле. Маргарет пришла к нам только под утро, её проводил Адам. Он принес сэндвичи, от чего мы были приятно удивлены. Только начало светать, а мы уже оделись и пошли к маяку. Волосы ерошил холодный ветер и мы пили горячий кофе. Дилан наигрывал шведские мотивы, а Маргарет сонно уткнулась в плечо Адама. Никогда еще сэндвичи так хорошо не заходили: то ли из-за того, что мы давно не ели, то ли из-за атмосферы. В любом случае было здорово. До обеда мы были уже дома.